Интервью

Марина Зудина: «Когда я поступила в ГИТИС, сидела на диетах просто до изнеможения»

Актриса рассказала WomanHit.ru о жертвах на съемочной площадке, уколах красоты и поддержке близких

4 марта 2020 15:20
22167
2
Марина Зудина
Филипп Гончаров

Марина Зудина в очередной раз покорила сердце миллионов поклонников, сыграв яркую роль в сериале «Содержанки». Фанаты также не могли не оценить молодость и красоту артистки. Впрочем, Марина не скрывает, что ведет правильный образ жизни и работает как над внешним состоянием, так и над внутренним. Секретами своей привлекательности и работоспособности актриса поделилась с читательницами WomanHit.ru в эксклюзивной беседе.

- Марина, ваши поклонники не могли не оценить, насколько сногсшибательно вы выглядите в сериале «Содержанки». Скажите, вы для этого специально что-то делали?

- Я считаю, что у нас в принципе такая профессия, которая обязывает держать себя в форме. Но для роли я специально ничего не делала. Просто мне кажется, если ты настроена на работу, то организм сам понимает, что ему надо. То есть не бывает такого, что я не держу себя в форме, а перед какой-то работой надо в эту форму резко войти.

- В новом сезоне сменился режиссер. На место Константина Богомолова пришла Дарья Жук. Приходилось ли сталкиваться с какими-то трудностями в связи с этим?

- Естественно, когда ты не знаешь режиссера, то происходит постепенное приспосабливание друг к другу. Но, с другой стороны, это был второй сезон, начало уже было положено, поэтому было легче. Потому что в первом сезоне для меня возникало больше сложностей. Например, я никогда не работала ни с Сергеем Буруновым, ни с Александром Кузнецовым. И с одним из них я должна была играть отношения мужа и жены. Но когда ты хорошо знаешь человека, не надо преодолевать никакого барьера. Так что во втором сезоне преодоления уже было меньше, у меня уже в большей степени было ощущение, что я знаю этого человека. При этом нам с Сергеем хотелось немножко сменить жанр, в котором мы существовали. Если в первом сезоне мы работали больше в комедийном и фарсовом жанре, то в этом сезоне у нас линия более тонко пропитана — она более драматическая и настоящая.

И еще были такие съемочные дни, когда я снималась в чувственных сценах, понимая, что после меня будут сниматься еще другие сцены. То есть меня напрягал не сам факт съемок романтических сцен, а то, что надо было делать все быстро. Получается, тебе надо играть любовь, а там — очередь. Я все время смотрела на часы, проверяя, сколько нам еще осталось и будут ли уже подгонять. Хотя эти сцены предполагают все-таки привыкание оператора к артистам. И вообще, пластика кадра — это все-таки сложно, это не бытовые какие-то вещи. В принципе, я считаю, что для съемок чувственных сцен надо закладывать больше времени. Когда в этом должна быть загадка, а не просто физиологическая сцена, когда должны быть полутона, а не определенность и конкретика — это сложнее. Это нужно художественно решать. Это напрягало меня больше всего.

- Актеры часто признаются, что идти на жертвы для какого-то проекта — это в принципе распространенная ситуация. У вас бывало что-то подобное?

- Конечно, с трудностями на съемках я сталкивалась, и не раз. Например, в немецком проекте «Немой свидетель», это было незадолго до рождения Павла, было очень сложно — там оказалось очень много ночных смен. А параллельно Олег Павлович репетировал «Механическое пианино» в театре. Я после ночных смен сразу ехала туда. Это, конечно, было безумно энергетически затратно, даже случались эмоциональные срывы. Олег Иванович Янковский, который был моим партнером, очень сильно поддержал меня. Помню, отменили съемку, и меня отправили отсыпаться в каком-то кабинете на «Мосфильме». Мне врачи сказали купить витамины группы B. Я практически оказалась доведена до нервного истощения. Я еще играла немую американку и должна была учить язык глухонемых. Это оказалось сложно. Плюс мы снимались в каких-то подвалах — не в ресторанах, красивых офисах и шикарных квартирах, как в «Содержанках». Должна была сниматься американская актриса, но с ней случилась трагедия, а так как съемки проходили в России, режиссер выбрал меня. Благо, не надо было говорить — героиня общалась языком жестов. Это оказался самый тяжелый проект в моей жизни. Когда актеры говорят, что бывает работа на грани нервного срыва, я их понимаю.

