Блейк Лайвли родила первенца!
Эдвард Нортон женился
Крис Браун отказался от Рианны
Диджей Грув завел седьмого питомца

Бабушка на «четверку»

Кира Прошутинская: «Главное — не ждать слишком многого от человека, которого любишь»

30 октября 2009 19:54
1117
0

Одна из самых авторитетных и в то же время обаятельных телеведущих — Кира ПРОШУТИНСКАЯ — работает на телевидении с 1967 года. Она является одним из авторов «веховых» передач отечественного телевидения: «От всей души», «А ну-ка, девушки», «Мир и молодежь», «12-й этаж», «Взгляд».

Одна из самых авторитетных и в то же время обаятельных телеведущих — Кира ПРОШУТИНСКАЯ — работает на телевидении с 1967 года. Она является одним из авторов «веховых» передач отечественного телевидения: «От всей души», «А ну-ка, девушки», «Мир и молодежь», «12-й этаж», «Взгляд». В конце 80-х вместе со своим мужем Анатолием МАЛКИНЫМ они основали частную телекомпанию «Авторское телевидение». АТВ известно телезрителям такими программами, как «Времечко», «Старая квартира», «Мужчина и женщина», «Ночной полет» и еще многими другими. В настоящее время помимо работы главным редактором АТВ Кира Александровна ведет программу «Народ хочет знать», выходящую на ТВ-Центре.


— Кира Александровна, несколько лет назад неожиданно для всех телекомпания АТВ выпустила детскую, ставшую популярной и получившую несколько престижных наград программу «Сто вопросов к взрослому», хотя раньше телевидением для детей вы не занимались.


— Я не совсем согласна с тем, что это программа только для детей. Между прочим, когда нам вручали за нее приз телекритиков, один из экспертов сказал, что у нас звучат те вопросы, которые и взрослым хотелось задать, но они на это никогда бы не решились.


Главная наша заслуга, наверное, в том, что удалось создать передачу, которую смотрят и взрослые, и дети. Здесь они существуют в честном диалоге на равных, а этого практически никогда не бывает на других телепрограммах. У «Ста вопросов» очень лаконичная форма. Наши взрослые гости иногда говорят то, чего, может быть, и не хотели бы о себе говорить. Просто понимают: врать здесь невозможно. Не знаю, за счет чего, но появляется такое ощущение, что ты не имеешь права быть тут не честным, лучше не ответить, чем соврать. Во всяком случае, почти все наши гости раскрываются здесь по-новому, и мы их видим совсем другими, чем привыкли.


— А если вспомнить ваше собственное детство, где оно прошло?


 — Я ребенок московский. Район моего детства — Застава Ильича, Воронцовская улица, Лавров переулок, где находилась школа, в которой мы учились вместе с Аллой Пугачевой. А также Краснохолмская набережная, около которой жили мальчики, с которыми мы дружили. Кстати, там же разворачивалась моя первая любовь.


— Безответная?


— Нет, почему же? Мой первый роман оказался счастливым. Это была очень красивая история, начавшаяся в школе (мне 15, ему 16) и закончившаяся уже в университете.


— Как мне представляется, атмосфера тех мест — это парки, пойма Москва-реки…


— Ну, а мне как-то больше вспоминаются старые, плохонькие домики. Мы с родителями жили в доме XIX века с подвалом, бельэтажем, кухней без окон. Неподалеку, примерно в таком же допотопном здании, жила Алла Пугачева, мы с ней дружили и постоянно ходили друг к другу в гости. Сейчас, к сожалению, нет ни того, ни другого дома. Мне рассказывали, как мальчик, которого я любила, плакал перед моим домом, когда его сносили бульдозером. Помню, эта история меня очень тронула, правда, к тому моменту я давно переехала в другой район Москвы, была замужем и вскоре у меня должен был родиться сын.


— Почему родители назвали вас Кирой? Неужели в честь Кирова?


