Архив

Таша Строгая: «Мужчин я выбираю не сердцем, а головой»

Александра Вертинская: «Я настоящий прожигатель финансов»

Это только со стороны кажется, что две ведущие программы «Снимите это немедленно» на СТС — полные противоположности друг другу. На самом же деле у них много общего. Во-первых, они обе представители сплоченных семейных кланов, с традиционно серьезным подходом к обучению отпрысков; во-вторых, обе обожают готовить; и, наконец, обе совсем не скрывают свой возраст. «МК-Бульвар» попытался пооткровенничать с Ташей Строгой и Александрой Вертинской и заодно посвятил им специальный выпуск «Полиции моды».

27 февраля 2006 03:00
2699
0

Это только со стороны кажется, что две ведущие программы «Снимите это немедленно» на СТС — полные противоположности друг другу. На самом же деле у них много общего. Во-первых, они обе представители сплоченных семейных кланов, с традиционно серьезным подходом к обучению отпрысков; во-вторых, обе обожают готовить; и, наконец, обе совсем не скрывают свой возраст. «МК-Бульвар» попытался пооткровенничать с Ташей Строгой и Александрой Вертинской и заодно посвятил им специальный выпуск «Полиции моды».


Таша Строгая: «Мужчин я выбираю не сердцем, а головой»

— Таша, фамилию Строганова вы сократили до Строгой, имя Наташа — до просто Таша. Друзья и родственники теперь вас тоже так зовут?

— Да, большинство уже перестроились. Но, конечно, родители называют меня просто доченькой.

— Вы чувствуете, что стали узнаваемой?

— В основном среди детей почему-то. Женщины тоже узнают, улыбаются. К счастью, многие только здороваются, не все подходят.

— Я ошибусь, если предположу, что вы карьеристка?

— Нет, все именно так. Я абсолютная карьеристка. Только ради поставленной цели я не по трупам пойду, а скорее в чем-то ограничу себя, наступлю на горло собственной песне. Давно поняла, что ради каких-то высот приходиться часто делать совсем не то, от чего получаешь удовольствие. Нет слова «хочу», есть слово «надо».

— Телевидение существует в вашей жизни исключительно для раскрутки собственного имени?

— Да, и одежды моей марки. Но не могу сказать, что с моей стороны это какая-то уж очень большая жертва, потому как, во-первых, обе передачи в любом случае соприкасаются с моей основной профессией дизайнера, и, во-вторых, сам съемочный процесс интересен.

— Что же тогда вы приносите на алтарь искусства?

— Отдых, свободное время. В наше время для достижения успеха надо действовать ежесекундно, активно и по всем возможным направлениям. И все свои шаги надо тщательно взвешивать.

— Вы еще и рационалка…

— Ну, с некоторой долей романтизма, в допустимых пределах, там, где это необходимо. В человеческих отношениях, например, где невозможно все просчитать.

— Почему-то не сомневаюсь, что с мужчинами вы стерва…

— Все зависит от конкретной ситуации. Но стервозных женщин, конечно, любят больше всего. Серые, покорные мыши никому не нужны. Совершенная иллюзия, что, когда ты смотришь в рот мужчине, наивно хлопаешь глазами и во всем с ним соглашаешься, он будет тобой восхищаться. Даже жены такие никому не интересны. И в какой-то степени я, разумеется, стерва. Но не от рождения, это качество я в себе наработала с годами, учась на своих ошибках. Плюс всегда прислушивалась к мнению старших товарищей, взрослых, авторитетных людей. И в принципе дважды на одни и те же грабли я уже не наступаю.

— Вы замужем? У вас есть дети?

— Я не обсуждаю личные темы. Знаете, не хочется никого пускать в свой дом.

— Хотя бы скажите, по натуре вы влюбчивы?

— Нет, совершенно.

— Внешняя красота вам скорее мешает или помогает?

— Красивым женщинам в жизни приходится сложнее, чем обычным.

— Мужчинам нелегко возле вас удержаться?

— Смотря каким. Те редкие, которым это сделать удается, находятся рядом на протяжении всей моей жизни. У меня нет ни одного мужчины, с которым я бы поссорилась при расставании, и это при том, что всегда инициатором разрыва была я.

— Как вам удавалось не поругаться?

