Интервью

Владимир Яглыч: «Мне неинтересны люди, которые лезут в душу»

Звезда сериала «Екатерина.Фавориты» рассказал о любви к мотоциклам, мечтах покорить Голливуд и отношениях с коллегами

7 декабря 2023 11:10
7947
0
Фото: Мария Хуторцева Стиль: Евгения Лачина Грим и волосы: Мария Родькина
Фото: Мария Хуторцева Стиль: Евгения Лачина Грим и волосы: Мария Родькина
Куртка, suitsupply: футболка, Lime; брюки, P.P.S.; ботинки, Dr. Martens

Брутальный, закрытый — и оттого привлекающий внимание. Сегодня Владимир Яглыч — один из самых ярких и успешных актеров российского кино. Кажется, все ему легко. Но так ли это — в интервью.

- Владимир, много лет тебя знаю — и все эти годы ты гоняешь на мотоцикле. А помнишь, как появился твой первый двухколесный конь?

- Желание ездить на мотоцикле я впитал с молоком матери. (Улыбается.) У всех в моей семье был мотоцикл. Мой первый — Honda VT× 1800. Мы поехали выбирать его с другом. И как раз неделю, наверное, в Москве шли дожди. Но я, несмотря на это, ездил как сумасшедший по всему городу, придумывал себе дела, только чтобы покататься на мотоцикле: просто не мог дождаться сухой погоды. Но чем старше становишься — тем меньше гоняешь в дождь.

- А сколько с тех пор их было?

- Много. (Смеется.)

- Приходилось ездить далеко?

- Да, много раз. Буквально вся Южная Америка мною объезжена. Мы с ребятами как-то участвовали в «Байкальской миле» — про это был большой материал. С этим путешествием так много связано, и когда-то я охотно делился своими историями. А потом понял, что я не хочу туда пускать так часто и всех, потому что все начинают переводить тему на мотоцикл…

- Прости, просто мы с тобой познакомились в мотоклубе. Знаю, ты увлекался стантрайдингом. Осталось это хобби?

- Стантрайдинг я забросил, поскольку на все не хватает времени. Во-первых, все взрослеют, во-вторых, я перестал думать о том, чтобы стать чемпионом мира по стантрайдингу, — так же, как я решил не покорять мотофристайл. Мотоцикла, подготовленного к стантрайдингу, у меня нет.

- Наверное, с появлением детей становишься более осторожным. Путешествуете тоже больше с семьей теперь?

- Да, раз в полгода бываем на недельном отдыхе в Дубае, и это семейная история. Очень нравится Таиланд. А из наших мест — Байкал.

- И вот ты намекнул на возраст, а выглядишь потрясающе. Красивое тело — это важно для актера?

- Мне кажется, это важно не только для актера, но и для всех. Это единственное, чем нас наделил Господь Бог и чем ты можешь распоряжаться. И можно — возьмем для сравнения мотоцикл — проходить ТО или ездить, не меняя масло. Я предпочитаю собой заниматься, но не считаю, что это привилегия актеров как таковых. Приятно, когда у тебя красивое тело.

- Много времени проводишь в зале?

- Пару часов в день.

- Но можно и роль упустить из-за этого: не все герои прописаны с атлетической фигурой…

- Согласен. Поэтому и актеры есть разные.

- Какие эмоции испытываешь, когда не утверждают в интересный проект?

- Сначала — гнев, ненависть, жар где-то в районе груди. (Смеется) Конечно же, я расстраиваюсь. Безусловно, это конкуренция. И я не посвящаю время пробам, если как минимум не заинтересован. Поэтому, когда были пробы и меня кто-то обошел, я на это обращаю внимание. Не то чтобы я записывал, но у меня такой списочек есть. (Улыбается.)

- Как считаешь, почему некоторые называют профессию актера не мужской?

- Странно, потому что эта профессия изначально мужская: история показывает другие факты. Почему так думают? Наверное, потому, что есть люди, далекие от творчества, от кинематографа, от искусства как такового. Они не считают эти занятия работой в обыденном понимании — якобы нет физического труда, усталости. Хотя это далеко не так! Еще, вероятно, вспоминают о жеманности, самолюбовании, присущих артистам. Но ведь не только им!

