Архив

Амстердам: призрак свободы

Открытый всем ветрам город-перекресток, где влажный воздух пах пряностями, где между водой и небом жили буквально бок о бок бывалые моряки и протестантские священники, проститутки и художники…

1 марта 2003 03:00
827
0

Открытый всем ветрам город-перекресток, где сходились морские пути из Индии и обеих Америк, где влажный воздух пах пряностями и носились по небу беспокойные тучи. Где между водой и небом жили буквально бок о бок (ведь суша в Амстердаме всегда была в дефиците) бывалые моряки и протестантские священники, проститутки и художники.

В этом городе забываешь, где низ, где верх, где высокое, где низкое… И опрокинутое небо становится морем, и наоборот. Только в этом городе тайную католическую церковь могли построить в квартале «красных фонарей» — она и до сих пор стоит там, в неприметном проулке, скрытая от глаз любопытных туристов. Только здесь свободолюбивый скваттер на дребезжащем велосипеде начнет уличный спор о проблемах глобализации с преуспевающим яппи в костюме от Gucci.

Перекресток

Здесь сходятся все дороги: ведь до сих пор международный аэропорт Схипхол — один из крупнейших пунктов пересадок. Здесь до сих пор дуют все ветра — из-за этого предугадать амстердамскую погоду невозможно, но можно быть уверенным в том, что будет ветрено и сыро. Здесь соединяются культуры — от пестрой толпы туристов на улицах рябит в глазах, а от их говора звенит в ушах. Здесь даже в ресторане вам подадут удивительную смесь из итальянской пасты и японской темпуры, или угря по-тайски с тушеной капустой. Этот город называют то Новым Вавилоном, то Северной Венецией, то обвиняют во всех смертных грехах, то называют самым романтичным городом мира, но все это говорит только об одном: Амстердам самый свободный город, в котором либерализм чувствуешь локтем в тесном костеле и чуешь носом на пороге кофешопа. Это город, где нет места ограничениям, где бессмысленны четкие определения, где люди не боятся быть самими собой, а индивидуализм возведен в ранг национальной религии.

Именно за этой свободой приезжают сюда толпы туристов, именно на этой свободе амстердамцы научились зарабатывать неплохие деньги для себя и для городской казны. Но даже если вы, приехав на этот «остров свободы», не будете жить в пришвартованном на одном из каналов баркасе (самое популярное место прописки амстердамской богемы) и не прельститесь красотками, выставленными на витрины в квартале «красных фонарей», и даже не раскурите трубку мира в ближайшем к вашему отелю кофешопе, — все это национальное достояние вы сможете рассмотреть, потрогать и понюхать в многочисленных музеях на все случаи жизни, благодаря которым даже самый осторожный и благоразумный турист поймет, почем фунт амстердамского лиха. Так я и сделала.

Низкие истины

В музее секса я с удивлением обнаружила свою абсолютную невинность на предмет всевозможных секс-приспособлений и устройств. Глазела на экспонаты, по сравнению с которыми самое откровенное live-show покажется пуританским, а опытный экскурсовод рассказывал всю историю плотской любви — от первого грехопадения до наших дней. В музее Каннабиса я не только усвоила, как из конопли изготовить марихуану (не хуже той, что продается в Амстердаме), но и узнала историю, медицинские свойства и производные (от конопляной одежды до косметики) этого чудо-растения. А морской круиз на маленьком катере по каналам открыл все заветные места встреч амстердамских художников, которые по традиции живут на правительственные гранты и чувствуют себя абсолютно комфортно, живописно одеваясь в секонд-хэндах и устраивая плавучие сквоты на баркасах. Кстати, для таких жилых плавсредств придумана даже специальная адресация: по буквам t/o (tegenover — «напротив») в адресе можно определить, что речь идет о лодке, пришвартованной у дома по указанному адресу.

