Архив

Выйти замуж за капитана

«Новая российская система ПВО пятого поколения превзойдет по своим показателям С−400»

1 апреля 2002 04:00
543
0

От них никто этого не ожидал. Два месяца знакомства — и вдруг свадьба. Без прилюдного романа, с головокружительными сплетнями и слухами. Без заявлений-опровержений для прессы. Без шумного празднества и именитых гостей. Просто, тихо, без суеты. Жених — из Питера, капитан Ларин, в миру Алексей Нилов. Невеста — из Москвы, Магдалина из рок-оперы «Иисус Христос — суперзвезда», Слоник из «Зимней вишни», Долли из «Петербургских тайн» и просто Ирина Климова.
Мы встретились в Театре имени Моссовета перед спектаклем. День назад они вернулись из Египта. Оба загоревшие и веселые. Может быть, поэтому наш разговор получился с шутками и прибаутками? Ирина распевалась, Алексей заметно волновался. А по окончании нашей беседы взял у жены входной билетик и пошел смотреть на Ирину в зал.

 — Ребята, существует две версии вашего знакомства. По одной из них, вы впервые увидели друг друга на съемках очередной серии «Улиц разбитых фонарей». По другой — на каком-то из кинофестивалей. Какая из них верная?
Ирина.
 — Мы познакомились на съемках. Честно скажу, что до этого момента я ни одной серии «Ментов» не видела. Слышала, что есть такой сериал, что он очень популярный. И все. Правда, один раз я все-таки с ребятами сталкивалась в каком-то из московских клубов. У меня как раз тогда выходил первый альбом, а они представляли свой сериал. Помню, еще подумала: «Надо же, какие непрофессиональные артисты».
Алексей. — Мы были настолько профессиональны, что выглядели как непрофессионалы — высший пилотаж. (Смеется.) А Ирину я до съемок не видел. Хотя и смотрел «Зимнюю вишню», но так — невнимательно. В то время очень занят был, времени на телевизор не оставалось. Правда, если бы увидел Иринины клипы, то обязательно заприметил бы.
— Вы помните свои первые впечатления друг о друге?
И. — У меня они остались очень хорошие. Хотя я и приехала на съемки простуженная, с высокой температурой, напичканная лекарствами. В тот момент мне было уже все равно: что воля, что неволя. Мне сказали: «Артист хочет со мной познакомиться». — «Хорошо». Привела себя в порядок и в «медитативном» состоянии села ждать. Вошел молодой человек, а я и не поняла, кто это.
А. — Она думала, что я — это Хабенский.
И. — Да, почему-то решила, что Ларина должен именно он играть.
А. — Такой милый, лысый, очаровательный дядя. А вошло нечто такое… (Смеется.)
И. — Вошел Алеша. С цветами. Думаю: «Ничего себе, с букетом на деловую встречу». А оказалось, что это не мне.
А. — Обошлось. (Смеется.) Просто у нашей ассистентки по актерам был день рождения. И я шел ее поздравлять, заодно и познакомиться с актрисой.
— Понравилась новенькая?
 — Понравилась. Спокойная девушка. На москвичку не похожа. Без пальцовки. Внимательная, медленная такая. Питерская, в общем.
— Как у вас роман развивался?
А.
 — Не бурно. Очень серьезно, по-взрослому. Для начала поговорили часов «дцать».
И. — Все очень быстро произошло. Мы как-то сразу стали разговаривать. После первой же съемки пошли посидеть, кофе-чай. И как-то так взяли и рассказали друг другу всю свою жизнь, неожиданно для самих себя. Только потом сообразили, что видимся чуть ли не впервые, а узнали практически все секреты друг о друге. Это, наверное, сыграло свою положительную роль. Где-то в голове засело: «с этим человеком приятно общаться». В общем, разговаривали, разговаривали…
А. — И вдруг поняли, что мы, оказывается, такие близкие люди.
И. — Ну, что прикажете делать? (Смеется.)
