Архив

Смерть в Bенеции

Отсмотрев 1591 фильм, директор Венецианского кинофестиваля Моритц де Хадельн обнародовал 31 июля план действий. Откроется фестиваль очередной трагикомедией Вуди Аллена с Вуди Алленом в главной роли…

18 августа 2003 04:00
758
0

Отсмотрев 1591 фильм, директор Венецианского кинофестиваля Моритц де Хадельн обнародовал 31 июля план действий. Откроется фестиваль очередной трагикомедией Вуди Аллена с Вуди Алленом в главной роли. Концептуалист с репутацией гения, Питер Гринуэй проведет семинар под названием «Кино умерло»; но — что говорит об известной гибкости — предъявит-таки и два часа из своего свежего проекта «Чемоданы Тульса Лупера». Ожидаются свежие фильмы братьев Коэнов, Бертолуччи, Джармуша, Ридли Скотта и еще много интересного; но все это — вне конкурса. Краткий обзор конкурсных программ и протокольных мероприятий — ниже.



ГЛАВНАЯ. Главная сенсация для русских: на соискание «Золотого Льва» вышел с фильмом «Возвращение» никому еще толком не известный наш Андрей Звягинцев — актер и режиссер, снявший ранее для REN TV три серии мыльного триллера «Черная комната». Другие снимали Максим Пежемский и Александр Хван, что отчасти проливает свет на эстетическую ориентацию Звягинцева, но, как бы то ни было, сам факт его участия в фестивале дает повод для национальной гордости.

Новый фильм «Улица роз» представляет яростная феминистка Маргарете фон Трота, уже высказавшаяся в интервью на тот счет, что девяностые были временем комедий (мужики над женским горем глумились), и пообещавшая положить этому конец. «Улица роз» по части антикомизма должна стать образцово-показательной: нью-йоркская еврейка с проблемами разыскивает старуху, которая когда-то помогла ее матери пережить Холокост. Другой интригующий пункт программы — новый Такеши Китано: боевик с непереводимым названием «Затоиши», герой которого, слепец, зарабатывающий на жизнь азартными играми и массажем, оказывается еще и мастером самурайского меча.

«ПРОТИВ ТЕЧЕНИЯ». Специальным событием этой рубрики будут как раз «Чемоданы…» Гринуэя — но он над схваткой, а вообще в конкурсе «Против течения» участвуют фильмы, отобранные за «новаторское содержание, креативную оригинальность и альтернативный киноязык». Следующей строчкой в процитированном фестивальном документе мягко журят Голливуд: арт-хаус не может не журить Голливуд, а это именно арт-хаусная программа. Из звезд первой величины ожидаются новый фон Триер («Пять затруднений», сделанный в соавторстве с земляком-датчанином Йоргеном Летом), играющий самого себя, и София Коппола с мелодрамой «Утрачено при переводе» — о случайной встрече двух американцев в Токио и последующей неделе счастья. Список конкурсантов по политкорректной фестивальной традиции пестрит арабскими, тюркскими, славянскими и вовсе нечитаемыми именами.

«НОВЫЕ ТЕРРИТОРИИ». Программа, помеченная декларативным интеллектуализмом: не поймешь что к чему. Некоторые отечественные киножурналисты считают, что «Новые территории» — это сектор фестиваля, отведенный специально для дебютов; но сейчас тут присутствуют японец Рюичи Хироки, аж с 1982-го плодотворно работающий на ниве садо-мазо (новый фильм называется «Вибратор»), и не дебютант, а, напротив, одна из крупных звезд иранского кино — Маджид Маджиди, представляющий документальную ленту «Босиком до Герата». Вообще, неигровых фильмов здесь будет представлено 13, в то время как т. н. художественных — всего 6, включая «Последний поезд» вчерашнего вгиковского студента Алексея Алексеевича Германа, сына нашего режиссера № 1. Среди конкурсантов есть анонимные группы товарищей, подписывающиеся в титрах аббревиатурами и трейдмарками типа «Fluid Video Crew». Впрочем, достаточно заглянуть в манифест кураторов данной программы, написанный на смеси постмодернистского и антиглобалистского жаргонов, чтобы стало понятно, чего ждать. Так что правильнее будет сказать, что «Территории» — это зона кино экзотического, экспериментального, тяготеющего к видеоарту и местами непрофессионального. Вне конкурса пойдут мощный антиглобалист Оливер Стоун («Персона нон грата») и Джонатан Демм («Агроном»).

РЕТРОСПЕКТИВА. Чтобы понять роль кино в экономике нищей Италии после Второй мировой, вообразите, что Россия раз в десять меньше, а Сельяновых у нас не один, а, наоборот, раз в десять больше — и полстраны у них кормится. Манящий образ студии Cinecitta, единственного такого островка сытости среди разрухи, знаком всем хотя бы по фильму Висконти «Самая красивая». Киноиндустрия на Апеннинах в свое время была примерно тем же, чем остается у нас нефть, — основной статьей экспорта. В этом году в Венеции решено почтить память великих продюсеров эпохи расцвета итальянского кино отдельной ретроспективой «Индустрия прототипов: 1945—1975», в программе которой Росселини и Пазолини мирно уживаются с трэш-мастером Марио Бавой. Соседство эстетически сомнительное; но ведь чествуют не художников, а менеджеров от кино.

ДИНОТОПИЯ. Хотя распределение «Золотых Львов» является азартнейшей интригой фестиваля, о судьбе одного из них известно уже сейчас: им за пожизненные заслуги перед киноиндустрией будет награжден последний из поколения продюсеров-титанов (см. выше) — Дино де Лаурентис, человек действительно уникальный. Достаточно сказать, что в разное время он приложил руку к производству таких фильмов, как «Ночи Кабирии» Феллини и «Змеиное яйцо» Бергмана — с одной стороны; с другой — делал «Невероятные приключения итальянцев в России» и «Конана-варвара»; а с третьей — благословил приход в большое кино Дэвида Линча. В настоящий момент 84-летний де Лаурентис увлеченно работает над двумя проектами: очередным приквелом к «Молчанию ягнят» — «Юные годы Ганнибала Лектера» и масштабной клюквой База Лурмана об Александре Македонском с Ди Каприо.