Оскар Кучера: «Каждый нормальный мужик — подкаблучник»
Юлия Топольницкая: «Мое счастье в мелочах»
Анастасия Трегубова: «Моя четвертая беременность была запланированной»
Светлана Камынина.
Геннадий Авраменко

Светлана Камынина: «Я не рассматриваю каждого мужчину как потенциального мужа»

Звезда сериала «Интерны» живет насыщенной жизнью. Актриса рассказала о путешествиях, преимуществах холостой жизни и общении с попугаем.

Валентина Пескова
19 сентября 2013 17:25
23822
4

Звезда сериала «Интерны» живет насыщенной жизнью. Во время прогулки актриса рассказала WomanHit об экзотических путешествиях, преимуществах холостой жизни и трудностях в общении с попугаем.

— Светлана, вы начали сниматься в «Интернах» вскоре после того, как получили номинацию на «Нику» за роль в «Простых вещах» Попогребского. Не боялись после такой серьезной работы соглашаться на роль в комедийном сериале?
— Ну что вы! На тот момент мне любая работа была в радость. У нас же очень зависимая профессия. Вот у стоматолога работа будет всегда, потому что у людей постоянно портятся зубы. А у нас можно быть хорошим артистом, но сидеть без ролей. Поэтому любая работа — это хорошо и интересно, и я согласилась на съемки, конечно же, не раздумывая. Плюс на тот момент я еще не очень хорошо понимала, что значит сниматься в сериале. Это сейчас уже есть опыт — мы отсняли 180 серий и будем работать дальше. Плюс комедийное кино — это достаточно серьезное дело. Снять хорошую комедию не так-то просто. А я очень люблю комедии.
— Что-то подкупило вас в самом персонаже? Может быть, какие-то черты характера?
— Анастасия Константиновна Кисегач — женщина редкая, я считаю. Мне в ней очень понравились волевые качества, которые в обычной жизни присущи в большей степени мужчинам. Профессиональная деятельность всегда накладывает свой отпечаток на человека. Мой персонаж не исключение. Вспомните героиню Веры Алентовой из «Москва слезам не верит», когда она стала директором комбината. Каким голосом она отдавала приказания? Так и главврач Кисегач — очень разносторонний образ.
— Могли предположить, что именно она вас сделает такой популярной?
— Нет, конечно. Я таких актеров не знаю, которые при работе над ролью в самом начале думают об успехе. И тем более мне было приятно, когда мне дали потом награду, премию «Золотой носорог» за лучшую женскую роль в сериале.
— Тем не менее даже после такого успеха вы признаетесь, что на улице вам до сих пор удается «шифроваться» — никто не узнает.
— Да. У нас цвет волос разный с моей героиней, да и хочется надеяться, что в жизни я без макияжа выгляжу не на 40 лет, а все-таки на свои 34. Не могу сказать, что за мною ходят толпы народа. Я спокойно появляюсь в общественных местах, а потом в Москве вообще такое сосредоточение звездных людей, что все уже относятся к этому очень лояльно.

С Иваном Охлобыстиным на съемках «Интернов». Кадр из сериала.
С Иваном Охлобыстиным на съемках «Интернов». Кадр из сериала.