- Чем тебя эта профессия привлекла?

- Чем дольше я существую — тем больше убеждаюсь, что сюда я пришел скорее за разнообразием и нетривиальностью дней. Поскольку любая другая офисная работа или любая площадка, на которой нужно находиться больше тридцати дней — даже в кино, — заставляет меня нервничать. Именно поэтому я не берусь за очень длинные проекты. Надо пожалеть людей, которые будут проводить со мной столько времени рядом. (Смеется.)

- Есть ли у тебя друзья среди коллег?

- У меня есть очень хорошие друзья, но имен не назову. Потому что, имея что-то ценное, надо это оберегать. А дружба входит в число таких ценностей.

- А в целом актерская тусовка — она дружелюбна?

- Я не знаю, потому что я недружелюбный. (Смеется.) Мне нравятся профессиональные отношения. Я не стремлюсь с кем-то чрезмерно сблизиться. Мне неинтересны люди, которые спустя двадцать минут на площадке лезут в душу и пытаются со мной общаться накоротке. Мне это не нравится. И мне кажется, что большое количество друзей — это не показатель хорошей дружбы. Дружба — это совсем другая история.

- Чего ты не приемлешь на съемочной площадке? Есть ли какие-то вещи, которые триггерят и раздражают?

- Меня напрягают производства: нечасто, но порой люди пытаются обмануть. Есть двенадцатичасовая смена, но они заранее, понимая, что ничего не успеют снять, сразу закладывают себе переработки. Я сам не позволяю себе опаздывать и не терплю опозданий. Это касается как начала работы, так и ее окончания. Просто у нас все пытаются говорить, что, ребята, давайте так, все-таки мы большая семья… Нет, ребята, давайте будем профессионалами. Во столько начали — во столько закончили. Первое слово в профессии — конечно, дисциплина. Поэтому я требую ее прежде всего от себя и от тех, с кем работаю. Остальное в целом — это творчество, и всегда по-разному.

- Ты не даешь поблажки коллегам по цеху? Например, если партнер пришел не подготовленным, но это хороший знакомый или друг…

- Очень тонкий момент. Одно дело — помочь партнеру: это всегда нужно делать. Помоги партнеру, и он поможет тебе. Приличные люди так поступают. Но мы же говорим о профессионалах. И все имеет свои границы. Если человек в принципе не хочет готовиться к съемкам — запросто наживет себе врага на съемочной площадке в моем лице.

- Расскажи, как ты готовишься к роли.

- Ну я же городской сумасшедший: выхожу в белом халате с чашечкой кофе, хожу у себя на заднем дворе от куста розы до дубка, читаю вслух поэмы. Мои соседи с ума сходят от моих подготовок. Наверное, некоторые хотят что-то в этом роде услышать. (Смеется.) Увы — разочарую. Но безусловно — я учу текст. Это домашняя работа. Артист должен знать свой текст — это аксиома. Тогда ты будешь себя чувствовать как рыба в воде. Все остальное подскажет режиссер.

- Готов ли ты иногда сниматься бесплатно или за какой-то небольшой гонорар, если проект действительно интересный?

- Возможно, это какие-то дебютанты или благотворительная история. Скажу так: все приходят с такими предложениями, как будто они все дебютанты, и у них нет денег. Я скажу: нет! Я не работаю бесплатно. У меня есть семья и есть ответственность. В исключительном случае, если мне очень понравится материал, и захочу помочь по доброте душевной, — я могу пойти работать к какому-нибудь студенту или в короткий метр. Но это разовая акция! Да, я человек, но я деловой человек.

- Кстати, родители не отговаривали от нестабильной профессии?

- В этом плане мне повезло, потому что, кроме поддержки, ничего не было, учитывая то, что, мне кажется, они до сих пор не понимают, чем я конкретно занимаюсь. Кино как результат — да. Но в принципе само актерство — это из других, параллельных вселенных. Они — во-первых, представители другого поколения, во-вторых — люди другой профессии. Был такой эпизод в одном сериале: актер начинает жаловаться на проблемы в профессии, а родители ему говорят: ты же попал в театр — мечтал об этом, играешь в спектакле, все хорошо. А он им отвечает: я там играю дерево! (Смеется.) То есть это настолько разные вселенные! Но я благодарен за то, что они меня поддерживали. Только не понимали в чем. Именно благодаря большой родительской любви я попал в актеры.

