Архив

Танцующий айсберг

Расставшись три года назад со своей супругой Ириной Лобачевой, Илья Авербух так и не обзавелся новой семьей

Расставшись три года назад со своей супругой Ириной Лобачевой, Илья Авербух так и не обзавелся новой семьей. Молодой, красивый, известный, да при этом еще и одинокий, — казалось бы, Илья априори должен был стать идеальной мишенью для светских охотниц за мужьями.

28 сентября 2010 19:50
3801
0
Внешне Мартин похож на маму, а вот по характеру он весь в отца. ФОТО: Виктор Горячев, personastars, личный архив Ильи Авербуха, архив «МК»

Наша встреча много раз переносилась из-за бесконечной занятости героя. Поэтому когда за десять минут до начала интервью мне вдруг сообщили, что у Авербуха высокая температура, я подумала: «Опять все сорвалось». Не тут-то было! Илья, как и все трудоголики, болел на рабочем месте. Сидел с градусником под мышкой, пил лекарства, одновременно решал деловые вопросы и говорил по телефону. Вид у него был усталый, но — вот странность! — крайне довольный.


Детский мир


Илья, наверное, это не столько простуда, сколько переутомление. Глаза у вас красные. Такое впечатление, что вы почти не спите.


Илья АВЕРБУХ:
«Да, я действительно сплю сейчас часа по два, наверное, в сутки. Не больше».


А когда последний раз отдыхали?


Илья:
«Относительно недавно. Мы ездили на десять дней с сыном в Мексику. Все мои отдыхи случаются раз в году, когда мы с Мартином отправляемся в какую-нибудь страну. Но и там мы путешествуем, а не валяемся на пляже. Я Стрелец по знаку зодиака, поэтому мне нужны новые эмоции, новые картинки».


Мартин уже взрослый мальчик?


Илья:
«Да, ему уже семь лет скоро исполнится».


Обычно он говорит вам, что хотел бы получить на день рождения?


Илья
(улыбается): «Просто огромные заказы на все! И у меня, и у Ирины дома уже по большому „Детскому миру“. И часто случается так: приходим в магазин, начинаем что-то выбирать и понимаем — это есть, это есть и это есть. И приходим в растерянность — что покупать-то? Ведь все есть! Главное — совсем не избаловать».


Он, наверное, уже пресытился всем этим.


Илья:
«Ну, здесь мы ничем не отличаемся от родителей, которые не могут уделять своему ребенку массу времени. Это своего рода компенсация. Конечно, ничего хорошего в этом нет. Ничто, никакие игрушки и подарки не заменят настоящего, полноценного общения. Я прекрасно это понимаю».


Зато вы можете дать ему достойное образование, красивую одежду, путешествия по разным странам…


Илья:
«Согласен. И уж, конечно, начинать жить он будет не с нуля. Это точно».


А вы строгий папа?


Илья:
«Нет. Мне кажется, я вообще очень лоялен. Я не так много времени провожу рядом с Мартином, чтобы еще и быть строгим родителем. Я папа, который безумно любит своего сына. Не могу вспомнить момента, когда бы повысил на него голос. Да и вообще я не сторонник строгого воспитания. Мне кажется, это подавляет инициативу ребенка. Все можно решить разъяснениями, уговорами и лаской. К тому же Мартин покладистый, открытый и очень добрый мальчик».


Чем он увлекается?


Илья:
«Всем понемногу. Мы пока стараемся его не загружать. Но вот со следующего года, когда он пойдет в школу, станет ходить и в спортивную секцию, например футбольную. Хочу также, чтобы Мартюша занялся еще и изучением английского — таковы требования современности.


Мартин сейчас ходит в специализированный детский сад. Там им дают всестороннее развитие. Они даже учатся играть на музыкальных инструментах. Этот садик создан при школе. Поэтому в первый класс он пойдет со своими друзьями. Мартин очень просился в школу в этом году. И нам с Ириной даже пришлось провести беседу, убеждать, что ему еще рано".


Вы сейчас сказали о футболе, но он, наверное, и на коньках прекрасно стоит?


Илья:
«Сносно. Мартин быстро научился кататься на коньках, но заниматься фигурным катанием вряд ли станет. Да и поздно уже».


Как часто вы общаетесь?


Илья:
«Созваниваемся ежедневно. Говорим много, особенно перед сном. Он делится впечатлениями. Стараюсь выделять время и для прогулок с ним. Несмотря на то что внешне он больше похож на Ирину, характер у него мой, нам легко находить общий язык».


Интерес к девчонкам проявляет?


Илья
(смеется): «Ну, у него есть несколько подружек. Но он смущается, когда начинаешь расспрашивать про ту или иную девочку».


