Архив

Назад, в будущее

Группа ABBA распалась четверть века назад. С тех пор не прекращаются разговоры об их воссоединении. И они все-таки вернулись. Правда, в другом обличье: в 1999 году состоялась премьера мюзикла Mamma Mia!, составленного исключительно из песен легендарной группы. Сегодня спектакль ежедневно смотрят по двадцать тысяч зрителей. А теперь в эти стройные ряды влились и россияне: в октябре в Москве состоялась премьера мюзикла на русском языке. Накануне этого события Ольга САПРЫКИНА слетала в Стокгольм, чтобы встретиться с одним из авторов мюзикла — экс-солистом ABBA Бьорном УЛЬВЕУСОМ.

1 ноября 2006 03:00
1529
0

Группа ABBA распалась четверть века назад. С тех пор не прекращаются разговоры об их воссоединении. И они все-таки вернулись. Правда, в другом обличье: в 1999 году состоялась премьера мюзикла Mamma Mia!, составленного исключительно из песен легендарной группы. Сегодня спектакль ежедневно смотрят по двадцать тысяч зрителей. А теперь в эти стройные ряды влились и россияне: в октябре в Москве состоялась премьера мюзикла на русском языке. Накануне этого события Ольга САПРЫКИНА слетала в Стокгольм, чтобы встретиться с одним из авторов мюзикла — экс-солистом ABBA Бьорном УЛЬВЕУСОМ.

Mamma Mia, неужели это и есть тот самый Бьорн Ульвеус? Хорошо, что не зашибла плечом, когда мы пытались разойтись в узком коридоре. Не сказать, чтобы я такая уж рослая девица, но кумир миллионов оказался мне по плечо, не выше.

На встречу Бьорн Ульвеус явился во всеоружии. Наверное, так и должны выглядеть «поп-старз» на отдыхе. Тщательно начищенные ботинки странноватого фасона, но явно с «кутюрной» историей. Пиджак, сидящий на субтильном Бьорне как влитой…

Жаль, остальное рассмотреть не удается. На общение с кумиром выделено ровно семь минут. Если кто знает, как можно разговорить человека за семь минут, позвоните — поделитесь опытом. Причем учитывайте, что при «беседе по душам» в комнате, выделенной для интервью, находится еще человек десять — продюсеры, пресс-секретари, организаторы, люди, наблюдающие за тем, чтобы я не задала провокационных вопросов, а также люди, наблюдающие за этими наблюдающими…

Пока я тоскливо озираюсь по сторонам, пытаясь понять, стоило ли ради такого сомнительного «эксклюзива» срываться посреди рабочей недели в Стокгольм, Бьорн сам начинает беседу. И я бы сильно покривила душой, если б сказала, что сие начало вселило в меня оптимизм.

Бьорн Ульвеус: «Сразу же хочу предупредить: сегодня мне бы хотелось говорить исключительно о мюзикле. Думаю, вопросов о группе ABBA задавать не стоит, это уже неактуально, согласитесь. Тем более что на все эти вопросы вы и так, не сомневаюсь, знаете ответы. Так что если вы хотите спросить, собирается ли группа ABBA воссоединяться, я скажу вам: «Нет». Если вы хотите спросить, собираемся ли быть вместе с Агнетой Фальтског, я опять же вам отвечу: «Нет».

Ничего не скажешь — красиво срезал. Каково? Он что, заглядывал в мою бумажку с вопросами? Или журналисты с телевидения, которые успели влезть на интервью впереди меня, уже основательно «потоптали поляну»? И что прикажете делать в такой ситуации? Поклониться и с чувством испол ненного долга удалиться? Или?.. Ну конечно! Попытаться задать все те вопросы, которые он попросил не задавать. Для чего я, в конце концов, проделала расстояние в несколько сотен километров?

И все-таки первый вопрос — о воссоединении группы ABBA, простите уж за бестактность. Потому что, признаться, это в голове не укладывается: неужели вы действительно отказались от суммы в миллиард долларов за один концерт? Почему?

Б. У.: «Просто я не думаю, что понравлюсь людям, если буду петь. Скажут: ну вот, старый уставший человек, а все туда же. Так что и не просите: я не буду выступать ни за какие деньги».

Может, потому вы спокойно отказываетесь от такой сумасшедшей суммы, что лично для вас она не кажется сумасшедшей? Я вот читала одно ваше интервью, где вы говорили: мюзикл Mamma Mia! обогатил вас за эти несколько лет больше, чем ABBA — за все время своего существования…

Бьорн наконец смеется и сразу приобретает более человечный вид: «Ну-ка, ну-ка, где это вы такое прочитали? Мне даже интересно. Нет, поверьте, я ничего такого не говорил».

Говорил-говорил, лично читала то интервью. Ну и к тому же цифры, касаемые мюзикла, не особо скрываются продюсерами: вот даже в пресс-релизах, любезно выданных нам перед началом интервью, фигурируют весьма интересные суммы. Там, к примеру, черным по белому написано: кассовые сборы от проката мюзикла по всему миру — 1,6 миллиарда долларов. Не поверю, что Бьорн не отщипнул свой миллион-другой от этого пирога…

Понятно, что с Агнетой вы уже не будете вместе. Но вы хотя бы общаетесь? А то рассказывают всякие разные страшилки о ваших взаимоотношениях.

Б. У.: «Вопреки самым разным слухам у нас с бывшими коллегами хорошие отношения. А с Агнетой у нас все-таки двое общих детей…»

Выступать с ABBA вы не хотите, но песни-то свои старые хотя бы слушаете?

