Архив

Женщины на грани нервного взрыва

Про то, что все мы — с Венеры, а они — с Марса, написаны уже целые трактаты. И все равно психологи-теоретики (жители Марса!) продолжают оценивать наше поведение по каким-то своим, заученным еще в институтах, штампам. И всякий раз ошибаются! Можно ли определить характер женщины по ее одежде, привычкам, цвету волос? На сей счет существует куча теорий, только на поверку все они — чистой воды профанация.

1 апреля 2006 04:00
984
0

Про то, что все мы — с Венеры, а они — с Марса, написаны уже целые трактаты. И все равно психологи-теоретики (жители Марса!) продолжают оценивать наше поведение по каким-то своим, заученным еще в институтах, штампам. И всякий раз ошибаются! Можно ли определить характер женщины по ее одежде, привычкам, цвету волос? На сей счет существует куча теорий, только на поверку все они — чистой воды профанация.

Между прочим, даже Шерлок Холмс умывал руки, столкнувшись с так называемой женской психологией. «Женщин вообще трудно понять», — учил он своего верного союзника доктора Ватсона. И напоминал такой случай: заподозрил как-то бывалый сыщик одну дамочку в преступлении. На том основании, что та слишком уж сильно волновалась при встрече с ним — явно что-то скрывала. И что вы думаете? Причиной ее нервозности оказалось всего лишь отсутствие пудры на носу. «Как можно строить предположения на таком неверном материале? — возмущался дружище Шерлок. — Ведь за самым обычным поведением женщины может крыться очень многое, а ее замешательство иногда зависит от шпильки или щипцов для завивки волос…»

Поэтому будем считать, что описанные ниже два небольших примера из личного дневника — это краткое пособие для не всегда понимающих нас мужчин.


Полеты во сне и на спине


Психологи считают. «В мире сна действуют свои законы. Пластика тела приобретает особое значение, и ее практически невозможно подделать. Существует четыре позы спящего. Первая — это поза «зародыша» (как еще не распустившийся бутон) — она явственно говорит о том, что человек боится жизни и стремится спрятаться от ее трудностей и невзгод, зависим от чужого мнения. Вторая — «простертая» — лежа лицом вниз, с руками, закинутыми выше головы, вытянутыми ногами. Такие люди в быту стремятся доминировать, испытывают сильную потребность регулировать события своей жизни, не любят неожиданностей и почти никогда не опаздывают.

В третьей позе — «на спине» — обычно спят люди, прекрасно чувствующие себя и в дневное, и в ночное время — это сильные, уверенные в себе личности. Четвертая, наиболее распространенная поза, — «полузародыша» — на боку, но ноги уже широко раскинуты. Люди, принимающие такую позу, обычно хорошо адаптированы, уравновешены и надежны".

Жизнь опровергает. Это было еще на заре моей журналисткой деятельности. Обычно новичков отправляют в отделы новостей — отслеживать в потоке информации «интересные трупы и ограбления». Поэтому просьба съездить на интервью в какую-то там косметологическую клинику была воспринята… да, собственно, никак не была воспринята: редактор сказал «надо» — значит, больше вопросов нет. Хотя тема будущего разговора, как я смутно догадывалась, была явно не так увлекательна, как изучение криминальных сводок.

Что я тогда знала о косметологии — вчерашняя школьница, приехавшая в столицу нашей родины из далекого провинциального городка? Да, собственно говоря, ничего. Кроме того, что эффектные тени для век можно сделать, если добавить в вазелин серебрянки, а сногсшибательный лак для ногтей может получиться, если всю ночь строгать в обычный жидкий клей мелко порезанный елочный «дождик». О существовании кремов для разных типов кожи и — тем паче — разделении их на ночные и дневные я по своей наивности даже не догадывалась.

