Блейк Лайвли родила первенца!
Эдвард Нортон женился
Крис Браун отказался от Рианны
Диджей Грув завел седьмого питомца

Музыкальная пауза

17 мая 2004 04:00
345
0

«Брит-поп» — слово в нашей стране не слишком любимое: его переделкой служит «бритая попа», а главным обвинением в адрес является тот факт, что мерзавцы все тревожат великие тени Джона Леннона и юного Пола Маккартни. Знали бы, к кому предъявлять настоящие претензии, — плевков было бы куда больше, ибо группа The Smiths, несущая за появление брит-попа косвенную ответственность, играла музыку, в наших палестинах большинством признанную еще и «скучной».

«Брит-поп» — слово в нашей стране не слишком любимое: его переделкой служит «бритая попа», а главным обвинением в адрес является тот факт, что мерзавцы все тревожат великие тени Джона Леннона и юного Пола Маккартни. Знали бы, к кому предъявлять настоящие претензии, — плевков было бы куда больше, ибо группа The Smiths, несущая за появление брит-попа косвенную ответственность, играла музыку, в наших палестинах большинством признанную еще и «скучной».

Фронтмен ее — пижон с неправильными чертами лица и привычкой еще в бытность свою в группе одеваться на концерты чуть ли не в домашние тапочки и мятую повседневную одежду — это на фоне-то шикарных, с крашеными губами, волосами и ушами пост-панков и народившихся готов типа the Cure — Стивен Патрик Моррисси был порицаем публикой и критикой за демонстративное пренебрежение к народу, хочущему зрелищ. Как и положено в этих случаях, на всякий случай Моррисси прозвали «пидором»: тот в ответ объявил о своем обете воздержания от каких бы то ни было половых связей. Так они состязались в раздражении: Моррисси и его поклонники, которых, справедливости ради следует сказать, были толпы. Это было странное ощущение: Моррисси постоянно вменяли что-то в вину, притом что группа его была объектом восхищения. Ему вменяли в вину нахальные и не признающие запретов тексты: Моррисси не матюгался и не поносил Господа Бога, мать его в душу, жизнь, мать ее в душу, и капитализм, мать его в душу, как можно было бы подумать, имея перед собой примеры таких глубоко порядочных людей, как Джонни Роттен, — нет, он бил точечными ударами, не ехидничая, но называя вещи своими именами, — так, как делают это умные люди, а Моррисси был умным человеком. И вот этого-то ему и не могли до конца простить даже те, кто его обожал.

The Smiths не стало в 1987 году, а спустя шесть лет на свет появился дебютный альбом группы Suede, вокалиста которой, Бретта Андерсона, полагали марионеткой Боуи и успешным подражателем Моррисси. Suede ныне признаны истинными крестными отцами брит-попа: но ноги их растут из the Smiths, из этой небрежной манеры Моррисси изрекать истины. Что же до самого Моррисси, то он уже пять лет к тому моменту как выпускал сольные альбомы, сперва отомстив Джонни Марру, своему соратнику по группе, из-за которого, по его мнению, The Smiths и развалились, дав своей первой пластинке бодрое название «Viva Hate». Вторая пластинка была названа не менее завлекательно — «Kill Uncle», потом были еще две, а потом его смыло волной — волной, которую он сам поднял и которую звали, вы угадали, брит-поп. Британия, затаив дыхание, следила за тем, как члены Blur и Oasis советуют друг другу быстрее подохнуть, причем самыми оригинальными способами, включая и смерть от СПИДа, — куда уж тут было до скромного, хотя и обидчивого человека в мятой одежде. Моррисси писал шикарные альбомы, а его обвиняли в скуке и самом страшном грехе в нашем политкорректном мире — национализме, хотя обвинение было вчистую высосано из пальца: как положено, сарказм приняли за чистую монету. И в конце концов семь лет назад Моррисси плюнул: критику послал в пень, общаться с ней практически перестал и перестал сочинять музыку, хотя иногда ездил на гастроли — прародитель брит-попа, которого в прессе назвали «анекдотом от поп-культуры».

У нас в этих случаях начинают собирать пресс-конференции и костерить на чем свет стоит продажных журналюг. Моррисси поступил проще — он выдержал паузу и как ни в чем не бывало явился с новым альбомом, полным восхитительных песен, которые он и не разучивался писать, полным все того же сарказма, умудренной меланхолии и обещаний лучшего будущего. «You Are The Quarry» — альбом невероятно сильный, не сомневайтесь, даже если вам начнут говорить, что Моррисси опять затянул свою надоевшую волынку: пластинка требует ушей и готовности эти уши напрячь, а вместе с ними напрячь и мозги, чтобы уловить то неизбывное обаяние, что исходит от музыки исключительно талантливых и умных людей. «You Are The Quarry» — это демонстрация того, чем брит-поп, в сущности, мог бы быть, если бы не давился своей овсянкой и не упивался деланным оптимизмом или неподдельной подростковой томностью. «You Are The Quarry» — это хорошее возвращение. Не триумфальное, нет. Однако не потому, что альбом скучен.

Просто разумные люди избегают триумфов и помпы. Они просто делают свое дело. Особенно когда с возрастом в душу спускается покой.