Блейк Лайвли родила первенца!
Эдвард Нортон женился
Крис Браун отказался от Рианны
Диджей Грув завел седьмого питомца

Любить по-русски

8 ноября 2007 17:06
5645
0

Об актрисе Ольге Егоровой заговорили после выхода на экраны народной трилогии «Любить по-русски» режиссера Евгения Матвеева. Некоторые тогда всерьез уверяли, что эротические сцены с ее участием — лучшее, что есть в этих картинах. Так или иначе, Ольгу заметили и отметили. Однако вскоре актриса пропала с экранов. Только личная трагедия заставила ее вновь выйти на авансцену…

Об актрисе Ольге Егоровой заговорили после выхода на экраны народной трилогии «Любить по-русски» режиссера Евгения Матвеева. Некоторые тогда всерьез уверяли, что эротические сцены с ее участием — лучшее, что есть в этих картинах. Так или иначе, Ольгу заметили и отметили. Однако вскоре актриса пропала с экранов. Только личная трагедия заставила ее вновь выйти на авансцену…

Казалось, после феерического успеха «Любить по-русски» дальнейший карьерный рост Ольги Егоровой — дело предсказуемое. Увы, последующих звездных ролей так и не случилось. Причин тому называлось немало. Кто говорил, что актриса уехала на ПМЖ в Америку. Кто рассказывал об удачном альянсе с олигархом — мол, с такими деньгами сниматься ей нет смысла.

Жизнь действительно дарила ей встречи с удивительными мужчинами. Ей и в самом деле предлагали уехать в другие страны. И спутники жизни с большими деньгами тоже были. Только вот заканчивались эти романы далеко не так романтично, как в кино.

Ольга ЕГОРОВА: «До сих пор та картинка стоит у меня перед глазами. Предместье Парижа. Я стою на берегу и кидаю камушки в воду. «Тебе нравится здесь, правда? — слышу я приглушенный голос Жака Дессанжа. — Хочешь стать хозяйкой этого дома? Оставайся со мной жить!»

Дом Дессанжа — старинная усадьба в триста гектаров с прудом, где обитают утки, лебеди. По полям бродят лани, кабаны и олени. Конюшня на десять лошадей. Красота неописуемая! У Жака была огромная коллекция раритетных автомобилей. И нас, нескольких русских моделей, хозяин развлекает тем, что возит по своей земле в открытом джипе. Грязь непролазная, мы все по уши чумазые. Жак специально выбирал дороги поухабистей. Девчонки визжат, а он хохочет. Забавлялся как ребенок. Я была единственной, кто немного знал французский.

Когда мы объезжали его владения, он неизменно сажал меня рядом с собой. Вот так мы развлекались, купались в бассейне, нас очень вкусно кормили. Жак нас баловал, покупал черешню, дарил бижутерию из своего магазина".

Другая бы на ее месте схватилась за предложение не раздумывая. Еще бы! Имя Жака Дессанжа уже давно вошло во все энциклопедии. Человек-легенда. Один из самых титулованных в своей области.

О нем заговорили в 1951 году, когда в фильме «Королева Африки» блистательная Одри Хепберн появилась с прической «от Дессанжа». Позже он открыл именной салон, посетительницы которого могли полностью изменить свой образ. Он ввел в моду естественность. Он создал знаменитую «бабетту», которую первой на себе опробовала Брижит Бардо. Он убедил женщин, что короткая стрижка «гарсон» может быть безумно сексуальной.

Наконец, это он изобрел электрические щипцы для волос и шапочку с дырочками — чтобы делать мелирование.

О. Е.: «Как я познакомилась с Жаком Дессанжем? История банальная. Я просто попала на кастинг, который проводил в Москве сам мэтр. Ему нужны были пять моделей (с различными оттенками и длиной волос) для рекламы причесок, масок и шампуней. В то время ему было восемьдесят лет, но выглядел он при этом на шестьдесят. Крепкий, загорелый, поджарый. Единственное, что выдавало возраст, — огромные линзы в очках и седая голова. На собеседовании Жак на меня очень пристально смотрел. Я потирала руки: «У меня будет работа!»

