Архив

Путешествие по MTV в компании Шелест

26 февраля 2001 03:00
914
0

Когда-то на МТV проводили конкурс, в котором главным призом для телезрителей была возможность попасть на студию МТV и провести там целый день в обществе популярных ведущих. С тех самых пор меня все время мучил вопрос — а что же там такого замечательного и необычного, на этом МТV? С этим мы и обратились к одной из самых известных VJ. И получилась такая прогулка по МТV с Ольгой Шелест в качестве экскурсовода.

 — Это звездная комната — видите, на двери звезда нарисована. За ней гримерная и костюмерная. Здесь звезды переодеваются. Тут у каждого есть свой шкафчик. Это мне Антон подарил наклейки. Децл, «Руки вверх!», «Вad Balance»… У Антона на шкафчике «Backstreet boys», а у Александра Анатольевича ничего нет.

— Неужели в эти маленькие шкафчики помещается весь ваш огромный гардероб?

 — Ну, они очень глубокие, и там все висит. В общем-то, хватает на неделю. Одежду нам привозят из всевозможных магазинов. Потом какие-то вещи дарят, какие-то мы покупаем. Это костюм звездочета, завтра Антон будет в нем вести программу. Сейчас, секундочку, я надену колпак. Костюмы для костюмных дней мы берем на «Мосфильме». Там самое большое и самое приличное по сохранности собрание.

Это гримерная. Сюда мы утром приезжаем, и из нас, некрасивых, бледных, страшных, делают очень красивых. Фотографии специально для гримеров, чтобы они видели образы какие-то и делали нас. Мне очень нравится и краситься, и менять имидж, и все прочее. Частенько надоедает то, что у меня на голове. Поэтому я стараюсь каждый месяц что-то менять. И в прическе, и вообще в одежде.

Это самая большая студия на МТV. Здесь снимают три программы — «Бодрое утро», «Двенадцать злобных зрителей» и «Ночь откровений». Ну, еще здесь другие всевозможные программки снимаются, но для них специально раскладывают декорации. В общем-то, здесь каждый день пылесосят. То есть мы находимся в стерильной чистоте.

— Ты уже довольно давно работаешь на телевидении, и для тебя уже, наверное, нет разницы — что прямой эфир, что просто так, дома на кухне сидеть болтать?

 — Любая работа превращается в обыденность. По крайней мере чувство прямого эфира для меня превратилось в обыденность. Но тем не менее мне всегда интересно. И бывает немножко страшновато, когда придумываешь тему и не знаешь, пойдет она — не пойдет, будет отдача — не будет. А так, конечно, мне не составляет труда сесть в кресло и что-нибудь там сказать. Это направленность программы — здесь я могу нести полную ахинею. Вот если бы это была политическая программа и меня попросили бы что-то умное сказать, то у меня были бы, наверное, полные штаны.

— Говорят, ты даже можешь употребить и нецензурное выражение в прямом эфире.

 — Нет, нецензурные я не могу. Просто один раз это случилось, выскользнуло. Вообще в жизни я не матерюсь никак, у меня такого нету. А один раз у меня случилось, и то не целиком. Я сказала просто слово «бля».

— И что тебе потом за это было?

 — Ничего не было, потому что начальство не видело, и что об этом в прессе писали, тоже не видело.

Это такая наша туалетная мулька. Это мужской ТВ, а это женский. Жо Ти Ви. Рядом кафе, которое работает с 13 до 19. В общем-то, здесь я бываю редко. Но метко. Иногда попадаются волосы, хочу сказать. У нас тут периодически меняются тетеньки. А вот доска объявлений для продюсеров, где висели лучшие рейтинги недели. Но что-то последнее время их убрали. Наверное, стало неинтересно, потому что «Бодрое утро» было всегда на первом месте. Поэтому им уже всем надоела наша слава.

Это монтажные аппаратные, где заседают монтажеры, режиссеры и продюсеры и ваяют собственно программы. А вот это аппаратная, где монтирую я.

— Сама?

 — Нет, я монтирую с видеоинженером. Просто с недавнего времени я делаю сводный чарт. Есть такая программа, в которой собраны первые места всех хит-парадов МТV. К сожалению, пока не могу осилить всю эту технику. Для меня она просто темный лес. Но командовать я умею, поэтому монтажер все четко выполняет. Муж у меня в технике хорошо разбирается и меня все обещает как-нибудь научить. Я часто смотрю, как он делает «Новую атлетику» (Алексей Тишкин — продюсер «Атлетики». — О. К.).