— Мужчин я всегда выбираю не сердцем, а головой, и, видимо, отдаю предпочтение особенному сорту людей, с которыми можно разойтись цивилизованно. Если я вижу, что передо мной подонок, который в состоянии мне навредить, я мгновенно отстраняю его от себя. Главное в жизни, я давно уяснила, не поддаваться эмоциям, тогда есть огромный шанс избежать множества проблем.

— По каким критериям вы оцениваете мужчин?

— Ум. Эрудированность. Щедрость во всех ее проявлениях.

— Поговорим о работе. Кажется, вы из тех счастливчиков, кто с будущей специальностью определился рано, ведь еще в школе, под руководством мамы, шили себе наряды, верно?

— Да, мне это очень нравилось. Я вообще получила хорошее воспитание, мной занимались. Я ходила на музыку, на танцы, на рисование, играла в баскетбол, учила английский с настоящей англичанкой… Все эти увлечения на самом деле являлись поисками себя, и с течением времени все они отпали, осталось только моделирование одежды.

— В той атмосфере любви, в которой вы росли, вам позволялось все?

— Ни в коем случае. Хорошо помню слова моего папы, который говорил, что после девяти вечера он ребенка не воспринимает — он должен быть в кровати. Обо мне заботились, прививали определенный уровень культуры, и при этом наказывали за какие-то проступки, за детское вранье… По-моему, это было очень правильное воспитание.

— Такие пороки, как зависть и ревность, у вас отсутствуют?

— Да. Я не трачу время на эти бесполезные, разъедающие чувства. Я прекрасно знаю, что в этой жизни есть вещи, которых, в силу объективных причин, у меня не будет никогда. Я реалист, прагматик. У меня нет сумасшедших амбиций в материальном смысле, хотя я не аскетка. И даже когда повышается уровень доходов и, понятно, расширяется круг желаний, тем не менее эти самые желания всегда соответствуют моим доходам.

— Без чего не можете обойтись?

— Без вкусной еды. Люблю покушать. Я гурман. И еще без трех сеансов массажа в неделю. Это дорогое удовольствие. Путешествовать люблю, и сейчас комфорт пятизвездочного отеля мне уже необходим, таковы мои требования.

— На что еще тратитесь?

— Хочу купить еще одну машину. Потом мне дачу нужно полностью перестроить, а это очень большие вложения. И в будущем я планирую поменять свою трехкомнатную квартиру на более просторную.

— Как вы считаете, хороший вкус — это всегда ум?

— Я тут категорична: вкус либо есть, либо его нет. Хотя воспитать у человека ощущение прекрасного и не прекрасного возможно. И такой случай, когда круглая дура имеет неплохой вкус, вполне реален.

— До того как получить диплом Академии легкой промышленности, вы окончили Театрально-художественное техническое училище и даже проходили практику в «Ленкоме», почему к театральным постановкам больше не возвращались?

— Я не скрываю, что люблю зарабатывать деньги, и на тот момент, когда я вышла из училища, ситуация в театре была не из лучших. Работать за гроши не хотелось, тем более что я видела в себе совсем иной потенциал. Сейчас, когда деньги уже есть, быть может, я бы и взялась за какой-нибудь интересный проект, только ради творческих экспериментов, но времени уже катастрофически ни на что не хватает.

— На экране вы выглядите уверенной в себе, это истинное или напускное?

— Я же говорю — меня воспитали хорошо, научили любить себя. Я никогда не страдала комплексом неполноценности, от этого родители меня всячески ограждали. Допустим, я высокая, как и моя мама, которую в детстве звали «пожарной каланчой», поэтому меня она с малолетства убедила, что это мое достоинство, что это здорово, и у меня даже и мысли не было горбиться и стараться казаться меньше. Еще мне в детстве буквально заложили правило, что всего добивается не талантливейший, а способнейший и трудолюбивый. Со мной вместе училось много «светлых голов», но кто сегодня их знает?!

— Вам бывает жалко героинь вашей программы?

— Очень редко. Все-таки в основном к нам приходят женщины, которые из-за лени запустили себя. Вот, скажите, как можно не возмущаться, когда сидит мама дома с ребенком, клуша клушей, непромытая, непричесанная, и растит дочку для еще одного поколения теток. Теток я просто терпеть не могу.

— По отношению к себе вы воспринимаете критику?