Беседа с директором Клиники косметологии и пластической хирургии произвела на меня неизгладимое впечатление. Юркий, как обезьянка, с большими руками и подвижным лицом, сплошь испещренным глубокими морщинами, он даже не дал мне возможности задать ни одного вопроса (наверное, это и к лучшему. Думаю, я повергла бы его в большее оцепенение своим полным невежеством). Зато все, что рассказывал мне он!.. Это звучало так, будто я попала на другую планету. Вдруг оказалось, что совсем рядом со мной течет другая жизнь. Женщины в этой другой реальности постоянно заняты тем, что делают себе маски и чистки, пилинги и лифтинги. По какой-то странной прихоти они никогда не умываются мылом, а спят — вы только представьте! — только на спине. Последняя причуда заставила меня подать наконец-то голос: а почему, к примеру, не калачиком?

— Да потому, что если вы будете спать лицом в подушку (я виновато зарделась — и откуда он это знает?), то уже лет через десять, милочка, вы станете такой же морщинистой, как я.

Я еще раз глянула на его лицо, представила себя с таким набором ужасающих складок и сборок и чуть не упала в обморок.

— Но я мужчина, — тут же продолжил директор. — А вас с таким лицом замуж ни один дурак не возьмет.

Перед уходом он задал последний вопрос, который добил меня окончательно:

— Кстати, как часто вы бинтуетесь?

Это было выше моих сил — и что он, скажите на милость, имеет в виду? К какой области знаний относится сей пассаж? Пришлось собрать всю волю в кулак и что-то многозначительно промычать, хотя скрывать свои эмоции уже не было никакой возможности.

— Надеюсь, не реже, чем раз в сутки? — не унимался дотошный косметолог. — Некоторые женщины почему-то пренебрегают этим способом сохранения красоты (Ну слава богу, я не одна такая! Кто-то тоже не знает всех тех премудростей, о которых он пел мне два часа кряду!), но я вам настоятельно советую. Итак, два раза в день — утром и вечером — заматываете лицо эластичным бинтом и ходите так не меньше часа. Таким образом вы поддерживаете кожу от провисания.

С этим напутствием я и покинула кабинет странного доктора. То, что он был не совсем в себе, я поняла позже, когда стала отличать дневной крем от ночного и регулярно посещать косметолога. Потому как половина из его советов до сих пор кажутся мне параноидальными. Но все-таки кое-что из его двухчасовой лекции так крепко запало мне в душу, что напрочь изменило мои привычки. Нет, бинтоваться два раза в день я не начала — это уж слишком. А вот спать, уткнувшись лицом в подушку, разучилась. И теперь засыпаю и просыпаюсь, раскинувшись на спине. Что там говорят по этому поводу психологи?


Белое не надевать


Психологи считают. «Достаточно посмотреть на то, какие цвета в одежде предпочитает дама, чтобы вычислить ее характер. Так, белое предпочитают немного наивные, но открытые девушки, на таких можно положиться и знать, что они никогда не предадут. Любительницы желтого — штучки опасные, они независимы, свободолюбивы, но оптимистичны — до последнего верят в то, что у них-то все будет хорошо. В красном отлично себя чувствуют натуры решительные, ответственные и очень целеустремленные, а вот зеленый предпочитают девушки консервативные и в то же время тщеславные».

Жизнь опровергает. Я шла по следу, как гончая. Следующий поворот налево, еще один квартал вперед и там, кажется, еще раз повернуть. Когда вчера мы ехали из аэропорта через Рим, я чуть не выпрыгнула из автобуса, увидев занавешенные витрины одного дорогого бутика. Потому что каждая приличная девушка знает: когда в Италии вот так декорируют витрины, это значит, что магазин совсем скоро прекратит свое существование и поэтому в спешном порядке проводит ЛИКВИДАЦИЮ всех товаров. И только в этот прекрасный момент вещь твоей мечты, да еще дизайнерская, превращается из несбыточной мечты во вполне доступную реальность. Господи, ну почему же противная тетка-руководительница группы так и не остановила вчера автобус?

Нет, свернула не туда. Бегу уже минут пятнадцать, а магазина все нет и нет. «Скузи, сеньора…». Нет, она не знает. «Бон джорно, сеньорита…». Черт, и эта тоже не в курсе. Ну что за дамочки здесь ходят, если не подозревают о ТОТАЛЬНОЙ распродаже целого магазина.

