Интервью

Андрей Чадов: «Готов жениться. Но в Москве сложно встретить даму сердца»

Актера называют завидным холостяком и периодически пытаются поженить. Но сам Андрей к этому относится спокойно.

Молодой, талантливый, неженатый. Актера называют завидным холостяком и периодически пытаются поженить. Но сам Андрей к этим разговорам относится спокойно.

25 февраля 2015 19:37
19126
1
Андрей Чадов.
Геннадий Авраменко

— Андрей, как ты отнесся к материалам в прессе о вашем романе с Юлей Барановской?
— Спокойно.

— Думаешь, что любое упоминание в прессе идет артисту на пользу?
— Нет. Майклу Джексону не пошли на пользу слухи о его педофилии. А ты это к тому спросил, что эти разговоры о романе мне лишь навредили? (Смеется.)

— Лучше скажи, а жениться ты когда-нибудь соберешься?
— Надеюсь. Ищу. Сложно найти в Москве даму сердца! Все такие разные! Но я сейчас однозначно готов. Если встречу, полюблю, то… Просто когда ты известный артист, непонятно, чего от тебя хотят. (Улыбается.) Сейчас дамы попадаются достаточно прямолинейные. Типа, купи мне платье, тогда мы будем сегодня вместе.

— С бывшими подругами поддерживаешь отношения?
— Нет. Как-то рассасывается все. Остаются лишь хорошие воспоминания. Время, оно если не лечит, то сглаживает углы. Не мое это — тянуть за собой груз обид. Это же здоровье свое гробить. Гнев разрушает.

— Тогда что может вывести тебя из себя?
— Как-то я передвигался в пробке. В левом ряду. Вижу — из-под впереди идущей машины выскакивает голубь. И никто не обращает на него никакого внимания. А он улететь не может. Я останавливаюсь, включаю «аварийку» — дескать, пошли все на фиг. Все бибикают. А я голубя просто убрал с дороги. И еще в последнее время меня достает панибратство. Когда незнакомые люди начинают тебе тыкать, обнимать. Неприятны невоспитанность, хамство. Любого нормального человека эти вещи выведут из себя.

— В Москве это обычное дело, разве нет?
— А я вот все не могу к этому привыкнуть. Мне уже скоро 35, а я как будто в яслях еще. (Улыбается.)

— Ты периодически снимаешься с иностранными актерами. Вот, к примеру, в недавнем сериале «Дело батагами» ты работал с Марком Дакастосом. Какие у тебя впечатления от знакомства и работы с заокеанским коллегой?
— Познакомились как-то непринужденно. Мы на площадке разводили совместную сценку с режиссером. И Марк оказался очень веселым парнем с американским юмором. «У тебя есть понос?» — спросил он меня по-русски. Спросил и стоит ржет! Видимо, кто-то из наших научил. Вот так. Сразу видно, он позитивный! (Смеется.)

— О чем говорили вне площадки?
— У меня английский не столь блестящий, я его изучаю. Да и он особо не рвался. Думаю, что Марк был в шоке от российского синематографа. Он, например, спрашивает: «А что мы сегодня снимаем?» Ему отвечают, что будем снимать вертолет, его подлет, финальную сцену с яхтой. Он в шоке: «Вы все это хотите снять за один день? Это же минимум дня на два!» И потом он никак не мог понять, как мы, русские, смогли все это снять за один день. (Смеется.)

— Его профессиональный уровень ощущался?
— Все зарубежные актеры, с кем я работал, — люди жаждущие и профессиональные. И Ламберт, и Барнс, и Дакастос — у них есть чему поучиться. Они всегда собранные, впитывающие как губка, слышащие. У них нет никаких понтов, никакой звездности. Нет ничего, мешающего искусству. О, как громко сказал! (Смеется.)

— То есть разговоры о том, что мы сравнялись с Голливудом…
— Пока громко сказано. Но они к нам приезжают, сидят у Ивана Урганта, кто-то с кем-то дружит, но в плане работы… все же всё прекрасно понимают! (Смеется.)

