Дарья Семенова: «Когда я прихожу на могилу, убийца сына часто там сидит»
Валерий Хаев: «Все хотят жить лучше, но престиж — не про меня»
Митя Фомин: «Думаю о детях: мне есть чему научить и что оставить»
Ян Гэ
Фото: личный архив Ян Гэ

Ян Гэ: «Мужчина — не такая уж важная вещь в жизни»

Марина Бойкова
27 сентября 2018 17:36
4589
0

О ярких успехах и разочарованиях китаянки в России — в интервью

Имя этой талантливой девушки — Гэ, фамилия — Ян. Гэшей ее стал называть (а за ним и все остальные) режиссер Кирилл Серебренников. Он пригласил ее, тогда еще студентку ВГИКа, попробоваться на роль в его спектакле. В итоге Гэша стала актрисой «Гоголь-центра». Потом были роли в кино: «Матильда», «Экипаж», «Притяжение»… На слепые прослушивания в шоу «Голос» она пришла сама. И стала финалисткой. Собственный режиссерский дебют Гэ — фильм «Ню» — был отмечен премией ММКФ. Какое-то фантастическое везение! Или не оно? Подробности — в интервью журнала «Атмосфера».

— Гэша, вот у нас говорят: поменяешь имя — поменяешь судьбу. У вас это получилось!

— Да, я никогда не думала, что буду жить в Москве, играть в театре, сниматься в кино, петь на сцене, снимать свои фильмы. И теперь я Гэша, и мне это очень нравится. Имя веселое — и я очень веселенькая.

— Каким было ваше детство? О чем тогда мечтали?

— Из детства почти ничего не могу вспомнить. Я только училась. Все мои мечты были, как добиться лучшей оценки. Мне очень скучно жилось. Вернее, не скучно — я этого не осознавала тогда. Когда не видишь другой жизни, не понимаешь, хорошо ты живешь или плохо. Девочки в школе со мной не дружили, а мальчики — да. В Китае это считается очень плохо. А мне было все равно — меня мама так воспитала, чтобы я не обращала внимания на то, что говорят за спиной. Но я не гуляла с мальчиками, просто общалась. Однако даже это у нас осуждается.

Режиссерский дебют Ян Гэ – картина «Ню» – был отмечен призом Московского кинофестиваля
Режиссерский дебют Ян Гэ – картина «Ню» – был отмечен призом Московского кинофестиваля
Фото: материалы пресс-служб

— А как же первая школьная любовь?

— У нас такого понятия, чтобы влюбляться, вообще нет. У нас все на виду, все очень строго — как на Кавказе. Я приходила из школы и сразу садилась за уроки, у меня мозоль была на попе — я писала, писала, учила, учила… Вот меня сейчас спрашивают: «Почему не читаешь? Надо читать!» А я больше не хочу. Мы же читали не просто для наслаждения, надо было разбирать — почему автор так сказал, что имел в виду именно в этих строчках. А еще точные науки — химия, физика, математика… И я только училась. Не гуляла, не тусила, не выпивала, не курила, никаких глупостей не совершала. И не красилась вообще до двадцати лет.

— Серая мышка?

— Нет-нет, я всегда получала очень много внимания. В России с этим понятно: я — китаянка, внешность другая, поэтому все на меня смотрят. На людей со светлыми волосами и голубыми глазами в Китае тоже все смотрят. А вот на меня и там обращали внимание. Во-первых, из-за мамы. Она у меня певица и очень красивая женщина. И людям было интересно, кто ее дочь. Еще у нас в школе было принято носить форму, а мама считала, что это не обязательно. Она баловала меня красивыми вещами, а я к тому же любила носить всякие странные наряды, которые другие не решились бы надеть. И еще я пою. Пению не училась, это от мамы — гены. Вот из-за всего этого ко мне всегда было много внимания. Было время, когда пение в Китае считалось профессией. Это сейчас ты можешь просто взять и выйти на сцену. А тогда — только если есть справка, что ты на самом деле певица. И моя мама входила в первую группу таких профессионалов. И потому много зарабатывала. И могла меня наряжать. Как же я любила красиво одеваться! Это была такая радость! У нас в центре города есть магазин «Дружба», товары в нем — только за доллары. И все мои вещи, вся еда были из этого магазина. Потом из-за проблем со здоровьем маме пришлось уйти из профессии. И мы сразу стали бедными. Но все равно радовались жизни.