Б. У.: «Обязательно. У меня и в машине лежит несколько дисков, да и по радио нашу музыку постоянно передают. И я могу с гордостью сказать, что песни многолетней давности до сих пор не потеряли своей актуальности и свежести звучания».

А вот некоторым нужно «погорячее». Я имею в виду Мадонну, которая выдала хит Hung Up, основанный на сэмпле из вашей песни Gimme Gimme Gimme. Вы ведь принципиальный противник перепевок вещей ABBA. Почему на сей раз сдались?

Б. У.: «Во-первых, потому, что это — Мадонна. Во-вторых, тот вариант, который мне привезли от нее, понравился сразу, после первого прослушивания. А позже, когда я ставил этот вариант еще и еще, он мне нравился все больше. Что ни говори, а аранжировщики Мадонны поработали на славу. Поэтому — хотя я обычно не даю разрешения на подобные вещи — в этот раз сказал: „Да“. И не жалею об этом».

…В этот момент люди, находящиеся в комнате, вдруг начали всерьез волноваться. Я, конечно, не глазела поминутно на часы, но, судя по их встревоженным лицам, время короткого рандеву уже вышло. А я — вот ужас! — упорно не желаю задавать вопросы о мюзикле, для чего, собственно, меня и пригласили в Стокгольм.

Да и сам Бьорн, несколько оживившийся при вопросе о гонорарах (Money, money, money Must be funny), опять надел на лицо беспристрастную маску. Вообще мой визави — тот еще фрукт. Это я поняла, когда уже в Москве смотрела репортаж о поездке в шведскую столицу коллег с телевидения. Во время интервью для тех медиа, которые дают только текст, но не живую картинку (то есть для меня), напротив сидел пожилой дяденька, которому до смерти надоели и эти журналисты, и многочисленные вопросы, отличающиеся только тем, что их задают на разных языках разные люди из разных стран. Этот дяденька нисколько не скрывал, что встреча состоялась только потому, что так надо для бизнеса: пиар и все такое. И он даже не пытался сделать вид, что собеседник ему хоть чуточку интересен.

А вот на экране был совсем другой Бьорн. Видимо, при появлении телекамер Ульвеус трансформируется в своего антипода. А какая осанка (он даже будто стал выше и мощней)! А эта приветливая улыбка! Мамма миа, он даже подмигивает глазом, радушно глядя в камеру!

Господин Бьорн, вам никто не предлагал сняться в кино?

Б. У.: «О, если это будет в фильме Mamma Mia!, я почел бы это за счастье. Например, я бы с большим удовольствием сыграл человека, который выходит из-за угла и проходит мимо камеры. Особенно если меня попросит об этом Том Хэнкс, я ему не откажу».

Ну понятно, сейчас ответ на любой мой вопрос будет так или иначе касаться мюзикла. Законы жанра: Бьорну со товарищи надо спектакль раскручивать, а не откровенничать перед заезжей журналисткой.

Сейчас ваш мюзикл идет во многих странах мира. И везде — на разных языках. Вам смешно слушать, как звучат песни ABBA, к примеру, на китайском языке?

Б. У.: «Да, и еще на японском и корейском. Это очень странные языки, честно. Но русский — он совсем другой. Русский язык — он очень мелодичный. Мне кажется, наши песни на русском должны звучать очень красиво. Поэтому я собираюсь плотно работать с переводчиками. И вовсе не для того, чтобы проверять, правильно ли донесен текст слов до вашего зрителя. Мне важней как раз, чтобы звучало все красиво».

А к кастингу вы имели какое-то отношение?

Б. У.: «Вот это как раз для меня абсолютно не важно. Песни — вот что меня интересует! Поэтому я обязательно приеду на премьеру в Россию: мне интересно посмотреть, как люди будут подпевать моим песням на русском языке».

И вот на этой фразе все церемонии были закончены. Откуда- то сбоку то ли тот, кто наблюдал за моими вопросами, то ли наблюдающий за наблюдающим сделал характерный жест руками. Вокруг все засуетились, меня подхватили под руки, и — нет, еще один вопрос, всего один…

ЧТО НОВЕНЬКОГО?

Из почившей группы ABBA постоянно общаются между собой лишь мужчины — Бьорн Ульвеус и Бенни Андерссон. Впрочем, и со своими экс-женами они время от времени встречаются. Тем более что у одной из дочек Бьорна и Агнеты (это та, которая беленькая) есть еще дочка. То есть Бьорн и Агнета уже дед с бабкой. Да и Фрида — та, которая темненькая, — тоже уже бабушка. Она живет то в Швеции, то в Швейцарии, после развода с Бенни долгое время была замужем за немецким принцем Руццо Реус фон Плауэн, но несколько лет назад он умер от тяжелой болезни.

О ЧЕМ МЮЗИКЛ…

Mamma Mia! резко отличается от прочих мюзиклов, которые уже успели презентоваться в России. По крайней мере именно такое сложилось впечатление после просмотра варианта на шведском языке. Ведь как бывает обычно: герои все больше поют и танцуют и почти не говорят. Так вот, в Mamma Mia! они беспрестанно что-то обсуждают и обсуждают, обсуждают и обсуждают. И только потом, вдоволь наговорившись, начинают петь. Но ненадолго: после музыкального номера они опять вступают в диалоги.

Только после показа добрые люди объяснили, что сюжет заключался вот в чем: девушка, живущая вместе со своей мамой, решила выйти замуж. Однако перед этим серьезным событием она хочет узнать у родительницы, которая воспитывала ее в одиночку, кто же, собственно, отец. И вот тут-то начинается комедия: на момент зачатия у матери было сразу три близких друга. Всех их главная героиня и приглашает на свадьбу. В итоге замуж выходят обе: дочь и ее мама. Шведские зрители умирали со смеху.