Блейк Лайвли родила первенца!
Эдвард Нортон женился
Крис Браун отказался от Рианны
Диджей Грув завел седьмого питомца
Они обвенчались в Таиланде по буддистскому обряду. Но официально свои отношения так и не зарегистрировали.

Замужем за мафией

Красавица модель Эмилия Вишневская появилась в богемной жизни столицы чуть больше трех лет назад

1 декабря 2009 18:58
6559
0

В колонках светских хроник к ней прочно приклеился ярлык — «невеста Владимира Тишко». Завистницы шипели за спиной, что альянс с телеведущим нужен Милечке исключительно для карьеры. А она… Она светилась от счастья.

В колонках светских хроник к ней прочно приклеился ярлык — «невеста Владимира Тишко». Завистницы шипели за спиной, что альянс с телеведущим нужен Милечке исключительно для карьеры. А она… Она светилась от счастья. Впрочем, как и он. Какое им дело до сплетен, если вместе они — «мафия». И пусть весь мир отдохнет! Однако этот «мафиозный картель» просуществовал недолго. Разрыв стал мучительным для обоих. Подробности своей грустной любовной истории Эмилия впервые решилась рассказать «Атмосфере».


Начало января 2009 года. Настойчивый звонок мобильного телефона заставил ее проснуться. В трубке — голос бабушки: «Миля, мама впала в кому, приезжай в Склифосовского!» Спросонья она ничего не могла понять: «Что? Куда мама ушла?» — «Мама в коме, приезжай срочно!»


…Ей показалось, что уже через пять минут она сидела под дверью реанимации.


Эмилия ВИШНЕВСКАЯ: «С тех пор как маме поставили страшный диагноз — опухоль головного мозга, я при любой возможности старалась как можно чаще звонить домой.


Это случилось десять лет назад, мне тогда было двенадцать. И вся наша жизнь — моя, мамина и бабушкина (с отцом мама рассталась, когда мне исполнилось четыре годика) — в одну секунду из обеспеченной превратилась в нищенскую. До болезни у мамы был свой бизнес, семья ни в чем не нуждалась. У меня были лучшие игрушки, лучшая одежда, да и училась я в одном из самых престижных лицеев того времени. Мама рассекала по дорогам на джипе «Гранд Чероки» — и это в середине 90-х!


А потом все рухнуло. Маму прооперировали в НИИ нейрохирургии имени Бурденко (дай Бог здоровья врачу, который сделал эту операцию), а нам с бабушкой сказали, что мама протянет от силы еще месяца полтора.


Мама назло всем прожила целых десять лет! И говорила, что потом, когда вновь появятся деньги, она до последнего дня будет одеваться в фирменные вещи и пользоваться только элитной косметикой. Мама была Женщиной с большой буквы!


Но тогда, в далеком 1999-м, ее диагноз прозвучал как приговор. Операция, реабилитация, «химия» и все остальное «съели» все деньги. Так называемые деловые партнеры быстренько прибрали ее бизнес к рукам. Друзья (кроме самых проверенных подруг) отвернулись, мужчина — тоже. Отец, узнав о болезни мамы, поначалу стал помогать, но с таким видом — вот, мол, смотрите, какой я благородный. Мама — женщина гордая, едва оклемавшись, от его помощи отказалась. Ведь уйдя от него, она оставила ему все — квартиру, машину, дачу, и перебралась со мной к своей маме в небольшую двушку в Ясеневе. Наивная! Она полагала, что чуть позже отец, как настоящий мужчина, все разделит пополам. Не разделил. Обиделся, что ушла от него.


Я из жизнерадостного ребенка превратилась в волчонка. Меня быстренько перевели в класс для проблемных детей. Я, естественно, психовала…


Но хуже было другое — маме нужны были лекарства, все деньги уходили на них. А ведь еще надо было что-то есть! Помню времена, когда пакет молока и батон мы растягивали на неделю. От постоянного голода у меня кружилась голова, иной раз я могла грохнуться в обморок, началась анемия. Никогда не забуду, как на день рождения бабушка с мамой подарили мне цыпленка табака. Счастье было неимоверное! А на Новый год бабуля со своей пенсии купила мне на рынке в Конькове за 250 рублей джинсовый комбинезон.