«За моей спиной шептались: у нее нет отца! А мне было все равно: я знала, что счастливая, потому что мама меня очень любит. Она дала мне двойную любовь»
«За моей спиной шептались: у нее нет отца! А мне было все равно: я знала, что счастливая, потому что мама меня очень любит. Она дала мне двойную любовь»
Фото: личный архив Ян Гэ

— Вас растила одна мама?

— Да. Отец изменял маме, и она его выставила. Просто жестко выгнала. Я совсем маленькая была, поэтому его не помнила. Бабушка, у нее старое воспитание, говорила: «Нельзя разводиться, это неприлично!» А мама: «Я что должна делать — терпеть, если он мне изменяет?!» У нас во всем районе был шок. Тогда очень редко люди разводились. Поэтому тыкали маме вслед: шлюха! И за моей спиной шептались: у нее нет отца! А мне было все равно. Я знала, что счастливая, потому что мама очень меня любит. Она дала мне двойную любовь. Поэтому я не мучила ее вопросом: почему у меня отца нет? Я его всего раз видела. Маленькая была. Помню, он стоял весь такой заплаканный, я подошла, он обнял меня, посмотрел как-то странно. Потом я маме говорила: «Как ты его выбрала? Он такой некрасивый!» Очень я была удивлена, что отец не красавчик. Потому что мама для меня — самая-самая. Но, несмотря на то, что он никак не участвовал в моей жизни, если ему понадобится помощь, я не откажу.

— После школы вы по программе обмена студентами отправились в Россию — в Тульский педагогический университет, учиться на переводчика. Вас эта профессия реально привлекала?

— Я о будущей профессии тогда не думала. Полетела в Россию, потому что там могла бесплатно получить высшее образование, в Китае это невозможно. Летела со страхом. И сначала он только усиливался. Для меня, например, было шоком, что в общежитии рядом с комнатами девушек располагались комнаты парней. У нас обязательно — дом для женщин, дом для мужчин. Но прошел месяц, и я уже нормально воспринимала, что выхожу из комнаты и вижу: парни сидят, пьют, едят… И я вдруг ощутила, как это круто, что никто тебя не контролирует, ты сама решаешь, во сколько возвращаться, во сколько спать ложиться, и что не всегда надо учиться. Но я человек с головой, хотя, может, выгляжу иногда легкомысленно. Если надо урок выучить, я не буду гулять, не буду спать. Вот сейчас многие удивляются, как я все успеваю — и кино, и театр, и альбом записывать, и в «Голосе» участвовать. Но тот период жизни в Китае, когда была жесткая учеба, очень меня дисциплинировал. Для меня теперь совсем не проблема сидеть целый день дома и писать сценарий, например. Мне это и русский выучить помогло.

— А пока не знали языка, с кем общались?

— В Туле — только с девочками с факультета иностранных языков. Они говорили на английском, а я его хорошо знаю. Они остались моими подругами, хотя мы очень редко видимся. Но последнее время я даже с очень-очень близкими подругами, с которыми во ВГИКе училась, их три, редко встречаюсь. Потому что очень занята. Но они понимают…

«Я верю только в любовь с первого взгляда»
«Я верю только в любовь с первого взгляда»
Фото: личный архив Ян Гэ

— Вы рассказывали в одном интервью, что через год учебы в Туле решили: не хочу быть переводчиком! Взяли лист бумаги, написали на нем профессии, к которым появился интерес, и выбрали самую из них недоступную, но такую заманчивую… В общем, решили ехать в Москву поступать во ВГИК на актерско-режиссерский факультет.

— Я подумала: а почему я не могу попробовать? Кто мне помешает? За месяц до экзаменов выучила стихотворение Пушкина, басню Крылова — и поехала. Набрала максимум баллов и поступила на курс Сергея Соловьева. Вот многие студенты думают: обязательно надо подготовиться, хорошо прочитать. Нет! Я сама сейчас снимаю кино и даже не устраиваю кастинг. Потому что неважно, насколько хорошо ты читаешь. Если все замечательно, зачем идешь учиться? Потенциал человека сразу видно. Обаятелен он или нет, сможет ли раскрепоститься. Меня разглядели, мне повезло. Но для того, чтобы я могла оплачивать учебу, мама продала наш дом в Китае. И сейчас мы с ней живем в Москве на съемной квартире. Я не переживаю, что своего жилья нет, но мучит совесть перед мамой. Как только заработаю достаточно денег, куплю ей дом!

