Архив

МИГРИРУЮЩИЙ НАРОД

Что, если бы мы сами не ждали у моря погоды, а снимались бы с насиженных мест и следовали вслед за солнцем по всей планете, через города и континенты? Что, если бы мы поняли, что не существует границ, что есть только одна Земля, общая для всех, над которой мы можем парить из конца в конец, свободные, как птицы?

14 октября 2002 04:00
890
0

Что, если бы мы сами не ждали у моря погоды, а снимались бы с насиженных мест и следовали вслед за солнцем по всей планете, через города и континенты? Что, если бы мы поняли, что не существует границ, что есть только одна Земля, общая для всех, над которой мы можем парить из конца в конец, свободные, как птицы?



Во Франции это кино произвело фурор! Даже сейчас, через год после выхода на французские экраны фильма «Мигрирующий народ» (в российском прокате — «Птицы»), пол-Парижа увешано синими афишами, где на фоне белой луны летят лебеди.

А в первые недели проката вся страна только и жила этим фильмом. Впечатление он произвел настолько сильное, что не посмотреть его считалось просто дурным тоном. Ко входу в кинотеатры стояли километровые очереди, в залах даже на дневных сеансах яблоку негде было упасть. Не устоял даже президент Франции Жак Ширак, посвятивший фильму немало добрых слов. Пресса, ТВ, радио употребляли по отношению к новому фильму только одно слово — «шедевр».

Поражали съемки, где птицы летели рядом с камерой (а точнее — камера летела, как птица). Поражала музыка, где заглавным хитом стала песня Ника Кейва (!). Саундтрек фильма сам по себе стал бестселлером. Интервью с композитором Бруно Кулэ появились практически во всех французских журналах. Многие люди первый раз решили посмотреть «Птиц» только после того, как прослушали компакт-диск.

Но главное, что режиссер фильма Перрен не хотел делать научно-популярное кино в стиле «Нэшнл Джеографик» — он хотел создать игровой фильм со своей историей и сценарием. И птицы в нем выступали как актеры, заменяя на экране людей. В ленте Перрена птицы влюбляются друг в друга, рожают детей, умирают, преодолевают безумные расстояния ради выживания. Кстати, до сих пор ученые так и не смогли разгадать смысл этих масштабных миграций. По одной теории, крылатых путешественников гонит к экватору наступающий холод, по другой — перенаселенность некоторых зон определенным видом пернатых. Но каковы бы ни были причины этого кочевого бытия — поражает сам факт, почти сверхъестественное усилие, которое делает над собой птица, преодолевающая впечатляющие километражи. По приблизительным подсчетам специалистов каждый год более десяти миллиардов птиц из Северного полушария совершают перелеты в двух направлениях (птицы, обитающие в районе экватора, перемещаются реже). Причем готовятся они к подобному марш-броску, как профессиональные атлеты — тренируются, обновляют перья на своих крыльях! Обладая выдающимися способностями к ориентации в пространстве (это у них врожденное), птицы сверяют направление по солнцу и звездам, магнитное поле Земли чувствуют не хуже стрелки компаса. Они способны лететь на высоте 6000 метров, сопротивляться любой температуре климатических поясов — от испепеляющего жара пустыни до ледяного холода арктических снегов. (Знаете ли вы, например, что хрупкая крачка перелетает с одного полюса на другой, преодолевая расстояние вѕ 36 000 километров?!)

И вот — 450 километров пленки наконец-то отсняты… 450 человек в 50 странах снимали 1000 птиц 27 видов. Съемочная группа состояла из одних звезд: операторы, монтажеры, орнитологи и зоологи — все известные в своих кругах профи. «Лист благодарностей» в конце фильма огромен, в нем фигурируют не только операторы и монтажеры, но и 40 пилотов, научные сотрудники, «Ассоциация птиц и животных», самая богатая женщина Франции Лилиан Беттенкур (владелица «L’Oreal»), банки, компания «Lufthansa» и телеканалы.

Бюджет фильма — 23 миллиона евро. Один из банкиров до съемок постоянно спрашивал у Перрена: «Ты не боишься, что фильм провалится?» Сейчас же он совершенно другого мнения: «Возможно, с кем-то другим и случился бы провал. Но только не с Жаком».

Продюсерские расчеты были не менее точными, чем режиссерские ходы Перрена: во Франции прокат «Птиц» превзошел всякие ожидания, затмив «Гарри Поттера» и даже ожидаемого с таким нетерпением «Властелина колец». Россия, конечно, не Франция, но тоже европейская страна.