Осмотрев все это, я поняла, что классические амстердамские развлечения вроде кофешопов и квартала «красных фонарей» уже невозможно воспринимать буквально — они стали частью культуры, частью туристического бизнеса, стереотипами мирового масштаба. Амстердам — это то место, где родились герои евро-трэша, где заканчиваются пути тех, кто не нашел своего места в Объединенной Европе, тех, кто не нашел в себе места для правил этого нового мира. Амстердам — убежище для маргиналов и гениев-неудачников. Что, впрочем, делает этот город еще более привлекательным для тех, кому все-таки пришлось стать социально адаптированными добропорядочными гражданами.

Последние пытаются освободиться здесь от социальных стереотипов и наслаждаться свободой, а вместо этого попадают в еще один хорошо продуманный аттракцион для доверчивых туристов. Для того чтобы почувствовать, что такое жизнь в Амстердаме, нужно выбраться за пределы квартала «красных фонарей» и выйти из клубов ароматного дыма душных кофешопов. Ведь кроме Амстердама «низких истин» есть совсем другой город.

Большие каналы

Когда мне окончательно наскучили городские пейзажи, я отправилась в Музей трамваев. На самом деле это, конечно, не музей. Просто старые, очень красивые трамваи возят пассажиров по старым веткам в районе амстердамского леса, традиционного места для пикников и прогулок, где старые деревья соперничают в возрасте с набережными Больших каналов.

Романтика прогулок по Большим каналам превратила Амстердам в некую «альтернативную Венецию», где нет итальянского пафоса и традиционной для туристических мест дороговизны (хотя, надо признаться, что кофе в Амстердаме стоит чуть ли не в полтора раза дороже, чем в остальных Нидерландах), где нет роскоши дворцов, но есть скромное обаяние аккуратных, как будто игрушечных домиков, горбатых мостиков, бесчисленных отражений, солнечных бликов и качающихся на волнах чаек.

В Амстердаме очень просто заблудиться. И это несмотря на то, что планировка города не особенно замысловата и представляет собой радиально расходящиеся проспекты, соединенные строго параллельно-перпендикулярными переулками, каналами и просто улицами. Амстердамскую параллельно-перпендикулярную систему взял на вооружение Петр I, когда строил Петербург. Многие двери здесь выкрашены в зеленый цвет — так называемый «амстердамский зеленый», который был обязателен для домов всех горожан, от ремесленников до директоров Ост-Индской компании. А ширина здания ограничивалась всего восемью метрами.

Итак, я по совету молодого человека на reception беру с собой плащ с капюшоном, хотя на улице солнце, и выхожу на большую прогулку по Большим каналам. Зонтик в случае внезапного дождя не поможет: редкий зонт выдерживает северный ветер, который срывает фонари на улицах и укачивает по ночам жителей баркасов и барж. Рекомендую прогуливаться по набережным вечером, когда в окнах зажигается свет и большие окна «красивых комнат» (так называют в Голландии гостиные) позволяют всем прохожим любоваться интерьерами обычных амстердамских квартир. Среди них можно найти совершенно невероятные образцы искусства декора.

Окна и то, что в них

Привычка оставлять окна незанавешенными восходит к протестантской традиции: открытые взглядам прохожих, окна свидетельствовали о том, что в доме не происходит ничего, что нужно было бы скрывать. Благодаря этому можно абсолютно безнаказанно удовлетворять свое любопытство. Тем более что в районе Больших каналов есть на что посмотреть. В некоторых квартирах стены увешаны темными полотнами чуть ли не учеников Рембрандта, а антикварная мебель даст фору той, что стоит в музее Амстелкринг (туда стоит зайти, если интерес к историческим интерьерам у вас всерьез). В других царит буржуазная смесь ар-нуво начала прошлого века с бутоньерками и пуфами 50−60-х годов. В третьих — нет ничего примечательного, а в четвертых — интерьер умело составлен из барахла, найденного в мебельных секонд-хэндах, так популярных у жителей города.

