Блейк Лайвли родила первенца!
Эдвард Нортон женился
Крис Браун отказался от Рианны
Диджей Грув завел седьмого питомца

Гарик Сукачев: «В каждом человеке живет вечность»

Популярный музыкант — о себе, о семье и о любимом городе

14 апреля 2008 19:00
1547
0

«Главнее семьи для меня в жизни ничего нет» — признается бессменный исполнитель хитов «А я милого узнаю по походке» и «А за окошком месяц май», лидер группы «Неприкасаемые» Гарик Сукачев. Имидж эдакого «московского озорного гуляки» вовсе не способствует представлению о музыканте как о любящем муже и трепетном отце.

«Главнее семьи для меня в жизни ничего нет» — признается бессменный исполнитель хитов «А я милого узнаю по походке» и «А за окошком месяц май», лидер группы «Неприкасаемые» Гарик СУКАЧЕВ. Имидж эдакого «московского озорного гуляки» вовсе не способствует представлению о музыканте как о любящем муже и трепетном отце. Но факт остается фактом: Гарик — однолюб, вот уже почти четверть века он живет с одной-единственной женщиной. Ей, супруге и матери своих детей, он посвятил песню «Ольга». А еще силы Гарику придает Москва. «Мы плоть от плоти с этим городом», — признается Сукачев. Что неудивительно — в Москве Сукачев родился, вырос, встретил будущую супругу, друзей. Наконец, именно благодаря Москве Гарик стал тем, кем стал. Хотя музыкантом он быть вовсе не собирался.


О прошлом и будущем

— Со мной в жизни произошло то, чего я не предполагал: я никогда не хотел стать профессиональным музыкантом, а хотел пойти учиться на театрального режиссера. И пошел, но, к счастью, судьба режиссера меня миновала. Потому что в какой-то момент, когда я уже заканчивал учебу, я вдруг абсолютно ясно осознал: выбранная мной профессия — не мое совершенно! Я обожал кино всю свою жизнь, но при этом с трудом представлял, что этот человек, Игорь Сукачев, с нелепым образованием, с нелепой жизненной линией будет снимать кино…

Так я не стал режиссером, что я бы назвал абсолютным волшебством. Боженька поцеловал в лоб почему-то именно меня — мне был дан шанс изменить жизнь.

— О чем мечтает сейчас несостоявшийся театральный режиссер Игорь Сукачев, который снискал всенародную славу как музыкант и которого многие называют просто по имени — Гарик?

— Уйти на покой и писать никому не нужные книжки. Это было бы здорово! Это и есть моя мечта: дожить до глубокой старости, находиться в окружении огромной семьи. Сын у меня уже взрослый человек, дочь растет — в мае исполнится четыре, так что расширяться семье есть куда.

— Не боитесь старости?

— Я обожаю старость. Я просто преклоняюсь перед благородной старостью! Есть старая русская поговорка: «Кто-то с возрастом мудреет, кто-то с возрастом дуреет». Так вот, хотелось бы стать мудрым в конце жизни и очень тихо и спокойно встретить глубокую старость. Мой отец, к сожалению, до такого возраста не дожил: он умер в 78 лет.

— А когда же, по-вашему, начинается глубокая старость? Лет в 100?

— Да нет. Это уже дряхлость. 82—85 — это уже глубокая старость. Вспомните Георгия Жженова. Как он был прекрасен в своей старости! Не каждому дано в этом возрасте сохранить столь мощный человеческий огонь. Я бы тоже так хотел, но на все воля Божья.


О семье и друзьях

— Семья для меня — это самое главное в жизни. Ничего более главного и существенного просто нет. Она мне дает счастье. Разве есть большая любовь, чем любовь к детям?! А за этим следует любовь к любимой женщине, с которой живешь всю жизнь.

— Как вы познакомились со своей супругой?

— Она тогда училась в восьмом классе, то есть совсем еще маленькая была, а я уже в школу не ходил. В Тушине, где прошло мое детство, на моей улице мы собирались компанией с ребятами и девчонками — болтали, на гитарах играли… И вот однажды одна знакомая привела туда с собой Олю. Вот так, совсем просто, мы и познакомились. С тех пор уже не расстаемся, более 20 лет.

