Архив

Мама Мило

Невзирая на многочисленные сплетни, Лив Тайлер не собирается «уходить на пенсию». В интервью Ксении Соловьевой актриса рассказала о фильме, в котором снимается впервые после рождения сына Мило, о том, как мучительно теряла одиннадцать килограммов, и о своем отношении к пластической хирургии.

1 августа 2006 04:00
1247
0

Невзирая на многочисленные сплетни, Лив ТАЙЛЕР не собирается «уходить на пенсию». В интервью Ксении СОЛОВЬЕВОЙ актриса рассказала о фильме, в котором снимается впервые после рождения сына Мило, о том, как мучительно теряла одиннадцать килограммов, и о своем отношении к пластической хирургии.

«О, какая чудесная штучка! Где вы ее купили?» Я почти готова поверить комплименту, который Лив Тайлер адресовала моим бусам, и рассказать ей про крошечный магазинчик в Каннах, если бы не одно «но». Два часа назад, готовясь к интервью, я наткнулась на те же самые слова Лив, только в адрес платья журналистки из английского «Космо». Что ж, пусть это будет одна из домашних заготовок, которым звезд учат их агенты. Ничто не может испортить впечатления о девушке, которую в прессе давно уже величают не иначе как ангел, эльф, принцесса и олененок.

Она сидит рядом со мной на диване, поджав ноги, невероятно красивая, одетая в черное трикотажное платье и абсолютно босая. Замшевые туфли на десятисантиметровом каблуке стоят рядом, в то время как их хозяйка отдыхает от своего высокого статуса. Кстати, Лив нередко признается, что неуютно чувствует себя на каблуках: «Я становлюсь какой-то жердью», и все равно упрямо продолжает надевать их на официальные мероприятия.

Она впервые в Москве и сразу по делу: представляет новую рассыпчатую пудру от Givenchy — марки, чьим лицом служит те два года, что отдыхает от Голливуда. (И солидные доходы от рекламы которой позволяют не грустить о Голливуде. По крайней мере до тех пор, пока актрису не найдет Ее сценарий.)

«Я знакома со многими девушками, которые, родив ребенка, уже знали, что через три месяца должны сниматься. Все эти бесконечные диеты, многочасовые упражнения ради того, чтобы поскорее вернуться в форму… Не подумайте, что я их осуждаю. Просто это не для меня. Я с самого начала твердо решила, что как минимум год проведу с семьей. Я ничего не форсировала».

Это время она называет самым чудесным периодом в своей жизни. Они с мужем, музыкантом Ройстоном Лэнгдоном, почти не расстаются: гуляют по Нью-Йорку, заходят в музеи, галереи и магазины, встречаются с друзьями. Ройстон, кстати, тоже переживает переходный период: он ушел из группы Spacehog и теперь создает новую — вместе со своими двумя братьями. Но главный в жизни супругов, конечно, Мило — очаровательный мальчуган восемнадцати месяцев от роду. Вы бы видели, каким светлым становится взгляд Лив, когда она рассказывает о «своем маленьком коала». О том, какой он храбрый и активный, как отлично ладит с детьми постарше и как уютно чувствует себя в любой компании, особенно если там можно слегка похулиганить.

Сама Лив родилась в не совсем обычной семье. Не каждый ребенок в девять лет узнает, что его отец — вовсе не тот дядя, который играет с ним в игрушки и помогает делать уроки, а известный рок-музыкант. И не каждый ребенок приходит от подобного открытия в восторг, берет новую фамилию, а потом, став взрослым, дружит с обоими папами сразу и меняется с ними джинсами. Так вот, актриса, воспитанная мамой — моделью «Плейбоя», теткой, бабушкой и всей артистической тусовкой, оказалась на редкость old-fashioned во всем, что касается брака. Ей нравятся семейные ценности, нравится ездить в Лидс — провинциальный английский городок — к родителям Ройстона, нравится, что Лэнгдоны навещают ее родителей в Америке (самое удивительное, два семейства неплохо ладят, хотя происходят из двух разных миров).

После «Властелина колец», съемки и рекламная кампания которого растянулись на четыре года, Лив была по-настоящему вымотана. Она устала все время говорить о себе. Она хотела жить жизнью обычного человека. И передышка в виде Мило (кстати, беременность Лив не планировала) пришлась очень кстати.

