Архив

Гибель богов,

Уж сколько времени прошло, а народ все пыхтит: «Матрицы» ему недодали. Критики возмущаются, говорят: верните взад народу деньги. А чего возмущаться? Ежели разговоры до сих пор о «Матрице» — стало быть, вспоминать больше нечего. На редкость серый был год. К музыке это тоже относится, но не о ней сейчас речь, хотя и это стоит принять во внимание, потому что музыка, кино и верчение задницами на подиуме, собственно, и образуют триаду под названием шоу-бизнес.

12 января 2004 03:00
536
0

Уж сколько времени прошло, а народ все пыхтит: «Матрицы» ему недодали. Критики возмущаются, говорят: верните взад народу деньги. А чего возмущаться? Ежели разговоры до сих пор о «Матрице» — стало быть, вспоминать больше нечего. На редкость серый был год. К музыке это тоже относится, но не о ней сейчас речь, хотя и это стоит принять во внимание, потому что музыка, кино и верчение задницами на подиуме, собственно, и образуют триаду под названием шоу-бизнес.

Шоу уехало, бизнес остался.



Публика со слезами умиления на глазах вспоминает Джонни Деппа-пирата, вопит от счастья, посмотрев «Убить Билла», причем с такой силой, как будто это последний сексуальный акт в ее жизни перед атомной войной. Которым довелось до последней части «Властелина колец» добраться, те тоже немного блаженствуют (заранее блаженные с мечами и луками не в счет). Эстеты тихо шепчут в углу: «Догвилль», «Догвилль»…

И все. Приехали.

Обозреватель «Торонто сан» пишет, что Голливуд, как всегда, в ушедшем году произвел «тонны миллионнодолларовой чуши». Заметьте, не наши зануды говорят, а человек из одного с Голливудом кинопространства. И был бы он единственный такой.

Голливуд, растеряв остатки здравого смысла, подбирает за собой же крохи и превращает их посредством насоса в пышные хлеба. Хлеба эти, правда, легко протыкаются пальцем, и палец намертво застревает в них, как в тыкве, из которой вынули всю начинку. Ну так ведь насосом же работали.

Год с полным правом можно назвать годом провалившихся сиквелов и сиквелов сиквелов. Ибо про оригинальную продукцию, про Фредди супротив Джейсона и Кевина Костнера на открытом пространстве и говорить нечего. Даже плохого.

Про «Матрицу» мы не будем. То, что ее стоило кончать на первом же эпизоде, очевидно. Была бы легенда. А сейчас даже поклонники летающего капитана Нео мычат насчет нее что-то вроде «отличная сказка, если все три подряд и на ускоренной перемотке».

Оставили бы в покое «Терминатора». Нет же, досняли короткометражку с состарившимися роботами, у которых конечности отваливаются от слабого удара башенным краном, а вопросов больше, чем ответов. Во-первых, почему фильм начинает кончаться на пятнадцатой минуте? Во-вторых, зачем бабу с лицом девочки с фермерской лавочки назначили убийцей киборгов и почему она с этой ролью так хреново справлялась, что даже пару людишек к ногтю прижать не могла, а супероружие ее напоминало не очень большой дальнобойности огнемет, каким дедушки участников группы «Раммштайн» не слишком удачно пытались подпалить советские танки?

Короче, угробили культовое кино. На корню.

Был фильм «Десперадо». Даже эстеты признавали, что смотреть можно и где-то интересно. Что из него вышло? Что за банда бесполезных да еще и местами слепеньких людей спотыкалась о каждый угол мексиканского городишки, не в силах даже сострить так, чтобы пятиклассники не произносили безнадежного слова «лопата»?

Туда же пошло культовое кино, куда и «Терминатор». На склад разбитых надежд.

«Звездные войны»… Ну ладно, про больное, про любовь на межгалактических лужайках мы не будем. Я видел страстных поклонников сериала, которые плевались с такой дальностью и убойной силой, что только успевай отскакивать. Во избежание повторного прицельного огня просто тихо помолчим. Сняв головные уборы.

В этом месте обычно публика поблаженнее выдвигает «Ангелов Чарли» на полной скорости и объединившихся людей-икс. Мы эти истории надувных кукол из секс-шопов обойдем стороной. Не станем спорить с блаженными. Пусть им будет хорошо.

Словом, когда я прихожу на одно из мест своей работы, где горой сложены видеокассеты на просмотр и рецензию, и прошу поглядеть что-нибудь занимательное, хоть и отвратительное, пусть бессмысленное, так просто, чтобы вечер убить, на меня смотрят, как санитары на больного — ласково, но убедительно, — и говорят: положь взад то, что ты тут взял. Займись лучше макраме. Все полезнее и увлекательнее. Я говорю: но тут же у вас за год фильмов сложено. Неужели так-таки и ничего?

Взгляд санитаров становится совсем теплым — после такого взгляда только смирительная рубаха уже в ход идет. Мне говорят: дуй своей дорогой, божий человек, не топчись по мозолям. Нам еще итоги года поводить. А мы, аки ослы, все пытаемся понять: как из двух плохих фильмов сделать двенадцать хороших номинаций.

Словом, растерянное уныние становится лейтмотивом итоговых кинотекстов на вполне уже постоянной основе. Кино как главная развлекающая сила этого мира перестало работать, остались только бюджеты да новости про звезд «Рене Зеллвегер пополнела». Народ уже не помнит даже толком, кто такие эти Рене Зеллвегеры. Просто, раз напечатано, значит, это важно. Не верите? Попробуйте провести простой эксперимент. Расспросите своих знакомых, кто снимал последнюю часть «Терминатора». Если десятый вам ответит — значит, вы наткнулись на блаженного. Или на человека с феноменальной памятью.

А ведь когда-то фамилию Кэмерон знали все. Но Кэмерон стал доставать со дна моря большие корабли на три часа экранного времени и глупостями больше не занимается. Глупостями позвали заниматься совсем уж бессмысленного типа.

Так кончился год 2003-й.

Посмотрим, что они будут делать на «Оскаре». Прошлая церемония была торжеством фильмов, которые видели только киноакадемики. Что-то будет нынче…