— Не отвлекает ли семья от творческого процесса, и наоборот?

— Все зависит от того, семейный ли человек по природе своей, или же нет. Я — человек абсолютно семейный, потому, что никогда не жил без женщины. Я просто не представляю свою жизнь без жены, сына и дочери.

— А без друзей могли бы прожить?

— Ни один нормальный человек не может жить без друзей, или это уже не жизнь. У меня друзей немного, и слово «друг» означает для меня верность. Среди моих друзей и Дмитрий Харатьян, и отец Иван Охлобыстин, и Сергей Воронов. Ради друга я способен на все, кроме предательства. Для меня друг — это не тот, с кем созваниваешься и встречаешься ежедневно. Друг — это человек, с которым можно долго не видеться и не общаться, но это человек, который тебя никогда не предаст и в любую минуту придет на помощь.

— Ваш сын уже взрослый. Он пошел по папиным стопам или избрал свой путь в жизни?

— Саня поступил в Англии на операторский факультет. Это техническая профессия. В России замечательные преподаватели, но наше кино отстает. Ребята, которые учатся во ВГИКе на операторском факультете, не могут существовать в реальной технологической истории сегодняшнего дня. А английское образование — лучшее. Сначала мы думали, что он будет учиться в Праге, потому что там есть хорошая киношкола. Но мой учитель и близкий мне человек Александр Митта сказал, что если вы решили, что Саня пойдет на операторский, то тогда вариант только один — Англия. И когда сын приехал на первые каникулы, он уже привез пятиминутную работу. В России же дело до съемок доходит только на третьем курсе…

— Не боялись отпускать сына так далеко? Все-таки другая страна…

— Волновались, конечно, как и все родители, но страха никакого не было. Сейчас дети более продвинутые. Я был старше своего сына, когда, наконец, понял, что мир на самом деле такой маленький! Думаю, что Запад и Европа — в наше время понятия очень условные. Ведь теперь можно сесть в машину и к вечеру быть в Хельсинки. Если у тебя есть хорошая профессия в руках, если ты специалист — какая разница, где тебе работать или учиться! Ты можешь одновременно работать и в России, и Новой Зеландии, и в Швеции. У сегодняшней молодежи прекрасные шансы в этом плане, и они могут себе это позволить. У нас этих шансов, к сожалению, не было.

А потом, Саня все-таки уехал не куда-нибудь, а в Лондон. Я не знаю Англию, но очень люблю Лондон. Теперь еще и потому, что там учится мой сын, и я могу им гордиться. Лондон — это отличный город, чтобы провести в нем старость. Соберись я на пенсии жить за границей, то обязательно бы переехал в Лондон! Для москвича это необыкновенно комфортный город. И Темза не очень широкая, и яхт-клубы там есть.


О Москве


— А что, есть планы перебраться заграницу?

— Знаете, может, это и удивительно, но подобных мыслей у меня никогда не было. Наверное, от того, что даже когда я впервые попал за рубеж, то увидел там именно то, что и ожидал. То есть Запад меня не поразил абсолютно. Я прекрасно знал, в какой стране живу и что за «железным занавесом» даже есть свобода. Я попал за границу, увидел эту умозрительную свободу — и тут же в ней разочаровался. А супермаркеты и шмотки как меня особенно не интересовали, так и по-прежнему не интересуют.

— Чем же разочаровала вас эта умозрительная свобода?

— Правильность и укладность во всем, а мне так тесно — я личность метущаяся. Я иногда могу и витрину разбить. Вот в чем дело.

— Стало быть изменять Москве вы не собираетесь?

— Я отравлен Москвой! Когда я куда-нибудь еду, то беру с собой ноутбук — а вдруг удастся пописать? Но нигде еще ни разу я им не воспользовался. Почему-то писать я могу только в Москве — в любой столичной кафешке, дома — где угодно, в общем. В других городах со мной ничего подобного не происходит. Мне приходится заставлять себя это делать. А когда я себя заставляю, то мне это сильно не нравится.

— То есть на вас позитивно влияет энергетика родного города?