Но теперь, кажется, пора. Два месяца назад Лив наконец-то вернулась на съемочную площадку. Фильм Empty City, который должен выйти на экраны к Рождеству, имеет сюжет совсем не сказочный. Он — о взорванном самолете и об искалеченных судьбах. «После терактов 11 сентября так много говорили о том, что творилось на борту роковых лайнеров и внутри башен-близнецов. Но ничего не было сказано о родственниках тех, кто погиб. О людях, которые каждый день живут один на один со своим горем. У главного героя фильма — его играет Адам Сэндлер — в катастрофе погибли жена и три дочери. В столь стрессовой для себя ситуации он просто отвергает то, что было раньше, пытается забыть о существовании своих близких, замыкается в иллюзорном маленьком мирке — как ребенок». Лив заметно грустнеет, ее взгляд будто переносится куда-то далеко от всех этих интервью и светских расшаркиваний. Но уже через минуту она вновь полна энтузиазма: «Знаете, когда после перерыва я возвратилась к съемкам, то почувствовала себя совершенно иначе, чем прежде. Мой ум теперь более ясный и более сфокусированный на работе. Я каждую минуту благодарю режиссера и всю команду за то, что я здесь. Тем более что я могу не волноваться за сына. Слава Богу, мой муж — удивительно заботливый отец и полностью взял заботу о Мило на себя. Это было необычно: я ухожу на работу, будто бы в какой-нибудь офис, потом возвращаюсь домой, и все в порядке. Я почувствовала ту степень свободы, которой никогда не знала прежде. Раньше я все время волновалась, металась, а теперь все встало на свои места, многие мои личные мечты сбылись, и я как никогда открыта работе».


Лив Тайлер — о секретах своей красоты


В одном из интервью вы обмолвились, что хотели бы открыть СПА…

Лив Тайлер: «Это так странно! Я всего лишь заикнулась о том, что было бы интересно открыть СПА где-нибудь в глубинке, но тут же оговорилась, что вряд ли это возможно. Вторую часть предложения никто не услышал, и все тут же кинулись меня спрашивать, не собираюсь ли я „на пенсию“. Не собираюсь. Просто я люблю фантазировать на тему, чем бы еще я могла заняться помимо кино. Актерская профессия — сплошной стресс. У тебя никогда нет уверенности, где будут проходить съемки и сколько они продлятся. Ты постоянно в разъездах. Так вот, две вещи, которые мне безусловно симпатичны помимо кино, — это макияж и уход за кожей. Я все время даю друзьям советы. Постоянно покупаю какие-то новые баночки с кремами, причем часто даже не использую их до конца. Я — исследователь».

Но если представить, что вы все-таки решились открыть СПА, каким бы оно было?

Л. Т.: «Большинство СПА предлагают уход за лицом и массажи. Мне же нравятся более традиционные вещи, вроде вашей русской бани. Когда есть очень горячая и очень холодная вода. Сауна, пар… Все эти старинные ритуалы такие приятные».

Есть ли у вас любимые салоны красоты?

Л. Т.: «На массаж я хожу в одно место, стричься — в другое. Мне бы хотелось, чтобы появилось заведение, которое устраивало бы меня по всем статьям».

Уверена, что пока вы не пробовали уколы красоты. Но если бы все-таки на них отважились, рассказали бы журналистам? Ну как Мадонна, например.

Л. Т.: «Мадонна рассказывает? И что она делает?»

Как минимум инъекции у доктора Себага.

Л. Т.: «Правда? Я о нем ничего не знаю. В принципе я открытый человек, из меня вышел бы никудышный хранитель государственной тайны… Но сегодня я чувствую себя немного растерянной в мире, где окружающие жаждут знать о тебе все! Чуть-чуть тайны никогда не повредит».

А как насчет пластической хирургии? Вы ее не исключаете?

Л. Т.: «Пока не знаю. Я очень боюсь крови, хирургов, скальпелей. Да я в больнице ни разу не была — кроме тех нескольких дней после рождения Мило. Возможно, если в моей внешности появится что-то, что будет меня страшно раздражать, я подумаю. Сами понимаете, моя профессия обязывает хорошо выглядеть перед камерой. Но сегодня я встречаю много женщин — красавиц от природы, которые внезапно начинают выглядеть так, будто хирург немного перестарался. Хотя… мне сложно представить себя на их месте. Кто знает, как я заговорю, когда мне будет шестьдесят пять и мой подбородок окажется где-то в районе груди».