Вы просто загораетесь, когда говорите о Мартине. Наверное, рады, что у вас именно мальчик, сын…


Илья:
«Очень. Но я бы с удовольствием еще раз испытал радость отцовства. И вдвойне — если бы родилась девочка. Мне кажется, что как раз дочка может подарить тебе ту вечную любовь, которую вряд ли к тебе пронесет через всю жизнь другая женщина».


Холодный огонь


Что же заставляет вас спать сейчас всего по два часа в сутки?


Илья:
«Два крупных проекта, которые я веду одновременно: шоу „Лед и пламень“ и ледовый спектакль „Огни большого города“. В этот спектакль я вложил очень много сил, энергии и труда. Хочу подчеркнуть: это не экранизация фильма Чарли Чаплина, у нас оригинальный сценарий. Чаплин — лишь сквозной герой, который, по задумке авторов, идет по городу. Написана музыка в жанре мюзикла, сшито более 250 костюмов. Но главная составляющая — участники: семь олимпийских чемпионов, одиннадцать чемпионов мира. Золотой фонд фигурного катания России! Мое мнение — это достойный ответ различным западным шоу, которые адаптируются для России».


Вы упомянули Чаплина. Находите схожесть между ним и собой?


Илья:
«Я упомянул не самого Чарли Чаплина, а образ, созданный им. Это разные вещи. Образ этот, наверное, потому так популярен, что трогателен. Добрый бродяжка, который хочет очистить землю от всего дурного, дать ей что-то светлое и доброе. Черты этого образа, пожалуй, найдутся в каждом из нас. Но я не могу сказать, что я на него похож. Скорее всего я тоже жертва ритмов большого города. Чарли Чаплин не так уж драматичен, но при этом очень глубок. Знаете, порой так надоедают напускной драматизм и пафос. А Чарли позволяет с иронией посмотреть на себя, на этот мир, позволяет улыбнуться, пусть печально, но без показного надрыва».


Для каждого из спортсменов прописаны свои роли?


Илья:
«Да. Зрители увидят новеллы, которые им расскажут Татьяна Навка — Роман Костомаров, Маргарита Дробязко — Повилас Ванагас, Мария Петрова — Алексей Тихонов, Елена Бережная — Антон Сихарулидзе (последние вообще наша сенсация: возвращение легендарной пары на лед!). И конечно же, Алексей Ягудин».


Вы говорите, что к спектаклю написана музыка в жанре мюзикла.


Илья:
«Да, и это тоже наше новаторство — ни разу в мире специально под ледовые постановки не писалась музыка. В „Огнях большого города“ прозвучит более двадцати оригинальных треков. Несколько из них смело можно запускать в ротацию, они будут иметь огромный успех у слушателей. Они записаны и на русском, и на английском языке».


И в них поется о любви…


Илья:
«Да и через весь наш спектакль сквозной линией проходит главная тема — в мире существует любовь».


Романтично звучит.


Илья:
«Да. Несвойственно мне».


Я прочла, что поиск большой любви для вас не приоритетен в жизни.


Илья:
«И потому философию спектакля я не переношу на себя. Для меня это не приоритетно и мною даже не рассматривается. Но видя то, что получается из „Огней…“, понимаю: центральное место в нем занимает любовь».


А вы сами в любовь не верите?


Илья
(надолго задумывается): «Я верю в любовь. Но не в вечную. Скажу так: я не верю в вечную любовь».


Ну, а когда люди живут вместе не один десяток лет, а потом решают стать мужем и женой, разве это не любовь, проверенная годами?


Илья:
«Нет, думаю, это просто некий внешний фетиш, которым люди пытаются укрепить свой союз. Ничего плохого в этом не вижу. Но мной такие вещи воспринимаются как эмоциональный порыв. Такой же, что заставляет мужчину наколоть себе имя девушки. Глупо ведь смотрится татуировка „Галя“. Понимаешь, что это был порыв: парню хотелось доказать любимой свои чувства. И что? Нет, главное в жизни — это жить. А жизнь — это движение. Жизнь — это бесконечная дорога, которая, кстати, все время присутствует в нашем спектакле. На этой дороге ты встречаешь различные испытания, чувства, эмоции. И не надо останавливаться! Нужно идти вперед и быть открытым для всего, что тебе встречается».


А если рядом идет близкий человек, стоит ли открываться внезапно вспыхнувшей страсти? Может, лучше ее не заметить?


Илья:
«У каждого из нас есть определенные этапы в жизни. И на одном из них ты просто не увидишь ничего, а в какой-то момент тебя подтолкнут к тому, чтобы увидеть. Думаю, что сопротивляться ничему не надо, потому что, как бы банально это ни звучало, живем мы лишь один раз. И потому во всем надо придерживаться этого принципа. Это не говорит о вседозволенности, анархии и распущенности. Но любая подавленная энергия все равно выплеснется — так или иначе».


