Архив

Художник за час

Легко ли стать Леонардо да Винчи?

Как хорошо уметь рисовать! Тогда можно запечатлеть все, что душа просит, и так, как она того желает. Потом любуешься на свой шедевр и думаешь: «Ай да я, ай да молодец!». К тому же окружающие смотрят на тебя с восхищением: «Неужели ты нарисовал? А мы и не знали, что ты такой талант!».

21 мая 2010 20:57
5389
0

Как хорошо уметь рисовать! Тогда можно запечатлеть все, что душа просит, и так, как она того желает. Потом любуешься на свой шедевр и думаешь: «Ай да я, ай да молодец!». К тому же окружающие смотрят на тебя с восхищением: «Неужели ты нарисовал? А мы и не знали, что ты такой талант!». Но чего не дано, того не дано, думаем мы, смирившись с судьбой. И вдруг корреспонденту «РД» в руки попадает приглашение на семинар, где обещают легко и быстро — всего за день — научить рисовать. Неким особым, правополушарным способом. «Надо верить в чудеса, тем более в возможности собственного мозга», — решили мы и отправились на занятия для будущих живописцев.


Поразительно, сколько людей мечтают научиться рисовать, — такого аншлага на тренингах я не видела никогда. И это в чудесный майский выходной, когда, по идее, всех тянет на природу и шашлыки! Воодушевленные, с по-детски горящими глазами женщины, мужчины — от 15 и до 70 с восторгом и страхом смотрят на разложенные перед ними кисти и баночки с гуашью. Я их понимаю, ведь исполнение многолетней мечты так близко! Правда, автор метода питерский психолог Татьяна Лобанова говорит, что все равно 80% пришедших на занятие не верят, что у них получится. Но через полчаса они уже забывают о своих страхах и вдохновенно рисуют. Что ж, посмотрим. За 8 часов, если верить рекламе, мы должны сделать около 20 работ в разных техниках — даже не представляю, как это возможно. Но одна из присутствующих дам, 56-летняя редактор одного из научных журналов Людмила, говорит, что пришла уже во второй раз — закрепить навыки. И что ее подруга-художница, увидев ее работы, поразилась тому, как свободно Людмила держит кисть, как уверенно рисует.


— У вас тоже так получится! — убеждает собравшихся ведущий тренинга Павел Сивков, который пару лет назад так же, как мы сейчас, просто пришел на занятие. И так увлекся, что забросил свою рекламную газету в Архангельске и лишь рисовал, рисовал, рисовал. Потом сам решил вести занятия.


Самое важное в нашем методе — продолжает Павел, — это научиться творить, используя потенциал правого полушария. Именно оно отвечает за образное, чувственное и целостное видение жизни, за творчество и интуицию. Нам нужно просто снять критичность и научиться получать удовольствие от процесса.


Для начала мы учимся правильно, «правополушарно» грунтовать наши холсты. Точнее, маленькие белые картонки формата А6, на которых мы рисуем целый день. Двумя скрепками они прикреплены к картонкам-«пеленкам» обычного, офисного формата А4. Наша первая художественная задача — толстой кистью-«щетинкой» водить от одного края мольберта до другого, постепенно покрывая краской не только наш холст, но и все вокруг него. «Свободнее, больше краски, быстрее! Больше пачкайте пеленку!» — раскрепощает нас Павел. Народ увлекся — мажем вдоль и поперек, по диагонали и елочкой. Несколько минут — и штук десять будущих полотен загрунтованы.


Теперь пора переходить к импрессионизму. Не знаю, как там Моне и Мане подбирали свои сложные красочные переходы, но у нас все просто: по всей картинке ставим толстой кистью несколько пятен трех цветов. Потом окунаем кисть в белую краску, и опять размашисто водим по бумаге. Красный, желтый, зеленый. Получаются необычные переливы, а белый цвет придает всему оттенок нежности и благородства. В общем, уже можно вешать на стенку и любоваться.


— Эти картины так нам нравятся, потому что наш мозг привык во всем видеть логику, — объясняет Павел. — Для нашего рационального начала такой фон — загадка, которая манит к себе, и позволяет расслабиться. Например, один наш ученик, мужчина лет 45, попросил разрешения забрать домой полотенце, которым на занятии кисти вытирал, — мол, оно такое живописное, покажу жене, пусть любуется.


Пока мы слушаем Павла, наш фон подсох, и вот мы пишем первое наше настоящее полотно: пальмы в сумерках над водой. Чтобы пальмовые листья получились более естественными, долго теребим и распушаем кисть средней толщины. Проводим ею всего по одной линии — и мохнатые листочки уже готовы.


— Не бойтесь что-то испортить, помните, гуашь хороша тем, что все всегда можно исправить, — вещает Павел. — Действуйте смелее.


Пошагово выполняем то, чему учит нас наш гуру: одна линия вверху, в первой трети, другая — на треть ниже. Две черных палки-ствола, шапка из листьев, а смотришь (лучше издалека) — и очень даже симпатично получается. Особенно, если вставить в рамочку.


