Эльдар Калимулин экзамены жизни сдал на «отлично»: подростком пережил потерю родителей, в юности выбрал свою половину, родил сына, построил дом на родине, прямо на месте своего детского шалаша, посадил много деревьев в саду и, конечно же, состоялся как актер, с каждым годом обретая все большую известность. Об этом и многом другом — в интервью журналу «Атмосфера». — Эльдар, недавно вы в очередной раз блеснули в комедии «Адвокаты», которая вышла на платформе «Кион». Что прежде всего привлекло в проекте? — Во-первых, режиссеры — мой товарищ Леонид Тележинский и замечательная Анна Яковлевна Пармас, с которой я давно хотел поработать. Она, несомненно, будоражит — много смеха и юмора на площадке. Как-то в ковид у нас даже случились онлайн-пробы с Пармас, которые я не прошел, а тут вот такая удача. Плюс актерская команда прекрасная, мы весело проводили время: Иван Добронравов, Анна Котова, Аглая Тарасова, Егор Корешков, Руслан Братов и, конечно, Екатерина Вилкова, с которой у нас проходило большинство сцен. Кастинг был первоклассный, многие могут позавидовать. Помимо этих аспектов, естественно, у меня присутствовало желание попробовать себя в другом жанре. После сериала «Аутсорс» я получил множество комментариев: «Очень уж мрачно...» Я решил сменить вектор на более легкий и позитивный. К тому же у меня имеется незакрытый комедийный гештальт, который я постарался закрыть «Адвокатами» и «Жекой Расселом». Мой герой в «Адвокатах» — Артем Федотов, вчерашний студент, во многом наивный, верящий в закон, в справедливость, в то, что можно жить по правилам. — В каком-то смысле вы тоже идеалист, как мне кажется... — Безусловно, есть во мне это качество. И в жизни, и на экране продолжаю борьбу с этим несовершенным миром. (Улыбается.) Хотя я и мой персонаж все равно где-то идем на компромиссы, бывает, встаем и на темную сторону, и нас позже гложут муки совести. — У вас роль дипломированного юриста, а в своей частной жизни приходилось обращаться в суд, бороться за свои права? — Да, лет десять назад судился по поводу аренды земли в моем родном поселке Тучково Московской области. У меня не было адвоката, и я на заседании защищал себя сам. Так что у меня есть опыт подобного выступления, который сейчас пригодился мне на съемках. А на днях обратился в похожую контору, как у нас в кино, и мне по телефону из кол-центра отвечал специалист, разбирал мой случай, говорил, какие действия предпринять, и я словно опять попал в наш проект, который, я уверен, понравится большинству. Он отдыхательно-развлекательный, расслабляющий, семейный. — Как я понимаю, то давнее дело вы выиграли? — Для этого понадобилось много лет стараний, усилий, но я добился своего и дошел до конца. Даже мелькала мысль поступить на юридический факультет и учиться заочно, так как эти знания точно никому не повредят! Меня всегда волновала тема закона в кинематографе. Многие американские хиты, включая «Блондинку в законе», — про это. И еще их знаменитая фраза: «Встретимся в суде!» всегда меня удивляла — разве так можно? [img=174918] — Вы признаетесь, что не без проблем расстаетесь со своими персонажами — отдельные герои крепко въедаются, это правда? — Разумеется, я в них глубоко погружаюсь, но все-таки до поры до времени. Это длительный процесс. До съемок ты ищешь своего героя, тебе кажется, что нащупал зерно роли. После встречи с партнерами, цехами, режиссером происходит корректировка персонажа, которая уже складывается из мнения всей команды. Так, когда я пришел на примерку для своего героя Артема Федотова, увидел, что собрала для него наш художник по костюмам Мария, у которой тоже был свой взгляд. Шерстяные жилетки и вельветовый пиджак изменили мое видение. (Улыбается.) Где-то внешнее не играет существенной роли, но тут был как раз другой случай — концептуальная яркость на манер Кристиана Бейла из «Американского психопата» — я его держал в голове. — В своих внутренних поисках вы часто обращаетесь к каким-то мировым аналогам? — Необязательно к мировым. Порой это происходит подсознательно, иногда намеренно. Тут мне кто-то показал на пробах грима фотографию актера из этого фильма, и возникла ассоциация. Получается, что зацепился и стал раскручивать — посмотрел картину, начал размышлять, что Артем хочет быть крутым, но у него не получается... Ну, это уже «кухня». — Читала, что