Архив

Восточные сладости

«Перед сном я читаю „отче наш“, а муж — свою молитву. Никто из нас не стал менять веру, потому что Бог един»

Роман певицы Ани Лорак и ее мужа Мурата Налчаджиоглу начался на турецком побережье. Но в отличие от большинства курортных историй эта имела продолжение. Ради любимой Мурат оставил друзей, родных, налаженный бизнес и переехал на Украину.

31 марта 2011 19:41
10962
0
«Я благодарна любимому за то, что ради меня он переехал в другую страну и практически начал свою жизнь с нуля».

Честно говоря, мы не особо надеялись, что удастся уговорить Ани на интервью: все-таки у будущей мамы особый режим. Но по счастливому стечению обстоятельств у певицы был концерт в Москве, и она согласилась встретиться. Выглядела она спокойной, умиротворенной и счастливой.

— Ани, как вы себя чувствуете?

Ани ЛОРАК: «Спасибо. Чувствую себя просто превосходно. Гастролирую, правда, меньше, чем раньше, но могу позволить себе небольшие путешествия. На машине, на поезде — само-летом уже не летаю. В больших концертах не участвую, но сорок минут вполне могу отработать. В студии сейчас плотно занимаюсь — записываю песни. Думаю, что после рождения ребенка порадую всех новым альбомом».

— У вас сейчас особенный период: чувствуете, что меняетесь вы, ваше творчество?

Ани: «Те, кто слышал мою песню „Для тебя“, говорят, что тембр голоса стал более насыщенным, глубоким. Поклонники отметили, что появилась какая-то теплота, я стала еще более женственной».

— Морально к рождению ребенка готовитесь? Я тут прочитала в Интернете, что вы якобы собираетесь рожать в воде…

Ани: «Нет, это неправда. Не знаю, кто это придумал. Рожать буду традиционным способом. И поскольку это мой первый опыт, штудирую соответствующую литературу. Слава богу, сейчас масса возможностей найти нужную информацию и в Интернете, и на книжных прилавках. Консультируюсь с подругами, у которых есть дети. Ну, а вообще стараюсь наслаждаться моментом».

— Вы кого ждете: сына или дочку?

Ани: «Мы специально не хотим узнавать. Пусть будет сюрприз. К тому же и УЗИ порой ошибается. Было очень много таких случаев у моих подруг: они покупали коляски, пеленки-распашонки в голубых тонах, а вместо мальчика появлялась на свет девочка. Так что кого бог пошлет. Мы пока ничего не приобретали: ни одежду, ни кроватку. Сейчас с этим нет проблем. Да и друзей много, которые смогут нам оперативно в этом плане помочь. Я и дочке, и сыну буду рада. В идеале, конечно, надо иметь двоих. Так что мы на этом не остановимся».

— Как думаете, из вас с Муратом получатся строгие родители?

Ани: «Дай бог, чтоб все свершилось. А там посмотрим. Главное — это любовь, она помогает находить пути воспитания. Мне кажется, если ребенок чувствует тепло и ласку, он просто не может вырасти агрессивным. Нужно быть внимательным, любить свое чадо и вовремя почувствовать, к чему у него есть склонности, способности. Постараюсь не совершать ошибок тех родителей, которые пытаются воплотить свои нереализованные амбиции в ребенке. Важно понимать, что этот маленький человечек — индивидуальность».

«На одном ребенке мы с мужем точно не остановимся. Хотим девочку и мальчика».
«На одном ребенке мы с мужем точно не остановимся. Хотим девочку и мальчика».

— Ваши родители по отношению к вам так же поступали?

Ани: «У меня непростая ситуация, потому что родители развелись еще до моего рождения. Но я благодарна им за то, что мне предоставили свободу выбора. Когда внимания чересчур много, оно душит. У меня не было такого счастья — пройтись по улице, держа за руки папу и маму. Но зато мне выпала возможность самой определиться с будущей профессией: я пела в садике, в школе. Поступила в эстрадную студию на отделение вокала. В пятнадцать лет участвовала в конкурсе „Утренняя звезда“, а к девятнадцати годам уже стала заслуженной артисткой Украины».

— Ани, ваш муж — человек другой культуры, восточной. В Турции считается, что женщина должна быть тихой, незаметной. А вы яркая и на сцене.

