Архив

Кто на свете всех крутее?

12 февраля 2001 03:00
766
0

«Бедность не порок, или Почему люди не летают как птицы». Евгений Кафельников может сколько угодно переживать в связи с низкими доходами, но ни один, скажем, футболист не может себе позволить персональный самолет.



Заявление Евгения Кафельникова о слишком низких призовых в теннисе, сделанное во время Открытого чемпионата Австралии, повергло в шок коллег россиянина по туру. Женя, видимо, так плотно «скорешился» с миром гольфа, поигрывая на досуге, что решил пересмотреть кое-что и в своем любимом теннисе. «В гольфе игроки за неделю зарабатывают 500 тыс. долларов, а у нас получается в десять раз меньше», — печально констатировал Кафельников.

В принципе он прав. Хотя за победу в турнире Мастерской серии полагается отнюдь не 50, а все 400 тыс. Но таких турниров в сезоне — всего девять, а что делать в остальное время? Ждать «Большого шлема»? Тоже не дождешься — соскучишься. В «Шлеме», напомним, всего четыре соревнования, где победа сулит куш порядка 700 тыс. А труд у теннисистов если не каторжный, то все-таки достаточно тяжелый: летай тут с континента на континент круглый год, привыкай к разным покрытиям, многие из которых очень травматичны, сноси национальный колорит различных уголков мира вроде Индонезии… В общем, хочется за все это запросить больше. Но у кого? У Марка Майлса, исполнительного директора АТР-тура? Но тур — организация некоммерческая. Значит, надо всколыхнуть спонсоров турниров, заставить организаторов быть расторопнее. Может, «дело призовых» и будет сдвинуто с мертвой точки, но случится это еще очень нескоро. С консерватизмом в теннисе приходится считаться.

До 1968 года теннисный мирок четко делился на любительский и профессиональный. Небольшая кучка профи, представлявших тогда ушедших на «пенсию» любителей (как сейчас в фигурном катании), варилась в собственном соку. Собственно же любители имели свой замкнутый круг соревнований, куда не допускались профи. И только в 1968 году, когда впервые на турниры «Большого шлема» были допущены и те, и другие, теннисный воз сдвинулся с места. Через два года возникло подобие профессионального тура у мужчин, но призовые были просто смешными — вроде нынешних на сателлитах и челленджерах. С 1971 года стараниями Билли Джин Кинг, шестикратной чемпионки Уимблдона в одиночном разряде, был организован и женский тур, в котором поначалу было только 250 тыс. долларов на год! В 1990 году эта сумма уже достигла 23 млн., а в 2000-м — 47. После подписания 5-летнего соглашения с косметической фирмой SANEX в конце 1999 года в WTA-туре вздохнули спокойнее: до этого искали спонсора целый год и никого не могли «заловить» — еще пару лет назад женский теннис не считался конкурентоспособным по сравнению с мужским.

Что до мужского тура, то он поначалу включал в себя серию турниров Гран-при, WCT и других, также проводившихся сериями. Конечно, соревнований было гораздо меньше, чем сейчас, поэтому многие тогдашние профи и в 30 лет чувствовали себя мальчишками. АТР-тур в его нынешнем варианте возник в 1990 году и первые пять лет развивался весьма динамично. Турниры «мировой» и «чемпионской» серий, а также супердевятки плавно сменяли друг друга, гарантируя неплохой заработок (около 500 тыс. долларов) даже очень средним игрокам. К тому же правилами тура суперзвездам не возбранялось брать «гарантированные» деньги за приезд на турниры «мировой серии». Для кого-то эта «взятка» составляла 100 тыс., а для кого-то — и 500! Так что даже проигрывая в первом круге, можно было безбедно существовать.

Эта «халява» всерьез обеспокоила организаторов тура, и как одна из мер борьбы с серостью на кортах была изобретена смена рейтинговой системы. С 1 января 2000 года в теннисе началась «чемпионская гонка», в которой считались (и считаются поныне) только заработанные в этом сезоне очки. Специалисты от спортивного маркетинга сочли, что более понятный рейтинг позволит лучше «продать» игроков зрителям. Но, как выяснилось, нынешний «продукт» оказался малопривлекательным.

Во время Открытого чемпионата Австралии из одной из штаб-квартир тура в Лондоне просочилась тревожная информация. Гигант спортивного маркетинга, компания ISL, ведущая дела многих раскрученных в мире федераций вроде ФИФА, решила пересмотреть свой 10-летний контракт на сумму 1,2 млрд. долларов с туром. По этому контракту, в частности, компания владела правами на показ турниров Мастерской серии (бывшая супердевятка) и занималась имиджем турниров. «Мы, конечно, ожидали, что дела пойдут не очень быстро, но то, что убытки окажутся столь большими, для нас неприятный сюрприз. Теперь все достигнутые ранее договоренности с туром будут пересмотрены», — пригрозил Ролан Хаефели, представитель ISL по связям с общественностью. В туре забеспокоились и поспешили заверить, что финансирование Мастерской серии не пострадает. «Мы будем вести переговоры с ISL с позиции силы», — сообщил Ларри Скотт, второе лицо в АТР после Майлса. Можно, конечно, храбриться, но годовой отчет реально отражает коммерческую ценность тенниса для ISL. Похоже, до Кафельникова эта информация просто не дошла.