ваш отец виртуозно изготовлял мебель, а мама была историком по образованию... — Мама была историком-археологом по образованию, но в трудные времена работала в котельной на заводе. Она была невероятно творческим, легким человеком — обожала литературу, писала стихи, их публиковала местная газета. Мама привила мне любовь к гуманитарным дисциплинам и чтению, которая со мной до сих пор, хотя, увы, я больше читаю сценарии, нежели художественную литературу. Только в отпуске позволяю себе кайф сидеть часами с романами. А папа действительно был умелец, мастер — «золотые руки», и поражал меня тем, что не было вещи, которую он бы не мог сделать. У нас был кухонный гарнитур его авторства, полностью собранный из старых шкафов, фанеры, остатков каких-то досок. Отлично он разбирался в этом ремесле. Эпоха была, когда все чинили, восстанавливали, не выбрасывали. — Вам передались эти способности? — В какой-то мере. Дома купленный кухонный гарнитур собрал самостоятельно и врезал раковину с духовкой и варочной панелью. Отец меня воспитал так, что мужчина должен все уметь. Я видел, что, когда что-то ломалось, он сам чинил, и это служило примером. — Расскажите, каким вы были мальчишкой? — Я рос не замкнутым, но и не слишком компанейским. Как и теперь, у меня были периоды, когда требовалось побыть одному, и периоды, когда, наоборот, нуждался в общении, в проявлении лидерских качеств. У меня есть соратник, режиссер Никита Власов, который однажды мне сказал, что я ему напоминаю вулкан: то спящий, а то извергающийся, выбрасывающий пепел. По-моему, весьма точное наблюдение. Так что раннее детство у меня было очень счастливым. Испытания, связанные с потерей близких, наступили лишь в подростковом возрасте. — Эта трагедия побудила вас взять судьбу в свои руки? — Пришлось быстро повзрослеть. Старшей сестре Элине на тот момент было всего двадцать два года, вскоре она стала мамой. Папа еще успел увидеть свою внучку. Понятно, что тогда у меня было много вопросов ко всем, и я очень благодарен сестре за то, что она была рядом со мной. — Догадываюсь, что вас всегда спасало искусство. Вы же мальчишкой ходили в местную театральную студию «Класс», в старших классах учились при Щепкинском училище... — Комышева Лилия Андреевна — руководитель студии «Класс» и мой первый театральный педагог. Я ей безумно благодарен за то, что она привила мне любовь к профессии. Постепенно искусство действительно заняло все мое свободное время. Однажды я даже был отмечен стипендией губернатора Московской области за достижения в искусстве. Меня наградили деньгами, часть которых я потратил на новые кроссовки фирмы PUMA. Трясся над ними, берег, а однажды пришел домой и увидел, что приятель шурина играет в них в футбол. (Улыбается.) Вот так бывает порой в нашей жизни. [img=174919] — К слову, ныне шопоголиком вы не стали? — Я не любитель выбирать одежду, мерить, но так как ввиду своей профессии посещаю огромное количество мероприятий, где выглядеть нужно соответствующе, приходится закупаться. Обычно это делаю чуть ли не оптом, и некоторые вещи могут по году ждать своего часа. — Вы с первой же попытки поступили в РАТИ-ГИТИС на курс Павла Хомского и Сергея Голомазова, а в конце получили диплом с отличием. По какой причине остановились на этом конкретном вузе? — Я мог стать студентом ВГИКа, «Щуки», но выбрал ГИТИС из-за Сергея Анатольевича Голомазова. Выбрал сердцем — направился туда, куда лежала душа, и не прогадал. Где-то в середине обучения прошел через терзания, что, может, стоило выбрать другого мастера, но это было мимолетно. Исчезло, как только я вспомнил поступление, когда было триста человек на место, а Сергей Анатольевич меня выделил. Это такой билет в жизнь, который достается не просто так. Я определенно не вечный студент, который по десять мастерских меняет. Собрался и доучился. Потом даже в аспирантуру собирался, но наша Вера Ивановна Бабичева отговорила — рекомендовала поработать, и я влился в штат МТЮЗа на пять лет. Уволился, когда почувствовал, что нуждаюсь в паузе, поскольку до конца учитывал интересы театра, но уже не мог совмещать график спектаклей и репетиций со съемками. — Сейчас не выходите на сцену? — В этом году мы выпустили комедийный спектакль «Имя» режиссеров Сергея Кальварского и Натальи Капустиной, шоураннеров первых двух сезонов «Фишера», с Александрой