Интервью

Виктор Добронравов: «Я могу быть строгим с дочерьми, а чтобы их баловать, у нас есть дедушки»

Накануне Нового года WomanHit.ru обсудил с актером семейные праздничные традиции, удачную профессию жены и диету вечно занятого человека

26 декабря 2019 12:12
23202
0
Виктор Добронравов с семьей
Фото: Александра Торгушникова

— Виктор, осталось всего несколько дней до Нового года — расскажите, где и как будете отмечать праздник?

— Последние лет десять я провожу новогоднюю ночь с семьей на даче. Это единственный праздник, когда я знаю, что соберется вся семья: то есть я с женой и дочерьми, Ваня, брат мой, с женой и дочкой, папа, мама, близкие друзья и родственники.

— У вас есть какие-то особые новогодние традиции?

— Нет, просто куранты и подарки, праздничный стол и фейерверк. Я принимаю участие и в подготовке новогоднего стола, всегда салаты режу и еще что-то готовлю. Я это очень люблю, это часть праздника. К тому же — весьма творческий процесс.

— Какие подарки вы любите дарить?

— В последнее время стало сложно дарить подарки. Самые интересные, на мой взгляд, дарятся на дни рождения — в основном они связаны с какими-то эмоциями. Например, подарить полет в аэротрубе. Новый год — это, скорее, просто повод собраться. Когда у тебя за столом двадцать человек сидит, каждому суперподарок не вручишь. Но главное — внимание!

— Кто становится Дедом Морозом для ваших дочерей? Вы не прикладываете к этому руку?

— Это точно не я — у нас нет такой традиции, чтобы Дед Мороз приходил домой каждый год. К младшей приходит Дед Мороз в детский сад, старшая знает, что он где-то есть, и если вести себя хорошо, то он не оставит без подарка.

Виктор Добронравов снимается в кино уже больше двадцати лет, и в фильмографии актера около семидесяти работ. В отличие от многих коллег, Виктор не стал заложником определенного образа и поэтому снимается в фильмах самых разных жанров
Виктор Добронравов снимается в кино уже больше двадцати лет, и в фильмографии актера около семидесяти работ. В отличие от многих коллег, Виктор не стал заложником определенного образа и поэтому снимается в фильмах самых разных жанров
Фото: Александра Торгушникова

— На Новый год принято подводить итоги. Каким для вас стал этот год в творческом плане?

— Театральных премьер у меня в этом году не было, но много снимался в кино. Мы сняли фильм «Огонь» — блокбастер режиссера Алексея Нужного — про пожарных, которые спасают лес, деревню. Думаю, что это будет мощная картина, съемки были очень интересными. Конечно, не обошлось и без трюковых сцен, причем у всех артистов. Приходилось и с огнем непосредственно работать. Я также снялся в восьмисерийной картине «Бомба» режиссера Игоря Копылова, где моими партнерами были Женечка Брик, Женя Ткачук. Фильм про физиков-ядерщиков и создание первой ядерной бомбы в послевоенное время. Скоро должна выйти работа «Цыпленок жареный» — это наш ответ «Острым козырькам».

— Говорят, вы еще снялись в картине, где главным героем стала собака…

— Да, это история про овчарку по кличке Пальма, режиссера Александра Домогарова-младшего, — такое теплое семейное кино про дружбу мальчика и собаки. Я считаю, что нам всем надо идти в сторону хорошего семейного доброго кино. Этого сейчас так мало — мы же все представляем, в каком информационном потоке существуем! Но мы не должны забывать о том, что кино помимо развлекательной функции должно нести воспитательную, говорить о каких-то правильных вещах и пробуждать в нас добрые чувства. А у нас сейчас либо развлекательное кино, либо чернуха, где все плохо. Хочется, чтобы жизнеутверждающих картин было больше.

— Как вам игралось с овчаркой на площадке?

— Нормально. Тем более когда животное — практически профессиональный артист, оно знает, что такое камера, команды, где нужно встать, куда посмотреть… С детьми сложнее, потому что когда ребенок понимает правила игры, тогда получается результат, и зритель сразу сопереживает, а когда начинает использовать заученные интонации, здесь уже сложнее. Так что в фильме — и дети, и собаки, полный набор.

Актер весьма убедителен и в комедиях, и в исторических проектах, таких как «Цыпленок жареный»
Актер весьма убедителен и в комедиях, и в исторических проектах, таких как «Цыпленок жареный»
Фото: Александра Торгушникова

— Вопрос, который не дает покоя вашим поклонникам, наверное, уже много лет: когда же на съемочной площадке соберется вся ваша актерская семья?

— Мы как раз сняли такой фильм под рабочим названием «От печали до радости». Сняли его втроем — первый раз встретились в кадре папа, Ваня и я. Мало того что мы пересеклись в кадре — мы сыграли отца и двух сыновей. Очень драматичная и не без юмора история любви. Еще с нами играли Инга Оболдина и Ирина Пегова. Конечно, нам режиссеры и продюсеры уже давно говорили: вам бы найти материал и сыграть всем вместе. И вот наконец получилось.

— Как вам всем вместе работалось?

— Поначалу было волнительно: мы же впервые работали втроем. Каждый по-своему переживал, но все было очень деликатно, все в любви. В целом мы получили большое удовольствие.

— Я знаю, что и жена ваша — тоже творческая личность, работает фотографом. Это помогает вам как-то в жизни?

