Архив

Анастасия Макеева: «Играть девушку с рынка — настоящая авантюра!»

31 мая на телеканале РЕН стартует первый честный фильм о рыночных отношениях — «Одноразовые люди»

Это драматическая история о провинциальном хирурге, который волею судьбы оказывается на рынке, теряет дочь, и его жизнь оказывается полностью подчинена рыночным реалиям. Одну из главных ролей в фильме сыграла Анастасия Макеева, причем в новом для себя амплуа — авантюристки-коммерсантки Лильки.

26 мая 2010 19:10
2575
0
Для того чтобы как можно точнее показать жизнь работников рынка, создатели сериала построили гигантские декорации. Общая площадь павильона превышала 4000 квадратных метров. Этого вполне хватило, чтобы построить торговые точки, ресторан, подпольное казино,

Это драматическая история о провинциальном хирурге, который волею судьбы оказывается на рынке, теряет дочь, и его жизнь оказывается полностью подчинена рыночным реалиям. Одну из главных ролей в фильме сыграла Анастасия Макеева, причем в новом для себя амплуа — авантюристки-коммерсантки Лильки.


— Анастасия, про вашу героиню в сериале «Одноразовые люди» говорят, что она готова пойти на самую безумную авантюру. А в вашей жизни присутствует здоровый авантюризм? Или, может, даже нездоровый?..


— Конечно, присутствует, как и в жизни любого актера театра и кино. Каждый проект — это новая авантюра, тем более такой долгоиграющий, как этот. А вот бытовой авантюризм, в плане каких-то необдуманных поступков, мне не свойственен. По гороскопу я Козерог, то есть прагматик, который сто раз все обдумает, прежде чем сделать серьезный шаг. К тому же во мне нет тяги к риску, и потому я с ужасом наблюдаю за людьми, которые на бешеной скорости проносятся мимо меня на машине или, что хуже, на мотоцикле. Мне кажется, глупо в таком юном возрасте рисковать своей жизнью. С таким же ужасом я анализирую поступки своей героини — я бы не решилась и на десятую часть того, на что идет она порой из чистого интереса.


— Сложно было настраиваться на такую роль?


— Мир моей героини из какой-то другой, абсолютно не моей жизни. Эта ее походка, жесты, ситуации, в которые она попадает. Я с трудом учила ругательства и рыночный сленг из ее лексикона, осваивая их, как иностранный язык. Через месяц работы я вдруг заметила, что, приходя домой, замечаю в себе какие-то жесты, черты своей героини. Я становилась грубоватой, прямолинейной, тогда как обычно я скорее мягкий котенок. Прочитав сценарий, я, наверное, дня два пребывала в шоке: не могла представить даже в мечтах, что мне когда-нибудь предложат нечто подобное. Все эти годы я играла стервозных красоток, пожирательниц мужских сердец. И вдруг я увидела, что существующий относительно меня стереотип наконец рухнул, и я обеими руками вцепилась в эту историю. Хотя согласиться на такой неожиданный образ было самой настоящей авантюрой и большим риском. При удачном раскладе эта роль обернется расширением моего актерского диапазона, режиссеры и зрители увидят меня в новом амплуа, при неудачном — я сделаю серьезный промах. Но тем и интересны эксперименты. Мне, например, очень хочется сняться в военном или историческом фильме. С удовольствием согласилась бы на роль какой-то деревенской девушки с трудной судьбой.


— Снимаясь в кино, вы по-прежнему отказываетесь от «постельных» сцен? А приходилось ли терять роли из-за этого?


— Нет, роли терять не приходилось. Ведь когда ты соглашаешься на картину, приходишь на пробу, на самом деле испытывают не только тебя, но и ты проверяешь, насколько тебе комфортно с партнером, а главное — с режиссером. Если перед тобой настоящий мастер, он даже самую спорную сцену решит так и сумеет так настроить к ней актера, что ты будешь чувствовать себя комфортно. У меня была постельная сцена в дебютном фильме — «Всадник по имени смерть», после чего я поняла, что это не для меня. Когда я пришла к Шахназарову и сказала ему о своих опасениях, он ответил: «Настя, успокойся, не об этом кино снимаем». В итоге вышло несколько иначе, но главное, что меня смутило, — это мой внутренний ступор. Когда я полностью обнажена, то не перестаю думать о том, что все на меня смотрят. В этот момент я становлюсь абсолютно непрофессиональной. И потому я заранее предупреждаю режиссеров об этой своей особенности. Я могу раздеться и не стесняюсь своего тела, но в эти моменты я перестаю быть актрисой. Впрочем, недавно Екатерина Рождественская на фотосессии все же смогла что-то сделать с моей неуверенностью. Я доверилась ей, поняла, что на выходе это будет красиво, со смыслом, и не пожалела о своем решении. А вот в сериале я бы точно не стала раздеваться. При подходе «быстро, дешево и сердито» все это абсолютно теряет смысл. А вообще я не против — пусть за меня раздеваются дублерши.


— Говорят, с годами представления о счастье у людей меняются. По-вашему — так ли это? И что для вас сегодня — быть счастливой?


— Конечно, меняются. То, что я скажу вам сегодня, через год может потерять для меня актуальность. Раньше мне казалось, что буду полностью счастливой, когда наконец закончу институт и перестану сдавать экзамены. Пару лет спустя я грезила о первой роли в кино, потом о второй, третьей… Сейчас же я предпочту большому количеству фильмов несколько качественных. Ведь от того, что в моей фильмографии из 20 проектов появится 10 новых строчек, я не стану счастливее. Главное для меня на данный момент — чтобы профессия не превращалась в простое зарабатывание денег и в желание положить на полочку еще один диск с фильмом. А главное, чего мне хочется — это гармонии, семьи, внутреннего удовлетворения, ну и, конечно, детей.