Учителя в новом классе прекрасно понимали мое положение и нормально ко мне относились. А вот дети… Они меня ненавидели. За то, что я из другого мира попала к ним, за то, что ем ножом и вилкой, за то, что занимаюсь в музыкальной школе… Однажды мой пуховик за время уроков превратился в лохмотья. Одноклассницы постарались. А вечером раздался звонок: «Ну ты, черная овца в стаде белых! Завтра после уроков встречаемся на „стрелке“, я разрисую твое лицо!» Я не могла понять, как девочки могут выяснять отношения кулаками. Оказывается, могут. Я многого тогда не могла понять…


…Десять лет спустя я мысленно вновь переживала эти события. Три дня я просидела под дверью реанимации, к маме меня не пустили. А потом
сказали, чтобы ехала домой, если что — мне позвонят. На следующий день в шесть утра раздался звонок. Сердце ухнуло куда-то вниз, стало невозможно дышать. «Алло!» В ответ — тишина. «Алло!» — «Ты вообще собираешься ко мне приезжать?» — «Мама?» — «Мама, кто же еще! Приезжай быстро! Не забудь привезти зеркало. И расческу, косметику, духи!» Не может быть… Ведь врачи считали, что мама из комы вряд ли выйдет. Но она вышла! Влетаю в палату, мама лежит на кровати, во рту трубка — ей делали искусственную вентиляцию легких. Смотрю на нее и не верю, что некоторое время назад эта женщина звонким голосом не просила, а требовала привезти ей косметику. В этом вся моя мама. Увидев меня, она заплакала: «Я к тебе вернулась. Туда не пошла, ведь я с тобой еще не поговорила». — «Мама, не надо так! Скоро я тебя заберу домой». Все оставшиеся дни я провела у мамы, она просила то разные вкусности привезти, то чай из «Шоколадницы». А потом она начала кашлять. «Что у тебя болит?» — «Мне трудно дышать». Я к медсестрам. Прошу найти врача, а в ответ слышу: «Все у нее нормально, она только вышла из комы, она „овощ“ и все равно другой уже не будет». Сказать, что я разозлилась, значит не сказать ничего. Убить была готова тех, кто давал клятву Гиппократа. Но сцепила зубы. Знала, что если начну ругаться, за мамой вообще никто ухаживать не станет".


А где в это время был ваш мужчина? Я про Володю Тишко, который со страниц всех изданий уверял, что вы с ним одна семья, а значит — «мафия». И все делаете вместе…


Эмилия:
«Володя сидел дома и переживал из-за закрытия своей передачи. Ее закрыли в декабре, накануне Нового, 2009 года. Правда, надо отдать ему должное: когда я позвонила и попросила срочно купить мазь от пролежней, он тут же купил и привез. Я маме все обработала. Девятого января у меня был эфир на радио. Собираясь уходить, говорю: «Мама, у меня эфир. Завтра первый рабочий день, я тебя выписываю, нужно тебя ставить на ноги. Здесь какой-то беспредел». Нагнулась к ней, она меня поцеловала и сказала: «Все, иди». — «Мам, у тебя все нормально?» — «В принципе да. Иди». — «Мам, а у меня обложка вышла. Жалко, что я журнал не привезла». — «Приеду домой и посмотрю твою обложку. А как у тебя с Вовой?» — «В целом все хорошо». И вдруг слышу: «Я очень переживаю, потому что не вижу тебя с этим человеком. Володя — хороший парень, но ты не за каменной стеной. Уходя, я должна знать, что ты за каменной стеной. Тебе уже 22, я знаю, что ты встала на ноги. Ты не пропадешь…» Я говорю: «Мам, все нормально, не переживай. Я поехала». Выхожу из палаты, и словно магнитом потянуло обратно. Возвращаюсь. Мама спит.
Я поцеловала ее и поехала на эфир… А наутро в половине девятого раздался звонок: «Милечка! Мамы больше нет». Я говорю Вове, что умерла мама. У меня подкашиваются ноги, меня начинает тошнить. Он мне говорит: «Соберись. Мы должны ехать в больницу». Собираемся. Приезжаем.


Я поднимаюсь в палату. Рыдая, падаю на кровать, где еще вчера лежала мама: «Верните маму, куда вы ее дели?!»


Что было потом, помню смутно: я обзванивала родственников, знакомых, выслушивала соболезнования, ездила в морг, крематорий (мама хотела, чтобы ее кремировали). Окончательно меня добил диагноз болезни, от которой она умерла, — пневмония. Патологоанатом сказал, что впервые от меня слышит о том, что у мамы была опухоль мозга. Не знаю, как я все это выдержала.


