Архив

Убить по-русски

Канал Рен-ТВ в свои детективщики избрал Анну Малышеву и этим летом экранизировал три ее романа. «МК-Бульвару» посчастливилось побывать на всех трех съемочных площадках и самому увидеть, как идет работа.

22 сентября 2003 04:00
1144
0

Двуликая Яна

ТИТРЫ

ПАССАЖИР БЕЗ БАГАЖА

Россия, 2003

Режиссер: Хуат Ахметов

Ren-TV, Ср—Пт, Пн, 20.20



Экранизировать детективные бестселлеры довольно рискованно: читатели могут не согласиться с режиссерским видением героев или событий, и тогда фильм обречен на провал. Но в то же время кто не рискует… Ведь может получиться и наоборот, как, например, с Каменской, которая, материализовавшись на телеэкране в исполнении Елены Яковлевой, стала еще более популярной. Канал Рен-ТВ в свои детективщики избрал Анну Малышеву и этим летом экранизировал три ее романа. «МК-Бульвару» посчастливилось побывать на всех трех съемочных площадках и самому увидеть, как идет работа. В отличие, например, от самой писательницы, которая полностью отстранилась от участия в съемках, доверяя киношникам делать свое дело.



Все начинается с самоубийства фотографа небольшого фотоателье, которого находят повешенным в туалете поезда. Его жена Яна (Людмила Курепова) хочет выяснить причины странной смерти своего мужа, но в ходе «самопального» расследования всплывают таинственные негативы с какой-то женщиной и большие деньги. А тут еще сотрудников фотоателье начинают убивать одного за другим. Улики, оставляемые на месте преступлений, указывают на безоговорочную виновность Яны.

Около 11 утра «МК-Бульвар» приехал на съемочную площадку, которая располагалась в обычной квартире в доме недалеко от Тверской. Снимали эпизод, где Яна приходит в квартиру своей подруги Лизы, чтобы поговорить с гражданским мужем Лизы Николаем (Сергей Удовик). Разговор перебивает звонок в дверь, Николай идет открывать и погибает от руки загадочного убийцы… Пол застелен газетами, в одной комнате вся мебель окутана полиэтиленом, будущий «труп» ходит по квартире в растянувшихся тренировочных штанах и грязной майке, смеется, шутит с Людой Куреповой.

«Разговаривайте вполголоса, — первое, что сказали нам, едва мы ступили на порог. — У нас бешеные соседи». При этом в подъезде идет ремонт — что-то сверлят, долбят — и услышать друг друга даже за плотно закрытой дверью сложно. Хозяйка квартиры на кухне пьет чай и обсуждает светские сплетни с дамой из съемочной группы, которая занимается подбором квартир и прочей натуры для съемок. «Как бы мотор, как бы камера», — шепчет в рацию режиссер Хуат Ахметов. Это началась репетиция. Герой Удовика должен быть подвыпившим, поэтому Сергей ходит, покачиваясь, хватаясь руками за стены, в какой-то момент облокачивается на выключатель и якобы машинально включает-выключает свет. Хозяйка смотрит на это с обреченным спокойствием: киношники оккупировали ее квартиру в 8 утра, и она уже успела смириться с тем беспорядком, который они устроили в ее доме.

Отрепетировав минут 15, режиссер начинает съемку. Дубле на седьмом Ахметов начинает нервничать и говорить в полный голос: «Раздается выстрел — ты вздрагиваешь. Пойми, ты сидишь одна в комнате, а где-то за стеной стреляют, — объясняет он Куреповой. — Ты встаешь и крадешься. Тут уже начинается триллер. Тебе страшно должно быть, я должен видеть, что тебе страшно. Камера должна медленно ехать за актрисой, сколько можно повторять! Что вы ломитесь, как на ралли?» — это уже досталось ассистентам оператора. Прошло полтора часа, а крошечная сцена максимум на минуту фильма так и не была снята полностью.