Меня действительно выбрали. Мы с девочками поехали в Париж на фотосессию. Нас доставили в салон Дессанжа. Сначала долго красили. Потом стригли. И наконец — как подарок — повезли в загородный дом Жака.

Когда ехали по шоссе, я взглянула на спидометр: стрелка курсировала между цифрами 160 и 200 километров в час. Жак, чтобы я не волновалась, на каждой заправке покупал мне конфеты… Однако тогда на его предложение я лишь грустно улыбнулась: «Как бы ни было лестно для меня ваше предложение, я не смогу вас обмануть, а вы не станете со мной счастливым. Я не люблю вас!» Жак в ответ тоже улыбнулся: «Ты права, кроме всей этой красоты, я уже не смогу ничего тебе дать». Может быть, зря тогда отказалась, а то стала бы мадам Дессанж".


Школа жизни

В ее жизни было много этих «зря». По крайней мере так считает сама Ольга. О некоторых своих поступках она сегодня жалеет, добавляя при этом: «Лишь рождение двух дочерей — то, что я сделала в жизни действительно правильно».

О. Е.: «Первые мои восторги и первые разочарования связаны с профессией. Точнее, с мужчинами, которых я встречала, решив стать актрисой. Когда я поступила в Щепкинское училище при Малом театре, то жутко комплексовала по поводу своей внешности. У моих сверстниц выросли прелести, привлекающие мужчин, а у меня все ушло в рост. Я была на голову выше всех подруг, однако во мне не проглядывалось ни единого признака соблазнительной женщины. Но — это называется «бойтесь своих желаний»! В восемнадцать лет вдруг все «поперло» со страшной силой, словно я стояла под грибным дождем. Внезапно вырос бюст четвертого размера и попа. Думала, если голодать, все пройдет. Не ела и падала в обмороки на занятиях.

Видя мои «фигуральные» изменения, педагоги задумались о новом амплуа. Внушали, что я — женщина манкая.

Что это такое, я, естественно, не знала, а неизвестное приводило меня в ужас. Я решила открыться кому-нибудь из моих педагогов. И, естественно, выбрала самого старого, умудренного опытом, — своего художественного руководителя (как выяснилось довольно скоро — зря). «Я никогда даже не целовалась, — призналась как на духу. — Ничего другого пока не познала. И не знаю, откуда берется эта женская привлекательность и манкость».

Мой сердобольный педагог кивал, говорил, что все понимает, а под конец беседы, когда мы выходили из аудитории, выключил свет, закрыл дверь и набросился на меня. Это был какой-то звериный поцелуй.
Я вырвалась. Поняла, что пробудила в человеке совсем не те чувства, которые планировала. Стала что-то очень быстро лопотать: мол, вы меня неправильно поняли, все должно быть естественным путем, все ко мне придет, обязательно, я вам обещаю". «Я не буду тебя торопить!» — ответил тогда худрук".

Родителям Ольга, естественно, ничего не сказала. Она прекрасно понимала, что папа пошел бы в институт с топором — разбираться, а мама наконец получила бы возможность забрать и перевести дочь куда она планировала — в архитектурный.

О. Е.: «Однако не было и дня, чтобы я не билась в истерике и не рыдала в подушку. На втором курсе я начала работать в Малом театре. Появилась маленькая бессловесная роль. Меня начали вводить в спектакль „Горе от ума“ на роль Софьи. Но практически каждый раз наш руководитель оставлял меня после занятий в аудитории. Это было сродни пытке. Невероятными усилиями я заговаривала ему зубы. Но неизменно, когда мы выходили из аудитории, у него были поползновения. Помню даже случай, когда он бегал за мной за кулисами. Позже девочки с курса признались, что пережили подобное».

После окончания училища Ольга долго выбирала, какой театр предпочесть. И хотя звали ее во многие труппы, в итоге выбрала имени Моссовета — там Егоровой сразу же дали главную роль — Нины Заречной в «Чайке».

