Досуг

Любовь без штрафных

Заслуженный тренер СССР по футболу Анатолий Бышовец: «Заявляю официально — любовь с первого взгляда существует!»

Мастер не может долго сидеть без дела. Мастеру всегда есть чем заняться. Вот и знаменитый футбольный тренер Анатолий Федорович Бышовец, временно оказавшийся без команды, наверняка скоро найдет себе место, где сможет спокойно реализовывать свои тренерские качества и идеи. Все-таки заслуженный мастер спорта СССР, заслуженный тренер СССР.

5 мая 2011 20:47
4023
0

С 16 лет пришлось стать главой семьи

— Анатолий Федорович, как вы начали увлекаться футболом?

— Это было очень давно. Конец 50-х. Знаковое время для нашего футбола — победа сборной СССР на Олимпийских игра× 1956 года и на чемпионате Европы в 1960-м.

Я пришел в школу киевского «Динамо». И благодаря советской системе воспитания футболистов довольно быстро начал показывать хорошие результаты. Мы ведь выросли во дворах, где без конца гоняли мяч, и в матчах сходились все местные ребята — от мала до велика. Не случайно так получилось, что я — родившийся в 1946 году — в первенстве города играл за команду футболистов 1944 года рождения (то есть все в команде были на два года меня старше). Мало того — я был их капитаном!.. Уже в 20 лет мне удалось стать футболистом сборной СССР, где я оказался на одном поле с такими легендами, как Валерий Воронин, Лев Яшин, Виктор Понедельник, Игорь Численко, Альберт Шестернев и другие.

Как видите, это наиболее правильный путь развития молодого футболиста — путь наибольшего сопротивления, если хотите, — который влияет на личностные качества игроков, воспитывает характер. Здесь непроизвольно шел отсев, естественный отбор. Нужно было отделить главное от второстепенного. Именно это и сподвигло меня в годы моей тренерской карьеры выдвинуть совершенно шокирующий девиз — работать по принципу «от сложного к простому». То есть опираться не только на знания специализированных школ, но и на традиции, опыт дворового футбола (в хорошем смысле). Во дворе же мы играли против ребят гораздо старше нас. Иногда даже в качестве соперников выходили родители. В общем, процесс обогащения происходил намного эффективнее, чем в спецшколах… На многих совещаниях мне приходилось отстаивать этот принцип, который, кстати, взяли на вооружение многие современные школы. Правда, за рубежом. В амстердамском «Аяксе», например, наиболее способных детей частенько привлекают в старшие группы.

— А что еще вспоминается из детства?

— Поездки на автобусе из дома на тренировки и обратно. Путь был неблизкий — 8 или 10 остановок, и за каждую нужно было платить. А билет стоил рубль. И вот я постоянно думал, как бы сэкономить, потому что после тренировки мы всей группой заходили в магазин выпить «крем-соды». Пить-то хочется после тяжелой работы. Брали пару стаканов за 3 копейки. И обсуждали: какая была у нас игра, что там происходило… Такое вот у нас было детство. Сейчас уже и не верится, что все это со мной происходило.

Помню, как наблюдал за тренировками московского «Спартака», «Торпедо» с Эдуардом Стрельцовым и Валентином Ивановым. Я тогда и представить не мог, что через какие-то 10 лет буду играть в одной команде с ними. Имею в виду сборную СССР.

Ну и, конечно, не забуду, с какими сложностями и проблемами в жизни мы столкнулись, когда остались вдвоем с мамой после смерти отца. Это было очень непростое время. Мама получала пособие по 40 рублей на детей. К счастью, нас отчасти спасло то, что мне в 11-м классе уже платили зарплату за мои выступления в дубле «Динамо», куда меня взяли в 16 лет. И я до сих пор очень внимательно отношусь к людям, у которых нет каких-то материальных благ и возможностей.

— Вы поддерживаете таких людей?

— Когда я работал в петербургском «Зените», допустим, я просил ребят после получения премиальных «сбросить» немного денег для детей из необеспеченных семей школы «Смена». Я сам отвозил их директору школы. В этом было что-то романтическое.

Поэт Андрей Дементьев и Анатолий Бышовец с супругой Натальей.
Поэт Андрей Дементьев и Анатолий Бышовец с супругой Натальей.


В нашем доме, я — крыша

— Как вы познакомились с женой? Она ведь прославленная фигуристка, насколько мне известно?

— Да, она фигуристка, но не прославленная. Тем не менее она была одной из ведущих представительниц этого вида спорта на Украине. Правда, там фигурное катание было не так развито, как на территории России. Но это все равно позволило нам дружить семьями с футболистом Альбертом Шестерневым и его женой Татьяной Жук — тоже фигуристкой. А как познакомились? Это случай. И произошел он во дворце спорта. Знаете, многие говорят, что нет любви с первого взгляда. А я вот заявляю — это не так. Едва увидев ее, я почувствовал, как в моем сердце прозвучал колокол. И вот мы вместе уже 40 лет. Я благодарен Богу за то, что он ниспослал мне любовь и верность супруги, у которой нет ни одной желтой карточки (Смеется.)