— Но большие актерские зарплаты встречаются теперь и в России!
— Лично я об этом не задумывался. Я прекрасно понимаю, сколько там зарабатывают.

— Ты при выборе роли ставишь деньги во главу угла?
— Во главу — нет. Идеальное сочетание — деньги и творчество. Я всегда стремлюсь именно к этому. Но я десять лет снимался за копейки. И всегда это был хороший сценарий, но без денег: «Русское», «Живой», «Курсанты», «Тихая застава». У меня пока нет семьи, когда появится, видимо, все будет по-другому. (Улыбается.)

— Как я понимаю, сейчас ты можешь отказаться от роли, которая тебе не нравится?
— Да, выбор есть. А вообще, я тут недавно узнал: многие думают, что я дорогой артист! Для меня это было очень приятно.

— А я тут вычитал, что для тебя оптимально сниматься по фильму в год. Это так?
— Это чушь! Но так получается. (Смеется.) Любой артист хочет работать много и качественно. Но хорошего материала всегда мало. И примерно раз в год встречается всего один стоящий. В ушедшем году я сыграл в трех проектах. Слава богу, они все достойные. Я уже готов к следующим. Я очень люблю работать. Мне, чтобы отдохнуть на целый год, хватает двух месяцев, например, на Бали.

— А почему Бали?
— Там энергетическое и духовное место. Я весь остров изучил, единственно, где не был, так это на вулкане. Если соберусь туда, то только со своей девушкой. Покажу необитаемые острова. Там хорошо. Демократично во всех смыслах. (Смеется.)

— Посещал хиропрактов, шаманов?
— Посетил врача без глаза в свой первый приезд. Мне сказали, что это тот чувак, который снимался в фильме «Ешь. Молись. Люби». Приехали. Оказался не тот, но все равно хороший дед. Он мне сказал очень правильные вещи — например, что у меня много блоков. Нажимал на точки, было очень больно. Хотелось орать. И только спустя три года я вспомнил его слова, когда начала болеть спина.

«Мы с братом разные! И амплуа разные. И роли. Хотел бы я сыграть роли, в которых он снялся? Нет, это все несерьезные разговоры».
«Мы с братом разные! И амплуа разные. И роли. Хотел бы я сыграть роли, в которых он снялся? Нет, это все несерьезные разговоры».
Геннадий Авраменко

— У вас с братом есть конкуренция в кино?
— Не знаю. Вряд ли. Мы же разные! И амплуа разные. И роли. Хотел бы я сыграть роли, в которых он снялся? Нет, это все несерьезные разговоры.

— У вас ведь были совместные работы. На твой взгляд, с родным человеком проще сниматься?
— По-разному. В чем-то проще, а в чем-то сложнее. Но в целом, наверное, плюсов больше. Потому что я знаю его как свои пять пальцев руки. Из-за этого происходит какое-то чудесное партнерство (смеется), которое видно на экране. У нас так было в «Живом».

— Вы с братом часто встречаетесь не по работе?
— Конечно. К тому же я с недавних пор — дядя, крестный. У нас теперь есть Федор Чадов. Наследничек.

— Ты сам верующий человек?
— Да. В церковь хотя и редко, но хожу. У меня есть батюшка, которому я просто могу позвонить, поговорить с ним. Духовник, одним словом. К нему, кстати, наш боец Федор Емельяненко приезжает.

— С братом, мамой узким семейным кругом часто собираетесь?
— На праздники, дни рождения, крещение детей. А в последнее время где-то раз в неделю я собираю родных у себя дома. Мы всю жизнь прожили с мамой втроем. Никого из родственников не было в России. На старости лет приехали из Казахстана дедушка с бабушкой по маминой линии. Они старенькие, нужно за ними следить. Но теперь присутствует ощущение большой семьи. Иногда катаемся с дедом на рыбалочку. Ему кайфово, постоянно клюет. Ему же никто не говорит, что рыба в пруду платная! (Смеется.)