Архив

Мария Бонневи: «Если получу еще одну роль в России, то выучу русский»

После триумфа фильма «Возвращение» от режиссера Андрея Звягинцева ждали картины по крайней мере не менее талантливой. И его «Изгнание» оправдало эти надежды. Вторая работа режиссера получилась куда более амбициозной и международной во всех смыслах: съемки прошли в нескольких странах, на данный момент 34 государства купили фильм для проката, а одну из главных ролей сыграла шведская звезда Мария Бонневи. На московской премьере «Изгнания» «МК-Бульвар» встретился с актрисой.

10 октября 2007 17:35
2118
0

После триумфа фильма «Возвращение» от режиссера Андрея Звягинцева ждали картины по крайней мере не менее талантливой. И его «Изгнание» оправдало эти надежды. Вторая работа режиссера получилась куда более амбициозной и международной во всех смыслах: съемки прошли в нескольких странах, на данный момент 34 государства купили фильм для проката, а одну из главных ролей сыграла шведская звезда Мария Бонневи. На московской премьере «Изгнания» «МК-Бульвар» встретился с актрисой.

— Мария, какие были у вас ощущения, когда вы представляли фильм «Изгнание» в Каннах?

— С самого начала я понимала, что это будет знаменательное событие. Но оно даже превзошло мои ожидания.

Церемония была более пышной и красивой, чем я ее себе представляла. Когда я шла по красной ковровой дорожке, звучала спокойная медитативная музыка. И она очень контрастировала с той истерией, которая творилась вокруг, с фотографами и зрителями, которые мне кричали. Это было очень трогательно. Такое в моей жизни было в первый раз.

— Вы как-то отмечали победу Константина Лавроненко?

— К сожалению, после Каннского фестиваля мы с Костей долго не виделись. Я была тогда в Норвегии, и Кристина — переводчица — прислала мне SMS: «Костя получил премию». Я стала бегать по всему дому, кричать от радости, отправлять SMS Косте, Андрею. И только вчера мне представилась возможность поздравить Костю, и мы выпили за это. А он мне рассказал, что принимал душ, когда ему сообщили о получении премии.

— А как вы познакомились с Андреем Звягинцевым?

— Это было в Швеции на вручении премии «Золотой жук». Он тогда получил премию за «Возвращение». В зале кто-то сидел сзади меня и говорил по-русски. Я обернулась и подумала: «Боже мой, это он! Он сделал этот фильм! Было бы здорово поработать с ним». После этого была вечеринка, и ко мне подошел мой друг, который говорит по-русски, и представил мне Андрея. Андрей к тому времени посмотрел два моих фильма: «Реконструкция» и «Я — Дина». Для меня это было очень странно. Так оказалось, что я думала о нем, он думал обо мне. И Андрей сразу спросил, не хотела бы я сниматься в его фильме, когда будет такая возможность. Я сказала: «Да, конечно!», и уже через несколько месяцев мне позвонили и предложили роль в «Изгнании».

— Для этого фильма вы учили текст на русском языке. Вы просто повторяли звуки или учили язык?

— Нет, русский я не учила. Хотя мне очень нравится этот язык. Андрей записал мне на CD все реплики на русском, и я с Кристиной работала над произношением. А потом около пяти недель работала сама, пыталась запомнить реплики наизусть.

— Во время работы над фильмом вам пришлось много поездить, ведь он снимался во Франции, Бельгии, России. А где вы предпочитаете отдыхать?

— Да, во время съемок мы попутешествовали. Мне особенно были интересны поездки в Россию, в Москву и в Молдавию. В Молдавии очень красивая природа. Но после съемок всегда бывает грустно, потому что в конце концов приходится уезжать. А вообще я очень люблю Париж. И еще мечтаю побольше поездить по России, посмотреть Санкт-Петербург, посетить места, где жил Чехов.

— Если вам так нравятся русский язык и литература, почему бы вам не выучить русский?

— Я уже думала о том, что если еще раз получу роль на русском языке, то, возможно, постараюсь выучить язык. Так будет легче работать над фильмом. Но я уверена, что учить его будет безумно сложно. И на это потребуется очень много времени.