Счастье таилось за поворотом, когда передо мной вырос он — скромный и невзрачный (с занавешенными-то витринами!) — бутик. Возбужденная толпа таких же сумасшедших, как и я, любителей полухалявного шопинга не оставляла поводов для сомнений: всего одна минута и — ну быстрей же, быстрей внутрь!

…Их я увидела сразу. На третьей полке снизу, прямо по курсу (если смотреть от входа) стояли сапожки моей мечты. Сегодня вы не поймете моей радости, но в тот момент эти сапожки казались мне воплощением всего самого радужного, что только было в моей жизни. Остроносые, благородного черного цвета, чуть скошенный каблук и крохотный лейбл на голенище — кто знает, тот поймет. Но главное их достоинство значилось на табличке. Цена! О! Это была та цена, которой можно похвастаться перед близкой подругой, но которую я никогда не выдам посторонним даже под страхом смертной казни. Потому что таких цен на такую обувь не существует. Я прижала пару к груди и попросила продавщицу принести мой размер.

Минут через десять милая девушка с извиняющейся улыбкой поставила передо мной коробку: «Вы знаете, 41-ого размера остались только такого цвета». Она еще раз мило улыбнулась и как-то очень быстро улетучилась в недрах зала. Я открыла коробку — там аккуратно лежали сапоги моей мечты. Но — ярко-фиолетового цвета.

Что там говорят умные психологи о влиянии цвета на психику? Что фиолетовый носят только экзальтированные дамочки среднего (а иногда и того побольше) возраста с комплексом неполноценности? Да ради сапог от именитого дизайнера, которые стоили дешевле китайской подделки с Черкизовского рынка, я готова пожертвовать даже своей репутацией. «Беру!» — не думая ни минуты, закричала я на весь зал.

Так мой гардероб постепенно окрасился в сиренево-лиловые тона — надо же было как-то поддерживать свою удачную покупку. Причем легкий воздушный шарфик в тон сапогам стоил ровно в три раза дороже их самих — и не надо напоминать мне, что женщины по своей сути нелогичны.

Потом у меня начался «красный период» (а все из-за ярко-красных ботинок, купленных на распродаже в Париже), «белый» (после сапог из Лондона, которые достались мне за треть цены) и даже целая «желтая полоса» — благодаря оставшимся в единственном экземпляре очкам из прошлогодней коллекции (их продавали с уценкой в 90 процентов).

Какое-то время я боялась признаться в своей тайной страсти покупать вещь только из-за того, что сегодня она стоит в десять раз меньше, чем вчера — пусть даже ей суждено надолго осесть в шкафу из-за полного цветового несоответствия с другими нарядами. Когда меня спрашивали, с чего это вдруг в моем гардеробе появились брюки канареечного цвета, я лишь мило улыбалась: «Так захотелось в сумрачной Москве чего-то летнего и праздничного» (Ну не было на той распродаже других цветов, что же я могу поделать с итальянской промышленностью? Даже эти — и то пришлось снимать с манекена на витрине). А когда слушала своих приятельниц («Наконец-то откопала новую обувку от Jimmy Choo — как раз того цвета, который я искала последние несколько недель; хоть стоили босоножки целое состояние, пришлось выложить — когда я еще встречу такой колор»), то чувствовала свою ущербность. Пока — буквально на днях — не разговорилась с женой одного известного режиссера. Моя визави, у которой помощница по хозяйству получает больше моей начальницы, считается эталоном изысканного вкуса, ее наряды явно стоят целое состояние. Так вот, эта очень гламурная и явно не бедная барышня с упоением в голосе рассказывала о последней вылазке в Милан. «Вы представляете, в этом магазине продают вещи с сейла, на которые действует дополнительная скидка в 70 процентов. Я вышла оттуда с целой горой костюмов зеленого и желтого цветов. Муж, конечно, очень удивился — я вообще-то сторонница спокойных демократичных тонов. Но именно на вещи такой цветовой гаммы почему-то действовала дополнительная скидка. И тогда я подумала: а почему бы наконец не попробовать что-то поярче серого?»

Я пришла домой и торжественно вытащила из гардероба последнюю безумную покупку — блузку оранжевого цвета. Так с чем же мне ее надеть завтра на работу?