Блейк Лайвли родила первенца!
Эдвард Нортон женился
Крис Браун отказался от Рианны
Диджей Грув завел седьмого питомца

Татьяна Веденеева: «Подруги доверяют мне своих мужей»

«МК-Бульвар» встретился с Татьяной в ее московском офисе

12 августа 2009 18:27
58180
0

Появление Татьяны Веденеевой на театральной сцене в спектакле «Дом» по пьесе Гришковца удивительным образом совпало с ее исчезновением с телеэкранов. Неужели эта непредсказуемая блондинка снова решила распрощаться с «голубым экраном»?

Появление Татьяны Веденеевой на театральной сцене в спектакле «Дом» по пьесе Гришковца удивительным образом совпало с ее исчезновением с телеэкранов. Неужели эта непредсказуемая блондинка снова решила распрощаться с «голубым экраном»? Чтобы выяснить все из первых уст, «МК-Бульвар» встретился с Татьяной в ее московском офисе. Здесь не совсем обычный для бизнес-центра антикварный интерьер, причем о каждом из предметов хозяйка готова рассказать целую историю.


— Татьяна, откуда у вас такая страсть к старинным вещам?


— Возможно, она возникла потому, что в советское время всего было так мало. Я выросла в маленькой квартире, где не было никаких старинных предметов. Единственная вещь, которая у меня сохранилась от дедушки с бабушкой, — это колокольчик с их фамилией. И две фотографии. Они жили на севере Волгоградской области, у них там было поместье и заводик небольшой. Они производили колокола.


— В амплуа театральной актрисы вы смотритесь весьма органично. Вам самой нравится то, что получилось?


— Мне очень нравится сам процесс, все-таки это моя первая профессия, я же училась на артистку. Я специально выбрала небольшую роль. Решила, что лучше начинать с чего-то маленького.


— Страшно было, признайтесь?


— В самый разгар репетиций я вдруг почувствовала, что боюсь. И с приближением премьеры мне становилось все страшнее. И тогда я себе сказала: моя главная профессия — это телевидение и бизнес. А здесь — эксперимент. Вот так и надо к этому относиться. И я сразу успокоилась. И, надеюсь, не хуже, чем другие, сыграла. Тем более что публики я совсем не боюсь. Я уходила с телевидения — из прямого эфира, из программы «Утро». И свое возвращение начинала тоже с прямого эфира в передаче «Татьянин день». Между прочим, сейчас это мало кто умеет делать. Представьте — в течение часа в студию приходят разные люди — медики, психологи, учителя, с ними надо беседовать на совершенно разные темы. Разговор нельзя перемонтировать. Это такой драйв, я вам скажу! Но после двух-трех программ я уже чувствовала себя как рыба в воде. Самым сложным моментом для меня оказалась реклама. Тебе в ухо каждые 15 минут отсчитывают — 10, 9, 8, 7… А в это время твой собеседник продолжает говорить, и ты должна его корректно прервать, да еще успеть вставить фразу: «Мы вернемся к вам после короткой рекламы». Первые дни я постоянно на пару секунд опаздывала. Мне казалось, что я никогда не научусь это делать. Ведь в 90-х, когда я уходила, рекламы практически не существовало. Но в итоге я довольно быстро привыкла.


— А как начался ваш роман с театром?


— Началось с того, что «Школа современной пьесы» устроила Татьянин день. В разгар праздника вдруг выяснилось, что осталось несколько минут до наступления года Быка по китайскому гороскопу. Едва мы подняли бокалы за Новый год, прибежал второй помощник режиссера и сообщил, что случилась катастрофа, заболела Нина Шацкая, нужно срочно искать ей замену. Иосиф Райхельгауз и раньше не раз говорил мне: «Таня, вы же актриса, надо попробовать себя на сцене». Я отшучивалась, отмахивалась. Но в тот раз он очень серьезно сказал: «Слушай, ну выручи, а? По-человечески прошу, срывается спектакль». Я спросила: что за роль? Он говорит: «Просто домработница, ты не волнуйся, мы все тебе поможем»… Такие истории, наверное, только в новогоднюю ночь происходят. Сама не знаю, почему я согласилась. Мне принесли пьесу, экземпляр без титульного листа. Домой я приехала в час ночи. Умылась, легла в постель и стала читать. И тут же пришла в полнейший ужас, потому что это оказалась главная роль.


