Досуг

Что творится за кулисами шоу «Один в один»?

Вокальные репетиции, примерки костюма и грима, постановка номера… Причем «примерка грима» в данном случае — совсем не ошибка, а необходимость. Мы проникли за кулисы шоу и выяснили его секреты.

Вокальные репетиции, примерки костюма и грима, постановка номера… Причем «примерка грима» в данном случае — совсем не ошибка, а необходимость. Мы проникли за кулисы шоу и выяснили его секреты.

21 марта 2013 16:25
33806
1
Руслан Рощупкин

В первом павильоне «Мосфильма» чувствуется легкое волнение. Туда пока не пускают зрителей, и у каждого артиста есть по нескольку минут на финальные репетиции. Последняя на сцене — Юлия Савичева в белом комбинезоне, по которому в ней без труда узнается Кайли Миноуг. Певица впервые репетирует номер от начала до конца с балетной группой, во время которого ее должны поднять на несколько метров над сценой в огромной металлической конструкции. «Я не боюсь высоты, поднимайте!» — говорит Савичева и смело шагает в железную коробку.
В это время Алексей Чумаков за кулисами дает комментарии журналистам, но при этом едва может говорить: волнуется, как бы не отклеился от лица его новый подбородок, с которым он в точности похож на Александра Серова. А ему еще предстоит с ним петь! Неподалеку возле гримерок прохаживается какая-то высокая чернокожая дама. Хотя нет, это, кажется, не дама. Это так загримировали Алексея Кортнева, который будет изображать Эллу Фицджеральд. Мимо пробегает английская королева в характерном строгом пальто и шляпе.
Здесь, в гримерках, и происходит самая интересная часть работы: бывает, у мастеров уходит по три часа, чтобы превратить того или иного участника в звезду, которую ему предстоит изображать. Но это — только финальная часть работы…

Секрет первый. Грим
Работа над образом начинается за несколько дней до показа номера. На каждого из участников перед началом проекта делается индивидуальный силиконовый слепок — с лица и шейного отдела (лицо заливают силиконом, и получается маска). Когда художники по гриму получают от режиссера фотографии звезды, которую предстоит изображать, начинается кропотливая работа. Мастера определяют степень похожести участника с персонажем и решают, что у него останется свое, а что ему добавит скульптор. После этого из полученной маски вылепляются нужные детали нужной формы, чтобы они четко подходили к каждому лицу. «Для Алексея Кортнева-Иосифа Кобзона мы делали характерные щечки, для Алексея Чумакова-Александра Серова — подбородок с ямочкой, для Сати Казановой-Анжелики Варум — носик», — рассказывает руководитель отдела по гриму Елена Царькова. Затем нужные детали крепятся к лицу при помощи специального клея.
Как заверила нас Елена, звездам этот грим не доставляет никакого неудобства. Он из легкого материала, гипоаллергенный и лицо в нем абсолютно не потеет. Далее под каждого актера шьется индивидуальный парик, который красят в нужный цвет и причесывают согласно образу. Таким образом, весь процесс занимает около недели. Особенно гордятся гримеры тем, как похожа у них получилась Анастасия Стоцкая в образе Людмилы Зыкиной: около трех с половиной часов они колдовали над ее образом, и в итоге от Анастасии на лице остались только ее молодые глаза. Несколько часов колдовали над Алексеем Кортневым, чтобы превратить его в Эллу Фицджеральд: артиста пришлось заливать специальным коричневым гримом из аэрографа. Запомнились, конечно же, Ева Польна в образе Валерия Меладзе и Алексей Чумаков, которого превратили в Любовь Успенскую. А вот с тем, что жюри не оценило Сергея Пенкина в образе Владимира Преснякова, мастера не согласны. Говорят, старались повторить именно то молодое лицо певца, которое они увидели на фотографиях, полученных от режиссера. А жюри представило его несколько иным.

Сати Казановой наклеили силиконовый носик и надели рыжий парик. Ей осталось только повторить движения певицы. Фото: Руслан Рощупкин.
Сати Казановой наклеили силиконовый носик и надели рыжий парик. Ей осталось только повторить движения певицы. Фото: Руслан Рощупкин.