Кстати, похожая экстремальная съемка было во время работы над фильмом «Северное сияние». Нас вывозили куда-то, где много снега, давали обогревающие варежки, и отойти никуда нельзя было, чтобы не затоптать белоснежный снег.

Кадр из сериала "Содержанки"
Кадр из сериала "Содержанки"
Фото: материалы пресс-служб

- Марина, признайтесь, как психологически вы себя настраиваете перед сложными сценами?

- Если, например, я понимаю, что у меня сложные сцены, я меньше ем, чтобы эмоционально правильно себя ощущать, чтобы не было переизбытка ненужной энергии. Или я знаю, что мне не надо перед ответственными съемками эмоционально общаться, чтобы не уставать, потому что общение с людьми тоже утомляет. Мне не нужно ни с кем выяснять отношения. И еще я не проверяю почту перед сном. Потому что откроешь письмо и понимаешь, что проблема есть, а ты ее не можешь решить — впереди ночь. И это мучение. Поэтому важную и нужную информацию, которую надо осмысливать, не стоит получать перед сном.

- Сейчас у вас насколько загруженная жизнь?

- У меня вполне приемлемый график. Вы знаете, все-таки нагрузка актеров зависит и от них самих. Тут не надо гневить бога: если ты хочешь очень много работать — ты на это соглашаешься, если хочешь отдохнуть — можешь просто не брать работу. Ну захотела — взяла. Да, ты не высыпаешься, но потом ты можешь сделать перерыв. Просто бывает, что интересные работы одновременно появляются, но все равно я думаю: если уж взялся — не надо говорить про недосып. У меня к этому такой подход.

- И выглядите вы при этом всегда прекрасно… Может, поделитесь секретами привлекательности с читательницами?

- Мне кажется, женщина вне зависимости от профессии должна следить за собой. Я занимаюсь спортом, плаваю, люблю пешком ходить и на беговой дорожке, я в принципе люблю быструю ходьбу, и меня это как-то гармонизирует. Я люблю массаж, хамам, спа-процедуры — это меня расслабляет. Это для меня неотъемлемая часть. Естественно, я делаю процедуры для лица, которые сейчас пробует масса женщин, и естественно, это время, деньги и какие-то усилия. Но для меня это как данность. Это уже на автомате, как встать, почистить зубы, сделать телефонные звонки или обязательно позвонить родителям, позвонить сыну, понять, что у них происходит.

- А такое понятие, как диета, есть в вашей жизни?

- На диетах я сидела просто до изнеможения, когда поступила в ГИТИС. Я голодала, на кефире сидела. Потом уже Олег Павлович мне сказал: «Ты что, роли мальчиков собираешься играть?» Я знаю, что все девочки, которые поступают в театральный, начинают стараться похудеть и стараются очень сильно. Сейчас я выбрала дробное питание: ем понемногу, но часто. И я стараюсь не мешать углеводы и белки. Для меня это хорошо. Но на диетах с какими-то жуткими ограничениями я не сижу. Это, знаете, есть такая шутка: «Что лучше: хорошая фигура и плохой характер или плохая фигура и хороший характер?» Хорошо бы, конечно, совмещать, чтобы и не напрягать себя слишком, и нормально выглядеть. Я вообще не люблю какие-то ограничения. Могу сказать, что как только я ставила себе эти ограничения, я хотела есть в два раза больше. Если я знаю, что мне чего-то нельзя, мне безумно этого хочется. И ничего сделать нельзя. Правда!

- Нередко слышишь, что артисты на съемочную площадку иногда носят с собой домашнюю еду. Вы практикуете подобное?

- Я могу взять яблоки или еще что-то из здорового питания. А вообще, если съемки в городе, для меня важно, например, сменить обстановку, зайти в какой-то ресторан неподалеку и посидеть там, подумать, почитать, поучить текст. Но это когда есть такая возможность, потому что бывают такие объекты, когда до ресторана не доедешь.