О. Е.: «Опять, как выяснилось, зря. Сыграв премьеру, получила „пощечину“ от Виталия Вульфа: „И где вы нашли такую огромную Нину Заречную?“ — пригвоздил он меня сухой фразой. Никто тогда не знал, что „огромной“ я стала не просто так: я ждала ребенка, хоть и пыталась это ото всех скрыть. Родила во время отпуска, сбросив 25 кило».

Значит, вы все-таки встретили своего принца на белом коне? Поняли в конце концов, что такое «манкость»?

О. Е.: «Принц появился, но не на коне, а в рубашке. Как-то раз мне позвонили и предложили сняться в рекламе мужских рубашек. Это как раз было начало рекламного бизнеса в России. Сценарий самый банальный. Мы с молодым человеком лежим в постели, я встаю, на мне рубашка. Никакого стриптиза. Нужен был парень с хорошей внешностью и фигурой. «У тебя много поклонников, приводи двух-трех, мы посмотрим, выберем», — сказал мне режиссер. Никто же не знал, что я ни с кем не встречаюсь. Единственный человек, которого я могла себе представить в этой роли, — мальчик, который поступал к нам в «Щепку», когда я работала в приемной комиссии. И у меня были все его данные. Звоню: «Игорь, мне предложили сняться в рекламе, но нужен партнер. Хочешь попробовать?» Он согласился. После съемок стали встречаться. Игорь подрабатывал ночным сторожем в школе на станции Лось, где и происходили наши свидания. Я приезжала к концу дня, когда все учителя расходились по домам. Свидания заключались в том, что мы целовались до безумства. А когда дело доходило до большего, я пасовала. Я к тому моменту, дожив до двадцати одного года, оставалась девушкой. Очень сильно переживала по этому поводу и считала себя ущербной.

Однажды Игорь затащил меня в медкабинет. Я упиралась, стесняясь признаться, что опыта у меня никакого. Мучила бедного Игоря, придумывая разные предлоги: то родители будут беспокоиться, что меня нет дома, то живот болит.

И вот когда все отмазки были исчерпаны, я сказала: «Игорь, я не могу здесь! Мне представлялось, что это будет происходить в более романтичной обстановке». — «Я все сделаю как ты захочешь», — успокоил он меня.

У друга на Фрунзенской имелась квартира. Там-то все и произошло. Это было ужасно! Кровать скрипела так, что казалось, этот скрип распилит мозги! Вдобавок друг Игоря не решился оставить нас вдвоем и спал за стенкой.

Когда при задержке месячных я отправилась к врачу, мне сообщили: «Что вы хотите, милочка, вы же беременны!»

Со мной случилась истерика: «Нет! Этого не может быть, я же Нина Заречная!»

Доктор уговорил меня оставить ребенка. Игорь проявил себя достойно: тут же предложил мне выйти за него замуж".

Однако вскоре у новой семьи начались первые проблемы. Ведь молодую жену Игорь привел в квартиру, где жил с мамой. Противостояние «свекровь—невестка» началось буквально сразу же. Дочка Алена, родившаяся у супругов, ненадолго всех примирила…

О. Е.: «Жили мы небогато, но дружно и весело. Казалось бы, только радуйся: прекрасный муж, красавица дочка, но…

Наши семейные отношения дали трещину. Попросту говоря, наш брак погубила молодость. На нас вдруг свалилась ответственность за ребенка, к чему мы оба оказались не готовы. Начались взаимные претензии.

Игорь обвинял меня в том, что я плохая хозяйка, меня не бывает дома. Ссоры учащались. И однажды Игорь меня ударил… Уверена, если мужчина поднял руку на женщину — это конец отношений. Упреки казались мне несправедливыми и очень обидными. Все заработанные деньги я приносила домой. Не могла даже себе позволить купить дамскую сумочку, ходила с маленькой потрепанной косметичкой и целлофановым пакетом.

Вымоталась и от постоянного безденежья, и от бесконечных упреков со стороны Игоря и свекрови. В итоге в один день я собрала Аленку и переехала к маме. Сейчас у Игоря вроде наладились дела. Он снимается в кино (последний его проект «На углу, у Патриарших»), пишет сценарии. Я не держу на него зла и даже благодарна — ведь у меня есть Аленка, а у Алены — папа и бабушка".