Дать дубля


ТИТРЫ

ВКУС УБИЙСТВА

Россия, 2002

Режиссер: Анна Легчилова

Ren-TV, Вт—Пт, 20.20



Следствие запутывается в череде якобы немотивированных убийств. Общую картину большого преступления старается восстановить главная героиня Татьяна (Ксения Алферова). Ее муж погиб одним из первых, и все остальные жертвы так или иначе были связаны с ним. Похоже, что убийца прореживает определенный круг людей. И чтобы его найти, надо только понять, вокруг какой тайны все эти люди объединились…

Съемочная площадка, куда мы приехали к 16.00 в один из июньских дней, находилась во дворе дома по Кутузовскому проспекту возле Театра кошек. Группа расположилась на детской площадке между песочницей и качелями. Снимался эпизод, где герой Игоря Бочкина — следователь Макаров — подъезжает к дому Татьяны на черной «Волге», за ним следом его коллега Тимошин (Николай Ковбас) на зеленых «Жигулях». Увидев около подъезда Ксению (Юлия Рутберг), болтающую с подругой, они спрашивают, где Таня, и, узнав, что та ушла в парк, Тимошин садится в свою машину и уезжает. Режиссер фильма и по совместительству жена Бочкина Анна Легчилова изъявила желание сняться в этом микроэпизоде в роли подруги: режиссеры любят иногда хоть мельком появиться в собственной картине.

Прошел час, на съемочной площадке ничего не происходило: Рутберг переодевалась, Бочкин гулял где-то в округе, Легчилова бегала от режиссерского монитора к подъезду и обратно. Весь двор был перегорожен и расчищен от машин, а жильцы дома имели право попасть в свой подъезд только с разрешения съемочной группы. С обеих сторон дома и перед окнами стояли «охранники», которые тщательно следили, чтобы никто лишний в кадр не влез. На редких лавочках и низеньком заборчике ютилась массовка человек в двадцать. Две девушки, торчавшие здесь с полудня, не выдержали и пошли за пивом, что привело всю съемочную группу в состояние легкого шока. «У нас на съемках не пьют», — очень сурово высказал им директор площадки.

В конце концов в начале шестого началась репетиция. Сцену отработали раз пять, и, оставшись довольна результатом, Легчилова начала съемку. Но на первом же дубле все пошло не так: обе машины затормозили, не доехав до нужного места. На втором — переехав. На третьем — одна загородила камеру. На шестом дубле «Жигули» не завелись. На десятом — Ковбас выбежал из машины, потеряв кепку… Сцену, которая длится ровно 48 секунд, снимали два часа кряду. Отсняв, вся группа кинулась к столу, на котором лежали огромные куски жареной курицы, рядом под деревом стояли два больших пакета с помидорами и огурцами. Все пытались наесться впрок, так как работать предстояло до ночи.




Кровь за кровь


ТИТРЫ

ЗАЧЕМ ТЕБЕ АЛИБИ

Россия, 2003

Режиссер: Рауф Кубаев

Ren-TV, Пн—Чт, 20.20



Жизнь симпатичной и привлекательной Анжелики (Ольга Арнтгольц) изменилась, едва она познакомилась с Игорем (Александр Домогаров). На смену тинейджерским роликам приходит дорогой автомобиль, стареньким джинсам — шикарные вечерние наряды, а беззаботной юности — брак с разнообразными последствиями. Со дня их знакомства проходит несколько лет, и Игорь становится не таким обходительным со своей второй половиной. Анжелика все чаще чувствует себя птичкой в золотой клетке. Ее спасением становится игра, только в казино она ощущает себя независимой. У Анжелики появляются новые знакомства и новые проблемы. Главная из них — смерть мужа. Игоря находят мертвым в собственной квартире. Подозреваемых масса, но главные — это сама Анжелика и таинственная незнакомка (сестра-близняшка Ольги Арнтгольц Татьяна) — часть второй, закулисной жизни Игоря.

Мы приехали на съемку сериала «Зачем тебе алиби», соблазнившись убийством и постельной сценой. Поднявшись на последний этаж старого дома в центре Москвы в 13.20, нам пришлось полчаса провести на лестничной площадке: журналистов в квартиру не пускали, актеров из квартиры не выпускали. В 13.50 объявили обед, снова пришлось ждать. К подъезду дома приехала полевая кухня, и группа, похватав тарелки с горячим супом, расположилась прямо во дворе. Где-то вдалеке громыхал гром. Когда киношники приступили ко второму, полил дождь, быстро превратившийся в сильный ливень, который лично нам сыграл на руку, так как вся группа мигом доела обед и вернулась на съемочную площадку.