— Кто из вас первым в любви признался?
А.
(После долгих раздумий.) — Наверное, я. Возьму на себя такую ответственность.
И. — Вначале Алеша пробовал почву. Сказал так, между прочим. Потом видит, что никто не дерется, матом не ругается, никого никуда не посылает. Попробовал сказать еще раз, понастойчивее… В общем, не заметили, как вместе оказались.
А. — Я думаю, что это было взаимно. Поэтому сложно сказать, кто был первым, вторым, последним.
— Ваше чувство можно назвать любовью с первого взгляда?
И.
 — Думаю, нет. Просто в ходе общения родилась какая-то симпатия…
А. — Так значит, я тебе симпатичен? (Смеется.)
— Вот так все и выясняется. Вы познакомились в ноябре, а в конце января расписались. С чего это вдруг сразу в загс пошли?
А.
 — Ничего себе «сразу» — два месяца прошло.
И. — У нас ситуация ведь необычная. Он из Питера, я из Москвы. И когда мы впервые разъехались, то поняли, что нам очень трудно находиться в разных городах.
А. — Жутко скучали.
И. — Часами по телефону разговаривали. Потом Алеша ко мне приехал. Потом я к нему… Как-то так ездили, ездили… Да и чему, собственно говоря, эта роспись мешает?
А. — На самом деле никаких безумств не было. Все происходило душевно, как само собой разумеющееся. Мы не садились и не решали: «А не броситься ли нам в брак?», «Не отважиться ли на этот шаг?». Все сердечно и взаимно.
— Вы в Санкт-Петербурге расписывались?
А.
 — Да. Во Дворце бракосочетаний № 1. Мы выбрали себе конкретный день, время. Где-то за неделю я приехал в Питер (я тогда был у Иры в Москве). Пришел к директору Дворца бракосочетаний и сказал: «Татьяна Андреевна, вы должны пойти нам навстречу. Я уезжаю, Ира уезжает и т. д.» И она нас поняла. Дворец начинает работать с двенадцати. Мы пришли к половине одиннадцатого, как и договаривались. Были директриса, женщина, которая нас расписывала, еще две, которые все оформляют, фотограф и нас двое.
— Музыка была?
 — Нет, она сломалась. Мы просили Мендельсона на вход, а потом гимн города. Но поскольку звуковик приходил к двенадцати, они сами что-то попытались включить — не вышло… Мы даже репетировали. Нам объясняли: «Как только дверь откроется, вас позовут. Вы должны войти и встать на середину ковра, по рисунку определите. Поняли?». — «Поняли». — «Давайте попробуем: Пошли!». В общем, сами для себя разыграли спектакль, в хорошем смысле этого слова. Все как-то искренне за нас радовались. Женщина душевно так этот ученый-переученый текст произносила, так улыбалась. После росписи работники дворца устроили небольшой фуршетик. Попили шампанского, поболтали немного. Уже потом, из номера новобрачных, позвонили родителям. Они знали, что я был в загсе, но думали, что мы только собираемся заявление подавать. А мы им позвонили и сказали, что все уже случилось и что мы счастливы. Потом уехали на два дня за город. В общем, все очень по-домашнему получилось.
— Как друзья и родные воспринимали ваш роман, регистрацию? Все-таки у вас, Алексей, это пятая попытка создать семью. У Ирины — вторая.
 — Честно скажу, что мне была удивительна и приятна реакция окружающих. Родители как-то спокойно и даже умиротворенно сказали: «Наконец-то! Слава Богу!». Они сами еще толком ничего не поняли, а уже одобрили.
И. — Для меня это тоже было странным. Потому что все реагировали на новость очень хорошо.
А. — С удивлением, но положительно.
И. — Все ведь понимали, что мы мало знакомы. И, по идее, должны были проявлять естественную в этой ситуации тревогу. Но ничего подобного не было. Мои родители обрадовались, и Алешины тоже.