Голая красота

Так совпало, что и на работе у Ольги одна напасть сменяла другую. В Театре имени Моссовета после «Чайки» не давали ролей: мол, вы родили ребенка, не посоветовавшись с нами. Получив приглашение от Хейфеца, она перешла в Театр Советской армии. Но там — при мизерной зарплате и тотальной занятости — не было возможности подрабатывать на телевидении и в кино. Пытаясь отстаивать свои права, осталась без работы. Одна, с маленьким ребенком на руках…

О. Е.: «И тут — словно компенсация за долгий простой — свалилась работа с Евгением Матвеевым. Когда Евгений Семенович готовил свою киноэпопею «Любить по-русски», я честно ему призналась, что деревенская жизнь мне неведома. «Это ерунда, — ответил Евгений Семенович. — Приедем в деревню, я тебе помогу вжиться в роль. Не переживай, все получится».

Уже по прибытии на натуру меня запихнули в какое-то застиранное платьице, кирзовые сапоги, повязали косынку. Дали в руки ведро с помоями — и вперед!

Я робко: «А делать-то чего?» — «Видишь там кучу? Это навоз!» — «Я знаю!» — «То-то же! Это тебе не хухры-мухры», — сказал Матвеев, повернулся и пошел. Вот и вся помощь".

Но зрители обратили внимание не на ваши кирзовые сапоги и застиранное платьице. Все до сих пор помнят эротические сцены с вашим участием. Как вы решились на «обнаженку»?

О. Е.: «Сейчас это кажется забавным, а на съемках была в панике. Когда читала сцену в бане с Раковым, в сценарии было написано: «Силуэт Полины в пару». Накануне я взяла Евгения Семеновича за грудки: «Как вы собираетесь это снимать?»

Он мне лишь отвечал: «Не волнуйся, будет красиво! Это всем запомнится!»

И действительно, только это и запомнилось. Наутро сообщили, что сниматься буду обнаженной. Всех «лишних» с площадки удалили, остались только «свои» в количестве десяти мужчин. Пиротехник очень хотел остаться, а когда его тактично попросили удалиться, нагрубил: «А чего тогда в артистки поперлась, если стесняешься?»

Потом мы снимали продолжение этой сцены. Нужно было выскочить из бани и бежать голой за Раковым. Выдали березовый веник.

Я в него вцепилась как в спасательный круг. Из одежды на мне, кроме того веника, ничего не было. Перед съемкой я попросила Витю: «Ты на меня не смотри, беги и не оглядывайся». Бежали мы вдоль деревни по дороге. Жителей хоть и выгнали, но они все — от мала до велика — оказались на крышах домов. И их невозможно было оттуда согнать. Витя меня успокаивал: «Олюнь, давай быстренько пробежимся и забудем эту страшную историю».

Вдруг Матвеев как закричит в рупор: «Камера! Мотор! По-бе-жа-ли! Бей его веником, бей!»

Я от ужаса хлестала бедного Ракова так, что потом у него вся спина была в кровоподтеках".

Вскоре Ольгу заметили и в модельном бизнесе. Работа манекенщицы давала дополнительный заработок. А ей, матери-одиночке, это было очень кстати.

О. Е.: «Я тогда не отказывалась ни от каких деловых предложений. И вот однажды меня пригласили выступить на показе в одном ночном клубе, где-то в районе Таганки. Когда приехала, то увидела бритых здоровенных мужиков, с цепями в палец толщиной. Решила, что работать здесь не буду. Требую начальство. Ко мне подходит высокий человек приятной наружности, с волосами до плеч. Его звали Ярослав Малый (сейчас он солист известной группы «Токио»). Он рассказал, что является владельцем клуба, публика спокойная и очень достойная, так что я могу не беспокоиться. Тем не менее я из клуба сбежала. Ярослав стал звонить каждый день с одним и тем же вопросом: когда же все-таки появлюсь у них?

