Архив

Байка-шоу

Отказав киногерою, эксперты согласились с поэтами и философом

Улица Плещеева в Москве есть, а памятника ему — нет. В связи с чем житель Бибирева обратился к мэру с просьбой установить бюст автору строк: «Травка зеленеет, солнышко блестит…» Вчера этот вопрос обсудила комиссия по монументальному искусству. Помимо этого эксперты решали судьбу памятников Конфуцию, Мимино, Дюма и т. д.

10 июня 2002 04:00
813
0

Сплетни, слухи и байки народ, как правило, всерьез не воспринимает. Они быстро забываются, не оставив и следа. Их не запишешь на магнитофонную ленту, потому что без актерского мастерства рассказчика, его мимики и интонации история потеряет почти всю свою прелесть. Байка — это не застольный треп, анекдот или частушка, а серьезный жанр народного творчества. По крайней мере, так считают создатели программы «Госхран» (М1). По их мнению, байка вполне заслуживает хорошей телепрограммы, которую они и пытаются делать.

О жизни в Советском Союзе чаще всего говорят либо с сарказмом, либо с ностальгией и особым пиететом. Постперестроечная Россия вызывает смешанные чувства. Но ведь помимо истории, описанной в школьных учебниках, существует еще и обыденная жизнь, к которой лучше всего относиться с юмором. Что и пропагандирует программа «Госхран», собирая различные шутки-прибаутки из жизни звездных и не очень персон. Пока сотрудников этого телевизионного «музея» интересуют последние лет 40—45. Они коллекционируют «чудовищно интересные несообразности», курьезы, смешные истории и всякие забавные глупости.
Еще до выхода в эфир у программы уже существовал объемный архив, который занимал у ее автора и ведущего Владимира Плешакова оба мозговых полушария. Он и сам сознался, что постоянно попадает в какие-то нелепые истории. Да и вся команда, делающая «Госхран», отличается такими же свойствами. Говорят, на этом и сошлись.

Байка № 1.
Как это было.

Генеральной репетицией, с которой, собственно, и зародилась идея передачи, автор считает однажды произошедшую с ним историю. Поехали они с товарищем в гости в один из спальных районов Москвы. Добравшись наконец до места, стали выбирать, чего бы приобрести хозяевам в подарок. Продавцы посоветовали им сорт очень хорошего грузинского вина. Вино и вправду оказалось хорошим, так что купленные две бутылки уговорили в несколько минут и стали снаряжать гонцов в киоск за новой партией. Одним из них оказался сам Плешаков, а компанию ему составили увлеченные друг другом влюбленные, которые обнимались и целовались всю дорогу. Плешаков тактично отставал. В киоске они купили полную сумку вина. На обратной дороге Владимир, идущий с пустыми руками, по-прежнему держался на расстоянии и, в очередной раз вынырнув из-за угла… никого не обнаружил. А дело было зимой, темнело… Отчаявшись найти злополучный дом, он вернулся к своим старым знакомцам из киоска — на данный момент самым родным для него людям. Его приютили, но с условием, что всю ночь он будет рассказывать истории и анекдоты. Плешаков травил байки до самого утра. Ближе к семи в окошке появилось похмельное лицо того самого друга, который привел Владимира на вечеринку. Подавленным голосом он попросил пива, но в ответ его потерянный вчера товарищ, выглянув наружу, мстительно сказал: «А хорошего грузинского вина не желаете?!»
После ночи, проведенной с киоскерами, Владимир Плешаков утвердился в мысли, что на основе происходящего с ним по жизни бреда пора снимать телепередачу. Да и возможность набрать подходящий архив была. Поскольку до того, как попасть на телевидение, наш герой работал журналистом, преподавателем, поваром, сторожем, дворником, мойщиком троллейбусов, библиотекарем, директором библиотеки, директором Дворца культуры, работал на кирпичном заводе, на швейной фабрике, нефтяником, электриком… Жил и работал на БАМе, Алтае, в Турции, Крыму, Москве, Новосибирске, Армении, Кузбассе и бог знает где еще. В общем — богатая биография. Собирался даже отправиться в Антарктиду — не допустили из-за редкой болезни. Оказалось, что ему нельзя работать с быстро движущейся водой. Он расстроился, но вскоре попал на телевидение, где вода есть только в чайнике и в умывальнике.

Байка № 2.
Кругом вода.