После того что случилось с мамой, я очень боялась потерять бабушку — ей же 76 лет. «Я должна жить у бабушки!» — сказала я Володе. «Сколько времени?» — «Не знаю. Как бабушка очнется, я перееду домой». Бабушка не могла ни есть, ни пить, ни спать. Первое время только плакала… Я пыталась ее отвлечь как могла. Просто говорила среди ночи: «Бабуль, закончился стиральный порошок. Едем в магазин!» Или придумывала, что мне нужно написать рецензию на фильм, а одна идти на него не хочу. Или сижу за компьютером, переписываюсь с друзьями, а бабуля рядом со мной. Вова пару раз приезжал и устраивал скандалы, что я ночью переписываюсь с какими-то мальчиками. У меня не было от него секретов, и он абсолютно спокойно залезал в мой компьютер, а потом закатывал скандалы. Ревновал меня. У меня не было ни сил, ни желания что-то говорить в свое оправдание. Мне нужно было вытаскивать бабушку. Чтобы не потерять ее".


А почему нельзя было перевезти бабушку в ту квартиру, где вы с Тишко вместе жили?


Эмилия:
«А зачем? Если честно, я думала, что Володя вместе со мной уедет к бабушке. Но его это напрягало — жить не у себя, спать не в своей кровати. Скажу больше: за два с половиной года, что мы прожили с Володей вместе, он ни разу сам не предложил помочь маме с бабушкой, а попросить я стеснялась. Я считала, что он тратит на меня деньги и будет неправильно, если он взвалит на шею еще и моих близких. Мне было стыдно, что я не девочка из обеспеченной семьи. И потом, меня мама немного иначе воспитала. Я пошла работать в шестнадцать лет — знала, что мама обязательно выздоровеет, а для этого нужны деньги. Крутилась и вертелась как могла. И официанткой в ресторане работала, и менеджером по продаже диванов, и на выставках, и переводила с английского, испанского… И ничего, корона с моей головы не упала. Параллельно экстерном окончила среднюю школу, поступила в институт, бегала на всевозможные кастинги и фотосессии, на заработанные деньги баловала маму и бабушку. Один раз, помню, прихожу на экзамен по английскому, тяну билет, сажусь. Постепенно буквы перед глазами расплываются, и я засыпаю. Просыпаюсь от громкого голоса: «Вишневская!» Открываю глаза, все смеются. Сажусь перед преподавателем, и она начинает меня засыпать вопросами. И каково же было ее удивление, когда я ответила на все вопросы, потому что с шести лет учу английский язык. Она ставит мне «отлично». Выхожу и понимаю, что до дома не доеду. Ложусь в коридоре на диванчике и проваливаюсь в сон. На ходу спала. В дверных проемах, в метро…


Я могу собой гордиться, потому что я действительно все делала сама. Познакомиться с олигархом, который купит тебе кольцо за 100 тысяч долларов, — не моя история. Мне так было смешно слышать в свой адрес: вот, мол, с Тишко она начала жить только лишь для того, чтобы пробиться на телевидение. Да не водил меня Володя ни на какие кастинги! За что ему, кстати, огромное спасибо (хотя, не скрою, когда жила с ним, меня это иногда задевало), иначе все воспринимали бы меня просто как «девушку Тишко». Почему никому в голову не пришло, что я просто любила его?"


А он вас?


Эмилия:
«С одной стороны, я уверена, что он меня любил. А с другой стороны, я уверена, что он меня не любил. Палка о двух концах.


Хотя история наших отношений начиналась так красиво, так романтично… Мне почему-то казалось, что с этим человеком я проживу всю свою жизнь — долго и счастливо, рожу много детишек, у нас будет дом, большая семья. Я об этом всегда мечтала. Видимо, интуитивно, как маленький бездомный замерзший котенок, я потянулась к человеку, который старше меня на семнадцать лет. Мне хотелось видеть (и до поры до времени я именно это и видела) в нем опору, крепкий тыл, извините за банальность. Практически сразу после нашей первой встречи мы стали жить с Володей вместе. И сначала мы действительно были семьей и «мафией», готовой во всем и всегда стоять насмерть. А потом начались первые мелкие стычки. Володе не очень нравилось, что я существую как бы параллельно, что мне поступают предложения поучаствовать в шоу, показах, проектах. Мое стремление встать на ноги накрылось некоей тенью Владимира Тишко. Все чаще и чаще он говорил о том, что ему надоели мои попытки от него отделиться. Но я не хотела сидеть на его шее, я хотела сама зарабатывать на жизнь.


