Архив

Снежная королева

«Звезды не ездят в метро», — спел Андрей Макаревич и, кажется, ошибся. Еще как ездят. Звезда канала ТВЦ Арина Мороз в метро спускается регулярно, причем не только для передвижения по городу. Для съемок своей программы «События. Утренний рейс» Арина выбрала не душные студии телецентра, а просторные станции метрополитена.

22 декабря 2003 03:00
812
0

«Звезды не ездят в метро», — спел Андрей Макаревич и, кажется, ошибся. Еще как ездят. Звезда канала ТВЦ Арина Мороз в метро спускается регулярно, причем не только для передвижения по городу. Для съемок своей программы «События. Утренний рейс» Арина выбрала не душные студии телецентра, а просторные станции метрополитена. Между тем до работы на телевидении она успела сняться в четырех кинофильмах, так как сама актриса по образованию, но потом приняла решение расстаться с этой профессией. Кажется, и сама Арина, и ее телезрители от этого только выиграли.



— Арина, а о карьере актрисы вы, наверное, мечтали с детства?

— Нет, в детстве я мечтала стать врачом. А уж если я о чем-то мечтаю, то шансы, что это сбудется, очень велики. Просто потому, что я достаточно упертая. Я так мечтала стать врачом, что после 8-го класса твердо решила: мне нужно пойти работать санитаркой. Естественно, меня никуда не брали, но я пробилась к главврачу одной больницы, настояла на своем, и меня приняли на работу. Больше того, в школе на УПК у нас можно было пройти курсы медицинских сестер. Оказалось, что в нашем районе на медсестер не учили — я добилась, чтобы меня перевели в УПК другого района, ездила в больницы и училась на медсестру. А параллельно со всем этим еще ходила во 2-й Медицинский институт на курсы. Собственно, то, что я так рано начала работать, и спасло меня от неправильного выбора профессии.

— Разочаровались в медицине?

— Да нет, просто я увидела весь этот процесс изнутри и поняла, что это не мое. В десятом классе моя подруга решила поступать в театральный институт и взяла меня с собой на экзамены для поддержки. В общем, история стара как мир: подруга провалилась, а я поступила. Это было подготовительное отделение школы-студии МХАТ, после которого я сдала экзамены в ГИТИС. Мне очень нравилось учиться, тем более что у меня была замечательная педагог, которая давала мне возможность играть самый лучший репертуар. Это была булгаковская Маргарита, Настасья Филипповна, Маша в «Трех сестрах». Но в результате, учась в институте и уже начав сниматься в кино, я опять-таки поняла, что и это не моя профессия, по крайней мере не в то время. И пришла на телевидение. Конечно, нельзя загадывать на всю жизнь, но на ТВ я уже 6 лет, и пока что мне это очень нравится.

— В каких фильмах вы успели сняться?

— Я снялась в четырех фильмах, но о некоторых даже вспоминать не хочу. Собственно, я и ушла из кино, потому что это были какие-то кооперативные картины. Одну из них, к сожалению, до сих пор регулярно показывают, отчего я не испытываю никакого удовлетворения, потому что она сделана на низком профессиональном уровне. Единственное, за что мне более-менее не стыдно смотреть людям в глаза, это фильм «Вечный муж» по Достоевскому. Там играли Харатьян, Любшин, Костолевский… А я играла последнюю жену Любшина, которая, собственно, его и свела в могилу. Роль была маленькая, но хотя бы фильм хороший. Вообще я считаю, что лучше иметь маленькую роль, но в хорошем фильме, чем играть главную, но в фильме, который потом не хочется смотреть.

— Актеры всегда говорят о своей профессии, что она завораживает, и потом без нее очень сложно жить…

— Завораживает. Не могу сказать, что я не скучаю по своей профессии, — безумно скучаю! Но мне бы не хотелось сняться еще в одном таком фильме, за который потом будет стыдно. Если будет хорошее предложение, естественно, я соглашусь. Но тогда я просто остановила эту цепочку бесполезных, на мой взгляд, картин, которые мне ничего внутренне не давали. И я считаю, это определенная трагедия актрис моего поколения, которым сейчас около 30 лет: начало их карьеры пришлось на тот период, когда в нашей стране практически не было кино. Именно из-за этого многие поменяли профессию. Хотя учиться было безумно интересно. Настолько интересно, что я могу назвать четыре года ГИТИСа лучшими годами моей жизни. Они были лучшими и для моей мамы, потому что она ходила на все мои спектакли и показы.

— Ей нравится то, что вы делаете сейчас?

— Да, нравится. Но при этом она у меня самый серьезный и самый жесткий критик.

