Архив

Девушка без адреса

Дина Корзун: «Мои привычки шокировали любимого человека»

Дина Корзун утверждает, что никогда не мечтала стать актрисой и думала в основном о живописи. Но по воле судьбы она приехала в Москву поступать в училище МХАТа. На руках у Дины был маленький ребенок, а в стране царил экономический кризис. Трудности закалили эту хрупкую девушку, и сейчас Дина Корзун — настоящая гражданка мира. Она снимается в кино за границей, влюбилась в бельгийца и живет на три дома: в Москве, Лондоне и Киеве.

17 октября 2005 04:00
683
0

Дина Корзун утверждает, что никогда не мечтала стать актрисой и думала в основном о живописи. Но по воле судьбы она приехала в Москву поступать в училище МХАТа.

На руках у Дины был маленький ребенок, а в стране царил экономический кризис. Трудности закалили эту хрупкую девушку, и сейчас Дина Корзун — настоящая гражданка мира. Она снимается в кино за границей, влюбилась в бельгийца и живет на три дома: в Москве, Лондоне и Киеве. Для того чтобы добиться встречи с Диной, «МК-Бульвару» понадобилось много терпения и надежная связь от ведущего оператора МТС.



— Дина, в вашем новом фильме «Сорок оттенков грусти» вы очень печальная и почти не улыбаетесь. А в жизни?

— В жизни улыбаюсь. Я свои грусти вообще вспоминать не люблю. Специально забываю.

— А сыну что-нибудь рассказываете о трудностях в жизни?

— Говорю, чтобы он ни на кого не надеялся. Даже на меня. Добивался всего сам. Как я.

— Хотите, чтобы он пошел в актеры?

— Боже упаси. Актерская профессия — это какой-то фантом, что-то такое зыбкое. Я больше ничего не умею, кроме как перед камерой стоять. Но если я, допустим, не смогу играть, как тогда кормить семью, зарабатывать на образование сына? Я ведь всего добилась своим трудом и знаю, что такое жизнь актрисы. Это очень много съемок, очень много разъездов и совсем мало времени, чтобы побыть вместе с любимым человеком.

— Но я слышал, что вы как раз живете такой большой дружной семьей: муж, ребенок, мама, собака…

— Собаки уже нет, нам пришлось ее отдать. Именно по той самой причине разъездов по делам и между домами.

— Какими? Один, я знаю, в Москве.

— Потом в Киеве. А еще в Лондоне. Так получилось из-за моего мужа Луи, а точнее, из-за его работы. Он познакомился в Киеве с интереснейшими музыкантами и уже полтора года снимает там квартиру.

— Вы имеете в виду бывших музыкантов группы «Океан Эльзы»?

— Да, басиста Юру Хусточку, клавишника Диму Шурова. Луи когда-то снимал короткометражные фильмы, а потом снял видеоклип на песню «Друг» для «Океана Эльзы». И подружился с ребятами из группы. А потом они решили создавать вместе свою команду «Esthetic Education»: оказалось, что им вместе очень интересно играть. Луи довольно долго работал и как режиссер и как актер, хотя ему всегда чего-то не хватало. Но никто ни разу не подсказал, что ему следует заняться музыкой, хотя Луи всегда играл на пианино, импровизировал. И вот в Киеве это все неожиданно прорвалось. А в Лондоне живет семья Луи. По паспорту он бельгиец, бабушка по маминой линии родом с Сицилии, дедушка — швейцарец, вторая бабушка — из Шотландии, а второй дедушка — из Бельгии. В общем, в нем намешана итальянская, шотландская, швейцарская и бельгийская кровь.

— И как вам такая гремучая смесь?

— Уже привыкла. У меня была возможность переехать к мужу, когда он работал в Канаде, он звал, но я решила, что здесь карьера, сын в школу ходит, и отказалась. Наверное, я поступила неправильно, но в итоге он ко мне приехал, хотя в такое сложно поверить. Все-таки для женщины важнее всего семья, дом, любовь. А для мужчины — его дело. Но Луи ради наших отношений повел себя как герой. Бросил свое дело в Канаде, приехал сюда ко мне. И тут понял, что, кроме меня, в этой стране никому не нужен. Работу Луи в то время найти было непросто. Он даже русского не знал. Выдержал массу испытаний: и такси ему было трудно поймать, и надуть его часто хотели.

— До Луи вы знали, что такое любовь?

— Я уже была замужем и родила сына.

— Имя первого мужа и отца ребенка держите в секрете?

— Нет, почему же? Его зовут Ансар Халилуллин. Он москвич, театральный режиссер. Может, видели его постановку «Поздняя любовь» в Театре Российской Армии.

— Где вы с ним познакомились?

— В Смоленске.

— Режиссер из Москвы? Что он там делал?

— Ну ветром каким-то занесло. А в Москву уже вместе уехали.

