Архив

Окно в Париж

Жанна Агалакова: «Когда мне предложили поехать во Францию, я с радостью закричала: 'Хочу!»

Теледива меняет амплуа. Жанна Агалакова жертвует дикторским местом в теплой студии ради суетливой жизни спецкора. Суетиться, правда, придется не где-нибудь, а в Париже, однако поступок все равно рискованный. О мотивах смены образа жизни «МК-Бульвар» узнал у самой Жанны за пару дней до ее отъезда во Францию.

17 октября 2005 04:00
870
0

Теледива меняет амплуа. Жанна Агалакова жертвует дикторским местом в теплой студии ради суетливой жизни спецкора. Суетиться, правда, придется не где-нибудь, а в Париже, однако поступок все равно рискованный.

О мотивах смены образа жизни «МК-Бульвар» узнал у самой Жанны за пару дней до ее отъезда во Францию.



— Жанна, сколько времени вы хотели бы провести вдали от Родины?

— Срок еще не определен. Все зависит от успешности моей работы. Если буду хорошим корреспондентом, то задержусь в Париже на несколько лет. Были прецеденты, когда люди оставались собкорами на протяжении 14—16 лет.

— В прессе писали о сроке в три года…

— Про меня столько интересного пишут! Но это вопрос к начальству.

— Но вам самой хочется подольше задержаться в Париже?

— Я с удовольствием еду в Париж. Более того, мне уже стали сниться производственные сны. Так, этой ночью мне приснилось, что я в качестве корреспондента еду на съемку (правда, почему-то в Италии) и что один синхрон мы так и не досняли. Я очень переживала. А раньше меня мучили другие сны: мне надо выходить в эфир, а я еще не загримирована и у меня нет текста. Сознание меняется. (Смеется.)

— Вы сами упросили руководство Первого канала или они над вами сжалились и послали вас работать поближе к мужу?

— Мой муж здесь совсем ни при чем. Просто руководством канала было принято решение сменить несколько европейских корпунктов. Да и мне самой уже давно хотелось попробовать чего-то нового, обогатить свою журналистскую практику. Когда мне предложили поехать в Париж, я с радостью закричала: «Хочу!»

— Ваш муж Джорджо сейчас в Париже живет?

— В Париже он уже год, а с ноября будет работать в Германии, в городе Бохуме (это недалеко от Дюссельдорфа), где собралась очень сильная группа физиков. Кстати, руководить исследованиями назначен русский профессор. Джорджо едет туда с большой охотой.

— Сколько от Парижа до Бохума?

— Если на поезде, то пять часов. Но отправляться в дорогу будет только Джорджо. Из-за привязанности к месту (работа в информационной службе предусматривает стопроцентную готовность в любое время суток) я не смогу выбраться из Парижа даже на уик-энд.

— Как часто вы будете появляться на экране?

— Это будет зависеть от событий в Париже. Мой минимум — два репортажа в неделю.

— Что из вещей берете с собой?

— Первым делом я упаковала книги: энциклопедии, словари… Это самая тяжелая часть моего багажа. Еще беру костюмы, теплую одежду и обувь. И, конечно, игрушки.

— В Париже нет игрушек?

— В нашем парижском доме полно игрушек. Но есть такие, без которых моя детка просто не может. Самая любимая дочкина игрушка — смешная плюшевая рыбка. Эту китайскую полуметровую рыбу подарили Аличе в Риме, она притащила ее в Москву, а потом несколько раз брала ее с собой в Париж.

— Писали, что вы застраховали свою московскую квартиру. Значит ли это, что она останется без присмотра?

— Там будет жить мой брат Михаил. Ему 31 год, он работает в инвестиционной компании. Миша большой трудоголик, за последние пять лет он ни разу не ездил в отпуск. Лишь только в 2001 году сумел вырваться на 10 дней на мою свадьбу в Рим.

— Как-то, говоря о брате, вы выделили, что Михаил не женат. Значит ли это, что вы хотите, чтобы он поскорее обзавелся семьей?

— Конечно, мне будет приятно, если мой брат женится и у него появятся дети. Но в любом случае это дело Михаила.

— Сколько иностранных языков знаете вы, а сколько ваш муж?

— У меня в активе 4 языка: испанский, английский, итальянский и французский. А мой муж отстает от меня на один испанский.

— На каком языке вы между собой общаетесь?

