Архив

МОСКВА: НЕМНОГО В ЭТОМ ЗВУКА

Признанными музыкальными столицами мира считают Лондон, Вену, Нью-Йорк. Чтобы понять, что их отличает от нашей Первопрестольной, надо договориться, что вообще считать критериями «столичности» в музыкальной жизни.

17 февраля 2003 03:00
623
0

Общепринятая классификация всего на свете на центр и периферию, столицу и провинцию, метрополию и колонии носит не только сугубо территориальный или даже геополитический характер. Здесь все включено: и экономика, и общество, и культура, и психология, и, конечно, музыка. Причем классическая музыка — вопрос отдельный.

Признанными музыкальными столицами мира считают Лондон, Вену, Нью-Йорк. Центровыми являются Берлин, Токио, Цюрих, Амстердам, Париж. Чтобы понять, что их отличает от нашей Первопрестольной, надо договориться, что вообще считать критериями «столичности» в музыкальной жизни.

Во-первых, лидерство. В музыкальной столице должны регулярно проходить мировые премьеры — опер, балетов, мюзиклов, новых сочинений выдающихся композиторов и т. д. Во-вторых, событийность. В музыкальной столице должна быть интенсивная концертно-театральная жизнь. Фестивали, конкурсы, разнообразная афиша, богатый репертуар театров. В-третьих, развитая инфраструктура концертных залов. Их должно быть много (больших и маленьких), они должны обладать хорошей акустикой и иметь хорошие инструменты (рояли и органы). В-четвертых, яркая гастрольная жизнь. Музыкальную столицу должны посещать выдающиеся музыканты — причем не только солисты, но и оркестры и театральные коллективы. В-пятых, в музыкальной столице должна жить столичная публика, то есть люди, для которых посещение концертного зала — неотъемлемая часть их существования, не слишком ударяющая по карману.

Что же представляет собой Москва в аспекте этих показателей?

В плане лидерства — мы пока в полном ауте. За последние годы в московских концертных залах состоялись считанные премьеры сочинений современных композиторов. О вновь написанных операх или балетах говорить не приходится. Даже новые постановки классических сочинений — редкость. Например, Большой театр, который, как бы его ни критиковали, все равно есть и всегда будет лицом российской оперно-балетной традиции, предпочитает реанимировать опусы своего славного прошлого.

Правда, есть кое-какие сдвиги. Не совсем в классике, а в мюзикле, где мы продвигаемся весьма быстро. И если не шибко гениальное «Метро» прибыло к нам через долгие годы после своего возникновения, то суперпопулярный «Нотр-Дам» показали москвичам спустя всего лишь два года после лондонской премьеры. В минувшем году появились аж два классических шедевра («Чикаго» и «42-я улица»), а буквально в ближайшее время выйдет еще один — «Иствикские ведьмы», причем тоже с минимальным интервалом по сравнению с мировой премьерой.

По части событийности все не так плохо, хотя опять-таки хуже, чем было четверть века назад. Главная московская потеря — утрата международного престижа Конкурса имени Чайковского. С фестивалями тоже слабовато. Относительно недавняя попытка Владимира Спивакова провести в Москве фестиваль под своим именем не придала столичной жизни особого блеска, хотя свою лепту все же внесла — благодаря участию Джесси Норман. Но об этом — ниже. Забавно, что московскую концертную жизнь приближает к уровню столичной деятельность петербуржца Валерия Гергиева. Именно он стал художественным руководителем Московского пасхального фестиваля, на который привез и мировых звезд — в частности, певицу Ольгу Бородину и скрипача Вадима Репина.

Залы — это боль, слезы и печаль нашей столицы. В Москве их несколько: «Россия», ГКД, Зал имени Чайковского, три зала консерватории и еще несколько маленьких зальчиков. Но для исполнения классики акустически подходит только один — Большой зал консерватории. Он в ужасном состоянии. В аварийном. В музыкальной столице этого не может быть просто по определению.