С этой жидкостью у создателя «Госхрана» вообще сложные отношения. Так, один его друг собирал «акватеку» — необычную коллекцию вод из великих рек, морей, озер и океанов. Разливал их по бутылочкам и наклеивал красивые этикетки. Будучи в Турции, Владимир решил порадовать друга и по-честному набрал ему в бутылки воды из трех морей: Эгейского, Мраморного и Черного. Все бы ничего, да бдительные турецкие таможенники напрочь отказывались верить, что странная жидкость в бутылках — не что иное, как морская вода. Рассказ о друге, у которого есть акватека, звучал для них неубедительно. На помощь вызвали химиков, а Плешакова арестовали. После тщательного исследования люди в белых халатах подтвердили, что это действительно вода из трех морей. Самолет взлетел на час позже, а пассажиры возненавидели бородатого «террориста» в кепке с козырьком…
Чтобы не приглашать на съемки звезд, кочующих из программы в программу и рассказывающих одни и те же, набившие оскомину истории, «Госхран» пошел по другому пути. Двери здесь открыты для всех. Неважно — звезда ты или простой сантехник. Потому что от нелепых случайностей, происходящих в жизни, уж точно никто не застрахован. Поэтому при отборе участников программы основным критерием является не известность, а умение рассказывать.

Байка № 3.
Как режиссер «Госхрана» лечит от заикания.

На съемках одной из программ побывал гость, при напоминании о котором режиссера Вадима Павлова до сих пор мороз пробирает. Пришел на программу бывалый спортсмен с рассказом о проходившем в советские времена турнире фехтовальщиков. Сражались немец и грузин. Первый все время норовил стукнуть своего соперника по голове. Удар этот не запрещенный, но очень неприятный. Грузин при каждом подобном выпаде бурчал через каску: «Фашист!» Немецкий спортсмен пошел жаловаться главному судье. Но его соперник оправдался, сказав, что его неправильно расслышали, и на самом деле он говорил: «Антифашист!» Случай не то чтобы смешной, но, когда дело дошло до монтажа, режиссеру пришлось несладко. Человек, рассказывавший историю, сильно заикался. Так что вместо обычных четырех-пяти склеек пришлось делать около шестидесяти. Режиссер потихоньку сходил с ума, но в результате ему удалось ликвидировать все следы заикания. При просмотре фехтовальщик гордо сказал: «В-видите! Перед камерой я, когда соберусь, могу говорить совершенно нормально». Режиссер, услышав это, в бешенстве выбежал из студии…
Поскольку «Госхран» — это все-таки музей (хоть и в телевизионном варианте), там есть и свои уникальные экспонаты. Основные — естественно, забавные истории и курьезы. Но встречаются и вполне материальные вещи. Предметы, за которыми стоит какой-нибудь забавный случай. Один господин, например, на спор пробил открывалкой крышу своей машины. Потом-то оказалось, что он не совсем сумасшедший — просто собирался вырезать наверху люк. На что выигранные в споре деньги ему и пригодились. А открывалку эту подарили «Госхрану». И лежит она там теперь в специальном конвертике с печатью.
Однажды «Госхран», сам того не подозревая, занялся решением геополитических задач. Пришли на программу два друга-бизнесмена. Один — из Израиля, другой — из Палестины. Не ругались, не дрались, а сидели и рассказывали друг другу байки. По окончании записи выяснилось, что случай этот почти уникальный: впервые на российском телевидении сошлись еврей с арабом в мирном диалоге только ради того, чтобы посмеяться. После этой истории появилась идея посвящать некоторые выпуски диалогу между конфликтующими нациями. И в следующий раз позвать, например, англичанина и ирландца.
Помимо телеверсии ведущий «Госхрана» собирается когда-нибудь воплотить свой музей баек в еще одной нестандартной форме — создать музей-книгу. Как это будет выглядеть — известно пока только ему одному. Но, по мнению господина Плешакова, это единственный способ сделать «музей» доступным для большого числа посетителей. Кстати, их и сейчас уже немало. Программа существует без малого два месяца, а писем туда приходит огромное количество. Причем авторы их самые разные — начиная от дошкольников и заканчивая пенсионерами. «Мы сами объясняем это присутствием в программе огромного количества позитива и стремлением производить хорошую телевизионную продукцию. Не столько в профессиональном, сколько в человеческом смысле, — считает автор программы. — И дело тут вовсе не в честолюбии или амбициях. Просто мы решили взять на себя терапевтическую функцию и создать некую альтернативу всем тем ужасам, которые так любят вечерами показывать по ТВ. В принципе идея программы самая гуманная: напомнить, что на жизнь можно смотреть со смешной стороны. Не стонать, не плакать, не жаловаться, а просто быть добрее и жизнерадостнее».