Архив

Потерянный сын

До последнего времени считалось, что у многодетного отца Михаила ЕФРЕМОВА три ребенка: сын Николай от брака с Евгенией Добровольской, дочь Анна-Мария от Ксении Качалиной и маленькая Вера от последней супруги Софьи. И вот те на: как черт из табакерки вдруг появился еще один отпрыск. Вполне самостоятельный и самодостаточный. И тоже актер, между прочим. С тайным сыном Михаила ЕФРЕМОВА Никитой встретилась Ольга БРОДЗКА.

1 декабря 2006 03:00
1486
0

До последнего времени считалось, что у многодетного отца Михаила ЕФРЕМОВА три ребенка: сын Николай от брака с Евгенией Добровольской, дочь Анна-Мария от Ксении Качалиной и маленькая Вера от последней супруги Софьи. И вот те на: как черт из табакерки вдруг появился еще один отпрыск. Вполне самостоятельный и самодостаточный. И тоже актер, между прочим. С тайным сыном Михаила ЕФРЕМОВА Никитой встретилась Ольга БРОДЗКА.

В сей утренний час в кафе только двое: я и мой визави. Один из нас довольно заметно волнуется. И это явно не я.

Никита ЕФРЕМОВ: «Все-таки вам надо было предупредить, о чем интервью. Я бы тогда подготовился».

Обещаю: я не буду задавать вопросы из курса высшей математики.

Н. Е.: «Вот как раз с математикой проблем не было бы. Я ведь закончил школу с математическим уклоном».

Волнение Никиты Ефремова вполне понятно. Это ведь одно из первых его интервью. Наивный, он еще не подозревает, сколько журналистов бросится к нему с диктофонами наперевес, когда тот факт, что он — тайный сын Михаила Ефремова, станет известен широкой публике. Но пока он еще не по-актерски вежлив, готов к диалогу и старательно отвечает даже на глубоко личные вопросы. Правда, ответов на некоторые из них он, как выяснилось, просто не знает.

Отца твоего представлять не нужно. А кто твоя мама, чем она занимается?

Н. Е.: «Хорошая у меня мама. Добрая, ласковая. Она работает редактором в издательстве. Закончила филологический факультет МГУ».

Как они с отцом познакомились?

Н. Е.: «Тогда мама работала в литературной части „Современника“, там и встретились. Мама рассказывала, что отец очень красиво за ней ухаживал. Как-то в день своего рождения она открыла глаза и увидела, что вся комната уставлена цветами — самыми разными, от роз до полевых ромашек».

Они были женаты?

Н. Е.: «Вот об этом история умалчивает. Я тоже пытаюсь выяснить, мне тоже интересно. Но никто ничего не говорит. Видимо, табу».

…История на самом деле гласит, что когда-то, в далекой юности, Михаил Ефремов увел у своего друга детства Антона Табакова жену. Никаких подробностей того давнего конфликта ни Ефремов-младший, ни Табаков-младший все эти годы так и не выдали. Известно лишь, что девушку ту звали Асей. По одной версии, с Антоном она развелась из-за того, что забеременела от Михаила. По другой — тот брак уже распался, когда между Асей и Михаилом вдруг начались какие-то отношения. Словом, вопросы, вопросы, вопросы.

Скажи: твоя мама — это та самая девушка, которая когда-то была замужем за Антоном Табаковым?

Н. Е.: «Это тоже табу. Поверьте, я действительно пытаюсь найти ответы на эти вопросы. Я просто мечтаю узнать, что там у меня в прошлом, что было с мамой, с папой… Но когда мы с мамой беседуем, то получается так: вот она рассказывает мне про свое детство, потом про юность, где-то лет до двадцати пяти. А после этого — раз, и уже сразу я. И все, больше ни слова. Ну, значит, так надо».

Но родители твои, как я понимаю, вместе не жили. Ты в детстве задавал вопросы — почему?

Н. Е.: «Не помню, это надо у мамы спрашивать. Боюсь вам соврать».

Но ты знал, что вот тот дяденька в телевизоре — твой отец?

Н. Е.: «Ну нет, прямо такого, чтобы я его только по телевизору видел, не было. Мы, конечно, виделись, только очень редко. Я помню смутно какое-то общение: вот он приезжает на мой день рождения, еще какие-то встречи. Потом, когда я уже стал постарше, отец меня брал на съемки — я, например, вместе с ним ездил, когда он работал в картине Александра Митты „Граница. Таежный роман“. Мне кажется, отец до какого-то момента редко со мной встречался, потому что ему было просто неинтересно. Дело в том, что он привык общаться с умными людьми. Как только я стал более-менее здравомыслящим человеком, когда ему стало, надеюсь, со мной не скучно, наши встречи участились. Думаю, что не последнюю роль в этом сыграло то, что я стал проявлять интерес к актерской профессии».