Фактор гастролей является наиважнейшим — кто выступает, как часто и за какие деньги. В этой области, на первый взгляд, сдвиги ощутимы, и они положительны. В середине 70-х годов приезд Лондонского королевского симфонического оркестра стал сенсацией (автор сих строк лично участвовала в так называемом прорыве через кордон милиции в Большом зале консерватории, который устроили студенты музыкальных учебных заведений), в середине 80-х концерт Владимира Горовица был единичным событием. Теперь звезды посещают нас регулярнее. Это связано с появившейся возможностью им платить — чаще не за счет государства, а за счет спонсоров. Клаудио Аббадо за короткий срок посетил Москву дважды (в 1999 и 2000 гг.), Риккардо Мути с оркестром театра Ла Скала дважды выступал в Москве в 2000 году и один раз в 2001-м. Этот год вообще был урожайным: в Москве выступили Пласидо Доминго, Хосе Каррерас с Сарой Брайтман, Чечилия Бартоли, Джесси Норман. Начало 2002 года ознаменовалось концертом дирижера Зубина Меты с Израильским оркестром. Не говоря уже о Монтсеррат Кабалье, которая выступает в Москве даже чаще, чем нужно. А закончился год приездом Пласидо Доминго и Хосе Каррераса.

Все эти события не укладываются в нормальную гастрольную систему европейского типа. Достаточно проанализировать каждый приезд в отдельности. Риккардо Мути гастролировал в Москве прежде всего благодаря усилиям маэстро Валерия Гергиева. Джесси Норман — на основе личных связей Владимира Спивакова. Зубин Мета приезжал по приглашению фонда «Триумф», который возглавляет Игорь Шабдурасулов, а финансирует Борис Березовский. Совершенно на иных принципах строится афиша какого-нибудь цивилизованного венского Музикферайн, где импресарио в соответствии с контрактами за несколько лет вперед составляет репертуарную сетку и планирует бюджет.

Отдельная песня — это выступления в Москве наших соотечественников (в том числе и бывших). Как правило, они выступают здесь за невысокие гонорары, как, например, Гидон Кремер. Или не приезжают вовсе, как, скажем, дорогостоящий скрипач Максим Венгеров. Очень редко, не чаще одного-двух раз в год, в Москве можно услышать Дмитрия Хворостовского. В общем, заказывает музыку тот, кто платит, — остальным остается уповать на добрую волю исполнителей.

Что же до публики, то она у нас точно не столичная. Потому что очень бедная. Не может покупать билеты по 30 тысяч на Доминго, по 20 тысяч на Хворостовского, по 5 тысяч на Кабалье, по 4 тысячи на Джесси Норман и даже по 2 тысячи на Зубина Мету. А те, кто могут, — в массе своей вообще публикой классических концертов не являются.

Вот, собственно, и все. А теперь снова зададим вопрос: Москва — музыкальная столица мира или нет? Ответьте на него сами.



НАШ ЭКСПЕРТ
Анатолий АГАМИРОВ, музыкальный обозреватель радиостанции «Эхо Москвы»:

— Если перечислять культурные мировые столицы, то лидирующее положение, безусловно, занимает Нью-Йорк. Все остальные города я бы поставил начиная с 5-го места: Лондон, а потом, пожалуй, Москву. Москве не хватает культурной публики, чтобы считаться центром мировой классической музыки. У нас очень изменился контингент на концерте. Ходят много — понимают мало. Аудитория перенесла свое внимание на Запад. Она здесь, но ее авторитеты — там. У нас масса способной молодежи, прекрасное музыкальное образование, но обратите внимание: в России за последние 25 лет не родился ни один выдающийся композитор. Это очень плохой признак — признак падения музыкальной культуры.

Москве не хватает денег, чтобы считаться мировым центром. Весь мир знает, что хороший симфонический оркестр — это убыточное предприятие. В Нью-Йорке на оркестр работает весь город. И они гордятся тем, что у них есть такой замечательный музыкальный коллектив. То же самое — в Филадельфии, в Бостоне и т. д. Нам же наплевать на все. Сейчас у нас идет большая шумиха, что пяти ведущим оркестрам России прибавили деньги. С 14 тысяч рублей подняли до 40. Но это зарплата среднего, заштатного германского оркестрика, который есть там в любом городе! Да, у нас небольшая цена билетов в консерваторию. При этом упорно ходят слухи, что филармонию хотят закрыть, так как она нерентабельна. Цены заламывают тогда, когда приезжает очень дорогой иностранный гастролер.

Москве не хватает концертных залов. Большой зал консерватории — в разваленном состоянии (ремонтировать собираются, как говорится, на переправе). Зал Чайковского чуть-чуть получше, но он больше пригоден, например, для ансамбля Моисеева или эстрадных концертов. У него нет такой акустики, как в Большом. Приличный зал построили на Красных Холмах, но публика к нему еще не привыкла.

Центр музыкальной культуры переехал в провинцию. Это надо знать. Новосибирск, Екатеринбург, Ростов-на-Дону, Санкт-Петербург… Там прекрасная публика, которая ходит на концерты лучше, чем в Москве. Москва — богатый город, но это и ее беда.