— Ваши родители — актеры. Именно поэтому вы тоже решили стать актрисой?

— Они оказали, конечно, какое-то влияние на мой выбор. Но не очень большое. Они не очень известные актеры, работают время от времени в каких-то проектах, на которые порой дают свои собственные деньги. У них, к сожалению, не сложилась профессиональная судьба, как у меня. Я довольно быстро начала сниматься в кино, сразу получила постоянную должность в Шведском королевском театре. Но, несмотря на то что родители не столь популярные актеры, они очень любят свою работу и делают ее от всего сердца. А вообще в раннем детстве я хотела быть акушеркой. А потом режиссером. Дело в том, что моя близкая подруга мечтала быть актрисой. Она мне говорила: «Ты будешь режиссером и будешь меня снимать». А когда мы с ней играли в театр, я исполняла роль мужчин, которых она убивала. Я падала, а она читала надо мной длинные монологи. Но, когда мне было лет 14, я посмотрела фильм датского режиссера Билли Августа «Пелле-завоеватель». Он произвел на меня огромное впечатление, я пересматривала его много раз. И именно тогда я решила стать актрисой. А еще я была влюблена в главного героя — моего ровесника. Я даже написала ему письмо. И режиссеру тоже. А много лет спустя мне удалось поработать с Августом в фильме «Иерусалим».

— А еще вы работали с Ингмаром Бергманом. Вы многому у него научились?

— Поколению чуть постарше меня повезло чаще работать с Бергманом. Он тогда больше работал в театре, и они регулярно получали роли в его спектаклях и фильмах. Когда я с ним познакомилась, я училась в театральном институте и временно была задействована в одной театральной постановке. Я была тогда очень молодой, безумно его уважала и потому боялась. Затем я принимала участие в его радиоспектаклях. Надо сказать, он был очень молод душой. Был очень любопытным, все время о чем-то спрашивал. Каждый раз, перед тем как начать работу, в течение получаса мы говорили о разных вещах. Он был гением, безусловно. Это очень заметно, что его нет. Однажды он мне сказал: «Когда я умру, я стану призраком Драматена (Шведский королевский театр. — „МКБ“)». И я очень надеюсь когда-нибудь с ним встретиться.

— Вам удалось проститься с ним?

— Нет, к сожалению. За день до его смерти я рассказала своему другу то, о чем думала все лето: «Надо написать Ингмару письмо и поблагодарить его за то, что мы с ним работали». Но мне казалось, это будет навязчиво с моей стороны. А Бергману очень понравился фильм «Возвращение», и мой друг предложил: «Подожди, когда фильм „Изгнание“ выйдет на DVD. Ты сможешь отправить ему диск и заодно письмо». Я решила так и сделать, а на следующее утро услышала, что Бергман умер.

— Фильм «Изгнание» рассказывает о семье. Вы не замужем. А собираетесь?

— Да. Когда-нибудь. Может быть. (Смеется.)

— А кто ваш избранник?

— Его зовут Фредерик. Он из Норвегии. У него собственная программа на телевидении: вот уже десять лет он ведет ток-шоу на норвежском ТВ. Но сейчас он решил закрыть свой проект, чтобы заняться иллюстрациями детских книг.

— Он в Норвегии, а вы в Швеции.

— Да, я постоянно к нему езжу. Так и живу на два дома.

— У вас недавно был день рождения. Примите мои поздравления. А как вы его отметили?

— Спасибо. В этот раз я отметила его скромно. Я была дома со своим другом. У него трое детей от первого брака. Они пришли ко мне утром, спели песню и подарили подарки. А уже вечером ко мне пришли друзья. Но на самом деле я никогда не любила отмечать дни рождения. А вот в прошлом году мне удалось отпраздновать его в Молдавии, как раз был последний съемочный день «Изгнания». Переводчица Кристина организовала мне самый лучший день рождения, который у меня когда-либо был в жизни. Мы танцевали всю ночь под норвежскую группу А-НА. Это было удивительно. В следующем году мне будет 35 лет, и, возможно, я теперь уже сама устрою большой праздник.