Архив

Словно бабочка к огню

Ровно четверть века назад режиссер Эльдар Рязанов, признанный мастер комедии, решил замахнуться на классику. В конце 1982 года он представил на «Мосфильм» сценарную заявку на фильм по пьесе Александра Островского «Бесприданница».
У начальства никаких возражений не было. И на свет появился «Жестокий романс», так не похожий на все те картины, которые обычно снимал Рязанов. Может быть, поэтому ленту не приняли кинокритики. А вот зрители продолжают любить ее и сегодня, годы спустя.
О том, как создавалась картина, — в сегодняшнем выпуске «Кинопроб».

8 октября 2007 18:19
2384
0

Ровно четверть века назад режиссер Эльдар Рязанов, признанный мастер комедии, решил замахнуться на классику. В конце 1982 года он представил на «Мосфильм» сценарную заявку на фильм по пьесе Александра Островского «Бесприданница».

У начальства никаких возражений не было. И на свет появился «Жестокий романс», так не похожий на все те картины, которые обычно снимал Рязанов. Может быть, поэтому ленту не приняли кинокритики. А вот зрители продолжают любить ее и сегодня, годы спустя.

О том, как создавалась картина, — в сегодняшнем выпуске «Кинопроб».

Еще только собираясь приступать к экранизации пьесы Островского, Эльдар Рязанов точно знал, кто будет играть главные мужские роли: Андрей Мягков и Никита Михалков. Дело в том, что режиссер собирался несколько по-иному расставить акценты в своей картине. Ведь во всех театральных и кинематографических версиях было принято воспринимать Карандышева (которого сыграл Андрей Мягков) как полное ничтожество — тщеславный человечишка, который решил через женитьбу на главной героине войти в высший свет, ни секунды не думая о ее чувствах. Паратов же обычно тоже рисовался одной краской — злодей и негодяй, которого можно только ненавидеть и презирать.

«Я вижу в Карандышеве человека сложного — с чувством собственного достоинства, любящего, страдающего, человека, ненавидящего циников и богатеев», — писал Эльдар Рязанов в своей сценарной заявке.

И Паратов у него не такой однозначный образ. Да, подлец, но какой обаятельный: купец, широкой души человек!

Словом, по мнению Рязанова, лишь два человека могли изменить привычные образы, своим актерским мастерством создав совсем других Карандышева и Паратова, — Андрей Мягков и Никита Михалков. Оба согласились не раздумывая. И не зря: роли в этой картине стали и для Мягкова, и для Михалкова одними из самых удачных в их фильмотеках.

Эльдар Рязанов заранее знал, что пригласит и свою давнюю любимицу — питерскую актрису Алису Фрейндлих.

Алиса Бруновна тоже моментально дала согласие на съемки. А вот мосфильмовское начальство поначалу против ее кандидатуры протестовало. Им казалось, что актриса совсем не похожа на ту Огудалову, которую все привыкли видеть. Ведь у Островского эта героиня монстр, вторая Кабаниха.

С энтузиазмом Рязанов доказывал, что именно монстра в его картине и не будет. «В образе Огудаловой надо попытаться раскрыть в первую очередь такие черты, как любовь к своей дочери Ларисе, боль за нее, мучительные поиски выхода, а не рассудочное корыстолюбие, — писал Рязанов в своих посланиях к худсовету. — Хотелось бы взаимоотношения героев очистить от купеческих штампов, которыми обросли творения великого драматурга».


А напоследок я скажу…

Если со всеми второстепенными персонажами Рязанов определился задолго до съемок, то с выбором главной героини режиссер мучился очень долго. Собственно, и пробы-то были только на эту роль.

Судя по всему, Эльдар Рязанов на момент проведения кинопроб даже примерно не представлял, какой же должна быть его Лариса Огудалова. По крайней мере в увесистом фотоальбоме красуются девушки абсолютно разных типов: и пышные блондинки, и знойные брюнетки. Все такие непохожие друг на дружку. Но Лариса Гузеева среди них — заявляем авторитетно! — самая обольстительная.

Тем не менее до последнего момента худсовет колебался между тремя кандидатурами — собственно Ларисой Гузеевой и еще двумя дамами, фамилии которых вряд ли что-то кому-то скажут: Ларина и Хазова. К слову, в кинопробах на главную женскую роль участвовали исключительно молодые, никому не известные актрисы. Увы, все они, кроме, конечно, Гузеевой, так и остались в статусе «начинающих».