Звонки плавно переросли во встречи. В основном мы предпочитали прогулки по Москве, еще он любил играть в бильярд. Ярослав младше меня на шесть лет, и серьезно я его не воспринимала. Мне просто было с ним весело и интересно. Через какое-то время я узнала, что у него в Подольске — жена, маленькая дочка. Тогда для меня встал вопрос: продолжать ли отношения? Я не хотела разрушать чужую семью. На какое-то время мы перестали видеться. Общие друзья звонили и рассказывали, как Ярослав страдает: он бросил семью, живет у друзей. Но мне совсем не хотелось связывать свою судьбу с человеком непостоянным. К тому же он занимался довольно странной деятельностью. Однако позже я все-таки впустила его в свою жизнь. Он переехал на полное мое обеспечение. У него в то время как раз начались проблемы с клубом, с бизнесом. И на каком-то этапе он признался мне, что банкрот. Денег нет. Единственный вариант — вернуться к «темным» делам. Поскольку я тогда уже знала, что у него есть определенные музыкальные способности, то предложила на время стать спонсором нашего союза. Я хорошо зарабатывала. Спонсорствовать пришлось достаточно долго. Попытки Ярослава найти работу были очень вялыми. Я же всегда настроена на то, что творчество должно приносить доход и удовлетворение. Сама никогда не могла сделать что-то в ущерб семье, а ему это позволила. Ярослав очень сильно расслабился за моей спиной. Он мог ночами напролет сочинять песни, днем отсыпался. Меня это страшно выводило из себя. Единственное, что спасало Славу от моего гнева, — он был романтиком, с богатым воображением и — на тот момент — очень мне преданным. Он звал меня замуж.

Но я понимала, что он меня моложе и вряд ли наши отношения войдут в фазу каких-либо обязательств друг перед другом. Настораживало еще то, что о своей дочери он практически не заботился. Позже открылось, что у него был еще один ребенок — в Кривом Роге. Тем не менее я помогла ему состояться как артисту. Предоставила возможность не метаться в поисках заработка, спокойно дожидаться того момента, когда к нему появится интерес. Познакомила его с Гошей Куценко — попросила сняться в первом видеоклипе «Москва». Нашла видеооператора и режиссера. В то время у Гоши было прозвище Гашиш. И Ярослав с Гашишем славно затусовались.

Вообще, Слава был вторым моим ребенком. Он постоянно советовался со мной по поводу своей музыки, песен.

Он видел во мне советчика. Однако я понимала, что не могу на него рассчитывать. Однажды он спросил: «Оль, а у тебя есть какие-нибудь сбережения?» — «Есть, а что?» — «Я придумал, как мы будем платить за квартиру. Ты сейчас отдаешь мне эти деньги, я их отношу моему приятелю, и он нам отстегивает проценты с этих денег каждый месяц. Здорово?» — «А что я с этого буду иметь?» — «А что, ты хочешь с этого еще что-то поиметь?» Словом, я вскоре поняла, что наши отношения зашли в тупик".

Жирную точку на этом красивом, но бесперспективном романе поставил радостный в общем-то повод — день рождения Ярослава. О нем тогда уже постепенно узнавали в музыкальной тусовке, его группа набирала обороты. Поэтому отмечать праздник он решил пафосно, в ночном клубе — благо по бартеру вечеринку удалось сделать бесплатной.

О. Е.: «Однако на этот день рождения меня Ярослав не пригласил. Объяснения, которые он позже мне предоставил, были «весомыми»:

— На вечеринке — девушки с радио и телевидения. Мне нужно налаживать связи, а ты могла бы помешать.

— О чем это ты? Каким образом? — удивилась я.

— Как ты не понимаешь? Мне нужно быть свободным, чтобы понравиться!

После таких слов я сняла другую квартиру и переехала. А Ярослав бросился в бурные воды шоу-бизнеса, ринулся налаживать отношения с более солидными людьми. Я стала замечать, что на каких-то тусовках Ярослав меня игнорирует, делая вид, что даже не знает. Не могу назвать это предательством. Каждый устраивается в жизни как может. Сейчас у него вроде все прекрасно, рядом с ним — женщина, которая его понимает и принимает таким, какой он есть, является ему верным другом и соратником".