— Почему вы все-таки выбрали актерство?

— Потому что заниматься искусством — это самая интересная работа. Это как любовь. Как в любви — у людей разные вкусы, так и тут. Это единственная история, когда ты не можешь утверждать, хорошо делаешь что-то или плохо. Я как актриса кому-то нравлюсь, кому-то нет. Это не значит, что кто-то не прав. Просто видят по-разному. Поэтому лучше я буду концентрироваться на людях, которые меня любят. Ради них работать. Я не выбираю путь, просто следую по нему. Я даже не определяю, кто я: актриса или певица. Меня спрашивают: в какую сторону ты хочешь развиваться? Отвечаю: не в том дело, куда я хочу, главное — что вам нравится. Если любите меня как режиссера, я буду снимать. Если любите мои песни, буду петь. Я в любом случае счастлива. Вот моя картина людям очень понравилась, получила призы на фестивале — и я сейчас снимаю второй фильм. И это такая радость!

— В синопсисе к «Ню» написано, что главная героиня ищет любовь в Москве. Вы говорили, что у вас был здесь роман. Кстати, вы простили этого человека?

— Я не в силах его простить. Я запомнила ту боль навсегда. Но если бы со мной такого не случилось, я не сняла бы свое кино, не было бы «Голоса». Много хорошего бы не произошло потом. Значит, все оправдалось. А фильм мой не про то, что написано в синопсисе. Он — о поисках самого себя, спасении себя. Мне хотелось пробудить в людях желание творить. Если такой огонь загорится в их сердцах, тогда мир будет двигаться дальше, искусство будет двигаться дальше.

— Вы останетесь в России?

— Я бы хотела, люблю Россию. Но не загадываю, что будет дальше. Я останусь только с любимым человеком. И я наслаждаюсь жизнью. Мне так интересно, что будет дальше, кого я встречу. Раньше было так, что мне очень хотелось любви, и я ее искала. После расставания я уже не искала ничего, просто плакала. Но мужчина — это не такая важная вещь в жизни, как еда или вода, без которых я умру. Я без мужчины могу жить. Но важно: если он как ваза, например, то для меня это не любая ваза… Нет, неправильно. Мужчина — не ваза. Скорее всего, он — кровать. Сейчас я могу спать на диване, кресле, где угодно, даже на полу. А мужчина — кровать. Вроде нужно, но и… легко обойдусь. Он должен быть очень хорошей кроватью, чтобы я его захотела.

Талант этой девушки многогранен. В свободное время Гэша еще и пишет картины
Талант этой девушки многогранен. В свободное время Гэша еще и пишет картины
Фото: материалы пресс-служб

— То есть мужчина — то, без чего можно и обойтись?

— Да. И если его иметь, то самого лучшего, идеального. Иначе нет смысла брать. Но это не значит, что он будет идеальным для всех — только для меня! Он может быть сумасшедшим: если я люблю сумасшедших, значит, это хорошо, мне подходит. Кто-то предпочитает блондинов, кто-то брюнетов. Мне вот нравятся блондины, а вдруг влюблюсь в темноволосого? Это непредсказуемо. И так интересно! Как он будет выглядеть? Я бы хотела, чтобы он был высокого роста, красиво ухаживал и носил меня на руках. (Смеется.) И еще — чтобы он был человеком со вкусом. Хотелось бы так. Но угадать нельзя! Это же химия. Когда видишь человека и — о-о-о-о, мой! Вот и все. Я верю только в любовь с первого взгляда.

— Почему?

— Потому что в такой момент не важны ни характер, ни внешность, ни деньги — ты же ничего про этого человека не знаешь! Увидели друг друга — и ваши гормоны совпали. Вот это мне нравится. И чтобы я не размышляла много. Потому что мы, женщины, особенно с возрастом, начинаем решать, подходит ли он семье, сколько у него денег… Почему я не ищу богатого человека, как обычно делают? Мне это не надо. Я и сама неплохо зарабатываю. Пусть он будет интересным и красивым, чтобы я могла в него влюбиться. И еще: он должен быть круче меня. Я считаю, женщина должна смотреть на своего мужчину снизу вверх, тогда его можно любить и любить. А если он тащится за тобой, то… нет, это не для меня. Я верю, что он где-то в пути ко мне, просто… тормозит. За это злюсь на него: ну где же ты?! Мог бы и пораньше подойти. Не знаю, может, опоздал на автобус и ждет второго или на самолете должен прилететь, а погода нелетная. Но он где-то есть. Я знаю.