Откройте тайну, как вы похудели после родов.

Л. Т.: «Не скрою: эти 25 фунтов дались мне очень тяжело. Назовите с ходу любую диету, и обязательно окажется, что она уже была в моем списке. Мне помогал известный тренер Дэвид Кирш. Он выпускает линию протеиновых напитков, витаминов и биодобавок. Правда, каждый раз, когда я во время кормления грудью пыталась сесть на диету или выпить что-то из препаратов Дэвида, Мило „бастовал“. Я попробовала несколько раз и в итоге сказала: „Хватит. Вот когда закончу кормить и мое тело снова станет моим, я примусь за работу“. В итоге после семи месяцев кормления мой комплекс поделился на две недели. В первую я ежедневно, а иногда и дважды в день занималась в зале с Дэвидом и сидела на диете (протеиновый шейк вместо завтрака и ужина и салат с кусочком курицы на обед). За одну неделю можно было сбросить пару килограммов, причем это была не вода, которая быстро возвращается, а жир. А всю вторую неделю я занималась боксом и прыжками еще c одним тренером и каталась на велосипеде по Нью-Йорку».

Какой макияж вы предпочитаете?

Л. Т.: «Легкий. Люблю, чтобы кожа была видна. Обычно я использую прозрачный тон, румяна, чуть-чуть помады (мне нравятся матовые оттенки). А тени — почти никогда. Разве что если мне предстоит вечерний выход. Яркие губы не люблю — они и так слишком пухлые от природы и выглядят уже накрашенными».

Вы когда-нибудь ложитесь спать, не смыв макияж?

Л. Т.: «Это было только один раз в жизни, в Париже. Друзья пригласили меня на день рождения, я выпила шампанского… В общем, когда я проснулась с утра, то ничего не помнила. А вообще-то я — образец дисциплины».

Как вы ухаживаете за кожей во время перелетов?

Л. Т.: «Стараюсь пить побольше воды. Еще я обязательно беру с собой в самолет пижаму, переодеваюсь и накладываю на лицо крем».

Наверное, вы летаете на частных самолетах?

Л. Т.: «Нет, совсем нет. На обычных. Все манипуляции с лицом я провожу, естественно, в туалете. А моя пижама — отнюдь не кружевная и сексуальная. Она очень уютная».

В кино вы все время играете красавиц. А не побоялись бы «испортить» себя ради дела?

Л. Т.: «Ну почему же? В фильме „Колесо фортуны“ Роберта Олтмена я играла такую грязную девушку с вечно слипшимися волосами. Мне даже пришлось коротко подстричься. Цель не в том, чтобы сказать себе: „Хочу, чтобы меня сделали ужасной“. Важно найти свою роль».

Вы следуете природным рецептам ухода за кожей?

Л. Т.: «Я люблю эфирные масла, с удовольствием пью травяные чаи. Правда, маски из фруктов сама не готовлю. Но один совет могу дать: смешайте в блендере авокадо и банан и нанесите смесь на волосы».

Есть ли у вас часть тела, которую вы считаете идеальной?

Л. Т.: «Нет, я все время чем-нибудь недовольна».

Какие духи вы любите?

Л. Т.: «Первые духи, о которых я услышала, были Chanel № 5 — ими пользовались мои мама и бабушка. Сейчас у меня большая коллекция ароматов, и я редко пользуюсь одним и тем же несколько дней подряд. С удовольствием душусь эфирными маслами. Когда устаю, спасает масло лаванды. И конечно, мои любимые духи — Very IrrОsistible Givenchy».

Кстати, как вам работается с Givenchy?

Л. Т.: «Удивительно приятно. Когда я забеременела, на горизонте не было ни одного проекта, где я могла бы сыграть. И в этом смысле работа с Givenchy стала самым прекрасным подарком. Я много путешествую и снимаюсь у лучших фотографов. Дубай, Париж, Лондон, Токио. Теперь вот Москва. Ну разве не здорово?»