— Смотря кто будут те люди, кто рискнет покритиковать. Если мнение этого человека для меня ценно, я прислушаюсь. Вот Шура недавно сказала, что у меня безобразные белые батареи в квартире, и я с ней согласилась. А сказала бы мне такое какая-нибудь девочка, получила бы по полной программе.

— Подруги у вас имеются?

— Надеюсь, что да. Одна. Мы знаем друг друга с пятнадцати лет, и она меня очень поддерживает. Вообще, мой ближний круг, который мне интересен, достаточно узок, и я не впускаю туда новичков. Я более чем избирательна в контактах.


Александра Вертинская: «Я настоящий прожигатель финансов»

— Александра, мужское имя, в честь легендарного дедушки, как-то повлияло на ваш характер?

— Да, я прекрасно ощущаю в себе черты мужского характера, поэтому и дочку назвала Василисой, то есть Василием. Думаю, что сегодня в мире вообще и в нашей стране в частности иметь мужской характер очень полезно. Слабым сейчас тяжело, а сильные имена дают дополнительную защиту. Но лично мне кроме имени помогает еще то, что я Овен и к тому же Петух по гороскопу.

— Это значит, с малолетства отличались боевым нравом?

— Точно. Подруг в то время я не имела и всегда дружила с мальчишками. Частенько пропадала в компании своего старшего брата Степана. Наравне с ребятами лазила по деревьям, сигала с заборов, осваивала городские крыши, одним словом, пускалась во все тяжкие, ни в чем не уступая.

— Тем не менее в глазах большинства вы та самая избалованная «золотая молодежь»… Были ли вещи, к которым привыкли с тех пор, как себя помните, но потом однажды обнаружили, что это прерогатива исключительно вашей семьи?

— Конечно, и это случилось уже довольно рано. Я поняла, что такие квартиры, в которых живет наша семья и родственники, есть не у всех. И что наши интерьеры, с красивой живописью на стенах, старинной классической мебелью, а не стандартной стенкой и ковром, тоже редкость. И уж совсем мало кто, как мы, придерживались традиций семейных обедов, с тщательной сервировкой стола и обязательным празднованием не только Нового года, но и Рождества, и Пасхи.

— Эти традиции вы соблюдаете и в собственной семье?

— Безусловно. Я лично накрываю стол, в преддверии Нового года мы ставим живую елку, которую украшаем старинными игрушками, доставшимися мне в наследство еще от бабушки. Это тяжелые свинцовые шары, ватные Деды Морозы со Снегурочками, самовары, птички на прищепках и пр. Все это создает атмосферу настоящего русского праздника. И на Пасху мы обязательно красим яйца в луковой шелухе или расписываем их вручную… То есть эти дни мы не пропускаем.

— Многие о вас отзываются как о невероятной снобке — это правда?

— Смотря что вы подразумеваете под этим определением.

— Ну это когда свысока, над всеми…

— Не сказала бы, что во мне присутствует такая черта. В то же время мне свойственна профессиональная уверенность, адекватное понимание своих возможностей.

— И не завышенная самооценка?

— Нет, мне даже иногда кажется, что заниженная. Этому способствовали разного рода обстоятельства, например, еще до Суриковского института и до обучения во Франции я училась в художественной школе при Суриковском институте, так вот там мне специально всегда ставили оценку ниже, чем я того реально заслуживала. Это был некий способ воспитания. Преподаватели открыто признавались, что они это делают для того, чтобы я не зазнавалась и чтобы другие не думали, что я блатная.

— Суровый метод, так и озлобиться на людей недолго…

— Жизнь всегда ставила мне планку чуть выше, чем остальным. Я и в художественную школу поступила лишь со второго раза, и вообще сложностей было достаточно. Но, знаете, я не злилась, становилась только более упорной.

— Практически у всех отпрысков знаменитых родителей стоит задача состояться самостийно — вы тоже себе ставили подобную цель?

— Естественно, я стремилась к самостоятельности. И, кстати, другие ребята, которых я хорошо знаю, тоже дети известных людей, по-моему, все реализовались.

— Где-то читала, что ваши родители — мама, актриса Марианна Вертинская, и папа, архитектор Илья Былинкин, — желали вам свободной, независимой профессии. Значит ли это, что сейчас вы тот художник, который может встать в полдень, выпить кофе и ждать вдохновения?

