Отношения

Поставьте младенцу штамп!

Скоро моему сыну исполнится три года. Взрослый и серьезный человечек, он интенсивно осваивает родную речь и готовится к очередному этапу в своей жизни: призыву в ряды российских детсадовцев.

10 февраля 2011 18:40
2942
0
Геннадий Черкасов

Если родители — граждане России, новорожденному это еще ничего не гарантирует


Колебания корабельного ФМСника из анекдота, когда ребенок родился от гречанки и итальянца на немецком корабле под испанским флагом в совместных англо-французских водах Ла-Манша можно понять. Но мой ребенок родился не просто от отца с матерью, а от родителей — граждан России. Ребенок появился на свет в московском роддоме: по идее, он должен становиться гражданином автоматически, по умолчанию (тогда ему должны сразу вместе со свидетельством о рождении ставить штамп о гражданстве!). Но все не так просто.



«Экс-территориален» — это не дразнилка

Однажды я узнал неожиданную и неприятную новость. Оказывается, мой сын «экс-территориален» (то есть не приписан ни к одному государству). Почетный статус гражданина мира ему никто не присваивал, поэтому в нашем случае отсутствие гражданства было чревато очень серьезными проблемами в самой ближайшей перспективе, уже не говоря о возможных, точнее, невозможных в принципе поездках за границу. Ситуация сложилась очень странная.
Я ходил в паспортный стол дважды, после трех неудачных попыток жены. В итоге с нас потребовали сдать по две копии всех документов, которые у нас были: свидетельства о браке, паспортов, моего военного билета (это-то зачем?), свидетельства о рождении ребенка и свидетельства о его регистрации по месту жительства, причем сотрудница миграционной службы потребовала, чтобы были откопированы все страницы всех документов, включая незаполненные.

«Нельзя финансировать мое семейство в ущерб мегапроектам…»
Это было очень познавательное занятие. В частности, я узнал, что «если завтра война, если завтра в поход», то я буду самой небоеспособной единицей в Российской армии. Потому что размеры одежды и обуви, указанные в моем «военнике», по-прежнему рассчитаны на субтильного двадцатилетнего мальчика, а запланированный под меня противогаз я смогу надеть разве что на кулак. Но речь не об этом. Три раза дотошная сотрудница ФМС разворачивала жену и один раз меня, потому что не хватало какого-нибудь очень важного листочка — типа копии последней страницы паспорта с текстом закона «О паспорте гражданина РФ» или обложки военного билета.
В итоге, мы убедили государство в том, что на нашего сына тоже можно смотреть и завидовать — он гражданин. На практике почетный статус обозначен в виде неразборчивой красной печати с обратной стороны свидетельства о рождении.
Борение с ФМС живо напомнило мне недавний эпизод с переписью, когда к нам домой пришел усталый сотрудник Росстата и начал задавать жене бестактные вопросы. «Ваша национальность». — «Русская». — «Национальность мужа». — «Русский». — «Национальность ребенка». «Простите, а как вы думаете?»
В этот момент ребенок, уже освоившийся с присутствием постороннего, с победным кличем атакует собаку. «Мне кажется, это масай. Или как минимум зулус».


Человек, москвич и гражданин

В итоге мой ребенок был оформлен как положено — как человек, москвич и гражданин. Настала пора задуматься о том, что в связи с этим фактом нам должно государство.
Первые полтора года жизни сына нам платили по полторы тысячи в месяц. Потом, очевидно, решив, что мы привыкли к роли родителей и материальные стимулы нам уже не нужны, платить перестали. (Это закон.) К этому времени дите подросло, а вместе с ним серьезно увеличились расходы — одежду приходится покупать много и часто, потому что мужчина растет, еда должна быть вкусной и разнообразной, а десяти литров молока сегодня нам хватает примерно на пять дней.
Я считаю, что на то и папка, чтобы приносить домой мамонтов и не ждать помощи от государства, которое мучительно выбирается из экономического кризиса. Кроме того, требовать деньги от властей, которые реализуют амбициозные проекты типа саммита АТЭС во Владивостоке, Олимпиады в Сочи и ЧМ по футболу мне кажется даже аморальным — нельзя финансировать мое семейство в ущерб мегапроектам.
Но меня совершенно затерроризировала родня, которая почему-то убеждена, что в стране до сих пор социализм и сам факт появления каждого ребенка должен порождать новую статью в бюджетах всех уровней. В итоге я залез на профильный сайт и вдумчиво изучил все государственные компенсации, так или иначе связанные с детьми. Я уверен, это необходимо сделать каждому папаше, который считает, что страна ему что-то должна. Более познавательного и поучительного занятия у меня не было очень давно. Я читал статьи, смотрел суммы компенсаций и искренне радовался тому, что мы их не получаем.
Потому что если бы получали, это бы означало, что меня нет. А я либо погиб в Чечне, либо скрываюсь от алиментов, либо инвалид. Там было гораздо больше пунктов и подпунктов, большинство из которых я боюсь представлять даже теоретически. Но прочитать этот длинный перечень любому молодому отцу просто необходимо — исключительно для того, чтобы понять, до какой степени у него все хорошо и как прекрасно, что государство ему не помогает.
Впрочем, я не могу сказать, что нас совсем игнорируют. Буквально неделю назад меня вызвали в бухгалтерию. И сообщили, что существует налоговый вычет на ребенка. И для того, чтобы он заработал, мне надо написать заявление по форме.
Я с удивлением узнал, что в России все-таки существует налог на бездетность — просто в несколько вывернутой форме. Раньше те, у кого не было детей, облагались дополнительным налогом. Сейчас же за каждого ребенка уменьшают сумму подоходного налога. В итоге теперь каждый месяц я буду получать на 200 рублей больше, а это не так уж мало. Это 2400 рублей в год до тех пор, пока сыну не исполнится 18 лет. То есть по совокупности 36 000 рублей на 15 лет.
В итоге я остался на том же, на чем был, и эта позиция кажется мне правильной: пусть государство помогает тем, кому помощь необходима. А я — взрослый мужик, и грош мне цена, если я не смогу обеспечить свою семью без посторонней помощи.
Вот только почему-то — непонятно почему — мне очень неприятно слышать, когда политические деятели начинают рассказывать о поддержке молодых семей и дорогих проектах, направленных на улучшение демографии.


Константин Стариков