— Моя супруга работала со мной и на съемках фильма «Т−34», и в картине «Пальма» — во многих проектах. Я очень рад, что она фотограф, а не актриса, потому что профессия творческая, но при этом мы занимаемся разными делами, не пересекаемся в театре, кино. Наша работа предполагает очень большую отдачу, и когда у актрисы идет в гору карьера, это значит, что она должна посвящать себя профессии, сцене, а не семье. Поэтому я очень рад, что моя супруга, которая к тому же и мой самый близкий друг (мы больше двадцати лет дружим), занимается фотографией. Причем она хороший фотограф и большой профессионал.

— Понятно, что в предновогодней суете покой вам только снится. И все же: как предпочитаете отдыхать, если находится свободное время?

— Если у меня появляются один или два свободных дня, мы уезжаем на дачу. Если выпадает неделя — летим куда-нибудь отдыхать на море, в дальние края. Мы — обычные люди, обычная семья, у нас развлечения, как и у всех нормальных людей.

Братья Виктор и Иван Добронравовы буквально выросли за кулисами театра «Сатирикон», где служил их знаменитый отец Федор Добронравов
Братья Виктор и Иван Добронравовы буквально выросли за кулисами театра «Сатирикон», где служил их знаменитый отец Федор Добронравов
Фото: Александра Торгушникова

— Я знаю, что вы хорошо поете. Ваша музыкальная карьера как-то развивается?

— Сейчас я очень много работаю как артист в театре и кино, поэтому у меня нет возможности развивать музыкальное направление. Мы с ребятами раз-два в месяц собираемся нашей группой «Виктор Добронравов и Ковер-квартет» и играем в клубах. К нам приходят наши друзья. Мы делаем это не для заработка и не для карьеры, а просто чтобы получать удовольствие, собираться вместе. Это хобби, я очень рад, что оно не является моей профессией.

— Интересно, и почему же?

— Потому что если речь идет о серьезной работе, ты начинаешь заниматься этим постоянно. Вот вы смотрите на рыбака, который на своей лодке бороздит океан, и вам кажется, что это романтика! Если посмотреть со стороны — романтика, а если изнутри — страшные, тяжелые будни рыбака. Для меня музыка — это удовольствие, и я не хочу зависеть ни от каких продюсеров, чтобы надо мной не висели контракты, потому что тогда это становится работой. Нужно в один город поехать, в турне, туда-сюда… У меня был такой момент, когда несколько лет назад у нас получилось много концертов, и тогда я понял, что это превращается в работу. А работа у меня пока другая.

— Виктор, вы практически не меняетесь с годами. Как вы поддерживаете форму?

— Пока возраст позволяет еще быть в форме, честно говоря. Я хожу в спортзал, в баню периодически. Для меня баня — неотъемлемая часть жизни, она мне помогает. В бассейн хожу, занимаюсь спортом в фитнес-клубе. Это все нужно, чтобы тело было в тонусе, нельзя пузо отращивать. На ночь стараюсь не есть в последнее время. Понимаю, что организму нужно ночью восстанавливаться, а не переваривать еду, которую в него забросили перед сном. Но это очень непросто, потому что перед спектаклем в пять часов вечера ты уже не ешь, а в двенадцать ночи приехал домой — и голодный как зверь. Но перекусы тоже могут быть разными. Я, например, очень люблю сельдерей и яблоки. И это я могу есть сколько угодно и не поправляться.

— Ваши дочки наверняка тоже растут творческими девочками?

— Да, это так. Обе хорошо поют, танцуют, обе занимаются фигурным катанием. Старшей 9 лет, она занимается верховой ездой, рисует. Младшей — три с половиной года, в этом году хочу поставить ее на горные лыжи, старшую в прошлом году уже поставили.

— Почему именно лыжи? Сами увлекаетесь этим видом спорта?

— Да, и мне кажется, это какой-то правильный ход. Свежим воздухом тоже иногда нужно дышать!

Музыка для Виктора — любимое хобби. Именно поэтому он и его коллеги по группе «Виктор Добронравов и Ковер-квартет» не подписывают никаких контрактов и не выезжают в большие туры. Тем не менее их выступления проходят с немалым успехом
Музыка для Виктора — любимое хобби. Именно поэтому он и его коллеги по группе «Виктор Добронравов и Ковер-квартет» не подписывают никаких контрактов и не выезжают в большие туры. Тем не менее их выступления проходят с немалым успехом
Фото: Александра Торгушникова

— Как вы отнесетесь к тому, если дочки захотят стать актрисами?

— Я постараюсь им дать понимание того, что мир актерской профессией не заканчивается. Попытаюсь убедить их, что есть множество других интересных занятий, а уже если они после всего этого выберут актерство — то пожалуйста. На мой взгляд, это какой-то не самый правильный путь — идти по протоптанной дорожке: мой папа артист — и я пойду. Да, у меня так получилось, но, во-первых, я мальчик, а во-вторых, мое детство пришлось на девяностые годы, когда у моих родителей особо не было возможности предоставить мне выбор, куда идти. Я все свободное время проводил либо на спортивной площадке, где играл в баскетбол, либо за кулисами театра. Поэтому прикипел к миру театра, мы участвовали в капустниках, практически жили в театре «Сатирикон». Ну и к тому же помимо того, что папа — артист, у нас с братом, к счастью, с детства были актерские задатки.

— Интересно, дочек вы в строгости воспитываете?

— Я не могу сказать, что строгий в воспитании, но «воскресным папой» меня тоже не назовешь. Я, конечно, меньше времени провожу дома, чем их мама, потому что очень много работы. Но вполне могу быть строгим, если нужно, а для того, чтобы баловать, у нас есть дедушки.