Архив

Невеста для безумного Пьеро

Он сыграл в семи десятках фильмов, у Годара и Трюффо, в гангстерских боевиках и комедиях положений. Сказать, что он востребован в кино, -значит не сказать ничего. В его кинообъятьях побывали французские дивы и голливудские старлетки.

Но вот уже много лет его сердце принадлежит лишь одной женщине, которую недавно он назвал своей женой.

1 июля 2003 04:00
1917
0

Он сыграл в семи десятках фильмов, у Годара и Трюффо, в гангстерских боевиках и комедиях положений. Сказать, что он востребован в кино, -значит не сказать ничего.

Сказать, что Жан-Поль Бельмондо никогда не жаловался на нехватку женского внимания, -значит сильно преуменьшить. В его кинообъятьях побывали французские дивы и голливудские старлетки. Некоторые пожелали остаться его возлюбленными и за кадром. Но вот уже много лет его сердце принадлежит лишь одной женщине, которую недавно он назвал своей женой.


СОБАЧЬЯ РАДОСТЬ

1989 год. Жаркий летний полдень. На трибунах стадиона «Ролан-Гаррос», как всегда, галдели оживленные болельщики. Среди них можно было заметить комичного вида мужчину в широкополой панаме, пляжных очках и клетчатых брюках. Иногда он посвистывал или отпускал крепкое словечко. Одной рукой что есть силы размахивал желтой косынкой, другой осторожно прижимал к груди миниатюрную собачонку. Если приглядеться, можно было узнать в поклоннике спортивного состязания самого Жан-Поля Бельмондо, пришедшего на турнир в сопровождении своей верной подружки Майи. Жан-Поль очень надеялся, что шумное мероприятие слегка развеет собачку, в последнее время пребывающую в скверном настроении из-за любовной горячки. Как назло, ни у кого из окружения Бельмондо не было породистого йоркшира-самца, и, как помочь Майе в столь интимном вопросе, Жан-Поль не знал. Каждое утро, выходя с Майей на прогулку в парк Монсо, он отчаянно высматривал по сторонам потенциального жениха для своей четвероногой спутницы. Актер был уже готов впасть в депрессию от безуспешных поисков, как вдруг свершилось чудо. И прямо здесь, на стадионе! Эту историю сам актер рассказывал журналистам следующим образом.

Бельмондо заметил в соседнем ряду очаровательного йоркшира, дремлющего на руках хозяйки. Все еще не веря глазам, Жан-Поль поднялся с места и стал пробираться к псу. А подойдя вплотную, даже не глядя на хозяйку, выпалил:

— У вас мальчик?

— Увы, — послышался нежный голос, — я уже сама отчаялась найти мальчика.

Тут Жан-Поль впервые поднял глаза и… пропал. Перед ним стояла очаровательная юная блондинка с белоснежной улыбкой и огромными ласковыми глазами. В первые мгновения он даже не нашелся, что ответить, борясь со смущением и нелепостью ситуации, в которую попал из-за Майи. К тому же он совершенно оробел перед этой молодой красавицей.

— Простите, я… — начал было он.

— Перестаньте, мы ведь с вами собачники, у нас одинаковые проблемы! Сама

не знаю, что делать. Калипсо измучилась, скулит и требует мужчину. Так что

любовь у наших девочек точно не получится.

Тут пришел черед Натали краснеть от смущения. Из-за клоунского наряда она не сразу узнала «Великолепного» Бельмондо.

— Может, стоит обратиться в общество собаководов? — осторожно предложила она.

— И почему гениальные идеи порой приходят с таким опозданием? — вздохнул Жан-Поль.

Он поспешил выспросить домашний телефон собеседницы и предложить ей завтра же утром отправиться в общество собаководов вместе. Они договорились, что в девять часов он будет ждать Натали у подъезда ее дома. Ту ночь Жан-Поль провел без сна. Почему встреча с 24-летней Натали Тардивель произвела на него такое сильное впечатление? Может, потому, что ему было уже 54 и он впадал в старческую сентиментальность, когда любой романтический контакт воспринимается чересчур трепетно? Он терзал себя сомнениями: а что, если девушка согласилась на свидание с ним только лишь потому, что он известный человек?


ЛЕТАЮЩИЙ ПЕЛЬМЕНЬ

Наутро Жан-Поль и Натали отправились в общество собаководов-любителей, где для Майи и Калипсо без труда подобрали женихов. После Бельмондо пригласил юную подругу в роскошный ресторан «Фуке», чтобы отпраздновать столь знаменательное событие. Вот как Натали запомнила их первое свидание.

