Интервью

Брюс Уиллис: «Облысение — способ Господа показать мне, что я простой смертный»

Сегодня звезде «Крепкого орешка» исполнилось шестьдесят лет. Актер поделился своими правилами жизни.

В это сложно поверить, но сегодня звезде «Крепкого орешка» исполнилось шестьдесят лет. Актер поделился с журналом «Атмосфера» своими правилами жизни.

19 марта 2015 20:10
10693
0
Брюс Уиллис и его жена Эмма Хемминг. Фото: Rex Features/Fotodom.ru.

1. О брутальности
Вообще-то я совершенно не брутален. Меня в гневе не боятся даже собственные дочери. И все они не стесняются указать мне на то, что я, по их мнению, делаю неверно.
Я самоуверен, потому что вырос на юге штата Нью-Джерси. Там водятся сотни парней с вытатуированными на теле словами «Южный Джерси. Выживают только сильнейшие».
Я не боюсь вида крови. Более того — после съемок каждого из «Крепких орешков» я какое-то время не узнаю себя в зеркале, если на мне нет шрамов.
Думаю, я мог бы спасти мир еще раз пять или шесть. Потом, наверное, придется передать эту миссию Джейсону Стейтему.
Чаще всего по роли я делаю что-нибудь ужасное, расстреливаю кого-нибудь. Поэтому мне особенно дороги те редкие картины, где моему герою удается поцеловать девушку.

2. О славе
Я всегда удивляюсь — каково живется мультимиллионерам? И изредка с удивлением вспоминаю, что я — один из них…
«Оскар»? У меня никогда не хватало времени терзаться мыслями из серии «а вот за эту роль я точно заслужил номинацию».
Когда-то я считал, что в паре к работе актера идет возможность делать заявления на публику о чем угодно. Наверное, я постарел или чудом набрался мудрости, но теперь уверен, что необходимо уметь побороть порыв говорить. В жизни гораздо важнее уметь слушать.
Я очень стараюсь убрать осуждение из своей жизни, особенно предубеждение. Это ужасно сложно, но я действительно хочу пожить без него.
Ежедневно я работаю над тем, чтобы не относиться к себе и своей популярности серьезно. Мне повезло, что огромное количество моих друзей беспощадно помогают мне в этой работе.
Облысение — способ Господа показать мне, что я простой смертный.

3. О браке и дочерях
Брак всегда проходит через периоды взлетов и провалов. Он — сад, за которым надо постоянно ухаживать и в котором нет места собственной гордыне.
Когда думаешь о том, где бы найти любовь всей своей жизни, почти никогда не предполагаешь, что на эту роль подходит кто-то из уже знакомых тебе людей. Всегда кажется, что эту любовь еще предстоит встретить.
Главное в любви — это дружба.
Жена слышала от меня фразу «Я люблю тебя!» тысячи раз, но ни разу не слышала моего «Прости, я не прав».
Я горжусь своей ролью отца гораздо больше, чем карьерой актера. Когда рядом со мной нет семьи, я совершенно невыносим.
По опыту знаю, что у младенцев есть чувство юмора, кстати, очень неплохое. Моя младшая дочь многим комедиантам даст фору.
Мои старшие дочки превратились в прекрасных молодых женщин. Когда они были тинейджерами, я все-таки не был стопроцентно уверен, что они похорошеют.

4. О женщинах
Мне очень повезло — по работе приходится изображать любовь с женщинами, на которых я не женат. И жена не впадает от этого в ярость.
Женщины должны быть у власти — по мне, так пусть во всех странах президентами станут женщины. Мужчин с ними даже сравнивать не стоит — мы лишь скачем по жизни, устраивая вокруг себя беспорядок.
Я давным-давно понял, что женщины умнее нас. Рядом с существами женского пола я всегда чувствую себя в безопасности.
Самый ужасный тип первого свидания — это когда уже через десять минут ты понимаешь, что ничего не получится, но не можешь позволить себе сбежать.

5. О времени
Впервые в жизни я подумал о смерти, увидев процесс рождения своей старшей дочери.
Мы не можем изменить прошлое, но уж точно можем не повторять его ошибок.
Никогда не сожалейте о прошлом. Ведь сложно определить, не то ли самое, о чем ты сожалеешь, привело в итоге к счастью?
По-моему, все люди в любом возрасте чувствуют себя максимум на двадцать пять лет.
Неизвестно, как и где мы будем жить в 2040 году — может быть, тогда появится нужда в восьмидесятилетних экшен-актерах, а я буду как раз таким?


Мария Хлеменко