Возможно, Гузееву выбрали за умение перевоплощаться. Если на первых фотопробах на нас смотрит романтичная барышня с томным взглядом, то, по воспоминаниям мосфильмовских фотографов, перед гримом им явилось что-то невообразимое. Ведь в те годы будущая кинозвезда активно хипповала. Поэтому она предстала в рваных джинсах, разных сандалиях, с длиннющими, раскрашенными во все цвета радуги ногтями, с вплетенными в волосы денежками. В дополнение к красочной картине Лариса курила исключительно «Беломор», сплевывала сквозь зубы и активно сквернословила. Словом, на первый взгляд была явно далека от образа страдающей Ларисы Огудаловой, которую ей предстояло сыграть.

Говорят, за кандидатуру Гузеевой хлопотал лично Сергей Шакуров. Что и сыграло свою роль. Однако никаких доказательств этой версии в архивах нет. Зато сохранились документы, зафиксировавшие, как худсовет обсуждал предложенные кандидатуры и как все единодушно проголосовали за Гузееву.

И так же единодушно высказались против того, чтобы в картине звучал голос молодой актрисы. По мнению мосфильмовских чиновников, тембр голоса у молодой актрисы вовсе не подходил к ее экранному образу.

Именно поэтому говорит за Гузееву актриса Анна Каменкова. А поет — замечательная певица Валентина Пономарева. Правда, если Каменкову официально указали в титрах и оплатили ее работу, то Пономареву как-то «забыли». Певица поначалу очень обижалась: ведь народная молва тут же приписала вокальные данные Ларисе Гузеевой. Однако позже справедливость была восстановлена. И песня «А напоследок я скажу…» на долгие годы стала визитной карточкой Валентины Пономаревой.


Актерский романс

После выхода фильма на экраны, конечно же, народная молва тут же приписала главным героям — Ларисе Гузеевой и Никите Михалкову — страстный роман. Все эти разговоры вызывали и вызывают до сих пор у актрисы лишь приступы смеха. «Это все мифы. Актеры вообще редко дружат. Когда мы с Никитой встречаемся, то целуемся, спрашиваем о делах и, выслушав ответы, расходимся. Актерская профессия достаточно эгоистичная».

Несмотря на то что окружали Ларису Гузееву сплошь мэтры — заслуженные и народные, она смогла не потеряться в этой достойной компании. Причем заслуженные и народные к юной актрисе относились очень трепетно. А супруга Эльдара Рязанова лично откармливала девушку плюшками — чтобы придать округлость ее милым щечкам. Лишь однажды пришлось применить грубую силу к Гузеевой. Когда снимали одну из сцен, где ее героиня должна заплакать, у Ларисы никак не получалось передать эти эмоции. И актрису… грубо отхлестали по лицу. Слезы полились очень быстро, сцену отсняли моментально. А съемочная группа потом дружно извинялась за необходимое насилие.

Роль Ларисы Огудаловой стала для юной студентки питерского института настоящим прорывом. Это был как раз тот случай, когда принято употреблять избитую фразу «Она проснулась знаменитой». Но именно так все и обстояло.

На банкете, посвященном окончанию съемок, супруга Эльдара Рязанова, глядя на сияющую Ларису, мудро заметила: «Какая ты глупенькая, радуешься, что наступил по-следний съемочный день. А ведь такие роли выпадают раз в двадцать-тридцать лет». И она была права. Несмотря на то что Гузеева после «Жестокого романса» сыграла в нескольких десятках кинолент, для многих зрителей она так и осталась Ларисой из «Жестокого романса».

Самое удивительное, что сама актриса так по-настоящему и не смотрела этот фильм — основательно, от начала и до конца. «Я не живу прошлым, — объясняла она эту странность. — Для меня это как заповедь: не возвращайся к былым возлюбленным. Я вообще свои фильмы ни разу не видела. Это я безо всякого кокетства говорю. Да, какие-то куски при озвучке смотрю, а вот чтобы от начала и до конца, такого нет. К тому же ничего общего у меня с героиней „Жестокого романса“ нет. Я знаю, чего хочу от жизни, и если вижу, что есть какая-то опасность, я ее обойду, не полезу на рожон».