— А до этого вы хоть раз играли на сцене?


— Ни разу в жизни! Только в учебном театре во время учебы в ГИТИСе. На самом деле меня спасла телевизионная память. Я постоянно убегала за кулисы, сканировала глазами страницу с текстом, возвращалась на сцену и говорила. И через секунду уже не помнила, что я сказала. Таково свойство телевизионной памяти.


Вдобавок я наделала себе «шпаргалок». Вложила страницы первого акта в мою же недавно вышедшую кулинарную книгу и во время спектакля с ней не расставалась, делая вид, что я рецепты записываю. А весь второй акт я варила варенье и должна была угощать им домочадцев. Я решила свои листочки положить на дно тазика с вареньем.


Самое удивительное, что никто ничего не заметил. И только моя подруга-актриса после спектакля лукаво спросила: «Я не поняла, почему ты все время лазила руками в тазик с вареньем?» Я ответила: «Таня, ну ты же понимаешь, что я там страницы переворачивала». Причем само варенье стояло рядом в маленькой баночке, и когда я всех угощала, оно капало. Мои страницы слипались — и переворачивать их было очень трудно. (Смеется.)


Вот в таком бессознательном состоянии я и дебютировала на сцене. Когда после спектакля у меня начали брать интервью, кто-то из журналистов спросил: «Вот эта пьеса… Кстати, как она называется?» — и тут я вдруг осознала, что не знаю. Пришлось объяснять, что текст мне вручили без первых страниц. Потом выяснилось, что это пьеса Улицкой «Русское варенье»… Позже, когда Райхельгауз предложил мне сыграть в пьесе Гришковца, я сказала себе — да.


— Такие истории действительно случаются только под Новый год — как в кино.


— Если честно, мне всегда казалось, что в моей жизни ничего такого не произойдет… Хотя нет. Когда я второй раз замуж выходила, это тоже было под Новый год, и тоже совершенно невероятным образом все перевернулось.


— Когда ваши чемоданы в аэропорту вырывали друг у друга двое мужчин — бывший муж и будущий?


— Да. Впрочем, история с чемоданами теперь неактуальна. Я ведь уже развелась.


— И как вы себя чувствуете в новом качестве свободной женщины?


— Неуютно… Другое слово трудно подобрать. Сказать, что совсем одиноко, — нельзя, у меня есть сын, много друзей, я постоянно чем-то занята. Но когда я остаюсь одна дома, это ощущение неуюта — оно ужасное.


— Почему вы развелись? У вас был такой блистательный дуэт…


— Здесь много причин. С одной стороны, эти сороковые-роковые. После сорока мужчины начинают чувствовать некие возрастные изменения, и им хочется самим себе доказать, что это не так. Многих тянет на подвиги, и желательно с молодыми женщинами… Но и помимо этого причин достаточно. Возможно, появились какие-то недопонимания, а может, мы слишком много времени проводили вместе — и в бизнесе, и в быту. Наверное, мне надо было пораньше вернуться на телевидение, почаще отсутствовать дома. Не знаю. Мне очень жаль, конечно…


— Вам не кажется, что бизнес несколько изменил вас? (Уже несколько лет Татьяна занимается производством соусов. — МКБ.)


— Конечно, бизнес накладывает некоторые отпечатки — становишься более требовательной, в чем-то более жесткой. Иногда приходилось какие-то вещи друг другу доказывать, спорить — такое производственное совещание на дому.


— Раньше в вашем образе была по-детски трогательная беззащитность, сейчас вы стали защищенной, самодостаточной, а мужчины, наверное, этого побаиваются…


 — Посмотрите, сколько женщин — образованных, умных, состоявшихся — живут одиноко. И теперь я понимаю — почему. Большинство мужчин действительно неуютно себя чувствуют рядом с ними. Им проще иметь под боком нечто другое. Такое, знаете, в пастельных тонах. Чтобы не было проблем. Конечно, эти пастельные тона быстро надоедают, но, подумаешь, беда, мир такой большой, всегда можно на сторону посмотреть.