— Никакой художник так не работает. Это абсурд. Ты рисуешь каждый день, вне зависимости, посетила тебя муза или нет. Это во-первых, а во-вторых, у меня плотный график. Неделя в месяц отведена съемкам программы «Снимите это немедленно», а во все остальные дни я встаю не позже девяти утра, отправляю шестилетнюю дочь в школу, потом, если есть возможность, делаю массаж, и затем уже иду работать в мастерскую. Плюс я еще занимаюсь декором интерьеров, да и домашними хлопотами, вроде готовки, покупки продуктов, не гнушаюсь. Так что моя любимая настольная книга — ежедневник, где все дела расписаны строго по часам.

— Разве вам свойственна дисциплина?

— Это качество вынужденно приобретенное. До семейной жизни я вела самый настоящий богемный образ жизни. Вечером гуляла-тусовалась, потом практически всю ночь рисовала, а позже, будучи «совой», с удовольствием отсыпалась до двух часов дня. И я настолько привыкла к такому режиму, что, выйдя замуж восемь лет назад, наверное, больше года заставляла себя перестраиваться.

— В одном из своих интервью вы сказали, что верите в любовь с первого взгляда — у вас с будущим супругом все было именно так?

— Да, он в меня влюбился с первого взгляда, а я уже потом поддалась… Дело было так: большая компания была приглашена на Новый год на дачу моей подруги. Мы с ней вдвоем готовили еду за несколько часов до прихода гостей. Целый день возились: пекли пироги с капустой, жарили мясо, стругали салаты и в течение всего процесса иногда подкреплялись виски — для создания нужного настроения. Причем пили мы по чуть-чуть, но к моменту боя курантов, когда все были в сборе, видимо, моя доза была уже столь велика, что я после того, как поднялась и произнесла тост, немедленно рухнула под стол. После чего всю ночь мирно проспала на диване. Но мое короткое выступление, видимо, произвело неизгладимое впечатление на Емельяна, который был среди гостей, что в принципе свидетельствует о его оригинальности и даже некоторой экстравагантности. Спустя несколько дней моя подруга сообщила, что один молодой человек, который был на празднике, очень мной интересуется и хочет встретиться. Беда была еще в том, что я никого не помнила. А когда пришла на встречу с ним, то была неприятно удивлена: передо мной сидел человек с огромной бородой лопатой, как у Карла Маркса. Я сказала подруге, что это точно не мой вариант, но на следующую нашу встречу он пришел уже гладко выбритым. И это меня сразу подкупило: человек был явно

готов к решительным шагам, чтобы завоевать мое расположение. А я ведь требовательная. Но он очень красиво ухаживал, делал какие-то необычные подарки, в мелочах был внимательным, заботливым невероятно, молниеносно решал все мои проблемы… И я убедилась, что за ним буду себя ощущать как за каменной стеной.

— Он тоже человек творческий?

— К счастью, нет. С художником я бы не ужилась никогда. Емельян — бизнесмен. На момент нашего знакомства он был президентом первой в стране компании — интернет-провайдера, позже издавал журнал на эту же тему, а ныне он владелец художественной галереи в центре Москвы.

— Дочка какие таланты переняла от родителей?

— Василиса, можно сказать, сложившаяся личность, со своими взглядами и суждениями. По складу ума она скорее все-таки гуманитарий, но с практической жилкой. Тут недавно заявила, что хочет стать археологом, чтобы найти клад и потом продать его папе. Развивать ее мы стараемся гармонично, приобщаем к спорту, она ходит у нас на большой теннис и даже делает успехи. Параллельно я вожу ее в Пушкинский музей и в Третьяковскую галерею на лекции по истории искусств. Там объясняют, что такое натюрморт, что такое парадный портрет, чем отличается фреска от станковой живописи, а в качестве домашнего задания просят слепить мумию или нарисовать икону.

— Вас воспитывали в таком же духе?

— В то время не было столь широких возможностей, но вместе с родителями я частенько бывала на разных поэтических вечерах, смотрела все «взрослые» спектакли и часами пропадала в мастерских художников, их друзей, обожала наблюдать, как они работают. Если вспоминать эпизоды из детства, то всплывает, например, такая картина: мы с отцом в Суздале, зима, мороз, а я стою с этюдником, в варежках, рисую пейзаж с натуры, притом что даже краски мерзнут и не хотят ложиться на холст, но рядом стоит папа, и я не могу позволить себе капризничать.