Архив

Юлия Панкратова: 'Моего любимого мужчину зовут Антон.

Но не Хреков"

Юлию Панкратову многие помнят по программе «Намедни» — та самая стильная девушка с короткой стрижкой, которая часто делала репортажи о моде из Милана. Когда она заменила Юлию Бордовских в программе «Страна и мир», ей пришлось сложновато — не хватало эфирного опыта. Сегодня Юля — настоящая телезвезда и профессионал своего дела.

19 декабря 2005 03:00
5299
0

Юлию Панкратову многие помнят по программе «Намедни» — та самая стильная девушка с короткой стрижкой, которая часто делала репортажи о моде из Милана. Когда она заменила Юлию Бордовских в программе «Страна и мир», ей пришлось сложновато — не хватало эфирного опыта. Сегодня Юля — настоящая телезвезда и профессионал своего дела.



— Юля, когда вы стали ведущей, ваш имидж изменился в сторону более женственного. Следовали указаниям руководства?

— Совсем нет. К слову сказать, волосы я начала отращивать еще до того, как мне поступило предложение стать ведущей, поэтому здесь никакого давления на меня оказывать не пришлось, все было очень органично. Видимо, я уже давно была внутренне готова к смене образа, и тут все замечательно совпало. Зато вместо проблем с имиджем первое время возникало много других сложностей.

— Слышала, пришлось дополнительно заниматься техникой речи?

— Самое трудное для меня было справиться с волнением — я ужасно переживала. На экране себе, естественно, не понравилась. Было видно, что я не уверена, что боюсь, что у меня испуганные глаза и ужасная зажатость во всем — посадка, плечи, руки. Никакой мимики, никакой артикуляции. А технику речи мне подтянули за три месяца.

— Любимые скороговорки есть?

— Да, есть любимая: из-под куста, из-под подвыподверта зайчишка серенький поподвыподвернулся. Я ее долго учила, потому что она действительно сложная. Сначала ты под диктовку пишешь за преподавателем, потом приходишь домой и по слогам ее учишь.

— Не ощущаете, что работа в кадре вас в какой-то степени сковывает? Все-таки у корреспондента больше возможностей для самовыражения.

— Это только со стороны, наверное, кажется, что люди сидят и читают каждый день одно и то же. На самом деле каждый день каждую информацию переживаешь совершенно по-разному. А вот по чему скучаю, пожалуй, — по командировкам, поездкам, самолетам. Жизнь была интересная — можно было разобрать чемодан из одной поездки, тут же собрать его заново и улететь в другую.

— Вы долгое время работали с Леонидом Парфеновым — многие тележурналисты мечтали бы об этом. Не ощущаете в связи с этим свою избранность?

— Избранность я как раз не ощущаю. Скорее, это огромная благодарность судьбе за то, что все так неожиданно повернулось и мне удалось с ним поработать. Три года с «Намедни» — это неоценимый опыт. Не только профессиональный, но и человеческий. Конечно, я до сих пор пользуюсь всеми уроками, которые получила в то время, но теперь это уже происходит как-то подсознательно.

— Леонид Геннадьевич общается с бывшим коллективом?

— Он общается со всеми нами. Но не в том смысле, что мы где-то собираемся вместе. Просто периодически перезваниваемся, что-то обсуждаем. На мой взгляд, это более современные отношения, при этом не без теплоты друг к другу. Все мы взрослые люди. И все, кто работал у Лени, были полноценными личностями — у каждого был свой круг интересов, свои друзья. Но мы приходили на работу и понимали, что должны сделать ее хорошо. При этом никто никого не заставлял, с кем нужно дружить и общаться. И коллектив был очень интересный именно потому, что интересен был каждый сам по себе.

— Ваш коллега Алексей Пивоваров не так давно женился на ведущей НТВ Анне Шнайдер. Он скрывал это событие от пишущей прессы, а для коллег-то «проставился»?

