Светлана Светличная: «Я позитивная, добрая, счастливая и отзывчивая»
Екатерина Волкова: «Меня интересуют сумасшедшие люди»
Светлана Феодулова: «Мой муж спланировал похищение ребенка!»
Катя Семенова. Фото: личный архив.

Катя Семенова: «На эстраду я попала из ветеринарной клиники»

«Чтоб не пил, не курил и цветы всегда дарил». Эта песня не только прославила артистку на весь Советский Союз, но и стала пророческой относительно ее личной жизни.

Екатерина Корешева
24 октября 2013 17:00
9727
0

«Чтоб не пил, не курил и цветы всегда дарил». Эта песня не только прославила артистку на весь Советский Союз, но и стала пророческой относительно ее личной жизни.

В восьмидесятые годы, когда зажглась звезда Екатерины Семеновой, еще не существовало таблоидов, из которых поклонники могли бы узнать о личной жизни своих кумиров. Поэтому и додумывала народная молва, что и как происходит на эстрадном небосклоне. Так, о нашей героине говорили, что на сцену ее вывел дядя — Юрий Антонов, а замужем она была за Вячеславом Малежиком. Хотя подлинная история Кати похожа на сказку о Золушке. Из уборщицы подъездов — в шоу-бизнес, где она и встретила своего принца.


В нежном возрасте почти все девочки мечтают о сцене. А вы?
Катя Семенова:
«Я была полненькая, поэтому хотела стать… балериной. Вес мне не казался особой преградой. Помню период, когда я буквально влюбилась в певицу Ольгу Воронец. Заплетала свои жиденькие волосенки в косу, брала скакалку и изображала своего кумира, напевая: «Я Земля. Я своих провожаю питомцев…» Причем в то время значение слова «питомцы» оставалось для меня загадкой. Но несмотря на какие-то творческие устремления, я видела себя в будущем зубным врачом. Хотите верьте, хотите нет, но в детском саду я вырывала молочные зубы своим одногруппникам. А был вообще примечательный случай. На даче у моего приятеля болел и шатался зуб, и я решила помочь парню. Думаю, коли болит, нужен еще и укол, который я сделала гвоздем в попу. Как потом оказалось, зуб я удалила ему хорошо, а вот на заду начался абсцесс от моей «инъекции».
Вы с легкостью говорите о детских годах, а между тем они были суровыми.
Катя:
«Я рано потеряла родителей. Мой папа был инженером, часто ездил в командировки, в том числе и за границу — в Румынию, Китай. И на мой пятый день рождения он оказался далеко от дома, в городе Шатуре. Хотел отметить первый юбилей своей дочки, принять за меня рюмашку. И в лаборатории он из колбы, где, как предполагалось, был спирт, налил себе чуток, выпил и умер. Как вы понимаете, жидкость оказалась ядовитым веществом. Глупая и жуткая смерть. А через шесть лет, когда мне исполнилось одиннадцать, из-за рака не стало мамы».
Кто же занимался вашим воспитанием?
Катя:
«Детского дома я избежала благодаря своей старшей сестре. У нас с ней разница в четырнадцать лет. Вообще она героическая женщина — взяла меня к себе, несмотря на то, что у нее самой уже было двое детей и муж-алкоголик. Конечно, угроза интерната все-таки маячила. Я слышала разговоры взрослых — сможет ли Людмила финансово потянуть воспитание троих детей. От ее супруга помощи ждать не приходилось. Я старалась помочь. Меня оформили по чужой трудовой книжке в ЖЭК уборщицей подъездов. И я с одиннадцати лет работала. Но не жалею об этом, ведь любой опыт — отрицательный или положительный — крайне важен. Помню, у всех одноклассниц в то время появились немецкие куклы в пластиковых стаканах, продавались они в «Детском мире» и стоили четыре рубля. Конечно, мне тоже хотелось такую, я буквально грезила этой игрушкой. Люда мне сказала: «Получишь зарплату, и если будешь хорошо учиться, можешь пойти и купить себе куклу». Так и вышло. И я не только реализовала свою мечту, но и запомнила на всю жизнь: если хочешь иметь что-либо, надо работать, просто так ничего не будет».
А чем вы стали заниматься после школы?
Катя:
«Будете смеяться, но в старших классах я определилась — поеду на БАМ. А когда перед выпуском стала проходить всех врачей, выяснилось, что у меня проблемы со зрением. В памяти отложились слова доктора: «Да, этой девочке космонавтом не быть». Я сильно расстроилась, даже плакала, будто всегда мечтала полететь в космос. Но поскольку здоровье подкачало, решила и от БАМа отказаться. И пошла работать в кафе марочницей, считала чеки. Ставка была небольшая, и устроилась я туда только из-за того, что можно было таскать продукты домой. Во всяком случае, мне так представлялось поначалу. На деле вышло иначе. Желающих воровать было много, и я оказалась последней в этой очереди, мне ничего не перепадало. Поэтому, помыкавшись три месяца, я ушла оттуда. Начала трудовую деятельность санитарки на санэпидемстанции. Мыла там чашки Петри и прочую посуду для анализов. Там я заразилась туберкулезом. Лежала в больнице, лечилась. Естественно, поправившись, я уволилась. Не хотелось еще какую-нибудь болячку там подхватить. И тут я столкнулась с серьезной проблемой: с моим диагнозом меня никуда не хотели брать на работу. Уж не знаю почему — ведь туберкулез опасен в открытой форме, пациенты с этим диагнозом находятся в больнице, а у меня-то была закрытая форма. На мое счастье, в ветеринарную клинику неподалеку от дома срочно требовался делопроизводитель. Их не напугало то, что я перенесла такую болезнь».