— Чаще всего на итальянском.

— Я слышала, что еще в юности вы выучили болгарский, потому что влюбились в человека, который говорил на этом языке…

— Язык — это живой организм. Если ты его не используешь, то он забывается. Поэтому болгарский — это уже мое прошлое.

— У вас, видимо, большие способности к языкам…

— Все говорят, что да. Но я думаю, что можно было бы учить все гораздо быстрее и легче.

— Французским языком вы свободно владеете?

— Никогда нельзя сказать: «Я выучила этот язык». Но я общаюсь на французском языке и чувствую себя в нем достаточно свободно для того, чтобы работать в Париже. Я начала учить язык при помощи аудиокассет. Потом нашла хорошую преподавательницу, с которой мы встречались три раза в неделю. Я часто ездила в Париж к мужу и, владея тремя европейскими языками, ощущала себя там страшно некомфортно. Каждый, кто хоть раз был во Франции, знает, что французы необыкновенно гордятся своим языком и отказываются говорить с иностранцами на каком-либо другом. И я подумала, что хотя бы азы нужно знать.

— Детский сад для Аличе уже нашли?

— Нашли. Она будет ходить во французский детский сад, где у нее будет хорошая языковая практика. Моей детке всего три года, а детям, как известно, языки даются намного легче.

— Что ваш муж говорит по поводу того, что вы живете не вместе?

— В Париже мы будем жить вместе по выходным, он будет воскресным папой. А вы считаете, что я должна бросить работу, переехать к мужу и быть домохозяйкой?

— А вам слово «домохозяйка» не нравится?

— Мне не нравится ни слово, ни домашняя работа. Вот только готовить я люблю.

— Но вы могли бы просто жить и наслаждаться жизнью…

— Это значит уже быть тунеядцем. К тому же мне очень нравится моя работа.

— Вот у вас такая замечательная история любви, заботливый муж, дочка, а вы все за работу держитесь… Что в этой работе такого, что вы жить без нее не можете?

— Человек — это единое целое, где существуют не только сентиментальные стороны, чувственные моменты (например, такие, как создание семьи), но и желание самовыразиться. Вот и у меня одно неотделимо от другого.

— Вы можете назвать себя карьеристкой?

— Нет.

— «Карьерист» для вас слово ругательное?

— Ругательное. В нашей стране это слово имеет негативный оттенок. Карьерист — это человек, который идет по головам и трупам. И это не про меня. Я, скорее, амбициозный человек. За последние две недели меня несколько раз назвали перфекционисткой. Причем по разным поводам. И я не против, ведь мне действительно хочется, чтобы все, что я делаю, было действительно хорошо.

— Как-то вы сказали: «У нас с мужем существует негласное соглашение — каждый должен состояться в своей профессии». Вы сегодня солидная деловая женщина, разве вы еще не состоялись?

— Жизнь — это процесс, если он остановился — это уже памятник. А бронзовый памятник при жизни — это смешно. Мне сейчас безумно интересно узнать, каково жить и работать в Париже, как можно делать классные репортажи, которые в конце недели становятся лучшими в программе. В английском языке есть слово «chellenge», что значит «вызов». Вот этот вызов по мне, и прежде всего я его бросаю самой себе. Мне сейчас вообще чертовски интересно, я хожу и летаю! Ведь впереди ждет новая работа и новые люди, которых я увижу и о которых я буду делать репортажи! Неужели кто-то сможет отказаться от таких эмоций?!

— В 1999 году вы ушли с НТВ. Я слышала разные версии причин вашего ухода. Что было на самом деле?

— Делать утренние программы — дело интересное. Но когда ты осознаешь, что в этом деле ты уже спец, — становится скучно и хочется чего-то большего. Вот и мне нужен был рост, поэтому я решила попробовать другую работу.

— Кто в вашей семье кормилец?

— Поскольку мы живем, как говорится, на два дома, то в Москве кормилец я, а в Париже — Джорджо. Денежные вопросы у нас решаются, как и в любой семье. Если мне что-то нравится — я покупаю, если муж мне хочет сделать подарок — покупает он. Мы не делим наш бюджет на части: это мое, а это твое. У нас все общее.

— Но счета же у вас все равно разные. Если вам захотелось приобрести что-то существенное, то вы обращаетесь к Джорджо как к мужу за деньгами?