— Да, все нормально. (Смеется.) Для нас это, конечно, не было тайной — все в общем-то все знали. Свадьба у них была замечательная. Ну, а то, что они не продали ее в какой-нибудь глянцевый журнал, — это их личное дело.

— Закончим с темой работы. У вас очень удобный график: неделю работаете, потом одна свободная. Чем занимаетесь, когда есть свободное время?

— Вот долгое время был ремонт, который отнимал много сил, здоровья и всего прочего. Покупка мебели, каких-то стройматериалов. А так — ничего интересного. Никаких странных хобби или привычек у меня нет. (Смеется.) По выходным навещаю родителей.

— Собственно, ремонт проходил в квартире, которую вы недавно купили. Долгожданное событие?

— Очень! До этого я поменяла две съемные квартиры, а теперь появилась маленькая, зато своя.

— Юля, с экрана вы производите однозначное впечатление: примерная девочка из хорошей семьи. Это так?

— Мне всегда говорили, что я произвожу впечатление серьезного человека, но на самом деле это так и есть. Я из категории серьезных девушек, у которых есть планы, которые их осуществляют, которые идут к намеченной цели. Причем идут очень сосредоточенно, постепенно намечая себе какие-то шаги. У некоторых, конечно, получается чего-то достичь просто так, по ходу дела. А я очень последовательная и серьезная. Ожидать от меня каких-то странных поступков сложно. Есть люди, которые могут заниматься чем-то, а потом уехать на полгода в Тибет и посвятить себя духовной практике. Я их за это уважаю, но сама на такое не способна. Не потому, что у меня не хватит для этого силы воли, а потому, что мне это просто не придет в голову. Сказать, что я примерная… Я не очень хорошо училась, потому что все время работала.

— В профессиональной жизни получился классический вариант — журфак МГУ, телевидение. А что с личной?

— А вот тут все наоборот. Мы очень много занимались профессиональной жизнью, а личную подзабросили. Ничего пока нет в моей личной жизни. Я не замужем, детей нет, семьи нет. Живу в маленькой квартире с кошкой. Но надеюсь, что при моей серьезности и с серьезным подходом если я все-таки решу личной жизнью заняться, то она как-то начнет складываться.

— Вопрос в том, что если профессиональную жизнь можно спланировать, то личную…

— Да, потому что за профессиональную жизнь ты ответственна одна и знаешь, что по большому счету все зависит от тебя. А в жизни личной, как я убедилась, все зависит от двоих, и ее на самом деле предсказать невозможно и прогнозировать трудно.

— Но потенциальный избранник есть?

— Есть. Видимо, какое-то время назад я как раз серьезно подошла к этому вопросу, и он появился. Но так как пока все еще не обрело официальных статусов, говорить об этом, наверное, рано.

— Знакомы давно?

— Полтора года. Не знаю, давно это или нет.

— Он тоже из вашей профессиональной среды?

— Нет, мне повезло. К телевизионной журналистике он не имеет отношения, но занимается пиаром, что в общем-то смежная сфера. Поэтому мне никогда не скучно. Он никогда не рассказывает мне то, что я знаю и без него, а рассказывает о своей работе, что мне очень интересно.

— Имя молодого человека озвучим?

— Да, Антон.

— Сейчас ведь многие подумают, что это ваш напарник Хреков.

— Нет-нет. (Смеется.) Хотя со своим Антоном я познакомилась тоже благодаря работе. Он был одним из героев репортажа «Намедни», который снимала не я, но в итоге мы познакомились именно через этот сюжет. Автором репортажа был Вадим Такменев, а Антон был одним из героев его материала, они подружились. А потом Вадим, уж не знаю, что его побудило, решил нас познакомить, сказав, что, по его мнению, мы очень подойдем друг другу.

— Планов на будущее вы пока не строите?

— Вообще я жду, что у него возникнут какие-то планы и он их начнет реализовывать. А я их просто поддержу и выражу свое полное согласие. В этом отношении я настоящая девушка и хочу ею оставаться.

— Говоря про семью, мы так и не сказали, чем занимаются ваши родители.