— Это дорогого стоит…

— Да, такое надо ценить. Могу сказать, что во многом благодаря семье я смог пережить все то, что на меня свалилось по ходу жизни: клевету, враждебность недругов, их беспощадность…

— Хозяйство по дому ведете вы?

— Я крыша, в хорошем смысле слова (Смеется.) Я могу помочь, но чаще всего, в этом нет необходимости.

— У вас два сына, чем они занимаются?

— Старший сын Валерий работает таможенником в Уфе, в Башкортостане. А младший работает в агентстве в Госимуществе. Жена говорит, что мужской монастырь требует высокого контроля — ведь кроме меня и двух сыновей, ей нужно следить и за двумя внуками.

Старший сын Валерий Анатольевич возглавляет таможню Башкортостана.
Старший сын Валерий Анатольевич возглавляет таможню Башкортостана.

— Не хотели, чтобы дети пошли по вашим стопам?

— У них есть понимание игры, увлеченность, да и способности выше средних. Но мне казалось, что у них не было таланта. Точнее, способности были не настолько яркими, чтобы можно было сказать, что их будущее — футбол. Не было такой самоотдачи, целеустремленности, необходимой футбольным мастерам. Зато они увлекались другими видами спорта. У старшего было фехтование, а у младшего — теннис. Его еще Тарпищев «драл» — в Киеве просматривал, но способностей оказалось недостаточно, чтобы, скажем, выиграть «Уимблдон». Поэтому решили, что пусть лучше он получит хорошее образование.

— А внуки?

— Одному 14 лет — он учится, а второму 6. Но здесь тоже не видно особой склонности к спорту. Скорее наблюдается увлечение компьютерами, Интернетом, автомобилями. Хотя мы каждую субботу «ходим с мячом». Я беру их поиграть со старшими ребятами в Новогорске. Даже в любительском футболе какие-то мужские качества все равно проявляются. Нужна социальная среда, в которой формировалась бы личность.


Чему мешают деньги

— Похожа ли ваша система воспитания детей на то, как проходят подготовку футболисты в школах?

— Конечно. И в футбол мы играем с внуками по тому же принципу — соперничество в скорости, смелости, когда ты понимаешь, что не можешь уступить. Воспитание личности — вот что главное. Ведь основной задачей тренера и отца является раскрытие личности игрока или ребенка. Тогда можно ожидать, что человек не остановится, заработав, скажем, миллиона 2—3, а по-прежнему будет хотеть что-то кому-то доказать.

— А вообще, чем отличается советское воспитание от современного?

— В «технике» особой разницы нет. А вот в «стратегии»… Возьмем опять тот же футбол. Изменились ценности, игроки больше сориентированы на материальные блага. Естественно, мы тоже об этом думали. Но сегодня сама ситуация в клубах иная. Даже в решении ключевых вопросов отталкиваются от денег: расчет не на воспитанных у себя игроков, а на то, чтобы достичь результата, привлекая профессионалов из-за рубежа. Многим кажется, это должно гарантировать успехи в еврокубках. Но никаких успехов быть не может. Из-за того фактора, который я вам сейчас назвал. Чтобы победить, ты должен чувствовать, что играешь за страну, за болельщиков. Уровень игры не определяется суммой денег. Я знаю десятки примеров, начиная от легкоатлета Сергея Бубки и заканчивая пловцом Александром Поповым. Для них деньги не существовали. Главная цель была — поставить рекорд. Так же было с нашими выдающимися футболистами — Львом Яшиным, например. За границей это было свойственно Францу Беккенбауэру, а сейчас — Лионелю Месси. Все они играют не за деньги. Деньги не гарантируют результата. Наоборот, со временем деньги начинают мешать людям развиваться.

— Как относитесь к критике со стороны журналистов и других специалистов? Философски?

— Конечно. Я понимаю, что основная масса людей в современной прессе — приличные и знающие специалисты. Их критика делает тебя совершеннее. Конечно, есть и заказные статьи, и шоу, когда раскручивают спортсмена, артиста, певца или тренера. За этим кроется бизнес. Искусство, спорт — все это теперь бизнес. Встречается откровенная клевета. А что сказать таким недругам? Я эти грехи им просто отставляю. Ничего не желаю и не собираюсь мстить. Судить их должен не я, а Бог.

— То есть по жизни вы философ?

— У меня есть знания, которые мне помогают жить и выживать. Были непростые времена в 90-х годах и в период моей работы в московском «Локомотиве». Но это не сделало меня ущербным, а наоборот, позволило стать сильнее. Я понимал, что это испытание, и я должен был выйти из него с честью.

А.Бышовец отдал тренерской работе почти 30 лет.
А.Бышовец отдал тренерской работе почти 30 лет.