Галантный официант преподнес даме меню, слегка опустившись на колено, а директор ресторана — близкий друг Жан-Поля, почувствовав важность этого свидания, распорядился поставить на их стол букет сиреневых роз редкого сорта «Клеранс». На девушку все эти ухищрения не возымели, казалось, никакого действия. Она лишь застенчиво улыбалась. В утонченном меню она остановила свой выбор на обыкновенных «равиоли по-сицилийски», наотрез отказавшись от куропатки и гусиного бедра с пряностями, которые настоятельно советовал ей Бельмондо. Они говорили ни о чем, но с каждой минутой Жан-Поль понимал, что безоглядно влюбляется. Натали смеялась, шутила, ерзала на стуле и каждый раз благодарила официанта, когда тот подходил к столику, чтобы забрать опустевшую посуду. Когда на тарелке Натали осталась одна равиолинка, она стала ловить ее вилкой. Одно неловкое движение, и итальянский пельмень пулей отлетел в сторону, плюхнувшись прямо в суп толстого сноба за соседним столиком. Опешив вначале, Натали не смогла сдержаться и так захохотала, что Жан-Поль сам чуть было не поддался ее веселью — но надо было срочно делать вид, что «мы тут ни при чем».

— Дорогая, — громко сказал он, — я рад, что тебя так развеселила эта шутка!

И пока красный от злости буржуа пристально оглядывал зал в поисках невидимого шалунишки, Жан-Поль шептал:

— Тише, если он нас вычислит, будет скандал.


ДЕНЬГИ В КОРОБКУ

Они стали встречаться. Каждый шаг влюбленной пары отслеживался дотошными папарацци, благодаря которым парижане имели возможность пристально следить за развитием отношений между Жан-Полем и Натали. Каждую неделю в популярных еженедельниках печатался подробный репортаж. Бельмондо репетировал в театре «Сирано де Бержерака» — времени на свидания практически не было. Но Натали довольствовалась тем, что сидела в самом последнем ряду пустого театра и наблюдала за тем, как на сцене шли репетиции. Поздним вечером она сажала уставшего Жан-Поля в свой малогабаритный «Пежо», укрывала ему пледом ноги и везла домой. Прощались они еще более трогательно: Натали ждала, пока Жан-Поль войдет, включит свет и, открыв окно на втором этаже своего особняка, помашет ей рукой. Им двоим было все равно, что думали об этих взаимоотношениях окружающие. И хотя все без исключения друзья-ровесники пытались образумить великовозрастного влюбленного, убеждая Жан-Поля в том, что его юную подружку, вне всяких сомнений, влекут исключительно материальные выгоды, он и слышать ничего не хотел — Натали вела себя безупречно. Не задавала лишних вопросов, не требовала к себе повышенного внимания. В первое время Жан-Поль даже не мог делать ей подарки. Она краснела, закусывала нижнюю губу и просила «не ставить ее в неудобное положение»:

— Мне ничего от вас не надо. Это так важно, что вы появились в моей жизни.

Теперь мне есть с кем поговорить.

В интервью журналу Femme Жан-Поль как-то признался, что Натали вела себя как заботливая мать: готовила его самые любимые блюда, поила травяными отварами, чтобы у него перед спектаклем не садился голос, гладила рубашки. Однажды он случайно узнал, что все те деньги, которые он оставлял девушке на хозяйство с тех пор, как Натали поселилась в его доме, та складывала в коробку из-под туфель. В его же платяном шкафу.

— Зачем ты это делала? — негодовал Бельмондо. — Ведь мы живем одной семьей.

— Я вполне обеспеченная женщина и ни при каких обстоятельствах не хочу выглядеть содержанкой, — парировала Натали.