Повышенные обязательства

Поскольку картина снималась в те времена, которые позже назовут «застоем», это не могло не сказаться на работе всей группы. Чтобы фильм разрешили, Эльдару Рязанову пришлось торжественно пообещать выполнить следующие социалистические обязательства:

1. Создать фильм на высоком идейно-художественном уровне и сдать его на двух пленках раньше установленного срока.

2. Добиться экономии денежных средства не менее чем на 1 (один) процент от сметной стоимости кинокартины.

3. Активно вести массово-пропагандистскую работу в съемочной группе.

4. Во время экспедиции в г. Костроме провести творческие встречи.

Эти обязательства Эльдар Рязанов представил высокому начальству в письменном виде. А чтобы режиссер потом не отказывался от того, что, к примеру, он не обещал «создать фильм на высоком идейно-художественном уровне», его слова подтвердили люди уважаемые — парторг «Мосфильма» и профорг.

К слову, как минимум одну часть своих обязательств режиссер коварно не выполнил. Дело в том, что в год съемок картины стояла невероятно холодная осень. Сентябрь, октябрь постоянно шли дожди. Испугавшись, что дальше будет еще холодней (а метеорологи с конца лета обещали ранние заморозки), Рязанов решил ускорить съемочный процесс. Ведь в кадре постоянно присутствовала Волга, а если она покроется снегом, то снимать будет уже невозможно. Словом, Эльдар Александрович на свой страх и риск стал работать не одной камерой, а двумя одновременно.

Затея удалась, картину доделали еще до наступления настоящих холодов. Как минимум месяц был в экономии.

Зато в другой части образовался громадный перерасход: из-за работы двумя камерами пленки было потрачено соответственно в два раза больше.

В архивах «Мосфильма» сохранилась объяснительная записка, в которой режиссер буквально по пунктам объясняет, почему он истратил так много дефицитной отечественной пленки. Судя по тому, что ответных грозных мер не последовало, начальство доводы Рязанова сочло убедительными.


Жестокий обман

Критики фильм откровенно не приняли. Почти в каждой рецензии «Жестокий романс» сравнивали со старой лентой — «Бесприданницей». И сравнение это было явно не в пользу творения Рязанова.

Особенно нападкам подвергался Никита Михалков. Не удивляйтесь: ругали Михалкова за то, что он — актер великолепный и мужчина харизматичный. Не влюбиться в такого невозможно! А ведь у Островского Паратов — мерзавец первостатейный, которому не может быть ни малейшего оправдания. Словом, новое прочтение пьесы очень возмутило умных критиков.

Подмечали малейшие расхождения в каноническом тексте и в получившейся картине. Хотя именно такой цели — снять полноценную экранизацию «Бесприданницы» Островского — у Рязанова как раз и не было. Однако его аргументы никто не принимал в расчет.

И только зрители не особо вслушивались в дружный хор осуждения. Им-то фильм понравился, а уж Никита Сергеевич — и того более. И голосовали они своими кошельками. «Жестокий романс» в 1984 году стал лучшим фильмом года, Никита Михалков, согласно опросам «Советского экрана», — лучшим актером, Вадим Алисов — лучшим оператором, а Андрей Петров — лучшим композитором.

В год выхода картины ее посмотрели 22 миллиона зрителей (что, кстати, не было рекордом, «Жестокий романс» занял лишь пятнадцатое место). Официальные власти обошли ленту своими наградами, а вот на кинофестивале в Дели Рязанов получил законное признание и главный приз — «Золотой павлин».

КСТАТИ…

Эльдар Рязанов очень привязывается к «своим» актерам. Поэтому часто снимает их из одной картины в другую. Порой даже в эпизодах. Например, актриса Ольга Волкова появляется у него почти во всех картинах, везде в малюсеньких ролях. Вот и в «Жестоком романсе» Эльдар Александрович вспомнил о Волковой и дал ей «засветиться» в образе модистки.

Не обошлось в картине и без Бронислава Брондукова, которого Рязанов порой даже называл своим талисманом. Кстати, Брондуков — единственный из актеров, которому дозволялось спорить с Эльдаром Александровичем. Начиная работу над «Жестоким романсом», режиссер сразу знал, что пригласит и Брондукова. Однако актер в те годы уже тяжело болел. «Приезжай, хотя бы лакея у меня сыграешь», — уговаривал Рязанов. В итоге небольшая роль актера оказалась яркой и запоминающейся.