— Вы с мужем — коллеги. Бывает, что он вас критикует, говорит, что вот этот эфир был хуже, а этот лучше?

 — Что касается «Бодрого утра» — ему нравится все. Что касается «Новой атлетики», то мало того, что дома ор стоит, так еще и на работе. Я не то сделала, и это не смогла, все очень плохо и давай заново.

— «Новую атлетику» ты стала вести, потому что сама когда-то занималась спортом и интересуешься сноубордом и роликами?

 — Просто когда были нужны ведущие для новых программ, ко мне подошел мой будущий муж и сказал: если хочешь, давай сделаем спортивную программу. Сначала она была о популярных видах спорта — баскетбол, футбол, фигурное катание. А потом решили, что непопулярные, уличные, экстремальные виды спорта тоже требуют широкой огласки. Мой муж всем этим очень увлекался, он меня и «подсадил». Я стала кататься на сноуборде, летом занималась агрессивными роликами. Но когда я просто разодрала себе в клочья все локти, один раз навернувшись с трубы, решила, что пора завязывать. У меня был эфир, и мы по дороге купили какие-то цветные пластыри. Тут, значит, салатовый, тут розовый, на пальцах голубые какие-то. Это было ужасно, и я решила, что не стоит себя травмировать, чтобы не выглядеть глупо в эфире. Поэтому на данный момент остается только сноуборд.

Ресепшн. А эта буква, по-моему, она стояла на МТV-пати на Красной площади, когда приезжали «R. H. C. P». Нет, я ошибаюсь, она стояла на открытии МТV, возле кафе.

Кабинет Бориса Зосимова. Мы частенько у него собираемся, проводим собрания, сидим и обсуждаем всевозможные темы — как стать лучше, новее, интереснее. Ну, меня он хвалит. Меня хвалит, Антона хвалит… других ругает. Он не то чтобы строгий. Но мы четко должны понимать, что мы можем делать, чего не можем делать, и уже в этих рамках развиваться. Но тем не менее он очень нас всех любит. Мы для него просто дети все родные.

— А что вы не можете делать?

 — Мы не можем курить в эфире, пить, мы не можем употреблять наркотики. Мы вне всего этого и вне политики тоже. И вообще должны в жизни пропагандировать здоровый образ жизни.

— Ты проработала практически на всех музыкальных каналах — Муз-ТВ, СТС, НТВ+, Биз-ТВ. Как, на твой взгляд, чем МТV от них отличается?

 — В тот момент, когда я работала на этих музыкальных каналах, не знаю, как сейчас, там существовали жесткие рамки. Ни шагу назад, ни шагу вперед… Для прямого эфира я должна была, как в фильме про Говарда Стерна, за неделю сдавать все бумаги — что буду говорить, и, по идее, я должна была все это выучивать. Это просто жутко и отвратительно. Здесь же такого нет. Я в принципе вольна делать в своей программе все что угодно. Хотя у меня есть непосредственные начальники — продюсеры и директора, тем не менее эти люди дают мне свободу действия.

— Профессия VJ достаточно молодая, и много лет работать в эфире не получится. Ты уже задумывалась о будущем?

 — Обычно, если ви-джей обладает талантом, после трех лет работы в интерактиве он делает либо свое шоу, опять же на МТV, либо свою программу, которая выходит не так часто. Или человек становится режиссером, продюсером, он может пойти в кинематограф, куда угодно. Я думаю, что-то подобное меня тоже ожидает.

— Я слышала, что ты поешь, да и актрисой хотела стать.

 — Это мои друзья говорят, что я пою, на самом деле слуха у меня нет. Голос есть. А вот слух… Но мне приводят многочисленные примеры известных и популярных людей, чью музыку обожают, которые не обладают ни тем, ни другим. Но я пока к этому не готова. А кино меня по-настоящему привлекает. Уже были попытки, но в основном предлагают играть саму себя. А мне это не столь интересно, как сыграть какой-нибудь образ.

— Ты когда-то говорила, что собираешься покорить Голливуд, — это серьезно?

 — Да. Я не понимаю скептицизма — а что там делать, в Голливуде? А что там тебе надо? Или — давай, давай, мечтай. Почему нет? Я думаю, если захотеть, можно получить все что угодно.