- Раньше многие рвались в Голливуд. Одно время ты тоже мечтал там работать, тем более что с английским у тебя все в порядке…

- Находясь там на тот момент, я понимал простую вещь: для того, чтобы строить карьеру в Голливуде, нужно быть там все время. Жить — постоянно, а не по два-три месяца. Это так не работает. А мне очень нравится дома. У меня тут мама, тут все мои родные — куда я поеду без них? Об этом можно было бы очень красиво мечтать, но реальность показала совсем другую картинку. И, оценив на тот момент затраченное время в обучении профессии и то время, когда я делал свои первые шаги, я понимал, что потеряю еще десять лет, чтобы хотя бы добиться того уровня, на котором уже находился в нашем кино. Но опять же, наверное, тут вопрос желания — насколько оно тогда было велико. Видимо, на тот момент я был не готов к этому шагу.

- Никогда не жалел о выбранном пути?

- Случались моменты, когда мне было безумно тяжело. Но никогда я не сожалел, что выбрал этот путь. Здесь очень интересно: есть возможность примерить на себя разные профессии, разные лица, покопаться в определенных историях. От этого сложно отказаться, каждый раз включая телевизор и понимая, что ты должен быть по другую сторону экрана.

- Сейчас идет «Екатерина. Фавориты», где ты играешь князя Потемкина. Смотришь ли ты сериал и какое у тебя отношение к этой работе?

- Да. Я всегда смотрю материал — что-то полностью, что-то выборочно. Мое отношение довольно непростое… Я очень люблю этот сериал, я потратил большую часть своей жизни на этот материал. Мне кажется, что это подарок для актера, когда есть возможность поработать в историческом проекте. Моя любимая сцена — в которой Потемкин показывает Екатерине Великой Черноморский флот. Когда я смотрю на эти кадры, у меня мурашки по коже… Но у меня есть вопросы к картинке. Назову это малодушием продюсеров. Но если говорить о послевкусии — мне немного даже грустно, что проект закончился.

- Работая над ролью в исторической картине, погружаешься ли в эпоху? Может, читаешь какие- то материалы?

- Безусловно. Все, начиная от документального кино, все, что можно найти — книги, аудио, визуальные материалы, — я изучаю все. Кроме того, я всегда смотрю сценарий — и кто его написал, что этот человек сделал «до», с кем он работал… Полная разведка, в общем.

- Тебя считают одним из самых ярких и успешных актеров нашего кино. А на твой собственный взгляд, тебе все удается в профессии на сто процентов?

- Нет, конечно. Мало того, я считаю, что нужно постоянно обучаться. Прежде всего важно на площадке — понимать, с кем ты работаешь. Я всегда стараюсь быть наблюдательным, смотреть за старшими коллегами, общаться с людьми, на опыте которых я вырос. Где-то у кого-то я аккуратно забираю, смотрю — как они делают, учусь. Это маховик, который должен постоянно крутиться. Как только он встанет — я скажу: все, я всего добился! (Смеется.) Поэтому — нет, это большой и длинный, сложный и интересный путь…

- Какая женщина должна быть рядом с успешным актером?

- Великая! «Великая женщина тебя возвысит, бездарная — погубит». Фильм «Харли Дэвидсон и Ковбой Мальборо» — это цитата оттуда.

- Скажи по опыту, лучше, когда вторая половинка — из актерской среды?

- Я понимаю, что современные веяния требуют сравнений, советов. Но я все так же предпочитаю не обсуждать свои отношения. К тому же сравнивать представительниц прекрасного пола между собой как минимум некрасиво и неприлично.

- Скоро Новый год — как ты его обычно встречаешь? Считаешь ли семейным праздником?

- Новый год — праздник семейный, теплый. Конечно, я его встречаю дома! Пытаюсь вспомнить эмоциональный фон детства — как это было, чтобы рассказать своим детям, что- то передать… Достать старые игрушки и нарядить елку — наша традиция. Это очень важный праздник, который мы празднуем с семьей. Новый год — это прежде всего надежда, что следующий год будет лучше предыдущего