ПРОДОЛЖАТЕЛЬ ДИНАСТИИ


Интерес стал проявлять не только Никита, но и профессия — к нему. Впервые Ефремов-младший (или все-таки самый младший? Или — старший среди младших?) появился на экранах пару лет назад — в вездесущем сериале «Моя прекрасная няня». Там он предстал в роли приятеля старшей дочери Максима Шаталина Маши. Потом был эпизод еще в одном сериале — под названием «Самая красивая». Но настоящим дебютом в профессии Никита считает молодежную комедию «Ненасытные», где у него одна из главных ролей. Правда, поначалу никто и не подумал, что мальчик-мажор, которого играет молодой актер со звучной фамилией Ефремов, имеет отношение к известной актерской династии.

Н. Е.: «Снимали два месяца в Ялте. Самое лучшее, что было на съемках этой картины, — атмосфера. Подобралась классная компания, человек пятьдесят, все почти одного возраста — от восемнадцати до тридцати пяти. Так что общались не кучками, как часто бывает, а одним большим целым».

Вот ты ездил вместе с отцом на съемки «Границы». Скажи, большая разница — смотреть на процесс со стороны и быть внутри этого процесса?

Н. Е.: «Ну конечно. Когда смотришь со стороны, то сразу думаешь: а я бы здесь вот так сделал, а здесь — вот эдак. Очень много советов роится в голове. А когда уже сам стоишь перед камерой, понимаешь, что не все так просто. Хорошо делать всегда сложнее. На самом деле я только сейчас начал понимать, что к чему, — после того, как стал учиться в Школе-студии МХАТ».

В Школу-студию МХАТ Никита поступал параллельно со съемками в «Ненасытных». С утра — экзамены, днем — перелет Москва-Симферополь, вечером — съемки в Ялте. Настоящая взрослая жизнь.

Н. Е.: «У меня за те два месяца было целых тридцать два перелета. Из Москвы в Симферополь, из Симферополя обратно в Москву. И, как мне кажется, такое несколько сумасшедшее существование на мой процесс поступления повлияло очень даже хорошо. Потому что мне не хватало времени бояться. Ведь большинство ребят, которые туда поступают, много сил отдают на то, чтобы убедить всех и каждого: я не боюсь, я не боюсь. А я в это время перелетал из одного города в другой».

А почему ты решил стать актером? Отцовские гены не давали покоя?

Н. Е.: «Дело в том, что школу я закончил экстерном и у меня был целый год свободный. Вот этот год все и определил. Я долго думал, чем мне интересно было бы заниматься, и решил идти в театральный».

Ты про математическую школу что-то говорил. С чего это вдруг мама-филолог и отец-актер решили отдать тебя именно туда?

Н. Е.: «Хорошая школа, к тому же рядом с домом — буквально несколько остановок на троллейбусе. Между прочим, все, кто там учится, стопроцентно поступают на мехмат в МГУ. Я математику всегда понимал, но она мне не очень нравилась. Конечно, многие в школе удивились, когда я сказал, что поступаю в театральный».

А родители? Родители удивились?

Н. Е.: «Думаю, нет. Папа, конечно, сказал: „Не надо тебе туда идти, сынок“. Но было понятно, что, сколько бы раз он ни говорил „не надо“, я все равно сделал бы так, как хочу. А мама сразу меня поддержала: „Что нравится, туда и поступай“. Она ведь понимает, что если ты профессионал, у тебя по-любому будет успех».

Почему отец был против?

Н. Е.: «Он, наверное, понимает все тяготы этой профессии».

Ну конечно, кто как не твой отец знает обо всех тяготах актерской профессии не понаслышке!

Н. Е.: «Понимаете, актер — человек очень зависимый. Это в школе, в институте мы можем делать все, что хотим. А потом у тебя появляется режиссер: как он сказал, так и будет. Решил он, что актеру сейчас нужно выйти на сцену и заплакать, — значит, надо выйти и заплакать. И как бы ты ни импровизировал, все равно существуешь в этом заданном рисунке. Плюс ко всему актер очень зависим от кучи деталей, даже от того, кто и как поставил свет. Актер — это всегда последняя деталь в процессе. Я вообще считаю, что можно делать спектакль без актера».

Смело, как минимум. А ты с отцом обсуждаешь профессиональные вопросы? Что бы он сказал, к примеру, о таком твоем взгляде на роль актера в творческом процессе?