А. — Честно говоря, я готовился к нападкам, каким-то нравоучениям. А к нам никто не лез, даже не пытался. Может быть, потому что мы не старались сделать каких-то заявлений — думайте что хотите и все. «Хорошо» — очень приятно, большое спасибо. «Плохо» — ваше дело.
И. — Вообще вся эта история какая-то загадочная получилась. Столько всяких знаков было. Казалось, будто все специально подготовлено. Все само собой шло, помимо нас, а мы даже сообразить не успевали. Хотя бы взять те же съемки. Я первая московская актриса, которую пригласили в этот сериал. С какой стати они решили работать с москвичами? Для них это дорого и не очень удобно… Много знаков было, и все на нас работали. Чего бы мы ни захотели, исполнялось и т. д… На самом деле нам еще долго знакомиться. Мы понимаем, что четыре месяца — небольшой срок, и мы недостаточно хорошо знаем друг друга. Но у нас есть кое-что общее — мы люди не совсем, скажем так, молодые…
А. — Ой, ой, ой.
И. — Ну, не маленькие. И у Алеши большой семейный опыт, и у меня. Но мы выяснили, что нам хочется одного и того же. Чтобы была семья, дети. Поэтому и решили: а чего время-то тянуть? Его не так много. Почему бы и не попробовать? В конце концов, даже если вдруг через год окажется, что это было ошибкой…
— Разведетесь?
 — Не знаю.
А. — Я тебе разведусь!
И. — Уже хочется жить нормальной, взрослой жизнью. Что-то созидать, а не разрушать. А уж как мы будем это делать, зависит от наших умений и желаний.
А. — На самом деле много всего перепробовано. И в крайности бросались, и в омут головой, и куда-то еще. У меня, например, нет желания кидаться в какие-то экстримы. Хочется дома, семьи. И несмотря на Ирины утверждения о предстоящем долгом знакомстве, у нас есть главный козырь — есть желание найти взаимопонимание, взаимоуважение. Ведь у меня свои привычки, у Иры — свои. Но мы готовы внимательно сесть вечерком и поговорить. Час, два, три, если нужно — всю ночь. Обсудить и прийти к какому-то решению, к компромиссу.
— Любая семья подразумевает совместный быт. Вы живете на два города, дома. Проблемы из-за этого не возникают?
И.
 — Как ни странно — нет. Кто что может, тот то и делает.
— Ну, грубо говоря, кто еду готовит, мусор выбрасывает, носки стирает?
И.
 — Что-то я делаю, что-то Алеша.
— А деньги в общую кассу складываете?
И.
 — С этим пока напряженка. (Смеется.) Этот вопрос еще висит.
А. — Чтобы решить такого рода проблему, нужно иметь дом, в котором мы жили бы все время вдвоем. И я не имею в виду какой-то конкретный город. У нас есть дом в Москве, есть кое-какой в Питере. Думаю, что в скором будущем мы поменяем его на лучший. И если мы будем в этом доме (домах) находиться постоянно вместе, тогда можно говорить о каких-то общих деньгах. Вот завтра я уезжаю в Питер. Конечно, я беспокоюсь, чтобы у Иры оставалась какая-то сумма. Но меня не будет неделю — две, и значит, хозяйство (что предусматривает и трату денег) Ира будет вести без меня. А готовка, стирка, уборка и прочее — это по желанию.
И. — На самом деле таких, как Алеша, очень мало. (В сторону Нилова.) Не смейся, пожалуйста. Действительно, в нем очень редкое сочетание. Во-первых, Алеша романтичный человек. И не растерял к своему нынешнему возрасту этого качества. Во-вторых, у него нет того цинизма, который существует в нашем мире (я имею в виду шоу-бизнес), в нашей жизни. Плюс к тому он поразительно относится к женщинам. Даже чересчур… Я по старой памяти еще дергаюсь, потому что у меня был другой опыт семейной жизни, другая модель. Но понимаю, что нужно успокоиться. И если у меня нет сил и желания что-то делать по дому, то он поймет. И не воспримет: «Ах, вот, блин, женился. Ну-ка давай!»
