Архив

Тары-бары, к нам приехали гусары!

«Взять служивого на постой — обязанность каждого москвича»

Практически для любой страны ее армия — предмет особой заботы и гордости. В былые времена от одной только фразы «В уездном городе N расквартирован кавалерийский полк» — дамские сердца начали биться быстрее…

19 февраля 2010 17:06
2136
0
Гусар и поэт Денис Давыдов.

Практически для любой страны ее армия — предмет особой заботы и гордости.
В былые времена от одной только фразы «В уездном городе N расквартирован кавалерийский полк» — дамские сердца начали биться быстрее…


Еще лет 250 назад солдаты полков, числившихся в составе Московского гарнизона, на зимние месяцы размещались в домах городских жителей: армейских казарм в городе попросту не существовало, а потому обеспечение солдатского постоя узаконено было среди прочих непременных обязанностей любого москвича, имеющего собственное жилье. Такой порядок существовал с петровских времен, и лишь во второй половине XVIII в. некоторые состоятельные домовладельцы решили избавиться от столь обременительной нагрузки. Они собрали средства на сооружение первых солдатских казарм в районе Хамовников. Все «спонсоры» этого строительства получили от властей право не брать отныне к себе в дом на постой служивых. В подтверждение данного факта на воротах или на фасаде делали с ведома местного полицейского начальства надпись: «Свободен от постоя». (Такая надпись сохранилась до нынешнего времени на столбе старых ворот возле одного из особняков на Маросейке.)


Позднее в городе появилось еще несколько «жилищно-военных объектов», в том числе Александровские казармы на территории Замоскворечья с собственным обширным плацем (здесь базировались Киевский и Таврический полки). А для расквартирования войск в летнюю пору использовались Ходынское поле, Сокольничье поле в Сокольниках…


Пленники мундира


В царской России существовали весьма строгие условия, регламентирующие нормы поведения и уклад жизни офицера. Обладателю золотых погон приходилось считаться не только с официально узаконенными правилами, но и с установившимися традициями.


Офицер не имел права жениться до 25 лет. Однако даже «разменяв второй четвертной», поручик или есаул не всегда мог вести свою избранницу под венец: ведь в церкви перед началом обряда венчания офицер обязан был показать священнику письменное разрешение своего армейского начальника на женитьбу. Получить же такое разрешение удавалось лишь тем, кто предъявлял так называемый реверс — документы, подтверждающие владение недвижимостью или ценными бумагами. Если из реверса следовало, что данный офицер обеспечен годовым доходом не менее 500 рублей (именно такая норма существовала в конце позапрошлого века) и, следовательно, может обеспечивать нормальную жизнь своей будущей супруге, — милости просим, женись на здоровье… Но отнюдь не на любой представительнице прекрасного пола!


Супруга офицера армии его величества — это тоже особый статус и особые этические нормы. Самое правильное и одобряемое обществом, если «офицерша» вообще нигде не работает, а занимается домом и детьми. Но уж если подобный вариант оказался невозможен, извольте, сударыня, трудитесь, однако в подобающих положению вашего мужа заведениях. Учительницей например. А вот «капитанша» или «майорша», служащая в конторе, в магазине — это уже нонсенс.


Нормы офицерской этики порой вынуждали жить не по средствам. Даже совсем молоденькие еще подпоручики и мичмана не могли ходить в «заштатные» (и потому дешевые) рестораны 2-го и 3-го класса. В театрах (за исключением самых элитных — императорских) можно было занимать места лишь не далее 5-го ряда кресел партера. Позором и осуждением товарищей по полку грозила закончиться попытка отнести из магазина домой пакеты с покупками — офицеру подобает оплачивать их доставку на дом с посыльным! А уж если ваше благородие приглашены в гости — соблаговолите добираться туда в собственном экипаже или хотя бы на извозчике, но уж никак не пешком (даже если предстоит преодолеть всего-навсего квартал). Кроме всего прочего офицерство, живущее в городе, просто обречено было, не взирая на реальный уровень доходов, «вести светскую жизнь с раздачею чаевых и участием в благотворительных мероприятиях».


В результате многим офицерам приходилось экономить на необходимом, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Два дня такой «пленник погонов» питался впроголодь, чтобы на третий день вечером можно было «сорить деньгами» в каком-нибудь «Эрмитаже»…


Кроме всего прочего честь мундира обязывала… всегда быть в мундире. Безоговорочно — во всех публичных местах, даже если такая одежда при данных обстоятельствах очень неудобна. Одна из самых вопиющих ситуаций возникала, когда поручик или штабс-капитан решал прокатиться на новомодном велосипеде. В отличие от своих штатских товарищей по увлечению, смело облачавшихся в спортивную майку и удобные шаровары, его благородие вынужден был накручивать педали бицикля в сюртуке, форменных брюках, сапогах и при шашке (а как же — положена по уставу!). Чтобы клинок во время езды не попадал в спицы колеса, изготовители велосипедов даже предусматривали в конструкции двухколесных машин специальные крючки на раме, за которые можно зацепить свисающий конец ножен.


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?


В самом начале XVI столетия, в период правления Василия III, произошло значительное усиление армии великого князя Московского. Под знамена княжеского войска при необходимости собирали до 100 тысяч человек. Ядром этой «супердружины» являлась конница. Экипировались тогда за свой счет, а потому лишь небольшая часть составлявших ее «сынов боярских» (те, что побогаче) была облачена в кольчуги, а большинство всадников по причине недостатка средств защищали себя от вражеских стрел, копий и клинков лишь толстым слоем ваты или тряпья, который подшивался изнутри к одежде. Зато вооружались ратники «весьма изрядно»: в их арсенале были луки и колчаны со стрелами, сабли, бердыши и копья, палицы-шестоперы… Даже намека на какую-то централизованную интендантскую службу еще не существовало, а потому каждый воин обязан был сам заранее позаботиться о пропитании на время похода: всадники грузили на своих коней (боевых или специально взятых дополнительных «транспортников») увесистые вьюки с пшеном, солониной, мукой… Если какой-нибудь бедолага-ратник оказывался уж вовсе несостоятельным, его «брал на кормление» воевода. В той «доисторической» армии были и особые музыкальные подразделения — группы трубачей. Под воинственный аккомпанемент их «дуделок» дружина храбрее шла в атаку на врага.


* * *


Указом императора Николая I в январе 1827 г. в русской армии было создано новое элитное спецподразделение — рота дворцовых гренадеров, предназначенная для охраны царя.


* * *


4 марта 1917 г. после отслуженного в храмах благодарственного молебна по случаю утверждения Временного правительства России в Белокаменной состоялся военный парад. Солдаты и офицеры с красными бантами и лентами на мундирах под красными знаменами торжественным строем прошли по центральным улицам к городской Думе. На всем пути их приветствовали толпы народа.