«МОЙ ГЕРОЙ, МОЙ РЫЦАРЬ»

По поводу нового любовного романа Бельмондо постоянно злословила парижская пресса. Например, щелкоперы бульварного France Dimanche выкопали сенсационные подробности: оказывается, в недавнем прошлом Натали была звездой эротического варьете «Коко Герлс». Ходили слухи, которые никак не удалось ни опровергнуть, ни подтвердить, что якобы мадемуазель Тардивель даже соглашалась на частные представления для особо состоятельных клиентов. На девушку тотчас же началась охота. Репортеры дрались за интервью с ней, пытаясь вытянуть из нее хоть какие-то скабрезные подробности. Натали прятаться не собиралась и охотно отвечала на каверзные вопросы журналистов из Ici Paris: «Да, я танцевала полуобнаженная, это было моей работой. Люди покупали билеты на шоу, где я участвовала, точно так же, как и на рядовое представление в „Лидо“. Да, я встречаюсь с месье Бельмондо, но мы просто дружим. Он очень добрый и хороший человек. Ради него хочется каждый день совершать подвиги. Но жизнь пока мне такой возможности не предоставляет, поэтому довольствуюсь тем, что подбиваю под него одеяло и пеку пирожки с рисом — он от них просто без ума!» Однажды ее спросили, какое качество «своего друга» она ценит больше всего, и Натали ответила так: «Мужество. Однажды перед началом комедийного спектакля Жан-Поль узнал, что при пожаре погибла его дочь, но это не помешало ему выйти на сцену и отыграть Мольера так, что весь зал стенал от хохота. Но едва закрылся занавес, как он потерял сознание от боли. И такие победы над духом, несчастьями и самой жизнью, наконец, он совершает чуть ли не каждый день. Он мой герой, мой рыцарь».


УРСУЛА

Не отставали журналисты и от Жан-Поля, живописуя на страницах газет и журналов его любовные истории. С Урсулой Андресс роман начался однажды вечером в Гонконге, в 1965 году, когда съемочная группа картины «Злоключения китайца в Китае» ужинала в ресторане. Урсула подробно описала их первую встречу в своих мемуарах многие годы спустя.

Жан-Поль заприметил за соседним столиком одинокую Урсулу, растерянно и испуганно озирающуюся по сторонам. Свою партнершу по фильму он слегка побаивался — она вела себя непристойно. Злые языки поговаривали, что она спала со всеми подряд -от продюсера до шофера, не надевала белье под платья, курила марихуану и редко бывала трезвой.

Но от этой распутной женщины исходил невероятно мощный энергетический заряд, ею хотелось обладать по-звериному, рвать на ней одежду и сквернословить.

В один жаркий вечер это желание превратилось в назойливую физическую боль. Бельмондо понял, что любое промедление может стоить ему нервного срыва. Он подошел к одинокой красавице:

— Непривычно видеть вас без мужчины, — начал Жан-Поль.

— Просто сегодня у меня проблемные дни, — ответила она.

«Это была настоящая любовь, поразившая нас неожиданно, как удар тока, — писала она. — Мы были далеко от своих домов и близких, в экзотическом месте, опьяненные свободой, что только ускорило развитие отношений».

Их любовь продлилась семь лет. Урсула увезла его в Голливуд, на свою виллу в Лос-Анджелесе. Жан-Поль купил любимой особняк в Сен-Морисе, на Лазурном берегу Франции, а она, в свою очередь, презентовала ему дом на Ибице. Урсула ввела Жан-Поля в мир голливудской богемы: он подружился с Кирком Дугласом и Фрэнком Синатрой. Урсула и Жан-Поль вели светскую жизнь — она запрещала ему строить планы на будущее. Они ходили на вечеринки и боксерские матчи, выпивали,

танцевали, целовались на людях и очень много смеялись. «Знаете, почему мы расстались? — писала Урсула. — Жан-Поль вдруг почувствовал, что я «в него играю»

и чувства мои к нему «игрушечные».

Он всегда стремился к уравновешенной жизни. Когда он понял, что я не хочу от него ничего долгосрочного, сразу же прекратил отношения. Возможно, он был прав, я никогда не доверяла мужчинам,

и мне не хотелось обременять себя обещаниями. Единственное, о чем я по-настоящему жалею, что наш роман стал причиной его развода с женой Элоди, родившей ему детей. Помню, как часто он плакал ночами после телефонных разговоров с ней. Это было очень больно — и мне, и ему".


КАК ДУХ ЛАУРЫ

С итальянской звездой эротического кино 30-летней Лаурой Антонелли Жан-Поль познакомился в 1972 году на съемках фильма «Доктор Пополь» и потерял от любви голову. Антонелли почиталась в Италии как богиня после успешного проката фильма «Малисия». По ней стенали мужчины от Рима до Неаполя. Но она была замужем за книжным издателем Энрико Пьяцентини.