Н. Е.: «С отцом я вообще редко разговариваю по поводу профессии. Если это происходит, то на таком уровне: привет — как дела — хорошо — я снялся там-то и там-то — ох, как здорово. Без погружения. А вот с мамой мы, конечно, все детально обсуждаем. К тому же я наконец — ко второму-то курсу — прочитал Станиславского, понял, насколько правильные вещи он говорил. Вот об этом мы с мамой долго беседуем».

А что, твоя мама тоже знает систему Станиславского?

Н. Е.: «Нет, но надо же кому-то излиться».


СИСТЕМА ЕФРЕМОВА


Помимо системы Станиславского Никита познает и испытывает на себе и систему Ефремова. Не столь известную, но тоже по-своему действенную. Если система Станиславского, согласно умным учебникам, «открывает путь к воспитанию подлинного художника-актера», то система Ефремова применяется исключительно в целях воспитания умных, серьезных и целеустремленных детишек. Из недавнего интервью Михаила Ефремова: «Я считаю, что лучшее воспитание — просто не знать своих детей. Понимаете, все дети у меня очень хорошие. Красивые душой и телом. Думаю, они такие потому, что я их не воспитывал».

Тебе не обидно, когда отец говорит подобное?

Н. Е.: «Лично я ничего такого не слышал, поэтому не буду ни осуждать, ни хвалить. Это его выбор».

Но он как-то тебя все-таки воспитывает? Никогда не говорит: а сейчас, сынок, я отвечу тебе на самые главные вопросы?

Н. Е.: «У нас нет определенных тем, на которые мы говорим. Или не говорим. Как разговор пойдет».

Вот недавно слышала я один такой разговор. Гулял тут как-то Миша Ефремов в некоем известном питейном заведении. Не один — как полагается, с честной компанией. Когда градус повысился до определенной точки, Михаил небрежно вытащил мобильный и громко всех предупредил: «Тихо, я с сыном буду разговаривать». Толпа, конечно, нисколько не приумолкла, но громкий воспитательный процесс по телефону услышали все: «Алло, сын? Тебе уже звонили? Так вот, я тебе расскажу: меня в молодости будешь играть. Предупреждаю: денег проси немерено. Кстати, ты со мной не выпьешь? Я сижу в баре». А закончив разговор, Ефремов так же громко признался: «Сын. Очень смешной, но очень серьезный».

Какие-то советы в профессии отец тебе дает? Вот, к примеру, когда посмотрел твой фильм «Ненасытные», что он тебе сказал?

Н. Е.: «Ну, что-то сказал. Не могу говорить, что именно. Это же замечание мне».

Но он критикует или хвалит?

Н. Е.: «Естественно, критикует. Но это критика конструктивная — ведь он мой отец, поэтому хочет, чтобы в следующий раз все было лучше».

Для тебя важна оценка отца?

Н. Е.: «Конечно, ведь он видит профессиональные составляющие. Вот мы с вами, к примеру, сейчас сидим в кафе, пьем кофе. Человек со стороны, который кофе готовить не умеет, просто скажет: плохой кофе. А тот, кто умеет, тут же все разложит по полочкам: надо было еще несколько минут доваривать, молоко добавлять не холодное, а разогретое, ну и так далее».

Говорят, что ты в кино попал благодаря отцу. Это правда?

Н. Е.: «Вот не знаю! Думаю, нет. Никто за меня ничего не говорил: вот, возьмите мальчика. Если я был нужен, звонили папе и просили телефон. Вот и все».

Но звонкая фамилия Ефремов помогает?

Н. Е.: «Фамилия тебе что-то дает в первые пятнадцать секунд — чтобы на тебя обратили внимание среди многомиллионного количества претендентов. А потом уже тебе самому надо что-то делать, чтобы эту фамилию оправдать».

В Школу-студию МХАТ наверняка ведь принимали, учитывая, что ты — внук самого Олега Ефремова?

Н. Е.: «Это надо у них спросить. Конечно, у меня никто не интересовался, кто я и откуда. Но, думаю, если во МХАТ поступает Никита Михайлович Ефремов — все и так понимают».

Зато честно! А то порой читаешь интервью отпрыска какого-нибудь известного актера, и он рассказывает тебе сказку: мол, на экзаменах меня считали лишь однофамильцем…

Н. Е.: «Не знаю, может, и про меня так думали. На самом деле собственно в Школе-студии меня только один человек спросил о моем родстве с Михаилом Ефремовым. Кстати, раньше мама мне говорила, чтобы я на подобные вопросы отвечал, что мой папа на самом деле инженер, а Михаилу Ефремову — всего лишь полный тезка. Но я подумал и решил по-своему: зачем что-то придумывать? Мой отец — Михаил Ефремов. Мой дед — Олег Ефремов. Почему я должен это от кого-то скрывать?»