Архив

Три икса

Хэлли Берри: «В третьей части „Людей Х“ мне дали власть»

Всех мутантов, населяющих Землю, теперь можно вылечить благодаря новому чудо-лекарству. Обладателям сверхспособностей осталось только решить, нужно ли им это. Так вкратце можно пересказать сюжет финальной части трилогии «Люди Икс: Последняя битва». Однако за этой нехитрой интригой большой труд режиссера, постановщиков трюков и актеров. «МК-Бульвар» изучил амуницию и возможности героев-мутантов, а также побеседовал с одной из главных героинь фильма Хэлли Берри о ее жизни на съемочной площадке и за ее пределами.

5 июня 2006 04:00
862
0

Всех мутантов, населяющих Землю, теперь можно вылечить благодаря новому чудо-лекарству. Обладателям сверхспособностей осталось только решить, нужно ли им это. Так вкратце можно пересказать сюжет финальной части трилогии «Люди Икс: Последняя битва». Однако за этой нехитрой интригой большой труд режиссера, постановщиков трюков и актеров. «МК-Бульвар» изучил амуницию и возможности героев-мутантов, а также побеседовал с одной из главных героинь фильма Хэлли Берри о ее жизни на съемочной площадке и за ее пределами.

— Хэлли, ходили слухи, что вы отказывались сниматься в третьей части «Людей Икс», если вашей героине не дадут больше власти. Это правда?

— В общем, да. В первых двух частях моя героиня — Шторм — принимает очень посредственное участие в ключевых моментах фильма. И это возмущало не только меня, но и поклонников комиксов. Ко мне то и дело подходили люди и спрашивали: «Хэлли, почему Шторм не летает?» или «Почему ты так мало дерешься?» Все мои попытки уговорить Брайана Сингера (режиссер первых двух фильмов. — «МКБ») не давали никакого результата. «Ну пожалуйста, можно Шторм скажет что-нибудь умное или важное, а не просто тупо спросит: «Где самолет?» — канючила я. Но в ответ всегда: «Мы подумаем, посмотрим» и так далее. А Бретт Ратнер (режиссер «Люди Икс−3», «Час пик». — «МКБ») сразу пошел мне навстречу и дал Шторм не только голос, но и власть.

— То есть вы легко нашли общий язык с режиссером.

— C ним трудно не найти общий язык. Бретт — пятилетний ребенок в теле взрослого мужчины. Он постоянно шутит. Как-то съемки затянулись, было уже три часа ночи, мы все ужасно устали, и тут Бретт входит в костюме Росомахи: с лезвиями на руках, в парике, с бакенбардами. Мы все развеселились, забыли, сколько времени, и легко продолжили работать.

— Хью Джекман пошутил, что у него в контракте прописано через раз сниматься с Хэлли Берри: вы с ним вместе сыграли уже в четырех фильмах…

— Я люблю Хью. Правда. И если это последний фильм о людях Икс, я надеюсь, мы найдем с ним еще какой-нибудь сценарий, чтобы сняться вместе. У нас прекрасные отношения на съемочной площадке. К тому же я очень уважаю его как человека, как мужа и отца. Он отличный парень.

— Вскоре и вы станете матерью. Вы же недавно сказали, что собираетесь заводить детей.

— Как же смешно всегда такое слышать. Скажешь что-то, а через неделю твои слова обрастают кучей подробностей, как снежный ком. Но, конечно, я хочу ребенка. Вы знаете, я уже в том возрасте, когда у меня повышенная потребность стать матерью (в августе Хэлли исполнится 40 лет. — «МКБ»). У меня обостренное чувство материнства появилось лет в тридцать. Я мечтала о семье, но не сложилось. Да, у меня прекрасная любимая работа, которая доставляет мне счастье. Но я давно уже хочу чего-то большего. Я хочу детей. Надеюсь, они появятся в моей жизни довольно скоро.

— А вы смогли бы усыновить ребенка?

— Конечно, у моей сестры двое приемных детей.

— Это был бы малыш из другой страны, как сейчас принято у многих голливудских звезд?

— Не думаю. Мне кажется, если я решусь на усыновление, то возьму американского ребенка. Тут тоже много брошенных детей, которым нужны дом, забота, человеческое тепло.

— А кто будет счастливым отцом?

— Я предпочитаю не говорить об этом.

— Хэлли, вас неоднократно называли «самой красивой», «самой стильной», «самой сексуальной». Тяжело жить с такими титулами?

— Да. Потому что папарацци все время пытаются подловить тебя на обратном. Они следят, когда идешь от врача, они преследуют тебя на пляже, они выворачивают наизнанку твой пакет с мусором… Они пишут: «У нее ужасное платье», «У нее кошмарная прическа», «У нее целлюлит»… Все это очень неприятно, иногда хочется вовсе не выходить из дома, а порой вообще приходят мысли бросить это все.

— Но, глядя на вас, не скажешь, что это получится легко. Вы все-таки одна из ведущих голливудских актрис.

