Архив

Дедовщина

24 декабря 2001 03:00
645
0

Везет же детям. Для них Новый год — это Дед Мороз, елка с подарками и мандарины. Нам труднее. У нас Новый год сопровождается потраченной зарплатой и похмельем. Да еще эту чертову елку до самых майских праздников не можешь выкинуть. И чем дальше в лес, тем меньше ждешь этого самого Деда Мороза, который сделает тебе какое-нибудь чудо. Чудеса, однако, случаются. Причем иной раз такие, что лучше бы их и не было вовсе. Деду Морозу, наверное, тоже не чуждо чувство юмора…Владимир ШАХРИН («ЧайФ»): Гитары-призраки— Случилось это аккурат 31 декабря, когда наша группа возвращалась с очередных гастролей из Перми, чтобы отпраздновать Новый год дома. Мы вместе с Володей Бегуновым ехали в купе с американскими журналистами. Вели умные и душевные беседы. Вышли из поезда, я отправился в одну сторону, Бегунов — в другую, ловить машину. Поймал — белую, с правым рулем. Открыл заднюю дверь, кинул две самые драгоценные гитары свои на заднее сиденье и говорит водителю, мол, сейчас попрощаюсь с парнями и сяду вперед к тебе. Закрывает дверь, поворачивается к журналистам, а машинаѕ срывается с места и уносится в светлую даль. Американцы в профессиональном восторге: вот она, криминальная Россия!!! Бегунов в ужасе. Начинает кидаться под колеса автомобилей, останавливать их. Никто, конечно, не останавливается — боятся: лицо страшное, руками размахивает… Вдруг — милицейский «уазик». Бегунов к нему. А ему в ответ: тут вот рядом железнодорожное РОВД (о котором Бегунову рассказывать не надо — работал он там), туда и обращайтесь, мы, мол, погони устраивать не будем. Метнулся Владимир Сергеич в РОВД, а ему там, как положено, пишите заявление, номер машины, внешность водителя помните? Лицо водителя, по воспоминаниям Бегунова, было недобрым. Номера он не помнил. В глухом отчаянии пишет он заявление, а в это время в коридоре того же РОВД вдруг раздаются крики: «Кто-нибудь, помогите!» Вбегает белый как мел водитель той самой иномарки и рассказывает свою версию случившегося.

Захлопнулась дверь, машина тронулась с места, водитель спрашивает: как едем? Молчание. Ну ладно, поедем, как придется. Еще вопрос. Снова молчание. Наверное, устал человек, с поезда, а я тут его донимаю, устыдился водитель. В зеркало смотрит, гитары стоят, пассажира не видно. Прилег, видимо, задремал. Едут, едут… Наконец прибыли на место назначения. Разворачивается водитель к пассажиру, а его и нет!!! Вот ужас-то! В панике водитель (кстати, действующий милиционер) соображает: раз инструменты, значит, музыкант, значит, крутая охрана, значит, сейчас его начнут ловить! Резко развернувшись, машина летит обратно, в ближайшее от места встречи РОВД, в попытках найти хоть кого-нибудь, кому можно объяснить ситуацию, пока последствия еще обратимы.

Когда все выяснилось и благополучно закончилось, водитель показался Бегунову классным симпатичным парнем. Так оно и было, в общем-то. Иначе, плакали бы гитары, а вместе с ними группа «ЧайФ».Вячеслав ПЕТКУН («Танцы минус»): Ирония судьбы−2— Эта история произошла в те времена, когда еще «Танцев минус» не было и в проекте, а я играл в панк-группе «Тайное голосование». Начало того, девяносто какого-то года не предвещало ничего экстраординарного и напоминало типичный Новый год любого музыканта — бесконечные компании, перетекающие из дома в дом посиделки, выпивка, танцы, песни. Телевизор вот только не смотрели. И так мы праздновали наступление Нового года, перед глазами постоянно менялись люди, менялись интерьеры. Дальше я ничего не помню. Проснулся на следующий день, когда уже начало смеркаться. Смотрю — квартира явно не моя, вышел на улицу — вроде таких названий улиц в Питере не было, транспорт какой-то странный, люди тоже на питерцев не очень похожи… Подошел к ближайшей компании, спрашиваю: мужики, где я? На что мне как-то грубо ответили: где-где, в Твери, ясно где. Тут я немного испугался. Как я очутился в другом городе, наглухо не помню. Стал дальше мужиков спрашивать. Они оказались водителями — перегонщиками новых автобусов, венгерских «Икарусов», а я, значит, находился на территории автобусного парка. Нетвердым голосом я поинтересовался, куда они в ближайшее время едут. Мне повезло, они ехали в Питер. Хотя водители, похоже, мало поверили в мою историю про то, что я ничего не помню, но согласились взять меня с собой. Ехали мы быстро, и перед моими глазами просто как в тумане проплывали Вышний Волочек, Бологое, Валдай… Я пытался ущипнуть себя, но это не помогало проснуться дома в своей постели.