Снимался эпизод, где одна из любовниц Игоря его убивает. Так как в сценарии не было расписано, как это должно происходить, режиссер Рауф Кубаев, оператор Павел Игнатов и сама убийца Екатерина Никитина придумывают, как это лучше сделать. Домогаров от этого самоустранился, уйдя курить на лестницу. На полке на малахитовой подставке стояли красивые антикварные часы. Именно эту подставку и решено было использовать. «Эта подставка не подходит: она тяжелая, Катя может ее не удержать и случайно уронить на голову Саше», — рассуждает Кубаев. Реквизиторы тут же все поняли и пошли «ваять» малахитовую подставку из пенопласта, но краска долго не сохла, и Катя репетировала с настоящей подставкой. И так приноровилась, что пенопластовая подставка так и не пригодилась.

После двух репетиций начинают снимать. «Катя, замахиваясь, закричи, заори, зарычи так, чтобы я видел все безумие в твоих глазах», — учит актрису режиссер. «Представь, что фашиста убиваешь», — добавляет оператор. Катя смеется, не может угомониться. Вместе с ней хохочет Домогаров. Но тем не менее с третьего дубля сняли.

А в это время на лестничной площадке актер Александр Соковиков, который играет мужа героини Никитиной, непрерывно говорил по мобильному телефону, решая какие-то важные дела, и периодически нервно, обращаясь ко всем подряд, жаловался: «Почему одних снимают, а других не снимают? Приходится тут торчать, даже на улицу не выйти». Ольга Арнтгольц занималась другими важными делами: она училась курить. Все авторитетные курильщики из съемочной группы, не занятые в работе, давали умные советы, как держать сигарету, как вдыхать, как выдыхать. Оля кашляла, но упорно продолжала тренировку.

Прошло два часа. В комнате на пол стелют целлофан, на него укладывают реквизиторский ковер, на который будет падать окровавленный Домогаров. Целлофана не хватает, по всей квартире собирают всевозможные пакеты и пакетики. Это нужно для того, чтобы кровь, просачиваясь сквозь ковер, не испачкала хозяйский паркет. В это же время Домогарову на голове рисуют кровавую «пробоину». Александр недовольно косится в сторону журналистов и громко бурчит: «Ну зачем вы пришли? Почему именно на эту съемку? И что ж вы все такие кровожадные, что ж вас так на кровь тянет?» Режиссер Кубаев сам показывает, как надо упасть Александру, но настроение у актера уже почему-то испорчено, и он капризничает: «А где дублер? Дайте мне дублера…» Но в конце концов безропотно падает на пол и лежит. «Дети, не трогайте папу. Где папа лежит, там ему и хорошо», — цитирует анекдот Домогаров и закрывает глаза. Сняли со второго дубля: на большее бы, наверное, Домогаров не согласился. «Стоп! — кричит Кубаев, — не вставай. Запомни эту позу зародыша. Тебе в ней еще долго лежать».

После этого надо было показать, что труп пролежал пять часов. Вокруг Домогарова суетилась гримерша, вокруг гримерши вся остальная съемочная группа. Но «умертвить» актера разными синюшными пудрами и мрачными тенями быстро не получалось, и когда девушку-гримершу решили в очередной раз поторопить, то услышали в ответ: «Ну чего вы кричите? Подождите, у него еще одно ухо живое». Тут даже режиссер Рауф Кубаев, который сильно переживал, что выбились из съемочного графика, смирился и позволил гримерше докрасить Домогарова.

После сцены «убийства» следовала «постельная» сцена, хотя по сценарию все как раз наоборот. Режиссер Кубаев зачем-то начал нас запугивать: «Я еще не знаю, как буду снимать эту сцену. Может быть, они будут просто пить чай, потому что самое главное в этом эпизоде — информация, которую героиня Никитиной сообщает герою Домогарова». Очень хотелось посмотреть, как режиссер переделает сценарное «герой трахает героиню» в «герой с героиней пьют чай», и мы стали ждать. И дождались, но лишь отчасти: эротическая сцена, несмотря на все отговорки режиссера, случилась, но посмотреть на это нас не пустили, ведь все-таки это очень интимный процесс. Так и не удалось узнать, как снимаются постельные сцены.