— Да, но знаете, когда я только начинала свою карьеру, мне было очень сложно найти хоть какую-то значительную роль. Отношение к цветным актрисам было неоднозначное. Я прихожу на кастинг, а мне говорят: «Спасибо, нам не нужна черная героиня». Я: «Ну почему? Я в том возрасте, который вам нужен. Я смогу сыграть эту роль. В чем дело?» А мне: «Наша героиня замужем за белым парнем. Если мы возьмем вас, эта семья будет выглядеть смешно». — «Но мы же в Америке, — говорю я. — Тут очень много таких семей». И, вы не поверите, я сталкиваюсь с подобным отношением до сих пор.

— Какой бы совет вы дали актрисам с другим цветом кожи или другой национальности?

— Просто любить свою работу. Иначе ничего не получится. Кинобизнес жесток. Но и на любой другой работе можно столкнуться с непониманием, критикой и даже презрением. Но нужно либо превозмогать это, либо искать себя в другой сфере.

— Кстати, о критике. Когда вы за фильм «Женщина-кошка» получили «Золотую малину» (анти-«Оскар», выдаваемый за самые провальные фильмы года. — «МКБ»)…

— …ни разу не расстроилась. Наоборот, это было весело. Я не стыжусь этой роли, мне она нравится. Я знала, что получу приз как худшая актриса года. Но у меня было ощущение, что именно я — а не критики, назвавшие меня плохой, — проучила их: не побоялась, пришла на церемонию и с гордостью получила эту «награду». И в конце концов не бывает же абсолютно плохих и абсолютно хороших актеров.

— У вас много кинонаград. Какая из них вам больше всего дорога?

— Конечно, «Оскар». Не много цветных актеров получили эту премию, и мне очень важно, что я стала одной из них. Мне было приятно узнать, что после церемонии много простых людей — чернокожих, азиатов, мексиканцев, индейцев, представителей других рас — сказали себе: «Я тоже могу чего-то добиться». Я отношусь к этому не так: «Вот Хэлли, молодец, ты получила «Оскар», а так, что моя награда помогла кому-то изменить жизнь.

— А какой у вас любимый фильм с собственным участием?

— Каждый раз, когда я вижу себя на экране, я думаю: «Господи, да выключите же это безобразие!» Я не могу на себя смотреть, поэтому не знаю, какой у меня фильм любимый. Все свои картины я смотрю один раз: на премьере. А потом больше никогда не пересматриваю.


ОНИ БЫЛИ МУТАНТАМИ

Росомаха (Хью Джекман)

Перед съемками всех трех частей «Людей Икс» Хью Джекману пришлось пройти специальную физическую подготовку. Для первого фильма актер учился обращаться со своими металлическими когтями, чтобы они выглядели его естественной частью тела, и чтобы Хью не поранился сам во время съемок. Для второго — набирал вес и мышечную массу. В общей сложности Джекман поправился на 10 кг. В третьей части Росомаха сражается гораздо жестче, чем в первых двух, и потому все тренировки надо было начинать заново под руководством известного постановщика трюков Саймона Крейна («Мистер и миссис Смит», «Терминатор−3»).

«Самым запоминающимся моментом съемок третьего фильма был мой полет через лес на скорости 125 км/ч, — говорит Джекман. — Это было страшно, но интересно. И никакой компьютерной графики.

Костюм Росомахи шился из толстой кожи и хлорвинила. Всего в съемках каждой части «участвовало» минимум десяток костюмов. Когтей же было свыше семисот в каждом из трех фильмов. Изготавливали их из разных материалов: пластика, дерева и металла.



Циклоп (Джеймс Марсден)

Циклоп — негласный лидер людей Икс и потому один из ключевых героев первых двух фильмов — в третьей части играет менее важную роль. Все дело в том, что параллельно с «Людьми Икс−3» Джеймс снимался в фильме «Супермен возвращается», который выйдет в этом году чуть позже.

Очки Циклопа, которые скрывают его глаза, стреляющие огнем, на самом деле самые обычные. Это солнечные очки фирмы Oakley из серии X-Metals. Их средняя стоимость — 300 долларов.



Мистик (Ребекка Ромин)

Мистик — одна из самых необычных мутантов. Ее сила заключается в том, что она может превращаться в кого угодно. Грим Мистик гораздо сложнее, чем у других героев. Чтобы превратить Ребекку в синюю чешуйчатую красотку, гримеры ежедневно тратили по пять часов.

Во время съемок первой части актриса носила специальные контактные линзы. Но, по словам Ромин, они были жутко неудобными, к тому же она почти ничего не видела. Поэтому в двух следующих фильмах желтые глаза Мистик делали с помощью компьютерной графики.



Ангел (Бен Фостер)

В последней части трилогии появится несколько новых мутантов. Прежде всего это Темный Феникс, в которого переродилась воскрешенная Джин Грей (одна из людей Икс). А также Зверь и Ангел — одни из ключевых и очень любимых фанатами героев комикса.

С помощью героя Бена Фостера создатели картины показывают одну из главных идей фильма: все мутанты страдают от своей силы и хотят быть как все, хотят, чтобы их любили.

Актер очень проникся этой мыслью во время съемок и подошел к работе со всей ответственностью. Размах крыльев Ангела составляет пять метров, и вся конструкция с перьями была очень тяжелой. Но Фостер не жаловался: он занялся спортом, подкачался и в итоге с легкостью «летал» по съемочной площадке.