Ани: «Я не знаю всех восточных мужчин. Я знаю одного, и мой Мурат — исключительный вариант. Он не самый яркий представитель этой культуры. Воспитывался в европейских традициях, с детства учил английский язык, много путешествовал, он космополит. Ест все, что я ем, любит ту музыку, которую я люблю, смотрит те же фильмы. Когда мы только познакомились, я сказала, что „Крестный отец“ — это мой любимый фильм. Он заспорил: „Нет, мой!“ Мурат находился в Турции, а я — на Украине, нас разделяло море, но мы слушали одни и те же мелодии — треки Уитни Хьюстон из фильма „Телохранитель“. Мой муж очень романтичный человек. И, слава богу, понимает и принимает меня такой, какая я есть, не старается ломать. Он видит, что я живу сценой. И поддерживает меня. На период „Евровидения“ Мурат взял на себя всю переписку с организаторами — его английский гораздо лучше моего. Он улаживал многие вопросы и был одним из моих главных помощников».

Родители Ани развелись, когда она была совсем маленькой. Мама воспитывала ее и двух сыновей одна.
Родители Ани развелись, когда она была совсем маленькой. Мама воспитывала ее и двух сыновей одна.

— Нечасто так бывает, чтобы курортный роман перерос в серьезное чувство, закончился браком.

Ани: «Я бы не сказала, что это был курортный роман. Мы с Муратом действительно познакомились в отеле в Турции, но через два дня я уехала. У нас не было возможности развить эти отношения. Просто мы чувствовали сильное притяжение друг к другу, поэтому целый год поддерживали связь на расстоянии — были только sms-ки и телефонные разговоры».

— Отношения на расстоянии — это безумно тяжело…

Ани: «Недаром говорят, что настоящая любовь от сильного ветра разгорается, а слабая — гаснет. Видимо, у нас был тяжелый случай. (Смеется.) Потому что за год многое могло случиться, мы могли кого-то встретить. Но Мурат ждал меня, скучал, верил. Был момент, когда я устала от этих отношений, не отвечала на его звонки… Трудно, вы правы: страны разные, языковой барьер (я не знала турецкого, он — русского, и мы общались только на английском), будущее неясно. У меня моя карьера, у него в Турции свой успешный бизнес. И я пыталась убежать от этих чувств. Но правду говорят: от судьбы не уйдешь».

— И находились, наверное, подруги, доброжелатели, которые говорили: зачем тебе такие сложности, посмотри, сколько достойных мужчин вокруг…

Ани: «Нет у меня таких подружек, как в „Сексе в большом городе“. (Смеется.) Да и вообще мнение других людей на меня мало влияет. Я самостоятельный боец. Когда я решила, что выйду за Мурата замуж, мне было все равно, кто что скажет. И даже маме моей ничего не оставалось, как принять его».

Ани и Мурат расписались в Киеве в августе 2009 года. А саму свадьбу с размахом сыграли на родине жениха, в Анталье.
Ани и Мурат расписались в Киеве в августе 2009 года. А саму свадьбу с размахом сыграли на родине жениха, в Анталье.

— Вы выдвинули Мурату ультиматум?

Ани: «Нет. Самое важное в отношениях — не ставить никаких условий. Любовь — не камень, а скорее вода. Это живое, нежное, ее нельзя ранить. Я ничего не требовала. Мурат сам сказал: я понял, что должен принять решение, я переезжаю к тебе на Украину. Мне не хотелось, чтобы он шел на какие-то жертвы. Но он сказал, что я для него важнее. Это непросто: начать свою жизнь с нуля, приехать в другую страну, не зная языка, не имея ни друзей, ни работы. И он это сделал ради нашей любви. Я очень ему благодарна. Сейчас муж уже выучил русский, у него свой бизнес туристический. А еще мы вместе открыли ресторан. У нас счастливая семья и будет ребенок».

— Родня Мурата вас хорошо приняла?

Ани: «Отлично. С первого взгляда. И мама, и три сестры. Когда Мурат привел меня знакомиться, его мама посмотрела на меня и что-то стала быстро говорить по-турецки. Я попросила: «Мурат, ну-ка переведи». Он сказал, что смысл ее речи таков: «Если ты упустишь эту девушку, то будешь полным идиотом».

— Вы не чувствуете, что муж тоскует по родине, по своим близким?