— Помните, как короля играет свита, так картину делает рамка, — наставляет нас учитель. — И вообще картины надо смотреть на расстоянии, так что делайте размашистые штрихи, не мельчите и не выписывайте детали, всегда держите перед глазами целое.


Павел по очереди вставляет в свою рамку работы всех собравшихся. Поразительно, вроде бы все выполняли какие-то элементарные команды: размазать фон, черной краской средней кистью провести пару линий, тонкой кистью нарисовать травинки (для этого тоже надо перевернуть картину и размашисто провести несколько линий на себя). Но насколько же разные получаются рисунки! У дамы-бухгалтера — какой-то фантастический пейзаж с сиреневым закатом, у школьницы — нежные пастельные переходы, а у Галины, 72-летней пенсионерки, — сумерки в какой-то бухте на берегу Коктебеля.


— Представители академической школы, конечно, ругают мой метод, — рассказывает Татьяна Лобанова. — Говорят, что так рисовать совершенно нельзя, это какая-то мазня, и при этом все они отмечают необыкновенную эмоциональность картин наших учеников. И это естественно, ведь я, психолог, создавала свой метод для работы с эмоциональной сферой клиентов. Рисование — самый простой и эффективный способ не только докопаться до проблем, но и решить их.


В это время вся наша группа с энтузиазмом исполняет задание Татьяны: перепачкавшись краской, и потратив за пару часов несколько банок белил, мы полностью погрузились в процесс. В дело идет все: пальцами подрисовываем «подбрюшье» грозовых облаков, разлохмаченной кисточкой — листья ромашек, тонкой «белочкой» — деревья на горизонте, тонкой палочкой, похожей на длинную зубочистку, изображаем волны и прожилки листьев.


— Вы теперь сможете экономить на открытках, — радуется за нас Павел. — Теперь на любой праздник можете легко нарисовать какой-нибудь пейзажик из тех, что мы прошли. Друзья, думаю, оценят по достоинству — все-таки ручная работа!


Женщины вокруг меня тоже восторгаются собственными произведениями — всё, как у настоящих художников! «Это еще что! — улыбается Татьяна Лобанова. — Я вела занятия у немцев, американцев, датчан, так они, как только у них что-то начинало получаться, с таким восторгом реагировали, что было просто невозможно продолжать тренинг». Процесс, конечно, увлекательный, но я бы не назвала его умением рисовать. Скорее нас учат десятку-другому фокусам, благодаря которым мы можем изображать нечто картиноподобное.


— Это только на первых этапах мы рисуем пейзажи, на других ступенях мы учимся изображать и людей, и животных, — объясняет Татьяна. — Для начала важно научиться видеть, а не просто смотреть. Например, меня часто просят нарисовать какой-либо цветок, допустим, ирис. Когда я его изображаю, люди удивляются — как, вы уже рисовали ирисы? Нет, просто я хорошо помню, как они выглядят, я их увидела. Этому мы и учимся на первых этапах: видеть, слушать себя. Уже к концу первого дня заметила, что у людей появляется чувство гармонии, и они чаще всего очень естественно и правильно подбирают нужные сочетания цветов.


Рисуем ночной город и букет цветов, сирень в вазе и заснеженный лес, цветущую сакуру на фоне горы и заросший осокой ручей. «Чуть помедленнее кони!» — периодически умоляет кто-нибудь из собравшихся. Но Татьяна дает лишь небольшую передышку, цейтнот — необходимая часть тренинга. Благодаря этому не успевает включится внутренний критик, и к тому же нет времени на тщательную прорисовку каких-то стандартных красивостей, которые на самом деле все портят. Поэтому ведущие часто говорят кому-либо: все, хватит, картина готова, жми на тормоз!


Через 8 часов постоянного рисования и пол, и столы усеяны очень даже симпатичными работами. Настроение хорошее, хотя голова слегка гудит. Собравшиеся в основном ведут себя восторженно, рассказывают что-то про чувство полета и вдохновения.


— Где у вас находится это чувство? — спрашивает психолог. Кто-то кладет руки на грудь, кто-то ниже или выше. После этого Татьяна просит всех зафиксировать ощущение счастья, вздохнуть, выдохнуть — и все: теперь, как только навалится усталость или замучают какие-то неприятности, мы будем вспоминать это наше ощущение счастья и полета, и понимать, что жизнь прекрасна.


Именно в этом я вижу основную задачу своего тренинга, — говорит Татьяна Лобанова. — А будете вы рисовать или нет, это уже как захотите. Некоторые пишут мне, что больше не берут кисти в руки, но их жизнь после тренинга все равно меняется в лучшую сторону. Кто-то начинает великолепно фотографировать, кто-то замечательно танцевать или просто активнее использовать интуицию, свои таланты в обыденной жизни.