— А если бы — как в пьесе Гришковца — к вам за финансовой помощью обратился ваш первый муж?


— Да, вот недавно он и обратился. Он сделал какую-то работу, не успел получить за нее гонорар, попросил дать ему в долг, я и дала. Но это были небольшие деньги. В спектакле ведь очень правильные вещи сказаны: одно дело — вынуть деньги из кошелька, а другое — вынуть их из бизнеса. Второе почти нереально.


— Не так давно в Интернете появились ваши фотографии с молодым фаворитом. Было написано, что появился новый избранник…


— Интересно, кто бы это мог быть? (Смеется.) Нет уж, знаете… Да, женщин в определенном возрасте тянет на молоденьких — так же, как и мужчин, впрочем. Но ко мне это не относится. Может, я до этого еще не доросла. Или не дожила — одно из двух. Мне нравятся молодые мужчины чисто визуально. Но я бы не хотела жить с юнцом. Всегда предпочитала ровесников или мужчин постарше меня.


А на фото мог быть кто-то из моих друзей или даже муж моей подруги. У меня есть пара подруг, которые доверяют мне своих мужей… А может, это был мой крестник? Не важно. В любом случае никакого романа с молодым мужчиной у меня не наблюдается.


— А чем сейчас занимается ваш сын?


— Он закончил обучение в Англии, вернулся в Москву и решил остаться здесь. Сейчас занимается пиаром в одной очень солидной организации.


— Вы уже прикидывали, какой станете свекровью, когда сын приведет в дом невесту?


— Он живет отдельно, поэтому он приведет ее к себе. Он привык к самостоятельной жизни еще со школы — ведь он учился в Англии и жил отдельно. Он отлично готовит, ему это нравится. А я, наоборот, последнее время совсем не подхожу к плите, потому что не хочется готовить для себя одной. У меня никогда ничего нет в холодильнике, и я иногда прихожу подкормиться к сыну… У него довольно долго была девушка, но я их видела вместе крайне редко, они меня не очень-то посвящали в свои отношения. Потом они расстались — я не понимаю почему. Она мне вполне нравилась.


— Почему давно не видно вашу программу про моду на «Домашнем»?


— Вы имеете в виду программу «Модный журнал»? На сегодняшний день программы в эфире нет, но мы ищем новые формы, темы, тем более что время позволяет не торопиться, отработать все до мелочей.
— Чем же вы занимаетесь этим летом?


— Ремонтом. Хотя до сих пор это вызывает у меня полнейший ужас. В моей московской квартире случилась катастрофа. Наш дом построен до революции, там толстенные стены, четырехметровые потолки и ампирная лепнина во всех квартирах. К нему примыкало невысокое четырехэтажное здание советских времен. И вот года два назад это здание надстроили, сравняв по высоте с нашим домом.


Новая стенка соприкасается с одной из спален в моей квартире. И судя по всему, где-то между ними затекает и застаивается вода. Можете себе представить — стена полметра толщиной вся заплесневела! Сначала я чувствовала запах плесени и не понимала, откуда он идет. Потом на стене появились белые пупырышки, затем — черные пятна. После фильма про плесень, который мы все видели, я даже заходить в эту комнату не в состоянии, унесла оттуда все вещи и заперла дверь.


Еще один ремонт предстоит на юге Франции, поскольку у меня теперь там есть квартира. Всего лишь четыре часа, плюс 20 минут от аэропорта — и ты оказываешься совершенно в другой реальности. Когда в Москве холодный, промозглый ноябрь, там, на Лазурном Берегу, солнце сияет, птицы щебечут, кругом анютины глазки, крокусы, гиацинты. За три дня ты там становишься другим человеком.


— Чего вам не хватает, Таня?