 — Нет, с Кировым никак не связано. По одной из семейных легенд, мама, уже беременная мною, гуляя по улице, однажды услышала, как кто-то звал свою дочку: «Кира, Кира!» И тогда она решила меня так назвать. Потом, правда, выяснилось, что кричали вовсе не Кира, а Ира. Но от принятого решения она уже не отказалась


— Ну и правильно сделала, ведь в переводе с древнегреческого это имя означает «Повелительница, госпожа». Интересно, а о чем вы мечтали в детстве? Наверное, как все девочки, стать актрисой. Признайтесь, было такое?


 — Я действительно об этом мечтала, собиралась поступать в Щепкинское училище. Правда, незадолго до экзаменов передумала. Я подумала, что, если не поступлю, это будет для меня слишком сильным ударом. Тем более моя мама была против. В результате я решила поступать на журфак в МГУ. А вот когда уже училась на 1-м курсе, я начала играть в студенческом театре МГУ. Там в начале 60-х работали молодые режиссеры Марк Захаров и Петр Фоменко.


— Каковы же были ваши успехи?


 — Помню, что в самом начале Марк Анатольевич сказал мне: «Кира, вы очень тонко чувствующая натура». И отдал мне все главные роли в своих спектаклях. Но потом почему-то он разочаровался во мне и разжаловал меня из прим в обычную актрису. Но для меня это был большой урок! С тех пор я перестала много о себе мнить, много воображать, я стала критически оценивать себя.


— После этого вы окончательно и бесповоротно переключились на журналистику?


 — Тоже не сразу. В первое время студенткой я была тихой и не очень заметной, потому что по натуре я человек робкий и стеснительный. Одно время даже казалась себе профнепригодной и хотела уйти. Но все же поехала на практику в Томск. И там произошел прорыв. Я делала все: и новости, и хронику, и репортажи, и даже большие передачи. Моя практика оказалась самой лучшей. Со второго курса меня взяли вести передачу «Клуб искателей». Потом была образована молодежная редакция. И меня на четвертом курсе в виде исключения взяли в штат корреспондентом. Постепенно я доросла до заместителя главного редактора.


Двенадцать супружеских пар


— Считается, что не стоит смешивать любовь и работу, вы же вместе со своим мужем Анатолием Малкиным руководите телекомпанией АТВ. Такая семейственность работе не мешает?


 — Мы очень трудно работаем. В первые годы я нередко со слезами и криком выбегала из монтажной. Да и сейчас иногда бывает так, что в течение одного дня мы по нескольку раз ссоримся, и это, наверное, один из неотъемлемых атрибутов нашей совместной работы. Но, с другой стороны, мы бы не понимали друг друга так хорошо, если бы мы не занимались общим делом. Как иначе можно объяснить мужу или жене, почему ты не успел чего-то сделать, что-то приготовить, что у тебя ночной монтаж? Не зря же у нас на АТВ работает двенадцать супружеских пар.


— Сын Андрей тоже в вашей команде трудится. Родительский авторитет на него не давит?


— Андрей всегда боялся, что его будут отождествлять с нами: «Я не хочу приходить наследным принцем». И начал создавать собственное дело. У него была маленькая телекомпания. Потом уже, добившись всего самостоятельно, он пришел к нам и стал для Малкина абсолютно равным партнером и помощником. Мне есть чем гордиться.


А сын Анатолия Григорьевича, Илья, очень успешно занимается у нас кинопроизводством. Они с Андреем почти ровесники. Мне так жалко, что Илья ушел в большое кино. Потому что таких талантливых телевизионных режиссеров почти нет.


— Как решаете с детьми производственные конфликты?


— Я по работе с Андреем не связана. А вот с Малкиным-старшим оба сына и спорят, и ссорятся. Но сейчас все они стали вести себя мудрее.


«У нас нет проблем, кто помоет посуду, — помою я»


— Вы домашний человек?


 — Да. Я хорошая хозяйка, неплохо готовлю. Но мы избалованы АТВ: у нас хороший ресторанчик, где мы обедаем и ужинаем. А в выходные я с удовольствием готовлю сама. Толя очень привередливый.