— Чем он вас покорил?

— Своими разговорами о театре. Он так здорово говорил — это было невероятно! Но потом выяснилось, что связывало нас немногое. Я приехала в Москву, училась в училище МХАТа, он в ГИТИСе — мы мало виделись, у нас не оказалось духовного родства. Только после знакомства со своим нынешим мужем я поняла, что для меня самое главное — это духовное родство. Мой муж готов всегда меня выслушать. Хотя выслушать меня сейчас готовы многие люди, но вот понять может только Луи.

— Вас так сложно понять?

— Каждый человек — загадка. Всем нам и больно, и грустно, но чувствуем мы это по-разному, и на это нужно делать скидку. Нужно уважать чужую индивидуальность, тайну, а раньше я так не делала. И это приносило боль и разочарование.

— Вы, наверное, были очень одиноким человеком?

— Я всегда чувствовала себя белой вороной. Да еще когда у тебя маленький ребенок на руках. А родила я в самый неподходящий момент — ребенка даже покормить было нечем. Впрочем, еще хуже приходилось в театральном училище. Весь рацион — это чай, хлеб, иногда макароны и овсянка. Все. И еще полное отсутствие времени, чтобы заняться ребенком. С утра — обычные предметы, во второй половине дня по профессии: танец, сцендвижение — и так 12 часов подряд.

— И с кем же был сын Тимур?

— Я отдала его в садик совсем крошкой, в два с половиной года. Но что было делать?! Когда мне становилось невмоготу, мама его в Смоленск забирала. Я скучала! Плакала. Но часто навещать его тоже было невозможно, потому что стипендия — 30 рублей, на нее много не наездишь. При этом вкалывала в театре утром, днем и вечером, а получала копейки. Ужасное ощущение, будто работаешь в пустоту: в театр народ не ходил, все пытались только заработать денег. Помните, инженеры, врачи — все занимались торговлей, кино снималось ужасное. Только в девяносто седьмом году была снята «Страна глухих», но до этого надо было еще дожить. И мы с Тимкой дожили, пройдя огонь, воду и даже медные трубы. Я не жалуюсь. Этот период был необходим, чтобы закалить характер.

— Вы когда-нибудь сомневались в том, что талантливы?

— Никогда. Луи по этому поводу смеется и говорит: «Трудно жить с гением». Он чувствует во мне силу или уверенность, которая позволяла мне переживать и взлеты, и падения.

— Как Луи появился в вашей жизни?

— Я училась во МХАТе — заканчивала институт, а Луи приехал в составе группы иностранных студентов изучать систему Станиславского. Так и познакомились. Как говорит Луи, он влюбился в меня с первого взгляда. Ходил вокруг меня, ходил… Мы встречались полгода, пока он учился в Москве. А потом он улетел, и получалось только перезваниваться. Я думала, скоро наш роман закончится, но Луи неожиданно приехал. У нас была такая радостная встреча! И тут я поняла: Луи именно тот, кого я всю жизнь ждала. В то время я была беззащитная и даже в чем-то инфантильная девушка. Мама меня от всего оберегала. Я даже никогда не стирала себе ничего. Получилось, что Луи взял себе в жены большого ребенка, да еще со своим ребенком.

— Луи сам стирает?

— Луи умеет все: и стирать, и готовить, и с детьми играть, и еще кучу всего. Когда он к нам переехал, то сразу купил холодильник, стиральную, посудомоечную машины, но это не главное…

— Главное, как вы разговаривали с бельгийским гражданином?

— Мы разговаривали со словарями в руках. Нам хотелось обсудить друг с другом последнюю книгу, последний фильм, и не хватало слов! Как нам было не лень за каждым словом в словари лезть?! Если слов не находили, начинали руками объясняться. И совсем друг друга запутывали. Знаете, в глазах можно прочесть то, что человек тебя любит, но нельзя прочесть, за что именно. В результате возникали трагические сцены недопонимания. Мне казалось, что он меня не уважает, а ему казалось, что я над ним издеваюсь. Это сейчас выглядит смешным, а тогда… Чувства подвергаются проверке с началом совместной жизни. В Москве мы жили вчетвером в двухкомнатной квартире. Мы с Луи в одной комнате, а мама с Тимуром — в другой. И тут выяснилось, что мы с Луи в бытовой жизни совершенно разные люди. Мои привычки его шокировали, а его выходки раздражали меня. Было очень тяжело это осознавать. Он меня перевоспитывал, а я его. Я же Овен, а он Козерог, и вот мы с ним и бодались. Зато так хорошо друг друга узнали. Был не один повод разбежаться, но нас связывала любовь! А сейчас мы смеемся, когда это вспоминаем.

— Вы хотели бы спеть дуэтом с мужем?

— Нет! Могу только подпевать. А вот в видеоклипе у них с удовольствием снимусь.