Что может быть романтичней, чем смотреть на освещенные окна через поднимающийся от каналов туман? Единственное, что может нарушить ваше умиротворение — это журчание, доносящееся из писсуара, установленного неподалеку. Чугунные кабинки с мужскими писсуарами, закрывающие посетителя от коленок до шеи, не редкость в районе Больших каналов — это еще одна городская достопримечательность, точно такая же, как и небольшие красные столбики у тротуаров, которые почему-то прозвали «амстердамчики». Рассказывают, что в их защиту жители города собирали подписи, когда муниципалитет решил избавиться от ненужных препятствий на дороге у пешеходов.

Бурые бары

Если невинный вуайеризм наскучит вам или просто пойдет дождь, смело входите в любой «коричневый» бар Bruin Cafe. Так называют традиционные питейные заведения, где стены несколько закоптились и оттого приобрели невразумительно-бурый оттенок, а барная стойка кажется старше улицы, на которой находится заведение.

Как и все в Амстердаме, «коричневые» бары стали делать специально для туристов: в новые помещения переносят старую мебель и вешают на стены старинные открытки — главное, чтобы место было бойким. По обыкновению подделки эти необычайно искусны и тонки, так что не думайте о времени создания бара: важна атмосфера, а не историческая точность. Более дружеско-домашней атмосферы, чем в Bruin Cafe, как мне показалось, нет ни в английских пабах, ни даже в чешских пивницах. Но солидная публика обычно обходит стороной темные Bruin Cafe с незамысловатым ассортиментом местных сортов пива и простым закускам типа традиционной селедки слабого посола (впрочем истинные гурманы знают цену этого деликатеса — в начале июня многие специально приезжают на берега Амстеля, чтобы попробовать свежайшей сельди, которая может сравниться только с нежным филе тунца, порезанным в сасими или уложенным на суши). Те, кому хочется чего-то более романтичного, чем селедка, проводят время в изысканных Grand Cafe — просторных заведениях, построенных на набережных Амстердама в начале века и сохранивших до сих пор прелесть замысловатого ар-деко, роскошь больших витринных окон во французском стиле, светлых интерьеров и обширных меню.

Глубинка

Если вы твердо решили избегать протоптанных маршрутов, подкрепив силы чашкой горячего голландского шоколада, двигайтесь по направлению к району Йордан. Это старая рабочая окраина, давно превратившаяся в центр города, но сохранившая провинциальное обаяние и простоту отношений. Здесь пожилые женщины сидят на стульчиках у входа в свои дома, мужчины собираются пропустить рюмку голландского джина oude jeniver на маленьких катерках, которые летом становятся чем-то вроде дачных беседок, коты разгуливают прямо по улицам, а жизнь течет неторопливо и безмятежно. Хотя цивилизация все больше и больше захватывает и этот нетронутый участок амстердамской земли.

Раньше здесь работали своеобразные самодеятельные кабаре с шансоном и грубоватым народным юмором, который исполняли завсегдатаи, не обделенные талантом. Сейчас бледные копии этого городского фольклора можно послушать в Cafe Nol, которое было бы несомненно удачным местом для завершения дня, если бы не любовь к нему туристов.

А за Монетной башней начинается царство тюльпанов, которые расцветают в апреле, чтобы к сентябрю, когда проходит традиционный фестиваль, предстать во всем многотысячном разнообразии форм и цветов. На знаменитом амстердамском цветочном рынке уже в апреле начинается продажа свежесрезанных, поскрипывающих толстыми лепестками тюльпанов, луковицы которых привозят со дна осушенного специально под цветочные плантации Хаарлемского озера. На цветочном базаре стоит облако ароматов, пестрые горы цветочного месива и улыбчивые торговцы. Проходим мимо: цветы все равно не вынесут обратного перелета, который, к сожалению, уже не за горами.