Блейк Лайвли родила первенца!
Эдвард Нортон женился
Крис Браун отказался от Рианны
Диджей Грув завел седьмого питомца

Прогульщица

24 мая 2004 04:00
500
0

Она впервые оказалась в театре после поступления в театральное училище. Потом шутки ради пошла попробоваться в мастерскую Петра Фоменко — с положительным результатом. Потом совершенно случайно попала на кастинг к Алексею Учителю в «Прогулку» — и получила главную роль. А за нее — «Золотого орла». Тоже, видимо, случайно. Ирина Пегова вся такая — внезапная, случайная, непредвиденная.

Она впервые оказалась в театре после поступления в театральное училище. Потом шутки ради пошла попробоваться в мастерскую Петра Фоменко — с положительным результатом. Потом совершенно случайно попала на кастинг к Алексею Учителю в «Прогулку» — и получила главную роль. А за нее — «Золотого орла». Тоже, видимо, случайно.

Ирина Пегова вся такая — внезапная, случайная, непредвиденная.



— Ира, мне кажется, ты просто рождена для прогулки — любишь это дело?

— Очень! Обожаю гулять и ногами узнавать город. Московские переулки, парки, набережные… Еще — кататься на коньках и велосипеде. В театр, кстати, я часто приезжаю на велосипеде. Катаюсь даже за границей — там ведь обычно нет времени, если еду с гастролями или с фильмом. Поэтому, чтобы больше посмотреть, надо брать велосипед напрокат. А в Нью-Йорке, куда мы возили «Прогулку», увидела в багажнике у нашего оператора Юрия Клименко велосипеды и попросила покататься. Всю неделю рассекала по Манхэттену, по набережной Гудзона.

— Неужто одна?

— Одна, конечно. Путешествовать надо только в одиночку. Я увидела все нью-йоркское закулисье — включая помойки и стаи опасных афроамериканцев. Меня, правда, предупредили: дальше Централ-парка не заезжать. Что меня потрясло — там все как в фильмах ужасов и фантастики. Это действительно очень страшный город. Причем каждый день разный. Такое впечатление, что кто-то запускает разные компьютерные программы. Один день — сумасшедшая гроза. Так страшно! Стекла домов отражают угрожающие молнии, тучи. Фильм ужасов! На следующий день — солнце, 20 градусов жары, вода испаряется. И все эти стеклянные небоскребы наполнены светом, отражают небо… Каждый день город был разным. Мне так понравилось. Нью-Йорк теперь один из моих любимых городов, куда хочется вернуться.

— А еще куда?

— Безумно люблю Рим, Флоренцию, Венецию. Интересный город Каир… Кстати, там у меня произошел действительно страшный случай. Там я выдержала одна на улице ровно час. Я пошла пешком гулять, и ко мне реально пристал «безобидный» мальчик лет 12—13, объясняя жестами свои недетские желания. Он преследовал меня полчаса. Я настолько перепугалась, что почти помчалась в гостиницу. Причем чувствовала себя такой беззащитной — машины, проезжая, бибикали, арабы из них выглядывали и смеялись. В конце концов «мальчик» меня просто прижал на мосту! Я спаслась бегством в свой отель «Хайят», где мощная охрана и откуда я уже почти не выходила. Может, все дело было в том, что я была в шортах и майке?

— Хорошо, что не в купальнике. Каир все-таки не Питер. А ты, как я вижу, девушка модно-спортивная?

— Обычная моя одежда — это брюки и майка. Иногда яркие. Вообще интересуюсь модой. Но все-таки предпочитаю быть в жизни серенькой мышкой. На сцене зато компенсирую все…

— Когда тебя объявили на «Золотом орле» лучшей актрисой года, признайся, возликовала?

— Знаешь, какая-то пустота по жилам вдруг потекла. И тишина.

— Не ожидала?

— Конечно. Я даже не думала об этом. Я шла на эту торжественную церемонию, заведомо зная, что ничего не получу. И поэтому, когда объявили мою фамилию, испытала шок. И та моя растерянная речь, которую все слышали со сцены, — лучшее доказательство неожиданности этой награды для меня. Теперь понимаю, что у этого события тяжелые для меня последствия — люди стали смотреть на меня… предвзято, что ли. Я как будто должна кому-то что-то доказать. А я не хочу, и ничего ждать от меня не нужно. Я хочу спокойно делать свое дело.

— Учитель ведь снимал практически скрытой камерой?

— Просто без массовки, в гуще людей. Кстати, забавно получилось, когда мы снимали в Исаакиевском сцену обморока. Наш двухметровый второй оператор Паша Костомаров почему-то был не заметен в толпе. Люди его просто не видели. Мы репетировали, я падала в обморок перед камерой. А люди к нам подходили и предлагали таблетки. Все покупались. И потом, когда все закончилось и мы спустились вниз, одна девушка мне предложила сигарет с ментолом: «Возьмите, я видела, вам наверху плохо было». Я некурящий человек, но мне пришлось из деликатности взять сигареты.