— Вы ей доверяете или спорите: «Мама, ты ничего не понимаешь…»

— Нет, она абсолютно профессиональна, я даже удивляюсь этому. Она у меня вообще очень начитанный, глубокий человек. Лет с четырех, как я себя помню, она уже читала мне Цветаеву, Ахматову. Я считаю, что многое из того, чего я добилась в жизни, я добилась благодаря ей. Мы достаточно тяжело жили, особенно когда я заканчивала школу: оплачивать какие-то подготовительные курсы было сложно, но тем не менее она для меня ничего не жалела. Надеюсь, все окупилось сторицей.

— Я слышала, у вас казачьи корни…

— Да, у меня очень необычное соединение. Отец из Ростова-на-Дону (собственно, я и сама родилась в тех краях, в Азове). Оттуда у меня ярко-выраженные донские казачьи корни. А мама из Рязани, из семьи старообрядцев. Причем таких самых настоящих, соблюдающих все посты, каноны. И во мне все это соединилось. Год назад у нас был юбилей программы, и наш директор сказал мне такой комплимент, что как у руководителя программы у меня есть хорошее качество — с одной стороны, я очень мягкая, но в каких-то принципиальных вопросах могу быть достаточно жесткой.

— А вот по вашей внешности этого не скажешь…

— Да, по внешности это не видно. (Смеется.) Но бывают ситуации, когда со мной лучше не связываться.

— В чем это выражается? Эмоционально реагируете, громко кричите?

— Я эмоционально реагирую, но не кричу. Правда, иногда расстаюсь с людьми. Возможно, это не самый правильный вариант, но для меня очень важна команда. На телевидении человек не может развиваться один. Успех одного — это успех команды. Ведущий — это только лицо, а за его спиной стоит как минимум человек десять коллег, которые и делают всю программу. Для меня очень важно, чтобы меня окружали люди, на которых действительно можно опереться, которые «дышат» так же, как я. И мне кажется, сейчас я нашла таких людей. Например, у нас в коллективе есть три выпускника ГИТИСа — мы все говорим на одном языке. Вообще на телевидении я работала корреспондентом, а «Утренний рейс» — это моя первая авторская программа. Я знаю, что я хороший корреспондент. Знаю, как сделать хороший сюжет. И теперь у меня начался новый этап — учить молодых корреспондентов, подсказывать им. Вот тут уже нужны и терпение, и мудрость.

— Идея вести программу в метро принадлежит вам?

— Идея с метро появилась у меня в голове еще лет пять назад. Я тогда еще работала на Российском телевидении — была корреспондентом в программе «Вести» в 11.00, потом вела программу «Новости Москвы» — и уже чувствовала в себе силы сделать что-то самостоятельно. И у меня возникла мысль о метро. Мне не нравится идея со студией — все достаточно обычно: ток-шоу, ведущий, зрители. А метро… По-моему, в этом есть что-то живое, настоящее. Ты все время перемещаешься по городу, оказываешься то на одной станции, то на другой. Потом мы спускаем в метро известных людей, которые иногда не были там лет по десять.

— И как у них впечатления?

— Реакция бывает очень интересная. Сергей Галанин, например, устроил целый концерт на одной из станций. Оказалось, что он, кстати, до карьеры музыканта работал в метрополитене, занимался строительством. Вообще метро, на мой взгляд, необычное место, я себя очень уютно там чувствую. Несмотря на то что я за рулем, для меня совершенно не проблема, если на дороге пробка, оставить машину у какой-то станции и поехать на метро. Причем кто-то говорит, что на него там давит толпа — мне в метро абсолютно комфортно и спокойно. А зимой это вообще счастье: нырнуть в метро хотя бы минут на 30 и погреться там, не мучиться от наших морозов. Хотя вот фамилия у меня соответствующая. (Смеется.)

— А как реагируют люди в метро на съемочную группу?

— Поначалу у нас возникали с этим проблемы. Мы приходили на съемку, и начинался не совсем здоровый ажиотаж. Сейчас мы решили эту ситуацию — либо снимаем в такое время суток, когда мало народу, либо выбираем станцию, где изначально немноголюдно. А недавно я стояла на одной станции, ждала, пока поменяют точку, переставят свет. Ко мне подсела женщина и сказала: «Вы такая красивая, такая элегантная…» А я была очень уставшая. Но так приятно было услышать добрые слова. Собственно, в чем заключается смысл нашей программы? Она выходит в субботу в 11 утра — 15 минут только хороших новостей. Ведь что хочет любой человек? Чтобы ему сказали: все будет хорошо, ты самый лучший, у тебя все получится, все твои желания исполнятся. И моя программа — это попытка сказать людям, которые проснулись утром и включили телевизор, что есть и хорошие новости, что все будет нормально. Даже когда я на Российском телевидении вела программу «Новости Москвы», я всегда в конце говорила: «Все будет хорошо».