Ребенок, Андреем Максимовым, Александром Семчевым и Софьей Аржаных. Это культовая французская пьеса. Я счастлив вернуться на сцену и снова получаю удовольствие от этого процесса. Соскучился. Люблю театр. Особенно такой, где есть свобода творчества и легкость бытия. (Улыбается.) — А где вы сейчас снимаетесь? — Вот сейчас снимаем комедийный сериал «Почти семейное шоу», с Ильей Малаковым, Тимуром Родригесом, Катей Кабак. Осенью премьера. И я очень жду выхода сериала «Фейк» про киберсталкинг с Анастасией Красовской в главной роли. Кроме того, отмечу детективный триллер «Община» для ОККО. В сериале играют Александр Ильин, Евгений Харитонов, Дарья Савельева, Сергей Шакуров, Алексей Серебряков, Евгения Дмитриева и Даниил Стеклов. Мне как зрителю точно будет интересно его посмотреть. — Теперь вам не хватает только полноценного мюзикла! — Есть у меня мечта, что я когда-нибудь запою на бродвейском уровне, как Хью Джекман. (Улыбается.) Но когда прихожу на концерты моего товарища Николая Тимохина, понимаю, что такое настоящий певческий дар — до мурашек! — Знаете, если беды и нанесли вам урон, то только внутри — внешне вы спокойный, здравомыслящий, рассудительный мужчина. — Я довольно рациональный, и рано ко мне пришло фундаментальное понимание, что лучше с улыбкой смотреть на жизнь, смеяться как можно чаще, потому что и так достаточно печальных событий. Между прочим, такому подходу меня научила любимая двоюродная бабушка — тетя Соня. Три года назад ее, к сожалению, не стало, но до этого она излучала оптимизм, цитировала Омара Хайяма, являясь учительницей русского языка и литературы, вечно шутила. Первого апреля не упускала случая меня разыграть и неизменно подбадривала: «Ничего, Эльдарчик, Всевышний нас не оставил! Будет день — будет пища!» Она была удивительно энергичной и одновременно бойкой. Одно время она торговала в палатке, продавала газеты. Иногда я ее подменял и учился коммуникации с этим миром. — Вы быстро создали собственную семью. Была такая задача? — Я всегда мечтал о большой семье. Мне все детство твердили, что я продолжатель рода Калимулиных, поэтому, когда я встретил Татьяну, сообщил ей, что у меня будет сын по имени Тимерлан, что означает «железный». [img=174920] — Тимерлан Эльдарович Калимулин — звучит красиво! — Конечно, просто ему не будет с таким сочетанием, я сам прошел через некое агрессивное неприятие того, что у меня не славянские имя и фамилия. Это даже при аренде квартир проявлялось, не только в школе. Но надо идти ва-банк и не стесняться национальности. — Тимерлану сейчас восемь лет. Он парень с характером? — Еще с каким! Я строгий и одновременно очень любящий папа. Прочитал книгу Нила Синклера «Папа-спецназ. Миссия выполнима», такой краткий курс молодого отца, и в дальнейшем старался не дать ребенку сесть себе на шею. (Улыбается.) Я не устаю Тимерлану напоминать о его обязанностях, бываю занудным и «душным», определенно. — Как проводите время вместе? — На природе. Обычно садимся в машину и едем куда глаза глядят. Свернем в поле, к Москве-реке, если место понравится, то там посидим. Я рад, что живу на родине — выстроил загородный дом на месте своего детского шалаша, который я называл Каморрой. Когда-то отец собирался построить там дом, и я исполнил его мечту, выходит. Строился я долго, хотел, чтобы и бабушка — тетя Соня — счастливо там с нами жила, но она провела в его стенах лишь две недели, увы. Умиротворяет меня эта неспешная жизнь, тем более что кругом родственники, а напротив — пятиэтажка, коммуналка, в которую меня принесли младенцем. Ежедневно хожу по привычным улицам, которые кое-где изменились, а кое-где — нет. Раньше шагал там с отцом, а сейчас уже с сыном, и здороваюсь с людьми, которых знаю все эти годы. — За участком тоже сами ухаживаете? — Фруктовый сад посажен еще родителями, у меня даже сохранились воспоминания, как мы сажаем яблони, вкусную грушу, которая плодоносит каждый год, а недавно я посадил грецкий орех и ежевику. Эти саженцы передали мне из Астрахани тетушки по маминой линии, где я был на съемках сериала «Лада Голд». Эти орех и ежевика росли в саду у маминых родителей и у меня тоже прижились. Грядками занимаются тесть с тещей, а сестра из косточек выращивает экзотические растения — маракуйю, папайю, инжир. Правда, она это делает у себя дома под Казанью. — Вы явно не привыкли