Секрет второй. Костюм
Предварительно с каждого из десяти конкурсантов были сняты мерки, затем за каждым из них закрепили индивидуального костюмера. По фотографии мастер пытается воссоздать костюм, максимально близкий к оригиналу, учитывая индивидуальные особенности участников. «Например, у Насти Стоцкой в образе Зыкиной было очень красивое платье, но поскольку Настя — девушка изящная, ей пришлось подкладывать толщинки, чтобы она была похожа на великую певицу, — говорит художник по гриму Елена Новикова. — На мой взгляд, у нас очень хорошо получилась Ева Польна во всех своих образах — Эдиты Пьехи, Мадонны, а лучше всего — Валерия Меладзе».
Для того чтобы превратить мужчин в женщин, использовались специальные внутренние костюмы с характерными женскими формами. А чтобы не упал белый капюшон с головы Юлии Савичевой-Кайли Миноуг, его прикрепляли к волосам специальными петельками с резиночками.


Секрет третий. Вокал

Помимо внешнего сходства участники должны напоминать своих прототипов и по вокалу. Несмотря на то что все они — профессионалы в этом жанре, каждый получает несколько уроков вокального мастерства от педагога Марины Полтевой. Участники шоу учатся брать дыхание и перенимать манеру звукоизвлечения, характерную для той звезды, которую им предстоит изображать. С отдельным педагогом пришла на проект Сати Казанова — с нею занимается вокалистка Мария Струве. «У меня разработана определенная технология, по которой я занималась со многими певцами, в том числе и американскими. Она позволяет „распеть“ голос человека и сделать его похожим на все что угодно, воспроизводить любые звуки. На этом проекте, я считаю, Сати особенно удался вокал Мэрилин Монро — мы долго искали с нею эту схожесть в голосе», — рассказывает Мария. Каждую песню разбирают сначала небольшими отрывками, маленькими фразами, а затем воспроизводят фрагментами покрупнее. Звезды подолгу слушают оригинал и пытаются максимально приблизить к нему свою манеру пения.

Алексей Кортнев: «Следы от краски на руках и ногтях я носил дня черыте»
— К номеру Эллы Фицджеральд я готовился не хуже, чем ко всем остальным. Репетировал с нашим педагогом по вокалу, которая объяснила мне некоторые тонкости. Но еще утром, на репетиции, у меня было провальное ощущение, что номер не получится: получалось совершенно не интересно и не смешно. А вот когда на меня «взгромоздили» весь этот грим и костюм, то сразу изменились и пластика, и выражение лица! Кстати, на грим у меня ушло три с половиной часа, и потом еще полтора часа его снимали. А поскольку меня всего покрывали краской, то следы от нее на руках и ногтях я носил еще дня четыре — она не смывалась ничем. (Смеется.) Вообще, на мой взгляд, это, конечно, в первую очередь шоу гримеров. Они здесь — настоящие герои. По крайней мере в моем случае это точно так. Я не сильный актер-пародист и не обладаю таким талантом, как Тимур Родригез или Леша Чумаков, который показывает фантастическую работу в этом жанре. Хотя у нас и не стоит задачи изобразить звезду в комическом или сатирическом ключе — мы ни в коем случае не делаем ничего злого. Но если номер вызывает улыбку или смех, он всегда доставляет больше радости людям. А когда тебе публика аплодирует — это очень приятно.

Жюри не оценило визуальное превращение Евы Польны в Мадонну, хотя к ее вокалу претензий ни у кого не было. Фото: Руслан Рощупкин.
Жюри не оценило визуальное превращение Евы Польны в Мадонну, хотя к ее вокалу претензий ни у кого не было. Фото: Руслан Рощупкин.

Алексей Чумаков: «У меня есть борода, и чтобы ее скрыть, понадобилось три часа»
— Образ Ильи Лагутенко, который я показал в самой первой программе, был для меня пока самым сложным. Потому что структура его поведения на сцене — кардинально иная, чем у меня, и мне пришлось ее перенять. Хотя Люба Успенская была не легче. (Смеется.) Но в этом случае мне очень помог грим. Все-таки у меня на лице есть мужские половые признаки в виде бороды, и для того, чтобы их скрыть, понадобилось три часа. Должен сказать, что наши гримеры — настоящие творцы. Они действительно помогают ощутить себя совершенно иным человеком, войти в образ. Да и другие педагоги — мастера своего дела. Хотя все артисты, участвующие в шоу, люди занятые, и на посещение мастер-классов у нас остается не так много времени.