Были времена, когда и турниры «Большого шлема» были любительскими. Первые призовые появились, к примеру, на Открытом чемпионате Англии в том же переломном 68-м. Было это аж 26 150 фунтов. В 2000 году на кортах Уимблдона разыгрывались 7,9 млн. фунтов. В год триумфов Ольги Морозовой, признанной в России «теннисисткой века», за победу давали 7000. Сама же Морозова, будучи финалисткой Уимблдона−74, должна была получить 4000. Однако чиновники из Спорткомитета рассудили, что и 350 долларов для Морозовой достаточно. Получаемый из рук герцогини Кентской чек обналичивала уже не Морозова, а дяди в черных костюмах. В общем, доходы Ольги Васильевны никак не могли позволить этой известной спортсменке бездельничать после ухода из тенниса. Почти десять лет проработала Морозова тренером сборной Союза. На ее глазах такие способные ученицы, как Наташа Зверева, Лариса Савченко или Лейла Месхи, становились первыми в советском тогда еще спорте миллионершами.

Не терялись и теннисисты. Первым о своем отказе делиться заработанным с Госкомспортом сообщил Андрей Чесноков. Андрей не заработал бы свои 3,1 млн., не заяви он вовремя о правах. Чесноков, кстати, и сейчас продолжает выступать. Правда, в локальных турнирах во Франции, где живет, и иногда в России. Успели получить свое и Александр Волков (3,4 млн.), Андрей Ольховский (2,9), Андрей Черкасов (2,1). Все это теннисисты, «всплывшие» на мировую поверхность уже после перестройки и потому ограниченные во времени. Им приходилось, ворча и отплевываясь, насильно внедрять себя в чуждый им тур. То ли дело теперь — Марат Сафин, будто бы родившийся в этой среде. Впрочем, Сафин уже заработал на корте 4 млн., причем три из них — за последний сезон!

Отнюдь не невезучим оказался и Кафельников, за восемь лет карьеры получивший 18 млн. призовых! Женя не раз подчеркивал, что он не гонится за фирмами-рекламодателями — просто прилежно трудится на корте и в одиночном, и в парном разрядах. Несколько лет подряд его называли «железным парнем» по итогам года в туре: никто не играл так много матчей в сезоне, как Кафельников. Это часто вредило результатам в каком-то очередном эпохальном супертурнире, к которому надо было подойти отдохнувшим. Но что-либо подсказывать Евгению Александровичу — дело бесполезное. Тем более если речь идет о таком интимном вопросе, как растущий счет в банке.

Среди российских теннисисток по призовым ныне лидируют Анна Курникова (2,7 млн.) и Елена Лиховцева (2,2). От них значительно отстает Елена Дементьева (0,75), Татьяна Панова (0,5) и Анастасия Мыскина (0,2). Дементьева вообще начала играть ударно только в прошлом сезоне. Все в будущем и у Мыскиной. А вот Панова — своеобразный уникум. Упорству и характеру этой миниатюрной теннисистки — только позавидовать. Всего 158 см роста, а пытается тягаться на равных с дылдами. Вот только спонсоры на Татьянину фигурку не ловятся — не Курникова…

Коммерческая ценность спортсменки для рекламодателей — категория исключительная. Весь 2000 год самой высокооплачиваемой в теннисе оставалась Курникова, заработавшая в сумме (на рекламе бюстгальтеров, мобильных телефонов, сети ресторанов и показательных матчах) 18 млн. долларов. Но теперь, когда Венус Вильямс подписала сенсационный контракт с Reebok на 50 млн., Курниковой надо еще поломать голову, чем бы таким ответить.

Чуть лучше выглядит Агасси с его 23,5 млн. годового дохода. Однако и Курникова, и Агасси оказались на последних местах в десятке самых высокооплачиваемых спортсменов 2000 года. 8—7-ю позиции занимают игроки НБА Грант Фил и Карл Меллоун (26 и 28 млн. соответственно). 6—4-е места достались боксерам: Леннарту Льюису (35), Майку Тайсону (36), Эвандеру Холифилду (42). И, наконец, в тройке призеров оказались представители «Формулы−1», баскетбола и гольфа: Михаэль Шумахер (43), Шакил О’Нил (47) и Тайгер Вудз (50). Вудз, добившийся феноменальных побед в прошлом сезоне, возглавил верхушку айсберга вполне заслуженно. Правда, поговаривают, что парень так здорово отпраздновал эти успехи, что в начале этого года с трудом попадал по мячу при простейшем патте. Но ведь и «короли» когда-то расслабляются…

Отметим, что футболисты и хоккеисты не попали в «горячую десятку», поскольку их заработки колеблются где-то на уровне 10—12 млн., а это сущий «пустячок» на фоне по-настоящему крутых.

В пятерке самых высокооплачиваемых игроков всех времен значатся Пит Сампрас (39 млн.), Борис Беккер (22,0), Иван Лендл (21,2), Андре Агасси (20,9) и Стефан Эдберг (20,6). Причем здесь учтены исключительно заработки на корте. В аналогичной пятерке у женщин фигурируют Штеффи Граф (21,8), Мартина Навратилова (20,3), Аранта Санчес-Викарио (15,5), Мартина Хингис (14,6) и Моника Селеш (12,0).