— Тебе не кажется, что ты уж слишком жестокая кокетка в картине… После твоего флирта просто штабеля жертв…

— Ну почему? Хотя, возможно, наша ошибка, мы там с флиртом переборщили, надо бы потоньше… Когда я сейчас смотрю материал, мне хочется, чтобы в воздухе витало больше любви. Здесь бы побольше паузы, здесь — взгляда… Мне не хватает тишины, интима. Может, потому, что, например, с Пашей Баршаком и с Женей Цыгановым мы знаем друг друга шесть лет.

— Ага! Вот какое случайное знакомство на улице!

— Поэтому мы и боялись, что зрители поймут, что мы давно уже знаем друг друга, что это будет видно на экране. Нас это смущало…

— А не смущало то, что в кадре ты оказывалась в разных босоножках?

— Да, все это замечают. Это не секрет. И не фишка, а чья-то ошибка. Просто костюм был с одними туфлями, но по необходимости мы купили высокие прозрачные туфли-котурны для того, чтобы я попадала в кадр с ребятами — они высокие, а я маленькая. Я в них ходила, и они, естественно, везде попадали в кадр. Учитель это тоже заметил… Но оставил как есть — ведь все же понимают условность ситуации.

— Еще хамски спрошу, извини, о бюсте. Некоторые знатоки предмета считают, что ты специально «нарастила» его для съемок…

— Фу! Кошмар! Нет, у меня все свое, родное, и думаю, это даже не стоит обсуждать.

— Тогда признайся, какой у тебя основной недостаток?

— Нетерпеливость. Я очень нетерпелива, не могу ждать. Это особенно ужасно для актера. Ведь надо уметь ждать ролей годами.

— А как насчет влюбчивости?

— Могу запросто влюбиться в талант. Прийти в театр, увидеть актера и в него влюбиться. Я такая… Причем не важно — женщина это или мужчина. Но это же не будет любовь в том, главном смысле. Сейчас, в данных обстоятельствах, когда мое сердце занято — я абсолютный однолюб…

— А что, на минуточку, за обстоятельства?

— Боюсь сглазить… Но у меня такой волшебный период, начиная с осени… Бесконечное счастье… Ни одного дня с облачком. Настолько страшно становится от этого, что просто не верится…

— Мне почему-то кажется, что речь идет о том видном молодом человеке, с которым тебя видели на «Белом квадрате». И не только там…

— Да, это Дима Орлов, мой любимый человек. Он тоже актер. Мы, кстати, познакомились с ним, как в «Прогулке», — но через год после фильма. Встретились в фойе варшавской гостиницы — и сразу пошли гулять по городу. Втроем с переводчиком. А потом много дней общались и показались друг другу интересными людьми. Мы разговаривали, не помышляя о том, что будет там дальше. И так получилось, что в Москве мы начали встречаться.

— Прямо по сценарию фильма…

— В общем, да. Тут что интересно. Обычно как у меня происходит? Ты влюбляешься, придумываешь какой-то образ, а потом приходит разочарование, когда узнаешь человека изнутри… А тут наоборот — ты видишь абсолютно реального человека и с каждым днем все больше раскрываешь для себя какие-то его ценные качества… Чем дальше — тем больше.

Так получилось, что сейчас он мне нужен и я ему нужна в равной степени. У него есть те качества, которых нет во мне. И я от него набираюсь. Надеюсь, что и наоборот. То есть мы берем друг от друга то, что нам не хватает. Во мне, например, нет такой мощи — и я от него набираюсь внутренней силы. Я Близнец — воздушный знак. Во мне живет множество людей, и разобраться, кто я на самом деле, очень сложно. И через него я лучше узнаю себя. Дурацкие слова…

— Давай тогда немножко отвлечемся. Что для тебя важнее — внутренние или внешние качества у мужчины? Умный Квазимодо предпочтительней глупого Делона?

— А что, не бывает умного Делона? Должна быть, конечно, гармония. Во всем — в словах, одежде, поступках. Для меня главное — чтобы человек не лицемерил. Чтобы его поступки не противоречили тому, что он говорит. Мужчина еще должен быть остроумен — это одно из важных мужских качеств. Красота вообще относительна — я не заказываю у судьбы блондина с голубыми глазами. Это неинтересно. Мужественность — да. Мужчина должен быть, конечно, прежде всего мужественным. Ничего нового.

— А обеспеченным?

— Он должен хотеть и, наверное, уметь зарабатывать. А деньги в принципе женщине не мешают.

— И насколько тебе это не мешает?

— Ну… настолько, что я не думаю о дополнительном заработке.

— Даже на аренду квартиры?

— Нет, слава Богу, мне театр снимает квартиру. И пока об этом голова не болит.

— А как твои родители отнеслись к успеху дочери?