Сати Казанова: «По мнению жюри, мне не хватило «коробьей дури в глазах»
— Мне безумно интересно было изображать всех этих женщин, потому что они очень разные. Когда я только узнала об участии в программе, у меня было два фаворита, которых мне хотелось бы показать, — это Мэрилин Монро и Майкл Джексон. И мне выпала Мэрилин. Поэтому мой номер был моим признанием в любви к этой актрисе. Она мне очень близка. При том, что по своему темпераменту и энергетике я совершенно иная, все равно ее очень чувствую и уважаю. А все эти штампы про ее «глупость» и «блондинистость» — полная ерунда. Мэрилин все это очень здорово изображала — не пустоту, а некоторую беззаботность. И хотя, как сказала Любовь Казарновская, мне не хватило «коровьей дури в глазах», я с этим не согласна. По гриму мне ничего сложного не делали, только надели парик и подложили некоторые «детальки» гардероба.
В образе Анжелики Варум меньше всего сложностей у меня было с тембром, больше — с пластикой. Она же вообще алогичная на сцене. Я даже звонила Наташе Подольской, говорю: «Ты дружишь с Анжеликой, расскажи о ней». Наташа сказала, что Анжелика — очень педантичная и абсолютная максималистка. И тогда я поняла, что во всех ее движениях нет никакой хаотичности, а все очень выверено и продумано.
Перед тем как изобразить Нани Брегвадзе, я даже почитала ее интервью, чтобы понять, как она мыслит. Ведь она — личность и артистка огромного масштаба. Она настолько мудрая, что для меня является просто центром вселенной. Отношусь к ней с большим пиететом и надеюсь, что номер получился достойным.

Чтобы Мик Джаггер получился более точным, гримерам необходимы несколько его фотографий в разных ракурсах... Фото: Руслан Рощупкин.
Чтобы Мик Джаггер получился более точным, гримерам необходимы несколько его фотографий в разных ракурсах... Фото: Руслан Рощупкин.

Ева Польна: «Я считаю, что спела лучше, чем Мадонна»
— Мадонна — это хрестоматийный образ, женщина, которая является легендой и останется ею. Очень трудно было за короткое время схватить и передать на сцене ее вокальную манеру — и при этом одновременно не запутаться в длинном платье, не упасть со ступенек и так далее. Но для меня главным все-таки было спеть, потому что я — певица. И я считаю, что спела лучше, чем Мадонна. А все остальное — это как вызов себе: сделать то, что ты еще не делала.
В образе Эдиты Пьехи на мне фактически рисовали новое лицо, за что я благодарна девушкам-гримерам. Наверное, у меня очень благодарная внешность, потому что получился очень похожий польско-славянский образ. Мне понравился мой облик. А вот жюри, я считаю, засудило меня несправедливо. Они слишком серьезно отнеслись к этому номеру, посчитали, что в нем было недостаточно пиетета. Но ведь это была песня «Сосед», а она совершенно не драматическая по характеру.
Но самым сложным, конечно, был номер, когда мне пришлось изображать такого замечательного, сексуального и энергетически интересного мужчину, как Валерий Меладзе. Я знаю Валеру, и иногда на тусовках мы с ним даже поем его песни дуэтом. Но тут — сложная песня, образ белого офицера, тяжеленная шинель, сапоги… Мне было нелегко.

Анита Цой: «С трудом могла представить, как из маленькой корейской женщины может получиться брутальный мачо»
— Задание изобразить Тимати было непростым. Поначалу я с трудом могла представить, как из маленькой корейской женщины может получиться такой брутальный мачо. Тут за дело взялись гримеры, костюмеры и педагоги по вокалу и актерскому мастерству, в итоге перевоплощение удалось. По-моему, получилось круто. Меня родственники не узнали, когда мы вместе смотрели выпуск программы. Я не слишком хорошо знаю хип-хоп-культуру и как живут рэперы, какую одежду носят, чем увлекаются. Поэтому я обратилась напрямую к самому Тимати. Спасибо ему, он дал дельные советы, его команда помогла подобрать одежду, ребята научили меня правильно двигаться, рассказали о своем мире и познакомили с MC Samuray, с которым мы вместе выступили на шоу. На подготовку номера было пять дней — нелегко было постоянно держаться в образе мужественного, крутого и такого развязного парня, поэтому иногда моя женская сущность давала о себе знать, я забывала слова и не знала, что делать, когда около меня начинали сексуально танцевать девушки из балета. Стеснялась положить свою руку между ног и постоянно держать джинсы в самом причинном месте, как того требовал режиссер, но сложнее всего было запомнить километры текста, которые нужно было не просто петь, а читать как скороговорку. Но я считаю, что мне выпала прекрасная возможность еще раз в какой-то степени испытать себя, открыть новые грани своего таланта. Забавно, глядя на себя в зеркало, видеть совершенно другого человека.