Роман с французской кинозвездой был для всех полной неожиданностью. Лаура тотчас же развелась с мужем и купила себе отдельную квартиру в центре Рима, для того чтобы беспрепятственно встречаться с Бельмондо. Буквально с самого начала она заявила Жан-Полю, что крайне дорожит личной свободой и не хочет обрекать себя на очередное скучное супружество, поэтому их отношения будут носить свободный характер: раздельное проживание — Лаура в Риме, Жан-Поль в Париже, встречи по выходным и на праздники, совместные каникулы. «За семь лет я не раз пытался убедить ее в том, что из нас может получиться хорошая семейная пара. Но Лаура пресекала даже мечты об этом. Ей хотелось развлекаться и не испытывать ни угрызений совести, ни кабального чувства зависимости. Помню, как-то в особо штормовую римскую ночь мне не спалось. Дождь хлестал по окнам, ветер выбивал ставни. Я лежал и думал о том, как же это страшно быть вместе и ощущать при этом одиночество, запреты, невозможность строить совместные планы. Лаура спала. Я гладил ее по волосам. Так мы и попрощались. Я знал, что утром соберу вещи и уйду от нее навсегда. Я старею, дряхлею и, возможно, превращаюсь в зануду, но мне отчаянно хотелось какой-то другой любви, жертвенной», — говорил Бельмондо в интервью Paris Match.

Когда они расстались, Лаура впала в глубокую депрессию, начала спиваться

и принимать наркотики. Оплывшая, подурневшая, она спряталась в своем провинциальном домике от всего мира.

А когда в журналах появилась украденная папарацци фотосъемка синьоры Антонелли, все ужаснулись, до чего себя довела эта некогда столь красивая женщина. Жан-Поль, ощущавший свою вину за то, что произошло с любимой им женщиной, регулярно высылал ей деньги. Он не знал, что Лаура тратила их на алкоголь и наркотики. «Может, только сейчас я поняла, — напишет она Бельмондо, — что ты был прав, когда настаивал на семье. Я же порхала как мотылек, и вот, что из этого вышло». «Меня обижало то, что женщины видели во мне игрушку, — писал он ей в ответ. — Им нравилось проводить со мной время, как с пересмешником по найму. Брать меня напрокат. И ты была из числа тех, кто так делал. Зачем? Неужели ты не понимала, что мне хотелось самых простых вещей: теплоты, ухода, заботы?»


СТРОЙНАЯ КРЕОЛКА ЦВЕТА ШОКОЛАДА

В 1980 году Жан-Поль влюбился в бразильянку Карлос Соттомайор. Девушка с шоколадной кожей, дочь банкира, провела детские годы в путешествиях по Рио, Лондону, Афинам и Нью-Йорку. Обладая неограниченными средствами отца, Карлос меняла одну профессию за другой, но из всех предоставленных ей возможностей предпочла одну — соблазнение состоятельных мужчин. И хотя с первого же взгляда на Карлос Жан-Поль трезво оценил свое ближайшее будущее, он все же не смог устоять от повторения ошибки и опять завязал тупиковые отношения с женщиной, которой нужны были только необременительные развлечения. Карлос поселилась у него дома, с удовольствием тратила его деньги и целыми днями носилась по Парижу, скупая модную одежду. Бестолковая красавица изменяла ему направо и налево. Так продолжалось семь лет — роковой срок для Бельмондо. Карлос наотрез отказывалась выходить за него замуж, рожать детей и превращаться в домохозяйку. Однажды Жан-Полю это надоело. Уходя, Карлос подарила ему на прощание маленького йоркширского щенка: «Может, хоть эта сучка принесет тебе счастье», — бросила она, хлопая дверью, даже не предполагая, насколько пророческим окажется это

пожелание.


ПОЦЕЛУЙ СМЕРТИ

Летний домик с видом на Средиземное море. 8 августа 2001 года. Корсика.

10.30 утра. Об этом страшном дне Натали Тардивель смогла подробно рассказать только два года спустя. Жан-Поль проснулся в отличном расположении духа и напевал веселый мотив из «Фигаро», стоя под душем. Натали ждала его к завтраку на открытой веранде первого этажа. Крепко закрутив краны, Жан-Поль отодвинул стеклянную створку душевой и протянул руку к полотенцу, как вдруг ему стало плохо. Тело окаменело, сердце будто остановилось. Он упал на холодный кафель. На шум прибежала Натали. Едва переступив порог спальни, она увидела Жан-Поля, лежащего ничком. У нее подкосились ноги от страха. Схватив его голову, она била Жан-Поля по щекам и кричала:

— Очнись! О господи, что случилось?