— Они совершенно не имеют никакого отношения ни к журналистике, ни к телевидению. И изначально, пожалуй, это была мамина идея, чтобы ее дочка стала журналистом. Думаю, у родителей были опасения за ребенка, у которого, может быть, есть завышенные желания, что разочарования от несбывшихся надежд могут меня как-то ранить. Но сейчас они за меня, конечно же, страшно рады.

— Юля, а есть в данный момент что-то такое, чего вы не можете себе позволить, будучи лицом канала?

— Нет ничего такого, что я делала раньше и не позволяю себе делать сейчас, на самом деле моя жизнь не изменилась. Пожалуй, меня стали чуть больше узнавать, но это тоже жизнь не меняет. Я живу абсолютно так же. Единственное, может быть, реже даю номер своего личного мобильного телефона. Хотя, если разобраться, что с ним могут сделать люди? Продавать, что ли?

— Хочется найти какое-то ваше увлечение, милое сердцу занятие.

— Честно говоря, ничего не могу вспомнить. Думаю, это произошло из-за того, что я всегда много работала. Какие уж тут увлечения? Может быть, это даже неумение жить, неумение правильно распоряжаться своим свободным временем. Грустно, но это так. Когда ты хочешь чего-то достичь в профессиональном плане, обязательно что-то теряешь в личном. Мне вот даже из своей студенческой жизни нечего вспомнить. Потому что все время я пыталась совместить учебу с работой. Прилетала сдавать сессию, там девчонки стояли: «Я пойду третьей, я пойду четвертой…» Я говорила: «А я пойду первой, потому что меня через час ждет начальник».

— Я бы отметила ваше чувство вкуса и стиля. Наверное, тоже своего рода увлечение.

— Да нет, я не посвящаю этому много времени. Да, в «Намедни» я часто делала репортажи из Милана, это все знают. Но я не заядлая модница. Вот моя сестра работает в программе о моде, и когда я ее встречаю, то дико хохочу. Потому что если есть какие-то тенденции в этом сезоне — условно говоря, желтые колготки, ободок на голове, жемчужные бусы и буклированный жакет, — на моей сестре будет все. Но я все-таки не из таких. Я люблю ходить на показы, могу оценить хорошую вещь, как она сшита, какая ткань. Но при этом у меня самой очень скромный гардероб.

— У вас есть свой идеал женского образа?

— Да. В этом смысле для меня идеал — Одри Хепберн. Притом что она просто невероятно женственна во всех историях, все равно ее прически, ее образы вызывают у меня такое трогательное умиление. Кстати, если уж вспоминать об увлечениях, то на этой неделе я как раз купила себе «собрание сочинений» Одри Хепберн — девять фильмов на DVD, и теперь каждый вечер у меня кинотеатр. Я накладываю себе полную чашку пломбира, ставлю диск, и неделя у меня проходит под знаком Одри Хепберн.

— А вот это уже откровение, что телеведущая вечером может позволить себе большую чашку пломбира.

— Да, у меня с этим проблем нет. (Смеется.) Причем и не было никогда. В какой-то момент вопрос был даже в обратном. Когда я начала выходить в эфир, видимо, из-за нервов за неделю похудела на пять килограммов. То есть я села в эфир в понедельник, во мне было 47, а уже в субботу было 42. И была проблема, как меня откормить, потому что в кадре начали вваливаться щеки. А так я все себе позволяю. А кстати, еще вспомнила увлечение.

— Давайте.

— Последний год моей жизни серьезно посвящен кулинарии. Я, конечно, еще не умею готовить утку в яблоках, но считаю, что серьезно продвинулась на этой стезе.

— Как избранник оценивает?

— Слава богу. Он привередливый, но говорит, что я молодец.

— Юля, а что для вас самое главное в понятии «быть женщиной»?

— Мне кажется, главное — это все-таки женская мудрость. Умение некоторые ситуации предусмотреть, всегда найти компромисс. Умение сделать ситуацию простой для многих и для себя в том числе и сохранить при этом собственное достоинство.