Ани: «Он бросил все ради того, чтобы мы были вместе. И часто повторяет: „Ты — моя семья“. С определенного момента мальчик становится мужчиной и главное для него — та женщина, которая рядом. Мне кажется, это мудрое решение, когда родители отпускают детей и дают им возможность строить свой мир. Родители Мурата в этом плане очень понимающие люди. Мы общаемся на расстоянии, но мужа это нисколько не смущает».

— Вам интересна турецкая культура? Было что-то такое, что вас поразило, удивило?

Ани: «Мы были с Муратом в Стамбуле — 'это город потрясающей красоты. Собор Святой Софии, Голубая мечеть. И такая история богатая! Чего стоит эпизод с турецким царем Сулейманом и украинкой Роксоланой… (Красота плененной украинки Анастасии Лисовской (Роксоланы) так пленила Сулеймана Великолепного, что из наложницы он сделал ее любимой женой. — Прим. авт.) Правда, в нашем случае наоборот — я мужа на Украину перетащила. (Смеется.) Я еще для себя до конца не раскрыла эту культуру — что-то новое нахожу постоянно. Безумно трогательны и симпатичны отношения родителей и детей, друзей между собой — все друг дружку поддерживают. Очень мне нравится турецкая кухня. Все эти сладости, шашлыки, кебабы, лепешки их турецкие, айран просто обожаю. Мы с Муратом в Киеве нашли один ресторан с турецкой кухней, часто ходим туда».

— Ани, а вы сами готовите?

Ани: «Это редкие праздники, которые я устраиваю. (Смеется.) У меня нет времени готовить, хотя я люблю и умею это делать. Я росла в многодетной семье, а мои братья, как и большинство мужчин, ленились пойти на кухню, чтобы что-то себе приготовить. Так что пришлось мне осваивать кулинарное мастерство. Первые блины получались комом, но потом научилась и печь, и борщи варить, и мясо жарить. Иногда мужа балую воскресными завтраками. Он меня тоже балует. Так и живем».

— А турецкий язык учите?

Ани: «Пока нет, но хочу очень. Надеюсь, что сейчас будет больше времени для этого. Все-таки хочется понимать, о чем там муж с друзьями говорит». (Смеется.)

— Для многих интернациональных семей очень остро стоит вопрос веры. Никто из вас не стал ее менять…

Ани: «Была такая ситуация, когда я перед сном читала „Отче наш“, а Мурат — какую-то свою молитву. Мы переглянулись и были очень близки в этом ощущении: Бог один, и не имеет значения, на каком языке ты возносишь ему молитву. Любовь — наша религия. И у нас с Муратом никогда не стоял вопрос о том, чтобы кто-то поменял веру. Я, будучи в Стамбуле, с удовольствием и интересом посетила мечеть, Мурат на Украине заходит в православные храмы».

— А ваши дети будут выбирать вероисповедание сами?

Ани: «Поскольку наши дети будут жить на Украине, православие будет удобнее. Если честно, мы с мужем пока не обсуждали этот вопрос, но не думаю, что возникнет какая-то проблема».

— Судя по всему, в семье у вас демократия.

Ани: «Да, мы не выясняем вопрос: позвольте, а чьи это обязанности? Берем и делаем. Что такое любовь? Больше отдавать друг другу. И если ты хочешь стать в этом победителем, доказать, что любишь больше, надо и больше радости любимому доставлять».

— И сколько у вас уже длится эта идиллия?

Ани: «Мы пять лет вместе, а поженились полтора года назад. Отношения — это работа. Если опустишь руки, то очевидно, что очаг со временем угаснет. Но если ты этого не хочешь, то все время будешь разжигать пламя поступками, делами. Постоянно говорить о своей любви, каждый день делать какую-нибудь маленькую приятность любимому. Будь то совместная прогулка, просмотр фильма, ужин романтичный. Нужно все время касаться, дотрагиваться рукой, целовать. Это очень важно, чтобы контакт был, обмен энергией».