— Для многих является сюрпризом, что вы на десять лет моложе своей героини…
— Иногда это очень удивляет людей. Но я рада, что у меня получилось перевоплотиться на экране в женщину за сорок. Это свидетельствует, наверное, о моей профессиональной работе. Возрастные роли у меня были с института, когда я училась в театральном. Я была фактически старше всех на курсе, и роли мам мне хорошо известны уже с тех пор. Нестандартная внешность, низкий голос — все это тому очень способствовало. Потом я и не Дюймовочка в общем-то. (Смеется.)
— Давайте тогда добавим к вашему возрасту еще несколько точных фактов из биографии. Я прочитала, что вы родились 25 января, но при этом родители как-то умудрились не назвать вас Татьяной.
— Бабушка была против! (Смеется.) Она у меня была Татьяна Сергеевна, а у меня тоже отчество — Сергеевна. И бабушка из соображений суеверий сказала родителям: «Если назовете внучку Татьяной Сергеевной, она повторит мою судьбу, а я не хочу желать ребенку такого». И отговорила их. В итоге меня назвала моя тетя, которую тоже зовут Света. Мама с папой посопротивлялись, мама еще хотела назвать меня Софьей, но в конечном итоге родители все-таки склонились к этому варианту.
— Далее, в разных источниках указано три разных места вашего рождения: Челябинск, Москва и деревня Дружковка Донецкой области. Что же правильное?
— Последнее. Только это не деревня, а поселок, там где-то 1200 человек живет. Родители познакомились в Челябинске, там же была прописана моя мама. Но когда она забеременела, рожать уехала к своей маме, которая на тот момент жила в Дружковке Донецкой области. Я родилась, но регистрировать там меня отказались, сказав, что нужно регистрировать ребенка по месту прописки мамы. И только через полгода, когда она улетела со мною обратно в Челябинск, меня там и зарегистрировали. Так что в паспорте у меня записан город Челябинск.
— Ваш папа работал в банке, но при этом вы рано начали зарабатывать самостоятельно. То есть родители вас сразу приучали, что всего в жизни нужно добиваться самой?
— И я им очень благодарна за это. Как ни крути, а мне пришлось сменить много профессий. Так что возможность при случае зарабатывать, делая что-то своими руками, меня не пугает абсолютно.
— Одно время вы даже занимались с детьми английским. Как у вас сейчас с языком?
— Английский у меня хороший со школы. У меня же мама была учительницей информатики, а с детей учителей в школе особый спрос. Помню, у нас была педагог, Нелли Львовна, так вот она мне спуску не давала. Так или иначе, я на иностранном всегда говорила. Конечно, когда-то владела языком свободнее, а сейчас — скорее на бытовом уровне. Но если немного позаниматься — восстановлю опять.
— А не так давно вы были на курсах по актерскому мастерству в Бельгии — и пришлось еще и французский осваивать.
— Я так часто предпринимала попытки выучить французский, но потом что-то остановилась. Нужна практика. Нужно говорить постоянно. Но я его понимаю чуть-чуть. Что-то действительно вспомнила в Бельгии. Это были не курсы, а театральная лаборатория. В Москве, в театре «Практика», мне посчастливилось участвовать в постановках французского режиссера Жоэля Помра. И в прошлом году он меня пригласил приехать к нему на театральную лабораторию, такой актерский тренинг. Я приехала и прекрасно провела три недели.
— Когда вы поступали в театральный, были уверены в успехе?
— Шла наобум. Мне хотелось просто попробовать. Дальше этой мысли в голове ничего не было. Если бы я начала думать: а вдруг не получится… Страх меня вообще сковал бы и не дал ничего сделать. Я рассуждала так: получится — получится, не получится — ну и ладно. Получилось.
— Готовились с преподавателем?
— Да. Ходила сначала во ВГИК на подготовительные курсы, а потом нашла педагога, она придумала мне программу, и мы с нею занимались.
— Вы, наверное, и в детстве были открытым ребенком, а не тихим и стеснительным?
— Никогда не была стеснительной! Я совсем не боялась незнакомых людей, очень быстро шла на контакт, любила быть в центре внимания. Мне мама говорила, что меня даже приходилось за руку держать, иначе я уже бежала с кем-то здороваться. Помню, мне было три года и мы с мамой ехали в автобусе. Я сидела на сиденье как егоза. Она говорит: «Света, что такое?» А я выбрала самого красивого молодого человека и строила ему глазки. (Смеется.) В три года-то! Вот где актерские задатки. Но ни в каких кружках я никогда не занималась, все дало о себе знать само.
— Вы часто путешествуете по экзотическим странам. Ощущаете себя человеком мира?
— Владея основами английского языка, мне кажется, ни в одной стране мира не пропадешь, честное слово. А путешествую я в общем-то не так часто и еще очень много где мечтаю побывать. Как мне хочется в Южную Америку, я вам передать не могу! Но одна я побаиваюсь туда ехать. Белая туристка в Бразилии или Венесуэле — это опасно. Может быть, если получится, с кем-нибудь съезжу в Перу или в Чили. Я и в Азии-то не везде была, только в Индии, в Китае и на Сейшельских островах. Вот решила проверить, такой ли там рай, как изображают на картинке. Оказалось — рай. Я сделала фотографии, которые у меня потом благополучно украли вместе с телефоном, и когда показывала их друзьям, они меня спрашивали: «Что ты нам показываешь какие-то открытки из Интернета?» А это были реальные фотографии. Как в рекламе: белый песок, бирюзовое море и синее небо.