Переломный момент в наших отношениях наступил, когда Володя залез в мою электронную почту и обнаружил фотографию, на которой я была с одним знакомым. «Почему ты ее не уничтожила? Почему вообще не удалила старый почтовый ящик?» В приступе ревности Володя был страшен. Пытаться объяснить, что его ревность беспочвенна, — занятие абсолютно бессмысленное. Он ничего не слушал. Брань стояла такая, что я опасалась за уши соседей. Чтобы не доводить ситуацию до абсурда, я просто тихо вышла из квартиры и закрыла за собой дверь. Приезжаю на следующий день, вижу — около двери стоят чемоданы с моими вещами. Взяла я их и поехала к подружке. К маме с бабушкой было стыдно. Да и зачем их волновать? Неделю жила у подруги. Потом приехал Володя, умолял вернуться. Я вернулась. Мы договорились, что больше не будем ругаться. И даже если захотим пожить отдельно, вещи остаются в квартире, а кто-то из нас двоих уезжает в гостиницу. Договориться-то мы договорились, но когда ругались, почему-то обязательно собирались мои вещи. И моментально выставлялись за дверь".


А как же помолвка, кольца на заказ, венчание в Таиланде, предложение руки и сердца?..


Эмилия:
«Не было никакого предложения руки и сердца. За два с половиной года я его так и не дождалась. Наверное, это и стало главной причиной нашего расставания. Что касается кольца… Видимо, Володя не придал ему значения, для него это был всего лишь стильный аксессуар. Естественно, как любая девушка, я ждала кольцо с бриллиантом… Еще мне было немного обидно — ведь параллельно все наши друзья играли свадьбы, рожали детей. Я тоже делала намеки, что хочу ребенка. У нас было много споров из-за квартиры, в которой мы жили. Я говорила, что она не предназначена для семьи. Потому что нужна большая светлая детская, современная кухня с холодильником, плитой и стиральной машиной, чтобы я не бегала постоянно в химчистку и прачечную. Вы будете смеяться, но у нас там даже кухни не было!


Как любая женщина, я хотела, чтобы у меня дома были большие комоды с кучей ящиков, всякие милые сердцу штучки… То, о чем я мечтала всю жизнь, — настоящий дом, настоящая семья. Я не могла туда купить даже коврик. Потому что Володе нравилось все антикварное, а у меня на антиквариат аллергия. Мне роднее и ближе диван за тридцать тысяч рублей. Но моя нелюбовь к вещам, на которых до меня кто-то сидел, спал, Володей в расчет не принималась. Однажды меня переклинило, я начала рыдать: «Это не наша квартира. Мы здесь не будем счастливы!» А в ответ услышала, что все замечательно.


Не зря говорят, что любовь слепа. Любила я Володю всем сердцем. Практически была готова полностью в нем раствориться. Жены наших общих знакомых мне не раз говорили: «Миля! Ноги в руки — и вали! Вы второй год вместе, а он тебя замуж не зовет. Тебе нужен другой мужчина, который с тебя пылинки сдувать будет. Ты этого достойна!»


Мне до последнего дня казалось, что мы с Володей не живем вместе, а просто встречаемся…"


Венчание в Таиланде — тоже шутка?


Эмилия:
«Мы там отмечали Новый год. На венчании я настояла. Это такой обряд у буддистских монахов. Ни документов, ничего… Просто некая красивая сказка. Наверное, так делают люди, которые уже официально оформили свои отношения.


Я до сих пор не знаю, хотел ли он иметь со мной семью, детей… Просто, видимо, уцепилась за свои иллюзии.


За три часа до обряда мы с Володей разругались. Причем так сильно, что он категорически заявил: «Венчаться не будем». У меня были ощущения как у ребенка, у которого игрушку отняли. Как будто плюнули в душу. Знаете, что стало причиной ссоры? Будете смеяться… Я очень хотела, чтобы у меня была белая фата. А Володе приспичило срочно купить себе обувь. До закрытия магазинов оставалось полчаса. В общем, победила очередная пара обуви. Я так боялась лишиться праздника, что уступила Володе.