— Вы оптимистка по натуре? Себя в жизни настраиваете так же?

— Безусловно. Больше того, с определенного возраста я стараюсь ничего не загадывать, ни на что не рассчитывать и не строить никаких планов. Вообще. Потому что жизнь столько преподносила уроков, что она сама все знает, и надо просто прислушиваться к ней. Почему очень важно состояние гармонии — потому что только в этом состоянии ты можешь ее услышать. Я, например, абсолютно против всяких гаданий и приворотов. Даже если теоретически предположить, что можно приворожить любого мужчину. Хотя я считаю, что 99 процентов людей, которые занимаются этим, шарлатаны. Ну откуда ты знаешь, что этот мужчина принесет тебе счастье? Ты его приворожишь, а он потом тебе всю жизнь испортит. Или это отведет тебя от твоей судьбы, которая должна прийти буквально через день. Я не считаю себя вправе так преступно вмешиваться в жизнь. Потому что надеюсь, что судьба — она сама все видит, и она более благосклонна, чем мой разум. Просто надо больше доверять своему сердцу. Поэтому — да, я оптимистка. Не прикасающаяся к жизни.

— У вас, наверное, очень хорошо развита женская интуиция…

— Я Рыба. А это многое объясняет.

— Наверное, это должно очень помогать в личной жизни…

— Личная жизнь есть, но это как раз та область, куда, по моему глубокому ощущению, не нужно никого пускать. Я абсолютно на сто процентов интуитивно чувствую, что в моем случае это будет разрушением. Поэтому говорить что-то конкретное мне не хотелось бы. Одна известная телеведущая сказала: «Меньше бы я говорила о своей личной жизни, была бы она целее». Я запомнила эту фразу.

— Но любимый человек у вас есть?

— Есть. Его не может не быть. Я считаю, что личная жизнь любого человека если не на первом месте… Нет, на первом месте все-таки здоровье. А вот дальше работа или личная жизнь — не знаю, не готова сказать. Лучше, чтобы они были вместе и как-то не вступали в конфликт друг с другом. Это было бы идеально. Думаю, это мечта любой работающей женщины.

— А если мужчина скажет: бросай работу, сиди дома…

— Никогда. В общем-то такие случаи были, и мужчины сразу отправлялись в отставку. Потом они винились, но было поздно. Мужчина не меняется: даже если он говорит, что все его тайные планы забыты, я знаю — пройдет время, и он все равно попытается усадить меня дома. А я, во-первых, считаю себя личностью и хочу, чтобы меня уважали как личность. А во-вторых, хочу реализоваться. Если человек меня любит — пусть он будет добр уважать меня и мои желания. Чем меня и подкупил мой любимый мужчина. Он интересуется моей работой, поддерживает меня и очень мной гордится в этом плане. Все время спрашивает: как дела, как рейтинг? Подсказывает какие-то идеи. В общем, очень хитрый мужчина.

— Он не из телевизионной среды?

— Слава богу, нет. И в общем-то я придерживаюсь той позиции, что лучше все-таки, на мой взгляд, не совмещать работу и личную жизнь. Хотя многие супружеские пары считают по-другому, но у каждого своя судьба.

— Но хотя бы имя избранника назовете?

— Нет, пусть будет мистер Икс. (Смеется.)

— Понятно. «Мужчина моей мечты».

— Причем поначалу он абсолютно не был мужчиной моей мечты. Но мы знакомы уже семь лет, и за это время он им стал. Он просто понял, в каких моментах нужно быть вне конкуренции, и совершал такие поступки, что с ним невозможно было конкурировать. Вообще, наверное, очень умный мужчина!

— Вы, видимо, только сейчас это поняли?

— Да я просто никогда не анализировала! (Смеется.) Даже некогда посидеть и подумать по этому поводу, только сейчас начала все понимать.

— Что для вас самое важное в отношениях между мужчиной и женщиной?

— Чтобы мужчина обязательно был еще и другом. Чтобы с человеком можно было поговорить и чтобы он тебя понял. Хотя бывают разные формы отношений, и это, наверное, прекрасно. Вообще прекрасно жить, потому что ты можешь что угодно себе решить, но жизнь всегда все перевернет с ног на голову и преподносит какие-нибудь сюрпризы. И хочется верить, что самое неожиданное еще впереди. Вот мне очень нравится церковь «Нечаянная радость». Это же, кстати, и одна из моих любимых икон. Мне кажется, нет ничего лучше, чем нечаянная радость. Потому что сколько раз ты чего-то добиваешься, приходишь к цели — и это приносит тебе минимум удовлетворения. А вот случится что-то неожиданное — и тогда можно просто потерять голову от счастья.