Режиссер и продюсер Жак Перрен — в прошлом известный актер, снявшийся в сотне картин. Его партнерами были такие звезды, как Клаудиа Кардинале в «Девушке с чемоданом», Марчелло Мастроянни в «Семейной хронике», Катрин Денев в «Ослиной шкуре», а также Валерио Дзурлини, Клод Шаброль, Джузеппе Торнаторе, Ив Монтан, Мишель Симон, Марлон Брандо, Джеральдина Чаплин, Анни Жирардо, Моника Белуччи…

«Птицы» — уже четвертый фильм Жака Перрена, но все предыдущие были телевизионными картинами. Это его дебют в полнометражном кино. Мы Перрена знаем по мини-сериалу «Микрокосмос», показанному недавно на отечественном ТВ. Следующей работой французского режиссера должна стать картина «Водяной народ» — о рыбах.


КАК ЭТО СДЕЛАНО?

Фильмов о животных снято сотни, и едва ли не треть из них — про птиц. Казалось бы, ну чем еще можно удивить зрителя? Почему все посмотревшие картину «Птицы» французского документалиста Жака Перрена буквально визжат от восторга? Да, очень красиво и познавательно, масштабно и детально одновременно, но ведь и раньше так снимали. Но потому и визжат, что так кропотливо, с такой любовью и заботой к птицам, наверное, еще никто не относился. Поэтому вся огромная съемочная группа смело называет себя «папами» и «мамами» этих крылатых созданий.

И это далеко не простые амбиции киношников — они действительно стали «приемными родителями» сотне птиц-актеров. Яйца будущих исполнителей главных ролей были доставлены во Францию, чтобы сорок профессиональных орнитологов подготовили своих растущих в скорлупках деток к съемкам. И самое главное — к близкому контакту с человеком. Орнитологи еще до рождения придумали малышам имена, разговаривали с яйцами, рассказывали им сказки. И ни на секунду не выключали сверхлегкий, а следовательно, и не сильно шумный мотор ULM для того, чтобы птенцы с младых когтей ассоциировали этот шум с материнским присутствием и впоследствии не боялись его. Все это позволило участникам группы жить иѕ летать бок о бок с птицами на расстоянии миллиметров. Вообще всевозможных средств передвижения, как летающих, так и ездящих и плавающих, было использовано достаточно много.

Например, казарок белощеких, гусей и пеликанов в полете снимали с дельтаплана. На дельтаплане умещается два человека — пилот и оператор — и «стедикам». Это специальная камера, которая полностью компенсирует покачивание дельтаплана в воздухе, и в итоге «болтанки» летательного аппарата не видно, а картинка получается очень ровной. Птиц в полете можно снимать как сверху, так и снизу, и практически с любого расстояния. Это позволяло дельтаплану вклиниваться в стаю, так как привыкшие к шуму птицы принимали его за своего сородича.

Само собой, не все птицы, показанные в фильме, были приручены. Из-за таких «дикарей» оператору приходилось садиться на параплан, а камеру крепить на себя. Эта же конструкция использовалась киношниками для съемок свободного полета. В частности, так снимали аиста в Испании. То, как передвигается сам параплан, вернее, как им управляет оператор, позволяет понять всю красоту парения птиц.

Птицы, естественно, не все время летают, но еще и где-то ночуют, высиживают яйца, чистят перья и занимаются прочими делами. Многие из крылатых по натуре создания скромные и потому стараются уединиться, спрятаться подальше от чужих глаз. Поэтому снимать их большая проблема, это вам любой кинематографист скажет. Для съемки в горах, например, камеру крепили на радиоуправляемые лыжи. А для планов отвесных гор, куда даже лыжи не вскарабкаются, использовалась радиоуправляемая камера, способная на самостоятельный полет. Камера могла вращаться на 240 градусов в обоих направлениях: вертикально и горизонтально. Все съемки в Швейцарии проходили именно так.

Всем известно, сколько шума издает моторная лодка, а птиц на воде ведь тоже надо как-то снимать. Поэтому моторы ULM ставились на плоты, и можно было снимать на любой водной поверхности — море, озере, реке. Для съемок на мелководье, куда трудно доплыть, а пешком добираться слишком шумно, выпускали специального робота. Все его движения — особенно повороты прикрепленной к нему камеры — очень медленные и потому практически бесшумные. Пеликанов, фламинго, крачек, бакланов, цапель смогли снять в их природной среде и при этом не напугать. Этот же робот «спас» киношников и в глубоких снегах Исландии, где обитают поморники, северные бакланы, гагары и прочие «зимние» виды птиц.

Но не все можно снять с воздуха или воды, некоторые вещи, например взлет птиц с земли, снимали, соответственно, тоже с земли. На большую платформу крепился большой кран, вроде обыкновенного операторского крана. Отличие в том, что тут на кране помимо камеры сидел еще и оператор. Специальные колеса и система амортизации позволяли этой платформе передвигаться очень плавно по любой пересеченной местности, будь то песок, грязь или камни. Вся эта гигантская конструкция могла развить скорость до 90 км/ч.