Кошмарная любовь

Расставание с Ярославом Ольга перенесла намного легче, чем разрыв с мужем Игорем. Может, она стала старше и опытнее. А может, роман с беспечным музыкантом никогда не воспринимала всерьез. К тому же разбираться в своих переживаниях у нее не было времени. На заработанные деньги Ольга купила и отремонтировала квартиру. «Осталось папу дочке найти», — говорила она.

Карьера модели к тому времени пошла на спад, и Ольга решила попробовать себя в качестве дизайнера одежды, благо все необходимые навыки (шить, вязать, вышивать) были привиты с детства и не раз выручали.

Подговорив свою приятельницу Наташу (сейчас она известна под именем Таша Строгая), вручную сделали первую коллекцию «Эко-невидаль» для «Русского силуэта». И — вошли в десятку сильнейших! Внимание прессы и телевидения, эйфория от успеха… В это самое время Ольга встретила отца своей второй дочери. «Зря», — скажет она позже.

О. Е.: «Все случилось после вручения премии «Ника», на которой я была ведущей церемонии. Как это принято, торжественная часть завершалась большим банкетом. Я, кстати, никуда не собиралась. И вдруг вижу коллег со съемочной площадки «Любить по-русски». Помню, зашла в зал — с платьем в руках, чемоданом косметики. Вдруг ко мне подходит маленький человек в очках и начинает вкрадчиво рассказывать: «Я известный продюсер. Знаком со многими мировыми режиссерами. Вы такая красотка. Представляю, какой фурор вы можете произвести в Голливуде! Мне нужны ваши фотографии, кассеты с фильмами. Моя жена — Кристина Семеновская, у нас двое детей». У меня — улыбка до ушей, стою, киваю. В голову даже ничего плохого не пришло. Порядочный человек, семьянин. Люди, проходящие мимо, как-то странно хихикают и показывают на нас пальцем. Думаю: что-то не так. Спрашиваю:

— Простите, а как, вы сказали, вас зовут?

— Ах да, был сражен вашей красотой. Меня зовут Петя Листерман…

А только он отошел, ему на смену появился другой персонаж. Я-то еще боковым зрением заметила, что во время моей беседы с Листерманом кто-то пристально буравил меня взглядом. И вот подходит ко мне мужчина огромного роста, широкоплечий, и говорит достаточно развязно:

— Разрешите представиться: Андрюшка.

Мое лицо сразу темнеет. Не терплю нахальных подвыпивших мужиков. Отвечаю:

— Что же вы, любезный, в таком почтенном возрасте на отчество себе не заработали?

У «Андрюшки» от злости начинают сжиматься кулаки и ходят желваки. Слава богу, подоспели его друзья, которые его заболтали и увели от меня.

А через неделю в моей квартире раздался звонок: «Олечка, здравствуйте, это Андрей. Мне очень хочется увидеть вас». У меня сложилось довольно негативное впечатление об этом человеке, и я очень разгневалась, пытаясь выяснить, откуда у него мой телефон.

— У меня большие связи. Может, мы с вами позавтракаем в понедельник?

— Что? Позавтракаем?!

— Тогда пообедаем — во вторник?

— Ну хорошо.

Мы договорились о встрече, хотя я заранее знала, что никуда не пойду. Андрей был очень удивлен, позвонил:
— Я пришел, сижу как дурак за столиком с букетом, а красавицы нет и нет. Что-то случилось?

— Все в порядке.

— Оля, если вы не хотите обедать, может, погуляем?

Мне стало интересно. Лестно, когда мужчина проявляет такую настойчивость. Согласилась. И опять зря.

Мы встретились в парке около Новодевичьего монастыря. Андрей в основном молчал. А поскольку я человек очень общительный, то начала потихонечку про себя все рассказывать. Андрей сделал вывод о моем характере, и, видимо, я для него оказалась подходящей кандидатурой.