Плавное скольжение


В каких отношениях вы сейчас с Ириной? Вы с ней партнеры или близкие друзья?


Илья:
«Скорее партнеры. Я очень уважаю Ирину как женщину, которая жила со мной и терпела меня более десяти лет, как женщину, подарившую мне сына. Я чувствую за нее ответственность — и за нее, и за Мартина. И всегда их поддержу, как делал это и раньше. Если, не дай бог, что-то произойдет, Ира знает, что она в первую очередь может позвонить мне. И я сделаю все, чтобы в самые сжатые сроки решить проблемы. Но я не могу сказать, что мы перезваниваемся, чтобы спросить: как у тебя дела?»


У вас была красивая любовь, вы более десяти лет прожили вместе, были дорогими и близкими друг другу людьми. Наверное, развод дался очень тяжело…


Илья:
«Вы говорите прямо словами из какого-то романа… Это были взаимоотношения двух молодых людей, связанных совместной работой. Сказать, что это был безумный роман, не могу. Да, мы всегда поддерживали друг друга, к тому же очень рано стали партнерами в работе. И это партнерство, как бы абсурдно это ни звучало, с каждым днем убивало весь романтизм в отношениях. Поэтому к моменту расставания мы уже подошли с «холодным разумом».


То есть двум любящим друг друга людям нельзя работать вместе.


Илья:
«Да, однозначно».


Появилось несколько публикаций относительно вашего романа с…


Илья:
«Не продолжайте, и не надо никаких имен. Я не собираюсь ничего комментировать».


И все же задам вопрос: свободно ли сейчас сердце Ильи Авербуха?


Илья:
«Без комментариев».


Зайду с другого конца…


Илья
(смеется): «Бесполезно!»


Может быть, мы вскоре услышим, что у вас свадьба?


Илья:
«Нет, конечно, слава богу».


Почему «слава богу»?


Илья:
«Нет никакой необходимости ни в свадьбах, ни в сложных, больших, тяжелых взаимоотношениях. Мне нравится жить так, как я сейчас живу».


Вы любите одиночество?


Илья:
«Да, мне органично в нем».


Устали от внимания женщин?


Илья:
«Нет. Просто в одиночестве мне лучше. Я не испытываю, как вы выразились, повышенного внимания со стороны женщин, и я не живу какой-то историей. Серьезные взаимоотношения — это некое давление, бесконечные компромиссы, ограничение твоей внутренней свободы. И я пока не нашел для себя рецепта, как построить их так, чтобы они помогали жить, окрыляли, а не тормозили тебя. Пока из всего, что я вижу на примере людей с длительными взаимоотношениями, делаю вывод: это неправильная модель общения между мужчиной и женщиной. Каждому свое. Кому-то нужны бесконечная поддержка и горячие борщи, а кому-то нет».


Многие мужчины считают, что женщину нельзя баловать излишней нежностью. «Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей». Вы согласны с этим?


Илья:
«Да нет, невозможно себя сдерживать. Когда рядом человек, который тебе нравится, ты хочешь сделать ему приятное. Но женщину нужно держать на расстоянии — это точно. Только тогда она все время тебя завоевывает и ты получаешь те чувства, которые хотел бы. Как только ты попадаешь в сети, подпускаешь женщину слишком близко — пиши пропало».


Женщина должна завоевывать мужчину? Может, наоборот?


Илья
(улыбается): «Мужчина, конечно же, завоевывает женщину, но она должна все время чувствовать, что…»


…вот-вот сорвется.


Илья:
«Ну что-то типа того. Тогда это может стать сглаживающим острые углы фактором».


В одном из ваших интервью я прочитала, что самая главная женщина в вашей жизни — это мама.


Илья:
«И мама, и папа — главные люди в моей жизни. Как у любого нормального человека. Они всегда поддержат, никогда не предадут».


Вы часто видитесь с родителями?


Илья:
«Ну, отец, Вячеслав Наумович, работает в моей компании, помогает мне в некоторых проектах… Да нет, не очень часто. Я бы даже не сказал, что мы постоянно созваниваемся. Я не советуюсь с ними по каждому вопросу и не принимаю решения только потому, что именно они мне так подсказали. Все свои решения принимал и принимаю сам, родители никакого давления не оказывают».


Папа работает с вами. А мама?


Илья:
«Мама, Юлия Марковна, до сих пор преподает музыку в школе».


У вас есть младший брат?


Илья:
«Да, Даниил. Он занимается фехтованием, но пока достичь больших результатов, увы, ему не удается. Этот вид спорта очень сложен. Даниил ищет себя в этой жизни, пробует во многих вещах. Я, бесспорно, его пока поддерживаю. Мы с родителями хотим, чтобы он сам определился, что ему интересно. Мы с Даней очень близки, несмотря на разницу в шестнадцать лет. И я рад, что у меня в жизни есть такой близкий человек».