— Я знаю, что на АТВ кабинет Анатолия Малкина называют «кабинетом психологической нагрузки», а ваш — «психологической разгрузки». Какая атмосфера в вашем доме?


— Очень теплая, творческая. Дом для нас прежде всего место отдыха. С раннего утра и до одиннадцати вечера мы на работе. И гости бывают редко, для этого есть дача. А здесь главное — уют и тишина.


— И как же строятся ваши семейные отношения?


— У нас в семье все отлажено. У нас нет проблем, кто помоет посуду, потому что посуду помою я. Нет проблем, кто приготовит, потому что приготовлю я. Не думаю, что такие мужчины, как Толя, должны ходить по магазинам, мыть полы. Только если сами захотят. Я никогда не заставляю его делать что-либо по хозяйству. Я считаю, что это унизительно для мужчины. Забить гвоздь или просверлить дырку в стене Толя, конечно же, может, но не хочу загружать его подобными делами.


Порядок поддерживаю сама. Правда, раз в неделю приходит человек, чтобы прибраться более основательно.


— Вы больше двадцати лет вместе… Удивляете ли друг друга?


— Анатолий — самый лучший мой собеседник, надеюсь, и я для него тоже. Он непредсказуемый и очень спонтанный человек!


— Какой совет вы бы дали парам, начинающим семейную жизнь?


 — Как ни громко это звучит, жить по правде. Если нет настоящих чувств, лучше расстаться. И наоборот, когда любишь, все житейские трудности можно преодолеть. У меня было время убедиться, что я без Толи не могу. Это редкая удача, когда люди соединяются во взрослом возрасте и столько лет живут вместе, не утратив любви и уважения друг к другу. Я знаю, что нужна мужу, что общение со мной он не променяет ни на что другое. В нашей жизни были всякие моменты, и таким, каким я его знаю, его не знает никто. Он не делает мне безумно дорогих подарков, не говорит заезженных комплиментов. Зато он пишет хорошие стихи, которые никому, кроме меня, не показывает. Иногда я просто нахожу их утром на столике. …Главное — не ждать слишком многого от человека, которого любишь, и не ставить каждое лыко в строку.


— Я знаю, что большую радость вам доставляют внуки, а их у вас уже четверо.


 — Мой сын Андрей сделал меня бабушкой довольно рано и предложил, чтобы внучка Варя звала меня Кирой. На что я ему сказала: пусть я буду молодая бабушка, чем немолодая Кира. Конечно, внуки вызывают совершенно особенные чувства, совсем не такие, как дети. Я сама рожала в достаточно молодом возрасте, а старшая внучка появилась тогда, когда я еще могла стать мамой.


Варя — абсолютная девочка, она нежная, трогательная, жуткая аккуратистка, с ней интересно разговаривать. Даша младше Вари, она рыжая, с голубыми прозрачными глазами. Говорят, что она очень похожа на меня. Как бабушка, я оцениваю себя на твердую «четверку». До «пятерки» не дотягиваю, потому что не хватает времени.


Тихий переулок


— Мы начали нашу беседу с воспоминаний о Москве вашего детства. За последние годы в городе произошло множество изменений. Интересно, как вы к ним относитесь?


— Очень ко многому я отношусь положительно. Например, мне нравится, какой вид приняло место, где мы с мужем сейчас живем. Это район Сретенки. Наша квартира находится в старом доме в тихом переулочке, а вокруг построено много новых зданий, очень не похожих друг на друга, но выглядящих оригинально и изысканно. Сретенка там спускается с горки, и от нее лучиками расходятся вот эти переулки с необычной застройкой. Порой возникает ощущение, что ты оказался в центре современного европейского и в то же время ни на какой другой не похожего города.


— Не нарушают ли атмосферу исторического центра все эти новостройки?


— В разных случаях бывает по-разному. Конечно, результат зависит от таланта архитектора и проектировщиков. Но, с другой стороны, согласитесь, невозможно прожить в «застывшем» городе. Город должен меняться! В качестве памятников истории можно сохранять какие-то отдельные строения и дома, пусть даже уродливые, но в целом облик столицы должен соответствовать времени.