- Но готовка — это вообще про вас?

- Нет, это не про меня. Но при этом все, что я готовлю, я делаю очень хорошо. Я не могу сказать, что я безумно люблю готовить, хотя с детства умела это делать. Все, что захочу, я смогу приготовить. Если уже чего-то такого захочется, можно пойти в ресторан, поесть там и не тратить полдня на приготовление. Но я с огромным уважением отношусь к тем женщинам, которые хорошо готовят. Мне помогает няня Маши, либо я могу заказать доставку. Мы всегда едим вкусно и хорошо, не задумываемся над тем, кто и что готовит. У меня Машка сейчас и печенье готовит, и салаты. У меня в ее возрасте тоже была потребность экспериментировать.

Марина Зудина считает, что иметь хорошую фигуру и ухоженное лицо важнее, чем постоянно менять наряды, но иметь фигуру необъятного размера
Марина Зудина считает, что иметь хорошую фигуру и ухоженное лицо важнее, чем постоянно менять наряды, но иметь фигуру необъятного размера
Филипп Гончаров

- Красивая одежда для медийного человека — это тоже часть профессии. Какое у вас отношение к подобной теме, вы не шопоголик?

- Я не шопоголик, но у меня гардероб забит. Объясню, почему: лет двадцать у меня не меняется размер. Так как я покупаю хорошие вещи, то многие из них до сих пор можно носить, они такие классные, вне времени. Причем я могу половину не носить. Я себя спрашиваю иногда: зачем я это купила?.. Но раз в несколько лет бывают период, как у всех женщин, когда мне прям хочется и хочется что-то покупать. Но я не шопоголик, я, наоборот, утомляюсь. Вот, например, надо купить что-то из косметики — как я устаю! Вот сняли что-то с производства, а мне нужна именно эта помада или карандаш, и как я мучаюсь… Я понимаю, что надо искать новое, для меня это головная боль, я через 10 минут поисков устаю. Я предпочитаю с дочкой ходить, потому что она меня концентрирует на самом важном.

- К услугам стилистов обращаетесь?

- Если какое-то мероприятие, мне подбирают что-то, и я с благодарностью принимаю помощь. Но я не живу этим. Когда уезжаю за границу, мы любим с дочкой ходить по магазинам. Но не то что бы я не могла без этого обойтись, я спокойна в этом вопросе. Иногда, если что-то очень хочется купить, я покупаю. Я безумно люблю профессию. И у меня, скорей, много времени и сил уходит на занятие собой. Я об этом больше думаю, скажем так. Мне кажется, иметь хорошую фигуру и ухоженное лицо важнее, чем постоянно менять наряды, но иметь фигуру необъятного размера. Основное — это внешний вид, а потом уже одежда. Поэтому все, что касается средств ухода, — это меня больше занимает, чем покупка вещей, мне это интересней.

- Кстати, какие сейчас последние новинки в области косметологии появились, можете что-то посоветовать?

- Нельзя быть в курсе всего. Это все индивидуально. Главное — найти своего врача, который может тебе что-то посоветовать. У всех разные проблемы, у всех разная кожа и потребности. Один врач говорит, что только это хорошо, а другой — что именно это ни в коем случае. Я никогда никому не буду ничего рекомендовать. Однозначно могу только сказать, что хорошо всем — это гиалуронка. Мне кажется, это без вариантов. А вообще считаю, что нельзя никому рекомендовать косметологов, адвокатов, гинекологов. Потому что тебе подошло, а другому — нет, и ты будешь виноват. Я очень мало делала ботокс, хотя знаю, что другие делают очень часто. А в начале мне это вообще не подошло, я потом убирала этот ботокс, потому что мне казалось, что у меня вместо лица маска. Это один раз было давно-давно. Делаю лазерные пилинги, филлеры. После определенного возраста это нормально, ничего такого в этом нет. Филлеры, кстати, это тоже пластика — контурная пластика. А у нас считается, что пластика — это когда со всех сторон кожу разрежут и натянут. Нет, пластика — это и нити. Их я никогда не делала еще. А некоторым вообще ничего не надо. У меня маме скоро будет 80 лет, она выглядит потрясающе: лет на шестьдесят максимум. При этом она ничего никогда не делала, я ей сама кремы покупаю. Так что генетику никто не отменял, это основное. Я смотрю на свою маму и все время забываю, сколько ей лет. У нее шикарная кожа, хорошее лицо, у нее глаза горят. И вообще, мне кажется, то, как ты выглядишь — это состояние души.