А самой стало очень обидно. Наверное, я сама в этом виновата. В самом начале наших отношений поставила себя максимально материально независимым человеком. Конечно же, когда мы сидели в ресторанах, платил Володя. А так… Если возникала необходимость, я говорила: «Мне нужна куртка, потому что холодно». Мы шли в магазин и покупали куртку. А такого чтобы «вот тебе, дорогая, шубка или кольцо с бриллиантом» — не было. Я сама этого не хотела, потому что знаю, как сложно достаются деньги.


К тому же Володя телеведущий: нужна ему 131-я пара обуви — пожалуйста. А у меня есть три — и хватит. Но это все так, мелочи… Хотя и говорят, что из мелочей целая жизнь складывается.


Но все это ничто по сравнению с тем, что произошло, когда умерла моя мама. Поведение Володи перечеркнуло все то хорошее, что было у нас за два с половиной года.


В декабре 2008 года, как я уже говорила, закрыли Володину программу. Это было потрясение. Тишко — человек творческий до мозга костей, он работе отдавал всю свою душу. В разгар кризиса закрыли порядка шести программ, ведущие остались в прямом смысле на улице перед самым Новым годом. В нашей квартире звонок раздался в субботу, наш знакомый сообщил, что программы больше нет. «Что за шутка?» — подумала я.


Ну не могут вот так сразу, в одну секунду закрыть одну из самых рейтинговых передач. Оказывается, могут. Володя впал в транс. Я его успокаивала, говорила, что обязательно прорвемся, что-нибудь придумаем, новый проект «замутим». Причем сама в это свято верила. Мы же одна семья, «мафия»: любящие люди могут горы свернуть!


С закрытием программы начались финансовые проблемы.


О том, чтобы сделать новый проект, не было и речи — на дворе кризис. Накануне моего дня рождения 23 декабря звонит моя подруга: «Миля, что тебе сидеть в Москве? Поехали в Сочи. Проведешь в моем ресторане новогодний корпоратив. И при деле будешь, и отдохнешь, да еще и денег заработаешь». И я улетела в Сочи одна, без Володи. Потом он прилетел ко мне на Новый год. 3 января мы вернулись в Москву, а 4-го мама впала в кому. Потом — мамина смерть, похороны, мой переезд к бабушке, недовольство Володи, что я живу не с ним. Все накатывалось как снежный ком. Окончательно меня выбил из колеи один случай. Раз в две-три недели я все-таки старалась бывать дома и в один из дней привезла туда мамину фотографию. Однажды приезжаю, а портрет повернут лицом к стенке. Володя начал оправдываться: мол, мне некомфортно, я тут один…


Я поняла, что все это пустые разговоры — просто ему все равно. Возможно, Володя думал, что он для меня центр вселенной. Потом, когда для меня центром вселенной стала бабушка, он этого не перенес. Взрослый мужик — и не мог понять одной простой истины: не до любовных утех мне было в тот период. Четыре месяца я жила у бабушки и за это время… отвыкла от Володи как от мужчины. Что ему стоило приехать, обнять, поцеловать, сказать что-то ласковое, просто помолчать вдвоем… Вместо поддержки — чудовищная ревность. И еще один момент: урну с маминым прахом я захоронила одна, без Володи.


После расставания он меня как-то спросил: «Ты меня любишь?» — «Нет, не люблю». Володя заплакал. Он сам не понял, что произошло. Но я уже не верила его слезам.
Расставание наше было очень некрасивым. Мы ехали в машине на какое-то мероприятие. И начали сильно ругаться. Претензии в мой адрес сыпались словно из рога изобилия: «Ты оправдываешь себя своим горем. Ты игнорируешь меня, ссылаясь на то, что у тебя все плохо. А у меня тоже не все хорошо».


Ничего себе сравнение: на одной чаше весов — потеря самого близкого человека, на другой — закрытие программы.