— Я обращаюсь к мужу не за деньгами, а за советом. Потом мне трудно себе представить, что же такого мне может захотеться, на что у меня даже денег не хватит. Видимо, у меня скромные запросы.

— С Джорджо вы вместе уже 14 лет. Поделитесь секретом, как можно жить порознь и не потерять мужчину?

— Любить надо и терпеть слабости друг друга.

— Кто кого чаще терпит?

— Мне кажется, что Джорджо терпеливее меня.

— Вы не считали, сколько времени из 14 лет совместной жизни вы провели вместе?

— Никогда не считала. Самый длинный срок, семь месяцев, был в самом начале нашей совместной жизни. А в этом году я практически всю зиму неделю через неделю летала к мужу в Париж.

— Правда, что в последнее время ваши отношения с мужем разладились и вы встречали Новый год порознь?

— Наоборот, я специально взяла отпуск, чтобы встречать Рождество и Новый год вместе. Рождество мы встретили в Риме с родителями Джорджо, а Новый год в Париже. Когда люди заводят ребенка после 10 лет совместной жизни, а потом сразу разбегаются — это глупо.

— В отношениях между мужчиной и женщиной всегда есть место ревности. Кто из вас кого больше ревнует?

— Наверное, Джорджо. Ведь я публичный человек и некоторые вещи вынуждена делать против его воли. Например, красиво одеваться, выходя из дома. Раз в месяц у Джорджо случается приступ ревности, и он задается вопросом: «Для кого ты сегодня так красиво оделась?» На что я отвечаю: «Милый, я ведь не только я, но и лицо канала».

— Почему вы поженились только после 10 лет знакомства?

— Сначала Джорджо был студентом, а потом писал диссертацию. А в таком положении он даже формально не мог становиться главой семьи. У итальянцев другой менталитет, там решение о женитьбе принимается, когда мужчина встает на ноги и социально, и финансово.

— Но до этого он предлагал вам замуж?

— Джорджо сделал мне предложение через полгода нашего знакомства. Я согласилась, и мы были помолвлены 10 лет. Мы просто решили, что мы вместе, мы пара, мы семья, которая когда-нибудь потом юридически оформит свои отношения.

— Печать в паспорте что-то изменила в ваших отношениях?

— Мы стали роднее. Мы даже не верили, что из-за такой формальности мы будем трепетнее относиться друг к другу. Сегодня всем своим подругам я говорю: «Выходите замуж! Оформляйте отношения! Это так здорово!» Кстати, на нашей свадьбе познакомились еще три пары, которые после сыграли уже свои свадьбы. Одна из них — русско-итальянская.

— После рождения Аличе родители мужа стали лучше к вам относиться?

— Конечно, в самом начале родители Джорджо были мне не рады — они же не знали, какая я. А сегодня этот вопрос для меня звучит очень странно. Папа и мама Джорджо настолько родные мне люди, что я порою делаю для них больше, чем для своего мужа.

— У вас есть настоящие подруги?

— Есть. Одна из них, Ирина, которую я знаю лет пять, живет в Риме (она замужем за итальянцем). Более оптимистичного человека, чем она, я не встречала. Ира тянет на себе всю семью, работает переводчицей, ждет третьего ребенка и при этом при всем встает в 4.30 утра для того, чтобы сделать гимнастику и часок позаниматься испанским языком. Просто потому, что он ей нравится. Я восхищаюсь Ириной. Еще у меня есть университетские подруги: Вика, Анна, Даша. Мы очень редко встречаемся, чаще перезваниваемся. Франческа — моя итальянская подруга. Мы с ней сдружились, когда у меня появилась Аличе (месяцем раньше у нее родился сын Лука). Все мои подруги большие оптимистки с сильным характером, что меня очень подпитывает.

— Что ваши подруги говорят по поводу того, что вы с мужем не вместе?

— Конечно, иногда я от них слышала: «Ну, зачем тебе нужна эта работа?!» Но потом подруги пришли к пониманию, что и у Джорджо, и у меня есть любимое дело и что мы оба не хотим его бросать.

— То есть ответить на вопрос, собираетесь ли вы когда-нибудь жить вместе с мужем, сейчас для вас трудно?

— Я очень бы хотела жить вместе. Просто пока обстоятельства не позволяют нам делать это семь дней в неделю, каждый месяц и каждый год.