- Вы никогда не попадали в руки нерадивых косметологов?

- Нет, не было. Не потому что у меня всю жизнь один и тот же врач, мне просто, видимо, везло. И потом, я очень верю и не боюсь. Меня вот спрашивают: «Вот ты что-то делаешь — тебе помогает?» Я отвечаю: «Я не знаю, но я в это верю. Я хочу верить, что это помогает». То есть я не знаю, что бы было, если бы я этого не делала. Это вопрос внутренней убежденности. От этого многое зависит. Вот человек, когда болеет, но верит в лечение, это помогает. Вот я что-то делаю с огромной верой, и, может быть, эта вера больше помогает, чем косметические процедуры.

- За последние годы вам пришлось пережить многое. Расскажите, как вы справлялись со стрессом?

- Я очень много литературы по психологии читаю, потому что я считаю дурным тоном, когда все видят, что человеку плохо. Когда он раздражен, страдает или переживает. Есть разные тренинги на тему того, как гармонизировать внутреннее состояние. Мне это интересно, мне вообще интересно учиться до сих пор. Поэтому я работаю над собой — это колоссальная внутренняя работа. Есть разные книги, каждый выбирает для себя то, что ему близко, соединяет как-то и собирает. А еще я люблю массаж, сауну и ходьбу. В Москве, конечно, бывает не так уж приятно ходить, но если за городом или в Европе бываю, я очень много пешком хожу. Плюс бассейн. Меня как-то тут накрыло в очередной раз, мне так не хотелось никаких таблеток принимать. И я подумала: неврозы, в конце концов, голодом лечат, я знаю. И я решила поменьше есть и побольше двигаться. И вот я три недели побольше на тренажерах позанималась, меня отпустило. Физическая нагрузка, конечно, тоже помогает справляться со стрессом.

Актриса с детьми Павлом и Марией
Актриса с детьми Павлом и Марией
https://www.instagram.com/marinazudina_official/

- Ну и, наверное, стоит выбирать подходящее окружение?

- Конечно, важно общение с приятными людьми, которые тебя поддерживают не только в твоих сложностях и проблемах, а еще и в желании быть счастливой, а не зацикливаться на проблемах. Вы не замечали, что часто люди сближаются, когда и тому, и другому плохо? И вот они обсуждают взаимные проблемы… Очень сложно общаться, когда вдруг ты понимаешь, что позитив твой особо не нужен, потому что о чем говорить? То есть не существует проблем, которые вроде как надо обсуждать. Поэтому нужно понимать, с кем общаться, а с кем — нет. Если ты после общения с человеком понимаешь, что плохо себя чувствуешь, лучше ограничить это общение. Потому что есть масса людей вокруг, которые подпитываются от других. И все равно я считаю, что лучше попить легкие таблетки на уровне глицина, теанина — себе надо помогать. А так терпеть стрессовые ситуации, какой в этом смысл?

- Ваши близкие вас поддерживают?

- Безусловно. Мы живем в какой-то любви и гармонии вместе, и, конечно, это помогает. Для женщины гармония в семье — это очень важно! О каком внешнем виде можно говорить, если внутри полный дисбаланс? Поэтому, мне кажется, что касается женщин, основная задача— это стремление к внутренней гармонии. Когда мы гармоничны, это на детях очень сказывается. Как только ты приходишь к какому-то равновесию, у детей все по-другому, у них все легче, дети другими становятся. Я просто это замечала. Так же и в отношениях с мужчинами. Поэтому надо начинать, конечно же, с работы над личными отношениями, а потом уже говорить о внешности. Надо начинать со внутреннего, а потом переходить ко внешнему.