Эмилия:
«Все сводилось к следующему: ты говорила: «Мы вместе добьемся» — а вместо этого сидишь с бабушкой. Я остановила машину, вышла из нее и пошла пешком. Зашла в кафе, заказала чай. Тишко мне пишет эсэмэску: «Вернись в машину». Я вернулась и говорю: «Мы сейчас приезжаем домой, я собираю вещи и ухожу». — «Я тоже так считаю: ты собираешь вещи и уходишь. Более того, сегодня приезжает дочка ко мне в гости, поэтому чтобы никаких концертов ты мне не устраивала». Естественно, я при ребенке и так не собиралась никаких концертов устраивать. Несмотря на то что мы с Дашкой дружили и она очень хорошая девочка, она ревновала меня к отцу. Наверное, это нормально. Не скрою, иногда мне было обидно, что вместо того чтобы провести выходные дни вдвоем, мы проводили их втроем: Володя, Даша и я. Именно в такой последовательности. Живя у бабушки и зная, что у Володи Даша, я старалась туда не приезжать. Незачем ребенку видеть мое заплаканное лицо. По сути, я ведь тоже была еще совсем ребенком: мы с Володей познакомились, когда мне только девятнадцать лет исполнилось. И мне тоже хотелось внимания, ласки, а когда случилась трагедия — мне необходимо было к кому-то прислониться, пожаловаться, в конце концов. Я надеялась, что меня погладят и скажут: «Все хорошо».


В ответ же слышала: «Чего тебе надо? Что ты жалуешься?»


В тот день я собрала первые попавшиеся под руку вещи. И уехала. Неделю сидела дома. Не подходила к телефону, если видела номер Володи. Потом я вышла из дома, он у подъезда меня караулил. Сказал: «Раз мы расстаемся, знай, что тебя в моей жизни больше нет». Словно пощечину дал… Меня это так возмутило! Два с половиной года любила, оберегала. И вдруг меня нет… Не скрою: я гордилась тем, что жила с Володей Тишко. А теперь мне больно и обидно из-за предательства. Володя считает, что это я его предала. Но чем? Тем, что уехала вытаскивать из депрессии бабушку — единственного родного мне человека? Наверное, обвинив во всем меня, Володя почувствовал облегчение — не он виноват в разрыве. Пусть так. Оправдываться нет ни сил, ни желания. Хотя иногда думаю: может быть, я его действительно чем-то обидела? Но тогда почему он не сказал об этом напрямую? Если бы у Володи, не приведи господь, случилась подобная ситуация, я бы помчалась куда угодно, чтобы поддержать любимого человека.


«Ты королева, и тебя должны любить», — говорила мне мама. А я всегда была гадким утенком, который хотел на свои тощенькие крылышки кого-то взять и оберегать. Дооберегалась…


Как только я уехала, Володя тут же поменял замки в квартире. Можно подумать, что я собиралась его ограбить… Хуже другое: в его компьютере остались мои материалы, фотографии, видеозаписи, которые необходимы мне для работы. Вот с ними Володя расставаться не спешит. Более того, говорит: «Мне нужна страховка, что ты со своим желанием пропиариться не сделаешь это за мой счет». Я не собираюсь пиариться за чей-то счет. А уж за счет Володи — тем более.


Я не знаю, что меня ждет завтра. Но я точно знаю, что никогда не пожалею о том, что ушла. И даже бабушка сейчас не переживает, что мы расстались. Она видит, что я улыбаюсь, что я при ней, мы семья. Я счастлива.


Поначалу, уйдя от Володи, сидела на геркулесе с водой: а что делать, если денег в обрез? Бабушку отправила на дачу — она не должна знать, что нам не на что жить. А потом… Вы не поверите, но через какое-то время предложения посыпались одно за другим. Началось все со звонка из Штатов с предложением поработать в рекламной кампании известной косметической фирмы. Однако у меня на тот момент не было визы, о чем я и сказала потенциальному работодателю. Визу мне сделали за три (!) дня. Так звезды совпали. Я улетела в Штаты. Жила в роскошном отеле, меня снимал один из лучших фотографов Голливуда, вокруг меня появилось безумное количество людей, которые делали мне комплименты.


А ведь с Володей я уже давно не чувствовала себя женщиной. Следующий звонок был от моего друга, продюсера. Он сказал, что в Америке снимается реалити-шоу для одного из российских каналов, и пригласил стать соведущей.


И я ожила. Более того, заработала кучу денег, накупила вещей себе, бабушке, да еще и безумное количество конфет. Для бабушки. Вернувшись в Москву, сделала ремонт на даче и частично в квартире. С бабулей мы пришли к выводу, что в двух комнатах тесновато. И я откладываю деньги на новое жилье. Теперь я точно знаю, что в этой жизни не пропаду.


Я чувствую, что на меня смотрит дедушка, смотрит мама. Мне не должно быть стыдно перед ними ни за один поступок, который я совершаю".