к роскоши. Умеете управляться с семейным бюджетом? — Вполне. Я человек прагматичный, земной, из тех, кто строит долгосрочные планы. Вообще, по-моему, все хотят достойно жить, хорошо зарабатывать, и я тут не являюсь исключением. Никогда не жалею денег на семью, путешествия, на те же адреналиновые горные лыжи, которые освоил года два назад, на какие-то необходимые предметы в дом, а также на инструмент. Отец наставлял, чтобы инструменты были под рукой, и я собрал уже практически коллекцию. Больше всего всевозможных пил. Редко их использую, но иногда пригождаются. Так что на сегодняшний день у меня все нормально. Всего, что планировал иметь лет десять назад, потихоньку достиг и доволен. — Супруга обеспечивает вам надежный тыл. Вы ровесники, и нашли вы Татьяну не на своем факультете, а на театроведческом. Чем девушка привлекла? — О! Жену я люблю целиком и полностью, она у меня чудесная. В этом году мы отпраздновали оловянную свадьбу — десять лет вместе. Мы идеально дополняем друг друга. Она — Огонь, я — Земля. Там, где я слишком долго думаю, взвешиваю, откладываю какое-то дело, она меня стимулирует, вдохновляет, провоцирует. Там, где мне нужно детально разобраться, а времени и сил не хватает, она берется помогать, поддерживает. Кроме того, как дипломированный театральный критик, наблюдавший меня буквально с первого курса института, знает, что мне когда и как сказать. Когда мне нравится какой-то проект, я всегда прошу Таню его прочитать и жду ее оценки. Мы практически всегда совпадаем во мнениях. Для меня это очень важно, чтобы рядом был человек, который мыслит и чувствует так же, как и ты сам. Мы сплоченная команда! У нас есть одна неизменная договоренность: мы никогда не расстаемся друг с другом больше чем на десять дней. — На вашем счету фильм «Год рождения», отмеченный кинофестивалем «Маяк», лента «По барам», сериалы «Эпидемия», «Метод-3» и другие. По каким критериям отбираете материал? Финансовая составляющая для вас важна? — Про гонорар договаривается мой агент Валерия. И в основном, кстати, мне везет на качественные истории — как-то все совпадает. И партнеры попадаются великолепные. Весь состав той же «Эпидемии» — золотые люди. Отдельно скажу о спутнике моем драгоценном — Роме Евдокимове. Всегда рад, когда мы периодически встречаемся. Очень нежно друг к другу относимся. [img=174921] — У каждой эпохи есть свой Борисов: в советское время был Олег, сейчас Юра. Про него обычно все говорят восхищенно. Вы не единожды встречались на площадке, составили свое мнение? — Тут я присоединяюсь к большинству. Когда мы познакомились пять лет назад, у меня как раз пошел тот самый карьерный виток. На съемках в Карелии, в Сорталаве, мы с Юрой жили в одном домике, много общались, и он мне давал дельные советы относительно работы. С теплом его вспоминаю. Беседы у нас были самые разные, в том числе и о религии. Он мне сказал, что не знает, есть ли Всевышний или нет, но верит, и ему так легче живется. Просто предложил мне тоже попробовать. Молитва — это же разговор внутри себя с тем, кто сверху, и совсем не обязательно для этого идти в храм. Как-то очень доходчиво он мне это все объяснил, за что я ему благодарен. — Любопытно, вы были убеждены, что станете известным актером? — Собственно, вообще, что я стану актером, были сомнения. На каждом этапе возникала рефлексия, что оступлюсь, фортуна покинет. Без минут меланхолии не обходилось, особенно ближе ко дню рождения. К счастью, в последнее время я стал легче относиться к конкуренции — не сомневаюсь, что мое от меня никуда не денется. Сегодня моя установка такова — раз не попал в проект, значит, другому он нужнее. [img=174922] — Напоследок не могу не отметить, что выглядите вы очень молодо, неслучайно играете выпускников вузов. Выигрышная генетика... — Все так — долго играл подростков, потом студентов, теперь выпускников... То ли я отстаю от персонажей, то ли они от меня... Какое- то время это раздражало, ведь внутри мне все тридцать пять, и, как известно, самый лучший игровой мужской возраст — от тридцати до пятидесяти — полно тем для работы. Гораздо больше, чем у юношей. Но теперь воспринимаю философски этот контраст между внешним и внутренним — мирюсь с ним. Порой пригляжусь к себе в зеркале — вроде постарел, а потом побреюсь, отдохну недельку, и опять как новенький. (Улыбается.)