— Мама с сестрой были на премьере. Им понравилась красивая фестивальная обстановка, а фильм сначала не очень полюбился… Но им за меня не было стыдно… А через полгода, посмотрев его еще раз на видео, они позвонили счастливые — совсем другое ощущение, говорят, такой хороший фильм, какая хорошая ты, теперь нам не стыдно, пускай все покупают… А папа до сих пор и не видел…

— Они поддерживали тебя в стремлении на сцену?

— Мама (она сейчас менеджер, в прошлом бухгалтер) всегда была против этого. Считала, что это мир пошлости, вранья и разврата, что у актеров и актрис незавидная жизнь. Ей не хотелось, чтобы я попадала в такой мир. Она говорила: «Только через мой труп». И для того чтобы учиться в театральном училище, мне пришлось для мамы поступить в Политехнический институт в Нижнем Новгороде. Затем я уже поступила в театральное, и мама успокоилась. Сейчас же она видит, что ничего плохого в моей жизни не происходит — поэтому, естественно, она счастлива и пожинает плоды. Она каждый день мне звонит и говорит, как она счастлива. А папа у нас бывший спортсмен, он молчал, не выказывал своего мнения, но внутренне меня поддерживал, потому что ему самому не удалось достичь каких-то олимпийских высот. Поэтому я думаю, что он рад за меня.

— Правда, что ты раньше пела, выступала с группой?

— Да, в нашем городе Выксе была студия, танцевальный коллектив, где я была одной из солисток. Мы ездили на гастроли по всей Нижегородской области. Сначала пели репертуар наших эстрадных исполнителей, и не только наших — и Наташи Королевой, и Фредди Меркьюри, — а потом мы уже стали сочинять сами песни. У нас появились свои поэты, композиторы… И в Нижнем Новгороде на профессиональной студии нам уже делали музыкальную обработку.

— Почему ты вдруг решила податься из певиц в актрисы? Как-то это нетипично…

— Да. Но… я дико боялась сцены. Чтобы научиться как-то держаться на сцене, говорить, петь, избавиться от комплексов, я и поступила в театральное училище. А потом затянуло, и пение само собой отпало. Ну, а затем решила — в Москву, к Фоменко.

— Что было трудным — кроме бешеного конкурса?

— Ну, мне было проще — я все-таки уже училась в театральном. Но нужно было набрать денег на дорогу. И я стала просто мыть театральное училище — подвал, курилка. Работала уборщицей. И не только. Приходилось подрабатывать и в ночных клубах — мы устраивали вечеринки. Например, вечеринка посвящается какому-то насекомому. И мы втроем-вчетвером весь клуб обустраивали на эту «насекомую» тему, а ночью разыгрывали скетчи на эту тему. Конечно, это не самый приятный опыт. Если бы у меня были деньги, я бы, безусловно, так не делала. Мне это было вдвойне неприятно, потому что я все-таки училась на актрису…

— У тебя есть «голубая мечта»? Роль, за которую жизнь отдать не жалко?

— Нет. (Смеется.) Жизнь я отдавать ни за какую роль не собираюсь. Наоборот, жизнь меня сама выбирает на роли. А если серьезно — мечтаю о Катюше Масловой и Анне Карениной Льва Толстого. И о Джульетте — правда, время идет, сейчас я вырастаю из нее, но раньше очень сильно хотелось.

— Актриса-идеал для тебя — это…

— Инна Чурикова, бесспорно, на сегодняшний день. Вообще талантливых актрис у нас много, но бесспорно — Чурикова.

— Говорят, Учитель снова тебя позвал к себе?

— Да, только что отснялась у него в картине «Космос как предчувствие». Работали в Волхове под Петербургом — там остался такой замороженный Советский Союз, это 57-й год. Если «Прогулка» целиком построена на импровизации, то «Космос» снимали по законам классического кино. Очень интересный сценарий Миндадзе, там такая сильная линия любви, мужской дружбы, предательства… Играю я провинциальную официантку, которую любит герой Жени Миронова.

— Как забавно — в одном фильме встретились «орел» и «орлица»!

— Да, вот такое совпадение. Спасибо Учителю. И еще у нас там с Женей Цыгановым смешная история: если в «Прогулке» я его использую в корыстных целях, то в «Космосе» он мне отомстил. Кстати, мою родную по фильму сестру играет актриса ТЮЗа Елена Лядова. Долго искали девочку, похожую на меня, — нашли Лену. Не копия, конечно, но похожа. И до такой степени, что, когда мы на съемках, то нас вечно все путают — даже гримеры… Были случаи, что к ней подходили, брали автографы, принимая за меня. А еще репетируем с Миттой. Даст Бог, летом начнутся съемки сериала «Лебединый рай». Там я сыграю одну из трех главных героинь. Самое приятное, что сниматься «Рай» будет у меня на родине — выбрали натурой мой родной город Выксу. Из-за этого очень хочется…

— В общем, без работы в кино ты теперь не останешься…

— Но у меня нет цели брать количеством. Хотелось бы качеством. Чтобы фильмы были разные, роли разные… Так как я характерная актриса, многоплановая, мне интересно играть все. Но вообще я никогда не строю планов. Это моя беда. Наверное, это ужасно.