— Ани, такое впечатление, что вы никогда не обжигались, никто вас не обижал, не предавал…

Ани: «Конечно же, предавали, и было больно. Очень больно. И я писала песни, чтобы вытащить себя из этого состояния. Неприятности, трудности и потери бывают у всех людей. Другое дело, как на них реагировать. Кто-то пытается отомстить и направляет свою энергию в разрушительное русло. И зло возвращается бумерангом. А другие говорят: „Спасибо за урок, а я пойду дальше. Я художник и сам рисую картину своей собственной жизни“. Никогда не надо падать духом. Было плохо — взяла бумагу, написала стихи, получилась песня, которую полюбила вся страна. Я разделила свою грусть. А потом судьба подарила мне встречу с будущим мужем. Надо себе говорить, что после дождика всегда бывает радуга…»

Для конкурса «Евровидение» Филипп Киркоров написал Ани песню, а модельер Роберто Кавалли (в центре) создал платье.
Для конкурса «Евровидение» Филипп Киркоров написал Ани песню, а модельер Роберто Кавалли (в центре) создал платье.

— Как же вам работается в шоу-бизнесе, который все называют настоящим террариумом?

Ани: «Да, там живут люди-дикари. Зачастую зубастые, опасные и подлые. Другое дело, насколько ты близко все это к себе подпускаешь. Ты же сам определяешь степень контакта с этими людьми. Для меня приоритет — выход на сцену. Я получаю огромное удовольствие от выступлений, концертов. Дальше наступает общение с людьми (не всегда приятными), которые эти концерты организовывают. Тут я как актриса, играю роль — мне нужно разговаривать с этим нехорошим человеком. Что я и делаю. Но меня же не просят с ним дружить или жить под одной крышей».

— Делали вам «непристойные предложения»?

Ани: «Конечно, появлялись на моем жизненном пути люди, которые обладали и деньгами, и связями. И согласись я подарить такому человеку всю себя, свое тело и душу, моя карьера пошла бы стремительнее. Это было сильное искушение — ведь творческая часть меня хочет раскрыться еще больше, добиться признания. Но боязнь потерять себя оказалась сильнее».

— Человек, который открыл вас для российской публики, — Филипп Киркоров…

Ани: «На самом деле таких людей было много. Это Игорь Николаев в передаче „Утренняя звезда“. (Тогда я поменяла имя Каролина на Ани Лорак). Потом был Игорь Крутой и песня „Зеркала“, с которой я победила на конкурсе в Нью-Йорке в 1996 году. А потом, когда я в один прекрасный день приняла решение участвовать в „Евровидении“, раздался звонок от Киркорова, и он сказал: „Ани, я написал тебе песню“. Меня очень удивило то, что „король“ соизволил мне позвонить. Да еще и песню написал. Я успешно выступила на конкурсе, и дружба, которая тогда завязалась, продолжается и сейчас. Филипп — мой первый помощник, защитник, братик, как я его называю».

Певица считает Сергея Лазарева одним из своих лучших друзей.
Певица считает Сергея Лазарева одним из своих лучших друзей.

— Как вы воспринимаете недавнюю скандальную историю, связанную с ним?

Ани: «Филипп — это вершина, а вершина всегда притягивает молнии. И сколько я его знаю, все время с ним что-то происходит. Характер у него непростой, он не паинька. Если меня журналисты заденут, задавая бестактные вопросы, то я в силу своего характера промолчу. Филипп молчать не будет. И порой его просто провоцируют. Знают, что он ответит именно так, что будет громкий скандал, а у издания поднимется рейтинг. Как недавно — раздули ситуацию с этой девушкой, звукорежиссером. Я видела видеосъемку: никто никого не бил, но разговор действительно шел на повышенных тонах. Что касается меня, я знаю Филиппа совершенно с другой стороны…»

— Ани, у вас нет мысли перебраться в Россию, где вас так хорошо принимают?

Ани: «Я уже ощущаю себя здесь родной, любимой. Конечно, хотелось бы со временем приобрести здесь квартирку. Этот отель, где мы сейчас находимся, уже для меня как дом родной. Мне готовят любимый номер, на кухне знают мое меню».

— Как скоро вы планируете выйти на работу после родов?

Ани: «Я хочу максимально быстро восстановиться. Выйти к поклонникам с новым альбомом, клипом. Но хочется и дать тепла малышу, ощутить этот период счастья материнства полностью. Трудно сейчас прогнозировать, как все сложится, какие будут ощущения. Надеюсь, что обойдется без переборов в ту или иную сторону».

Фото: Итар-тасс, пресс-служба Ани Лорак