— Получается, что да. Москва для меня — это вся жизнь. Хотя это лживый город. Москва — это такой романтический образ, — пойди разбери, за что ее воспевали Есенин, Высоцкий, Гиляровский… Я не сравниваю себя с ними, но мне кажется, что я с этими ребятами одной крови, потому что тоже из Москвы. Для меня Москва — лучший город Земли, хотя я обожаю весь мир. Я только в молодые годы думал, что являюсь космополитом.

Когда я перечитывал «Москву кабацкую», то сказал своей жене: «Такое впечатление, что это все написал я». Это абсолютно мои истории! Прочтите Есенина и можете не сомневаться — там все про меня. Я понимаю, что это звучит хвастливо… Думаю, что для Есенина Москва была тем, без чего вообще нельзя. Это даже не тоска, а то, что «я читаю стихи проституткам и с бандюгами жарю спирт». Подобрать этому состоянию название невозможно.


О таланте и вечности

— Кстати, о спирте. Вы как-то сказали, что являетесь жизнеутверждающим пьяницей. Что вы имели в виду?

— Это сложный вопрос. Дело в том, что жизнеутверждающий алкоголик — это тот человек, который прется от жизни, от самого факта жизни как от самого лучшего алкоголя. А бывает еще обыкновенное пьянство — всего-навсего употребление любого алкоголя вовнутрь с целью напиться. Давайте не путать дар божий с яичницей. Я считаю себя жизнеутверждающим алкоголиком, ибо я предпочитаю жить так, как живу. Мне нравится такая жизнь.

— Не смущает ли вас то, народная слава музыканта вашего формата, если так можно выразиться, ассоциируется у многих с разухабистыми гулянками и обильными возлияниями?

— Мой друг отец Иван Охлобыстин как-то сказал мне: «Игореня, сколько бы ты не доказывал им, что ты энциклопедически образованный человек, они все равно будут держать тебя за шута. Им это нравится». Считаю, что он абсолютно прав: каждому нравится то, что ему нравится, и каждый будет видеть то, что хочет. Я не склонен быть для кого-то таким, а для кого-то другим. Я как первый спутник Земли, который пикает, но летит по своей траектории.

— А траекторию, как вы думаете, кто человеку задает? Она предопределена?

— От вас, конечно, многое зависит, от стечения обстоятельств, от того, что порой невозможно объяснить… Но вы не можете быть свободными от мощнейшего ствола, называемого ваш род. Он развивается на протяжении тысячелетий, эти гены в вас, а после вас — в ваших потомках. Это — нескончаемый процесс генетической энергии рода. Поэтому в каждом человеке, каким бы душегубом он ни был, как ни странно, живет вечность.

Все что происходит со мной в плане творчества — очень странные вещи. Я их не придумываю. То есть они сначала как-то происходят, где-то рождаются, а затем я начинаю их «придумывать». Я считаю, что они не могли не родиться, а посему отношусь к ним очень серьезно.

С очень молодого возраста я, например, понимаю, что являюсь очень талантливым человеком. Но я в этом смысле — толстовец: талант принадлежит не носителю таланта, а всем людям. И концентрация этого таланта — сгусток очень многих энергий, только в одном отдельно взятом человеческом существе. И этот дар божий надо беречь. И ты должен его выплеснуть, потому что это просто необходимо сделать. И если мне удастся это сделать, я, конечно же, буду счастлив. Потому, что талант не вечен, как и человеческая жизнь.

Игорь Иванович (Гарик) СУКАЧЕВ.

Родился 1 дек. 1959 г. в деревне Мякинино Московской области (в будущем — Тушинский район столицы).

Окончил железнодорожный техникум, в послужном списке — проектирование железнодорожной станции Тушино.

В 1987 г. окончил Липецкое областное культурно-просветительное училище, получил диплом режиссера театра.

Основатель групп «Постскриптум», «Бригада С», «Неприкасаемые». Снялся более чем в десяти картинах, в том числе в фильмах «Кризис среднего возраста» и «Праздник».

Женат, супруга Ольга. Сын Александр (23 года), дочь Анастасия (4 года).