— О! Мне много чего не хватает. (Смеется.) И любви не хватает, и денег не хватает, и времени. Больше всего не хватает времени — это самая большая роскошь. Денег в конце концов достаточно, чтобы жить. Любовь невозможно вызвать по щелчку пальцев. А вот время, особенно в таких больших городах, как Москва, ценится очень высоко. Если ты хочешь быть востребованным, современным, актуальным человеком, нужно так много успевать! Не только следить за модой, быть хорошо причесанной и одетой, но и что-то читать, знать, какие мысли занимают человечество. У меня вся квартира завалена журналами, которые я не успеваю прочесть, но все равно покупаю тоннами — складываю, вырываю нужные листы, пробегаю глазами интересные статьи перед сном, в самолете, в машине. Благо в Москве я езжу с водителем.


— А вы знаете, чем занимается ваш бывший муж?


— Он по-прежнему живет за границей, занимается бизнесом, у нас общая компания. У него недавно родился ребенок.


— И тем не менее вы сохранили партнерские отношения?


— Пока да, компания принадлежит нам пополам. Сейчас кризис, трудное время для любого бизнеса. Мы хотели перейти на новое предприятие с новейшим оборудованием, но у них случилась какая-то проблема, связанная с кредитами. Очень много магазинов закрывается по стране, и это тоже, разумеется, сказывается на нас. Разрываются контракты, уменьшаются продажи.


— Я желаю вам достойно пережить этот трудный период.


— Надеюсь, так оно и будет. Думаю, мы выбрали правильное направление — экологически чистые продукты. Сейчас это очень актуально в мире. Например, недавно одна моя русская приятельница пожаловалась мне, что в аэропорту Женевы у нее отобрали сумку из питона. Причем безвозвратно. По швейцарским законам люди не имеют права носить вещи из животных, которые занесены в Красную книгу. Я ей сказала: так тебе и надо! Надо беречь животный мир. Еще пример, который меня потряс, — читаю я юридическую документацию и вижу, что после страницы номер два сразу идет четыре.


Спрашиваю юриста — а где третья страница? Он на меня смотрит с изумлением и отвечает: на обратной стороне. Экономия лесов, экономия бумаги. Увы, у нас об этом никто даже не задумывается.
Так же и с нашим бизнесом — в России он пока продвигается трудно. Но я уверена, что очень скоро и наши люди станут заботиться о том, что они едят.


— Татьяна, вы в любой ситуации умеете выглядеть безупречно. Что, по-вашему, самое важное для создания образа?


— Самое главное — носить только то, что тебе идет. Потому что фэшн-индустрия — одна из самых быстрооборачиваемых в мире. Наши мамы носили вещи годами — помню, мамины туфли стояли, набитые бумажками, и по нескольку лет не выходили из моды. Платья — то же самое. А сейчас каждый сезон вам не просто предлагают, а навязывают что-то новое. Вот в прошлом году в моде был фиолетовый цвет — и в магазинах все кругом фиолетовое. А мне этот цвет не идет, и что мне делать? Мои любимые фисташковые, горчичные тона не найти! К счастью, всегда есть черный или белый — палочка-выручалочка. Конечно, нужно следить за тенденциями, нельзя уж совсем из сундука быть с нафталином. Но лучше обойтись без фанатизма.


Еще надо четко учитывать свой возраст. Если вам шестьдесят — выбирайте одежду, которую носят в сорок. Если вам сорок, одевайтесь так, будто вам тридцать. Ни в коем случае не носите одежду вашего возраста. Посмотрите — все знаменитости так и делают. Вдобавок все известные женщины называют себя исключительно девушками. Первое время после возвращения в Москву меня это смешило — почему эта мать троих детей называет себя девушкой? А потом я привыкла — ну да, такая немолодая девушка. И правильно! А что, ей себя бабушкой, что ли, называть?


— А вас, кстати, не пугает подобная перспектива — стать бабушкой?


— Думаю, это не скоро произойдет, потому что сын мой пока одинок и холост… Хотя, знаете, любовь нечаянно нагрянет и все что угодно может случиться в любой момент.


КСТАТИ


Англичане считают, что Веденееваочень похожа на прицессу Диану.


Об этом юной телезвезде твердили на каждом углу во время ее первой поездки в Лондон. «Сначала я даже обиделась, — вспоминает Татьяна.


— Как это я на нее похожа, ведь у нее такой нос большой!"