Где-то к полуночи я был уже в Питере. Мои друзья так и не поверили, что я вечером 1 января был в Твери, а к ночи уже продолжил празднование с ними. Да я и сам до сих пор сомневаюсь, что вся эта история случилась со мной.Александр ВАСИЛЬЕВ («Сплин»): Я тащусь— Прошлый Новый год мы встречали все вместе с группой «Би−2». У нас было три концерта в Москве, но не в клубах, а на таких частных корпоративных вечеринках. Сам Новый год мы отмечали в ресторане «Националь». Помимо нас присутствовали группа «Мумий тролль», Валерия… Ничего особенного не было. Но вот то, как мы туда доставляли аппаратуру, а потом выбирались из этого заведения, нам надолго запомнилось. Это же была встреча 2001 года, Миллениума, поэтому в центре, а особенно в районе Кремля, рядом с которым находится «Националь», все было перекрыто для автотранспорта, везде была пешеходная зона. Мы так и не поняли, что это за странное удовольствие — толкаться ночью на холоде несколько часов. Ни поесть нормально, ни попить, ни пописать… То ли дело дома — можно и выпить, и закусить хорошо, покурить, поговорить, девушек пообнимать. Ну народ у нас такой, любит все делать коллективно. А нам из-за этого пришлось оставить машины где-то в переулках, а самим тащить тяжеленную аппаратуру на руках чуть ли не полкилометра. Но выбираться было еще веселее — народ разгулялся, и нам с Лагутенко пришлось пробираться сквозь толпы. В результате все потерялись, и пришлось еще час всех ждать и собирать. И когда мы приехали в следующее место, где-то на Рублевском шоссе, в пять утра вместо трех, там просто все уже спали. Ну мы все равно сыграли, немного их расшевелили. А потом уже с чистой совестью отправились домой, где устроили уже свой Новый год, который встречали до конца первого января.Сергей МИХАЛОК («Ляпис Трубецкой»): Трезвая зима— До 2000 года мы имели устойчивую репутацию сильно алкоголизированной группы. И я как солист поддерживал этот имидж и словом, и делом. В результате чего с нами происходили разные казусы. Например, года три назад в Одессе мы встречали Новый год вместе с актерами из «Маски-шоу». Мы тогда только что познакомились, выступали на одной площадке, а после выступления неоднократно выпивали. Потом мы с руководителем «Масок» Делиевым поспорили, кто кого перетанцует. В результате я сломал ногу. Через несколько дней у нас был концерт в Горбушке, и мне пришлось тогда сидеть на стуле с загипсованной ногой. После этого я бросил пить. И 2000-й, и 2001 годы у нас прошли под знаком трезвости. В рамках нового имиджа и у других участников группы появилась тяга к здоровому образу жизни — пить стали меньше, а некоторые отказались от мяса. Прошлый Новый год мы встречали под Минском, в горнолыжном комплексе «Раубичи». Это тренировочная база горнолыжной сборной Белоруссии со всякими горками, трамплинами, саунами. Мы сняли двухэтажный коттедж и приехали всей группой вместе с женами и детьми. Мы очень весело провели время — арендовали спортзал, где устроили чемпионат группы по мини-футболу и волейболу, катались с гор без лыж. Но самое смешное было то, что единственный участник группы — гитарист Руслан, который хотел мирно встретить Новый год в Минске и с нами не поехал, — в результате сломал ногу. В этот же Новый год мы будем в Москве работать, выступать с концертами в разных клубах. Но вот Рождество или Старый Новый год мы обязательно отметим в Минске в традициях здорового образа жизни.