Архив

История с энтомологией

2 апреля 2001 04:00
611
0

Вы заметили, что Набокова ставят нечасто? Еще бы, ведь практически невозможно без потерь передать со сцены всю прелесть его поистине гениальных точнейших наблюдений: «соломенное кресло с потугами на грацию», «сухие листья, как старые кожаные перчатки», «жена, бледная, будто пласт остывшей говядины»… Все эти цитаты из романа «Король, дама, валет», который все-таки, словно очередные камикадзе, решились воплотить единомышленники с Малой Бронной. Кстати, говорят, известны случаи, когда камикадзе вопреки здравому смыслу оставались живы…

На вопросы «МК-Бульвара» отвечает актер Георгий Мартынюк:

 — В прошлом году мне на юбилей подарили картину — большую засушенную бабочку под стеклом. Я сразу подумал тогда о Набокове, ведь он очень увлекался энтомологией, и эта мысль — Набоков, Набоков, Набоков… не покидала меня. А теперь вот мы выпускаем спектакль, то есть бабочка — это был мне какой-то знак, какой-то намек. Так что я верю во всякие предзнаменования, я вообще человек суеверный и давать интервью до премьеры мне очень не хочется.

— И все-таки, как думаете, почему роман «Король, дама, валет» по сравнению с другими произведениями Набокова довольно часто ставится в театрах?

 — У меня к Владимиру Набокову неоднозначное отношение, какие-то его вещи сложны и очень тяжело идут, как, например, «Ада», которую весьма трудно переварить. А «Король, дама, валет» я прочел залпом, потому что в нем есть интересный сюжет, такая даже детективная основа, очевидно, поэтому его многие пытаются инсценировать. И, конечно, в театрах любят это произведение за насыщенную любовную линию: там есть что играть, да и зритель часто идет смотреть именно «про любовь». Это же извечная тема, а тем более вкупе с такой мощной интригой — адюльтером с последующим желанием неверной супруги убить мужа.

— Набоков называет вашего героя — Мена — «старичком в сером». Вас столь невыразительный образ не отвратил от роли?

 — Нет, ну дело в том, что в первую очередь я играю автора, а автор уже по ходу действия как бы превращается в других персонажей: в старичка, в слугу… Тем мне и понравилась роль, что автор выступает не просто как комментатор, а, придумывая эту историю на глазах у зрителей, сам же принимает в ней участие. Так, после своей же реплики: «Здесь должен появиться какой-то старичок» — перевоплощается в этого старичка, но острой характерности я избегаю, чтобы не забывалось, что в первую очередь я — сочинитель.

— Ну, а как вам то, что старичок оказывается бывшим фокусником, да еще и сумасшедшим?

 — Он не сумасшедший — скорее, странный: все время говорит о своей жене, которая так и не появляется, и когда вопрос: «Так где же ваша супруга?» — уже невозможно оставить без ответа, он устраивает очередной фокус. В этом как бы грань Набокова, его мистификаторская жилка, к тому же у него всегда присутствует такое ироничное желание постоянно ставить героев в какие-то алогичные ситуации, в этом тоже есть свой фокус. Он вертит людьми, подкидывая им невероятно замысловатые ситуации, и с интересом наблюдает, как они будут мучиться. Автор — эдакий авантюрист, пишущий легко, изящно импровизируя.

— В романе действие происходит в 20-х годах в Берлине. Это как-то отражено в спектакле?

 — Нет. Любовь, измена, коварство интернациональны, поэтому мы не уточняли географическое место действия, обозначив его просто как столицу европейского государства.

— Говорят, что в предпремьерный период актер никак не может отключиться от мыслей о роли?

 — И со мной бывает! Часто! Роль внутри тебя живет самостоятельной жизнью, и управлять этим ты уже не можешь. Аж ночью просыпаешься и начинаешь прокручивать в голове какие-то сцены, это увлекает, поиск продолжается, и вдруг думаешь — нашел! А утром встаешь с мыслью — и что за ерунду я придумал ночью?! (Смеется.)

— Новый главный режиссер театра Андрей Житинкин как среагировал на вашу работу?

 — Нормально, диктатурой он не занимается, не вмешивается, даже не приходит на репетиции. Но мы ведь начали проект еще до его назначения — в середине января, и работа уже приближается к концу, надеюсь, благополучному.

— Вам не кажется, что в названии романа зашифрована некоторая перекличка с пушкинской «Пиковой дамой»?

 — Вот уж не приходило такое в голову! Хотя в той даме и в нашем старичке сумасшедшем явно есть какая-то аналогия.

«Король, дама, валет».

А. Литвин по В. Набокову

Реж. Ю. Иоффе.

В ролях: Г. Мартынюк, О. Вавилов, Л. Богословская, Д. Цурский и др.

Театр на Малой Бронной

(М. Бронная, 4)

27, 30 марта и 6 апреля в 19.00.

Билеты: от 20 до 100 руб.