Мы зашли в храм. Я увидела перед собой очень домашнего, уравновешенного человека. Начались совместные пикники, прогулки за город. Я узнала, что Андрей — человек тяжелой судьбы. Он вырос в обеспеченной семье. Папа работал по-слом в Югославии. Андрей серьезно занимался водным поло и после травмы не поехал на Олимпиаду. По этому поводу он очень переживал и начал злоупотреблять алкоголем. После чего отец настоял, чтобы сына забрали в армию. Служил в десантных войсках, потом сам напросился в Афганистан, где получил ранение и контузию. Дослужился до чина подполковника. Позже воевал в Югославии. Уже в России сделал хорошую карьеру в бизнесе. Я подумала: наконец в моей жизни появился человек, который будет оберегать и защищать меня. Поначалу наши отношения действительно были похожи на те, которые я видела в кино и которых хотела для себя лично. А потом у Андрея начались срывы. Мы стали ссориться. Ругаясь, он доводил себя до того, что терял сознание — сказывались последствия контузии. Причем виновницей этих срывов считал меня. Я уж грешным делом думала, что вдруг я как-то влияю на его здоровье. Любая, даже незначительная, вспышка гнева приводила к обморокам. Тогда я и не подозревала, что в моей квартире установили прослушку, следили за каждым моим шагом. И не понимала, откуда Андрей знает обо всех моих разговорах, делах. Пока во время очередной ссоры он не крикнул: «Ты глупая, я же тебя сразу на прослушку поставил. Ты наивная дура! Я давно уже знаю о тебе столько, сколько ты и сама о себе не знаешь!»

Когда начали срываться все мои проекты, запуганные люди отказывались сотрудничать, а кто-то вообще считал, что меня нет в Москве, я поняла: так жить нельзя. А после разговора с его духовником, который сказал мне: «Ольга, беги от него, скройся, чтобы он не знал, где ты находишься», — я по-настоящему испугалась".

А неделю спустя она поняла, что беременна. Первая мысль — избавиться от ребенка. Мысль вторая — значит, такова ее судьба, она не имеет права лишать жизни маленького человечка…

О. Е.: «Когда призналась, что ношу ребенка, Андрей очень обрадовался. Обещал, что я больше не услышу ни одного грубого слова, он станет самым заботливым и щедрым мужчиной, у меня будет работа. Говорил, что мечтает о семье и стать лучше смогу помочь ему только я. Поверила. Надеялась, что со временем он станет добрее, мягче. Просто нужно время. Я окружу его любовью и заботой.

И он вроде бы действительно изменился. Когда уже родилась дочь Таисия, помню, Андрей устроил нам царскую неделю отдыха во Франции. Заказал роскошный номер в отеле «Единорог» — с балкона можно было выйти на лужайку. Это была неделя счастья. Мы купались, загорали. Андрюша тогда сказал мне: «Я очень хочу стать лучше, я прилагаю все усилия к этому. Мне с тобой спокойно и уютно…»

Когда он находился рядом с дочкой, я видела в глазах этого жесткого человека такое море любви и безграничное обожание! Он с ней постоянно возился. Андрей достаточно скупой на чувства, но рядом с Таськой он пребывает в состоянии блаженства. Может, поэтому я цеплялась за отношения с Андреем из последних сил.

Но его срывы не прекращались. Райская жизнь сменялась очередным скандалом. Часто мы с детьми оставались без средств к существованию в течение нескольких месяцев. Он делал все, чтобы поставить меня на колени. Дело дошло до того, что он стал распускать руки и время от времени избивать меня. Последнее его побоище едва не стоило мне жизни".

Эта история уже успела облететь новостные ленты: «Известную актрису доставили с побоями в травмопункт».

Оказывается, ее могущественный спутник вновь решил выяснить отношения с помощью кулаков. Итог — разбитое лицо, сломанный нос. Сейчас Ольга мечтает об одном: забыть этот кошмар, начать новую жизнь. Ведь множество проектов ждут своего воплощения.

О. Е.: «Недавно я перебирала поздравительные открытки от близких людей. Каждый из них считает меня человеком, достойным счастья. Хочется, чтобы дети видели меня радостной и спокойной. На данный момент ищу опору в себе и в своих ненаглядных девочках, которые дают мне веру в соб-ственные силы. Точно знаю одно: их я родила не зря!»