— Мама, наверное, скучает по Китаю?

— Нет. Она же здесь, рядом со мной. У нее здесь столько интересного в жизни! Например, мы с мамой любим путешествовать. Я вообще считаю, что людям самим нужно устраивать себе и своим любимым приключения, какие-то приятные события, чтобы было что вспомнить в старости и рассказать внукам. А для того чтобы я могла позволить себе все что хочу, нужно много работать. Мне без дела скучно.

— Счастливый у вас характер! Из всего извлекаете радость…

— Вообще в России со мной много всего хорошего происходило. А то, что было плохого, трудного, — для меня действительно не события. Вот мне вопросы задавали: «Вы стали финалисткой „Голоса“ — как вы это ощущаете?» — «Как? Ну, нормально». — «Вы не радуетесь?!» — «Радуюсь». А им все равно казалось, что я как-то недостаточно ярко выражаю свои эмоции. А я понимаю, что надо дальше работать, развиваться. Не ощущаю: все, я теперь звезда и ушла в небеса! Абсолютно нет. Я всегда останусь человеком. Я понимаю, почему сейчас столько славы пришло ко мне — потому что я была готова. Готова к тому, чтобы не потеряться в этих шумах. То есть судьба — она не изменится, будет такая же независимо от того, сколько жизнь мне еще даст. Я просто буду работать дальше. Я много знаменитостей встречала, снималась с ними, пела с ними. Они вели себя не как звезды, а как обычные, нормальные люди. Мне говорили: «А ты знаешь, с кем ты сейчас пела?! Это же такая звезда! Я, когда была маленькая, мечтала выйти за него замуж! А ты с ним пела, и он держал тебя за руку!» О Диме Билане, об Илье Лагутенко так говорили. А они хорошие. Я не могу к людям по-другому относиться. Я даже не слушаю, когда говорят: он плохой, хитрый, злой. Только когда сама человека увижу, пообщаюсь, тогда и буду судить. Чужого мнения мне не надо.

"Раньше мне хотелось любви, и я ее искала. а после расставания уже не хотела ничего, просто плакала. Но мужчина – не такая важная вещь в жизни, как еда или вода"
"Раньше мне хотелось любви, и я ее искала. а после расставания уже не хотела ничего, просто плакала. Но мужчина – не такая важная вещь в жизни, как еда или вода"
Фото: материалы пресс-служб

— А вы — хороший человек?

— В целом, думаю, да. Но наверняка есть и какая-то темная сторона. По-другому не бывает. И об этом мой второй проект, который я сейчас делаю. Меня очень вдохновил фильм «Три билборда на границе Эббинга, Миссури», у которого было много номинаций на «Оскар» в этом году. В результате Фрэнсис МакДорманд, сыгравшая там главную роль, получила награду как лучшая актриса. В этой картине нет конкретно отрицательных и положительных персонажей. Так и в жизни. Суперхороших и суперплохих людей не бывает. Это честно. И это интересно. Второй мой фильм — об этой честности, о любви, о вере в Бога. Раньше я не верила — в Китае не принимают Бога. Мне кажется, это неважно — Аллах, или Будда, или Иисус. Главное — вера. Я верю, что Он существует, все видит. Есть законы, придуманные людьми, но любой можно обойти, везде есть дырка. А совесть не обойдешь. Вот кто в нас это вложил?.. Но моя вера не означает, что я буду сидеть и ждать помощи и защиты от Бога. Нет! Я не могу сказать, что Бог мне не помогает. Помогает. Но и мои труды мне тоже помогают. Все вместе. И только так правильно.

— Можно подумать: как легко вам все дается!

— Нет, у меня совсем не легкая жизнь. Просто я не отношусь к этому так — ох, как тяжело! Я снимала кино одна, а потом его надо было еще смонтировать, озвучить… Кроме того, я китаянка, и это в два раза все усложняет. Но не надо на этом зацикливаться. Пока другие думают: ой, как мне трудно, как сделать, чтобы все получилось, — я просто делаю. Не трачу время на мысли. Я снимала фильм через силу, но знала, что его закончу. И он не получится плохим, раз я всю свою любовь в него вкладываю. На призы я не рассчитывала. И не надо заранее рассчитывать, чтобы потом не расстраиваться. Русские подруги научили меня, они говорили: все будет хорошо. Вот главная мысль, с которой я живу…