Отношения

Как превратить светскую львицу в островитянку. «А детей у нас не будет…»

Екатерина Витебская-Мелас, бывшая президентом Fashion TV, продолжает рассказывать, как вышла замуж за иностранца и переехала жить в другую страну.

Екатерина Витебская-Мелас, в прошлом президент Fashion TV, а ныне совладелица ивент-агентства «Биззи Биз», продолжает рассказывать, как вышла замуж за иностранца и переехала жить в другую страну.

5 августа 2014 18:29
9617
1
Екатерина Витебская-Мелас с семьей.

Вернувшись из Египта в Москву, я, честно говоря, не знала, что и делать. С одной стороны, вихрем закрутил мой обычный ритм жизни, с другой — Яни, который звонил по нескольку раз в день и грозился приехать. Я не очень себе представляла его приезд, а ехал он, по его словам, надолго, вообще не представляла совместную жизнь с ним, все-таки 10 дней знакомства — это не просто не срок, это на грани приличия и безрассудства. Был еще один нюанс — мой сын, которого Яни подкупил искренним отношением, ну и подарками тоже. Причем, поскольку мы там были вместе с моей подругой Леной и ее сыном Ильей, то как только Олег получал подарок, он тут же требовал такой же для друга. То есть одним махом Яни перетянул на свою сторону сразу двоих мальчишек.
И все-таки Яни прилетел. Опущу первые месяцы его проживания, безумные счета за его отель, я же не могла его допустить до своего жилища, не будучи уверенной в том, что я делаю, премия FASHION PEOPLE AWARDS−2007, вторжение моего бывшего бойфренда в наши отношения и прочее, это мне кажется неинтересным. А вот быт Яни в Москве — это, безусловно, сценарий для голливудской комедии. Я никогда не задумывалась о том, как трудно иностранцу в Москве. Уже когда мы стали жить вместе (хорошо, что очень быстро мы стали жить вместе, что уж скрывать, Яни женился на мне, чтобы не бросать тень на мою репутацию), то каждый день мы сталкивались с весьма забавными ситуациями.

Пошли мы в супермаркет. Лена, Яни и я. Пока мы как аквариум разглядывали витрину с пирожными, Яни удалился в мясной отдел. В какой-то момент я поняла, что Лена на пирожные не смотрит, а смотрит куда-то вдаль и задумчиво так говорит:
— Кать, а Яни любит танцевать?

Я удивилась, но, прежде чем успела ответить, Лена продолжила:

— Он там в мясном отделе какой-то танец изображает, что ли. Как-то хлопает себя руками по шее и машет руками.

Подойдя поближе, обнаружили, что Яни не просто хлопал себя по шее, но еще и хрюкал при этом. Продавщица смотрела на него с деланным равнодушием и хлопала густо накрашенными ресницами. Увидев нас, она оживилась:

— Ваш иностранец? Чудной какой-то, лопочет, не пойму никак, что он хочет.

Я повернулась к Яни, который продолжал хлопать себя по шее и хрюкать, хрюканье приняло какую-то отчаянную тональность.

— Милый, — начала я осторожно, — что с тобой?
— Она не понимает по-английски! — воскликнул Яни, утирая пот со лба.
— И что? Ты за это грозишься ей перерезать шею, как свинье? — удивилась я. — Ну не говорит человек по-английски, тоже мне повод для убийства.
— Нет, — обреченно вздохнул Яни. — Я просил 2 кг свиной шейки.

Такие ситуации возникали у нас буквально на каждом шагу. В апреле, удачно проведя Fashion People Awards, мы поехали в Афины. Я всегда к Афинам относилась с большим трепетом, со свои× 17 лет нежно люблю этот город, там у меня всегда прекрасное настроение, и Афины — абсолютно «мой» город по ощущениям. Поехали в Афины и на Родос, выбирать место свадьбы. Я, честно говоря, пропустив своего будущего мужа через 7 кругов ада, поняла, что так, как любит меня он, вряд ли когда-нибудь и кто-нибудь меня любил и едва ли полюбит. И сердце мое дрогнуло и прямо-таки растаяло, поэтому мы и поехали выбирать место для нашего торжества. Пробыв в Афинах несколько дней, мы двинулись на Родос, где и нашли то самое место, где собрались пожениться в июле. Абсолютно потрясающий отель в древнем городе Линдос покорил меня своей изысканностью и простотой одновременно. В этом отеле и состоялся у нас очень непростой разговор. После рождения старшего сына врачи говорили, что у меня вряд ли будут еще дети, о чем я и поведала Яни, которому было уже за сорок и своих детей у него не было. Яни пожал плечами и сказал, что значит у нас будет только Олег, он в любом случае не дает скучать и стоит десятерых. На том и порешили.

Мы вернулись в Москву, я известила всех друзей, и мы стали готовиться к свадьбе. На майские праздники моя другая подруга Таня позвала меня в Карловы Вары. С Таней и тогда, и сейчас я готова хоть на край света, но на край света она не звала, поэтому отправились в Карловы Вары пить водичку. Много там было странностей. Меня все время клонило в сон, а на завтрак, обед и ужин я ела селедку. Поскольку всю жизнь соленое я предпочитаю сладкому, меня это не удивило. К ужасу Тани я приучила питаться селедкой и ее дочку Машу, нежно в ту пору меня любившую, называвшую меня своей «крестной феечкой», так что раз феечка ела селедку, так тому и быть, Маша тоже питалась только ею. Ну и вот, а с зимы у меня был какой-то кашель, поэтому в Карловых Варах меня отправили на рентген. В 8 утра. Я заявила, что одна не пойду и обязала Таню с Машей идти со мной. А когда все были в сборе, я вдруг поняла, что на рентген не пойду. Я не могла объяснить, почему, но не пойду и все. И не пошла, выслушала ворчание подруги и ликование Маши, которая была рада, в отличие от мамы, раннему подъему, но я осталась непреклонна. Не пошла и все. Из разряда необъяснимого.
Сразу после майских подошло время «Евровидения» в Афинах, куда ехал представлять Россию Дима Билан. Дима — мой друг с тех времен, когда был жив Юрий Шмильевич Айзеншпис, а его давали «в нагрузку» к другим артистам. Разумеется, мы поехали поддержать Диму, которого я считала и считаю очень талантливым артистом. «Never never let you go», — напевали мы, прогуливаясь по взморью в Афинах, так, напевая, зашли в магазин. Там продавали какую-то сухую рыбу, которую я схватила вместе с банкой малинового джема. Усевшись на камни на пляже, я уплетала это, смешав вместе, и говорила Яни, какие люди все идиоты, что сухую рыбу надо есть только так, с малиновым вареньем и никак иначе. Яни смотрел на меня с плохо скрываемым отвращением и натянуто улыбался, пытаясь увернуться от предложенного мною угощения. Вечером того же дня, ложась спать, я сморщила нос и спросила, чем, собственно, от Яни так отвратительно пахнет. Тут он совсем растерялся и сказал, что пахнет одеколоном, который я ему подарила в прошлый наш визит в Афины. Я сказала, что НЕ МОГЛА купить такую гадость, и удалилась спать на диван.

А на следующий день был финал «Евровидения», где Дима занял второе место, а я узнала, что беременна.

Предудыщую колонку автора читайте здесь.