На нас равняются — об этом надо помнить

— Вы известны своим знакомством с Владимиром Высоцким. Как познакомились? Один из куплетов он даже посвятил вам «Ведь недаром клуб „Фиорентина“ предлагал мильон за Бышовца».

— Я не могу сказать, что мы были близкими друзьями, но когда мы встречались, это оставляло неизгладимое впечатление, потому что он был действительно талантливым, естественным и интересным человеком. Если мы общались один на один, то предметом обсуждений становилось все происходящее. А если мы сидели в компании, то вечер обязательно превращался в концерт. Было много юмора и даже обсуждение каких-то запрещенных тем и вопросов. Владимир Семенович был очень близок к народу и к жизни. Хотя, признаюсь, я порой думал, что его творчество не бессмертно. Настолько все у него было просто. Но свою роль сыграло то, что все это было близко каждому человеку.

— Искусство для вас, как говорят, не пустой звук — вы ведь любите посещать музеи в свободное время и вообще известный театрал. Какие спектакли предпочитаете?

— Могу сказать, что в прошлом году ходили, скажем, на выступление скрипача Ицхака Перельмана. Были мы с женой также у Марка Розовского, у Олега Табакова. Предпочитаю те спектакли, что уже получили известность, которые интересны и «отфильтрованы» временем.

Вообще, знание, культура, нравственность — все это очень свойственно выдающимся спортсменам. Это их вдохновляет. Думаю, что для них это необходимые условия. Ведь мы люди, на которых равняются, мы должны популяризировать то, что человека делает лучше. Об этом нельзя забывать. Мы ответственны и за тех, кто идет за нами. Имею в виду наших болельщиков.

— Вы, кстати, сами тоже не прочь заинтересовать просвещенного человека чем-то новым. В частности, в своей книге «Не упасть за финишем» вы написали, что это вам удалось воспитать в свое время знаменитых португальских футболистов Пепе и Данни. Как считаете, почерпнули ли они что-то для своей жизни после общения с вами?

— Это были перспективные ребята. Причем однажды, когда я встретился с Пепе, он поблагодарил меня за то, что я дал ему шанс. Они много об этом говорят. Я могу сказать то же самое про себя. Выразить благодарность Виктору Маслову, который взял меня в 18-летнем возрасте в основной состав киевского «Динамо». Именно благодаря этому факту я стал игроком основного состава национальной сборной СССР. Такая же ситуация у него была и со Стрельцовым, и с Ворониным.

Анатолий Федорович стал первым тренером для многих знаменитых футболистов, например, для Алексея Михайличенко (третий справа).
Анатолий Федорович стал первым тренером для многих знаменитых футболистов, например, для Алексея Михайличенко (третий справа).


Жизнь после спорта

— Есть идеи по поводу того, о чем будет следующая книга?

— Да, есть. Я уже писал о тактике футбола, но, к сожалению, те статьи, что я посвятил подготовительному периоду игроков, применения в широких кругах не нашли. А некоторым специалистам действительно это помогает при подготовке команд. И все-таки большого интереса к своим работам я не ощущаю.

Есть еще вот какая идея. Если у тебя мало игрового опыта, то того факта, что ты работал с выдающимися тренерами, недостаточно, чтобы стать успешным футбольным специалистом. Это необходимо переосмыслить и выработать собственное кредо в подходе и определении концепции в работе. Сейчас мы видим, что в течение 20 лет никак не можем добиться серьезных успехов в финалах Олимпийских игр или чемпионатов мира по футболу.

— Кстати, по вашей книге «Не упасть за финишем», посвященной проблемам спортсменов, закончивших выступления, сделан документальный фильм, в котором снимались вы. А не хотели бы попробовать себя в художественном кино?

— Определенно нет. Да и тут необходимость сняться в фильме заключалась в том, что было о чем говорить. И в книге, и в фильме главной темой было то, что в мире футбола есть очень много выдающихся мастеров и, закончив играть, они, однако, не становятся мастерами в жизни. Они не могут найти места под солнцем. Мне было это очень интересно. И важно. Об этом стоило писать, говорить, потому что об этом должны знать будущие игроки, будущие таланты. Но талант должен быть разносторонним. Ты должен искать в себе ресурсы для самосовершенствования и думать о будущем.

— Известно, что перед олимпийским футбольным турниром в Сеуле−1988, где победила наша команда, вы вместе со сборной СССР встретились с папой римским Иоанном Павлом II, с которым провели личную беседу. О чем говорили с понтификом, если не секрет?

— Простите, но такую информацию я выдать не могу (Смеется.) Но скажу, что до этого перед отъездом в Южную Корею я еще заезжал в Сергиев Посад. Вспоминал Куликовскую битву, вспоминал свою свадьбу и верил. Если у тебя нет веры, то победить практически невозможно. Веры в себя, веры в своих подопечных. Я очень рад, что мне удалось работать и играть с выдающимися людьми. И теперь, талантливым игрокам мы должны создать условия, чтобы они смогли состояться как личности.