Жан-Поль был в сознании, но говорить не мог. Только шевелил губами — неизвестный недуг частично парализовал лицо.

— Что, что? — переспрашивала она. — Я ничего не понимаю!

«Скорая» приехала через считанные минуты. Санитары погрузили Бельмондо на носилки и бегом понесли к вертолету. За ними не отставала Натали. Она не спускала глаз с седой пряди волос Жана-Поля, свесившейся с подушки и вздрагивающей от резких движений бегущих санитаров. Слезы градом катились по щекам, она запрещала себе думать о самом страшном.

После нескольких часов, проведенных в реанимационном отделении местной больницы, Бельмондо был доставлен в Париж, в госпиталь Сен-Жозеф. Там 68-летнему пациенту поставили окончательный диагноз: ишемический инсульт, инфаркт мозга.

В первую же ночь Натали проникла к Жан-Полю без разрешения, облачившись в униформу сестры в раздевалке медперсонала. Охранник, удивившись новому лицу, попытался остановить девушку в одном из коридоров клиники, но она оттолкнула его руку и крикнула:

— Немедленно пропустите! Мой муж умирает!

Она бегала по палатам около часа и наконец-то нашла в одной из них Жан-Поля. Он лежал в паутине проводков, над его головой пищали и мигали лампочками многочисленные приборы. «Три дня я не отходила от него ни на шаг, умывала по утрам, кормила с ложки, протирала лицо и руки лосьоном. На третий день он пришел в себя. Увидев меня, он заставил себя улыбнуться, но улыбка скорее походила на гримасу физической боли. Он попросил прощения за то, что так меня напугал. Я гладила его по руке и плакала, не зная, что ответить».


РЕБЕНОК ДЛЯ СТАРОГО РЫЦАРЯ

Прошел год после того, как Бельмондо вышел из клиники. Но удар не превратился для него в дурное воспоминание. Некогда оптимистичный и бодрый, с широченной улыбкой в пол-лица, он вдруг резко сдал. «У него точно погасли глаза», — признавалась Натали своей матери. Ей было больно от того, что совершенно посторонние люди тоже видели, как он изменился. Его взгляд похолодел и остановился. Он перестал смеяться по любому поводу, как это было раньше, подшучивать над друзьями и устраивать им розыгрыши. Ему не хотелось выходить из дома, отвечать на телефонные звонки, включать телевизор и следить за тем, что происходит в мире, по утренним газетам. Внезапный удар будто напомнил о том, что впереди осталось не так много времени и отпущенный судьбой временной остаток стоит потратить как-то иначе. Однажды ночью Жан-Полю приснился кошмарный сон: будто он, подпрыгивая на колдобинах, едет на повозке сквозь мрак. Его догоняет странный всадник, облаченный в развевающиеся одежды. Поравнявшись с Бельмондо, наездник поворачивает к нему свое «пустое» плоское лицо без глаз, носа и рта, грозит пальцем и разражается клокочущим хохотом. Жан-Поль замечает, что лошади исчезли и его упряжка мчится прямиком к пропасти.

Он разбудил Натали и сказал: «Мне приснилось, что я умираю. Будь моей женой».

В предпоследний день 2002 года в мэрии шестого округа Парижа прошло скромное бракосочетание. 69-летний Жан-Поль взял в жены 39-летнюю Натали. На торжественном ужине он произнес такую речь: «Если на свете существует религия и высшие силы, то я уверен, они как-то связаны с этой прекрасной женщиной. До конца своих дней я не простил бы себе того, что не успел сделать ее своей женой. Слишком тяжело далась мне уверенность, что ей был нужен всего лишь я».

9 апреля 2003 года Жан-Поль проснулся в ужасном настроении. За окном лил дождь, Натали уже третий день плохо себя чувствовала, а ему к тому же в тот день исполнялось семьдесят лет. Он сидел, обхватив голову руками. «Он признался мне, что в то утро впервые подумал о том, каким бы блаженством было никого и ничего не видеть, не чувствовать себя в непривычно дурной роли уходящей натуры. Просто провалиться в небытие. Я пропустила сказанное им. Засмеялась, обняла его и прошептала: «С днем рождения! У нас будет ребенок».