— Такой скоротечный брак предполагает обоюдные сюрпризы и разочарования. Вас это коснулось?
А.
 — На мой взгляд, мы даже излишне много рассказали друг другу о себе. Обговорили, переговорили, выяснили. Но это было откровенно. И никто не жалеет, что рассказал другому свою подноготную…
И. — Мы старались. (Смеется.)
А. — Негатив был рассказан весь. Мы пытались друг друга напугать. Но не вышло.
— Ирина, к вам вопрос. У Алексея двое детей. Он вас с ними познакомил, вы как-то общаетесь?
 — Ну, «общаемся» — это громко сказано. Потому что еще слишком мало времени прошло. Я знакома и с Лизой, и с Митей. Пока отношения теплые. Как мне было передано, я одобрена. (Смеется.) У них же свои, другие семьи. И такой сильной ревности к отцу у этих детей быть не должно. Они адаптированы к этой ситуации. Я надеюсь.
— Алексей, а как ваши бывшие жены отнеслись к новому браку?
 — Нормально. Я в основном общаюсь с первой и второй, потому что у нас общие дети. Они даже девичник предложили устроить: «Ты нам должен показать, в какие руки мы тебя отдаем».
— Наверное, тяжелее всего последней, Юле?
 — Я с ней очень давно не виделся, где-то полгода. К моменту нашего знакомства с Ириной мы с Юлей уже расстались. Что для меня было новым ощущением. Потому что до этого браки плавно перетекали один в другой.
— Анализируя прошлый опыт, каких ошибок вы постараетесь избежать?
И.
 — По поводу себя могу сказать, что у меня есть одно нехорошее качество. Я контролерша, давить начинаю на человека. Но честно пытаюсь с этим бороться…
А. — И я оказался скользким типом. Она давит, а я выскальзываю. (Смеется.)
И. — Да, это чувствуется. (Смеется.) Я переделываю человека под себя. Конечно, это плохо, чего говорить.
А. — У меня вообще все сложно. Я человек не семейный. Я вспоминаю отношения родителей. Такого дома, как у них, у меня не было лет пятнадцать. То есть у меня не получалось создать такой дом. Все время какие-то переезды, метания. Вот у Иры есть такое положительное качество. Она в любом месте создаст уют. А я, наверное, очень мало внимания уделял всем этим вещам. Очень спокойно относился и к официальным бракам, и гражданским. Сейчас все несколько изменилось. Во мне созрело желание создать дом, семью. Сердечно, по любви.
— Как вы относитесь к народному высказыванию: первая жена (муж) — от Бога, вторая — от людей, третья — от черта?
А.
(Под дружный хохот.) — Ну, я у Иры от людей, а она у меня ни от кого. Потому что у меня уже было четыре семьи.
И. На самом деле — все от Бога. Даже если мы совершаем какие-то ошибки — все равно это от Бога.
— Алексей, вы ведь со своей третьей женой венчались?
 — Да. Но как раз за три месяца до нашей встречи я получил расторжение церковного брака и благословление на второй от владыки Владимира.
И. — И я тоже была венчаной, и тоже получила церковный развод. Мы встретились абсолютно свободными людьми. Ничем не связанными, никакими обязательствами.
— Вы будете венчаться?
А.
 — Сейчас никто ничего не загадывает. Мы решили расписаться — мы расписались. Пока на этом все.
И. — У нас пока еще много чего нерешенного. Даже в каком городе мы осядем.
А. — Наверное, в Сиднее все-таки. (Смеются.)
И. — Я, кстати, обратила внимание на очень интересную вещь. Я понимаю, что у меня нет ответа на многие вопросы, но это не вызывает никакого страха. Нет ответа — значит, придет чуть позже. Это здорово. Спокойствие такое. А единственное наше желание сейчас — чтобы появился ребенок. Все.