"Я пока просто наслаждаюсь свободой. У меня есть время, чтобы что-то попробовать, посмотреть, куда-то съездить, чему-то научиться". Фото: Геннадий Авраменко.
"Я пока просто наслаждаюсь свободой. У меня есть время, чтобы что-то попробовать, посмотреть, куда-то съездить, чему-то научиться". Фото: Геннадий Авраменко.

— Этим летом удалось где-то отдохнуть?
— Я сейчас была во Владимирской области, мы там делали перформанс в деревне Улово на реке Нерль. И вот там я, пожалуй, отдохнула недельку в палатках: красота, поля, сеном пахнет — диву даешься. Такие у нас там туристические были условия. Кстати, не люблю себя чувствовать в любой стране как турист, ходить проторенными тропами. Я обычно приезжаю и смотрю, где местные едят, куда они ходят.
— А с кем же в это время остается ваш попугай, которого вам недавно подарили на день рождения?
— Я его пока на время сдаю знакомым, вот сейчас нужно забрать обратно. Попугай — это прекрасно, он хороший. Но необходимость постоянно быть с ним дома — не для меня, я люблю свободу. Домашнее животное — это большая ответственность. Жорик, конечно, уникальная птица, но мы с ним пока не можем найти общий язык. По-хорошему нужно отдать его, конечно.
— Светлана, для вас по-прежнему остается актуальным вопрос о личной жизни. Вы говорили, что уже расслабились и не думаете по поводу замужества, ведь все равно от этого ничего не изменится. Но, скажем, общаясь с мужчинами, вы делаете это как-то избирательно?
— Нет, я не рассматриваю каждого встреченного мною мужчину как потенциального мужа. Я просто наслаждаюсь свободой. Все знакомые, у которых есть мужья и дети, говорят мне: «Света, ты не понимаешь — наслаждайся, пока одна. Потом, когда это все настанет, ты о себе забудешь на несколько лет». А сейчас еще есть время, чтобы что-то попробовать, посмотреть, куда-то съездить, чему-то научиться. Вообще время можно посвятить самой себе.
— И как вы, сама себе хозяйка, распоряжаетесь своим свободным временем?
— Я люблю ходить на какие-нибудь выставки, в кино. Особенно люблю смотреть фильмы без дубляжа, с субтитрами. С друзьями встречаюсь, книжку читаю. Все как у людей.
— И еще — за фигурой очень следите. Много усилий прилагаете, чтобы правильно питаться?
— Я сейчас, честно говоря, даже и рыбу есть перестала, только фрукты и овощи. А когда привыкаешь есть понемножку, переедая, сразу чувствуешь, что камень в желудке.
— Раньше вы даже йогой занимались?
— Сейчас нет.
— В театре «Практика» уже не играете?
— Не играю, но сейчас у меня вышел спектакль, который пойдет в Центре Мейерхольда, под названием «Папа уходит, мама врет, бабушка умирает». Опять же я маму играю. Это очень интересная экспериментальная постановка. Актеры разговаривают на сцене, но их не слышно. Текст читают три актера, которые находятся вне декораций. Пока этот спектакль у меня один, но надеюсь, что появятся и еще.
— А если выбирать между театром и сериалом: что для вас больше работа, а что — отдых?
— У меня нет каких-то предпочтений, я люблю и театр, и кино. Считаю, что у актера в театре обязательно должна быть работа. Это полезный и важный тренинг.
— Ваши коллеги по «Интернам» Вадим Демчог и Иван Охлобыстин часто друг над другом подшучивают за кадром. Как у вас складываются отношения с Иваном, вашим непосредственным партнером по сюжету, вне площадки?
— У меня самые теплые отношения с Иваном Ивановичем, я его считаю практически своим родственником. Правда. Очень люблю, уважаю, иногда мы разговариваем на какие-то сложные темы. Меня очень интересует духовный аспект нашей жизни, и Иван мне об этом говорит со своих жизненных позиций. Он очень мудрый человек, и я прислушиваюсь к его советам.
— Работа в этом сериале, она как-то изменила ваше отношение к врачам?
— Только на еще большее уважение к ним. Это тяжелая работа, абсолютно точно. Лечить, судить и учить — самые серьезные занятия.
— А врачи как на вас реагируют, когда вы приходите к ним на прием? Не говорят: зачем же вы посмеялись над нашей профессией?
— Пока меня бог миловал, и я не так часто к ним хожу. Хотя вот тут записалась к одному специалисту… Но даже не сразу все узнают, поэтому я для них — обычный пациент. А то, что мы посмеялись… Нет, не думаю. Мне кажется, у нас все очень жизненно получилось.