О первом неудачном браке певица не жалеет, ведь от него остался сын Иван, мамино счастье. Фото: личный архив.
О первом неудачном браке певица не жалеет, ведь от него остался сын Иван, мамино счастье. Фото: личный архив.

Я слышала, что вас и ваши шутки до сих пор вспоминают в той клинике.
Катя:
«Для меня это тоже было незабываемое время. И правда, было весело. Чаще всего на память приходит, как я разыграла одну санитарку, бабу Шуру. Она у нас специализировалась на том, что держала котов во время кастрации. И ей дополнительно за это платили. По-моему, по пятьдесят копеек за каждую операцию. Это был ее бизнес. И не дай бог какая-нибудь Клава перехватит у нее хоть одну из этих процедур! А у нас рядом находилось цирковое училище. Вот я как-то и говорю: „Баба Шура, к нам тут из цирка должны слона на кастрацию привести. Подержишь?“ Та даже не удивилась, а стала подсчитывать, сколько же это будет стоить. Я поясняю: „Наверное, рубля два-три получите“. И она недели две-три ожидала слона, прежде чем поняла, что ее разыграли. Но вообще надо сказать, что когда я начала работать в лечебнице, мои жизненные планы поменялись. Наверное, в первую очередь потому, что я люблю животных. И я зажглась идеей стать ветеринаром. Так бы и случилось, если бы не эстрада».
А как вы попали на сцену?
Катя:
«Из ветклиники. В то время каждой организации было положено подписываться на периодические издания. Получать и сортировать их входило в мои служебные обязанности. И вот в одной из газет я прочла объявление о конкурсе на лучшее исполнение советской песни. Думаю: а почему бы мне не принять участие? Правда, имелась проблема — заявки подавались от каких-то коллективов или товариществ. Например: «Мы, сотрудники такого-то завода, рекомендуем для участия нашего рабочего Степана Степаныча, который славится своим вокалом». Принимались обращения и от жильцов дома, двора и даже коммуналки. Просить такую бумагу по месту службы я не стала — не хотелось, чтобы там знали, да и не была уверена, что поддержат эту идею. Но я не растерялась, написала: «Здравствуйте. Я в квартире живу одна, но при этом неплохо пою». Видимо, мое письмо оказалось весьма оригинальным, и меня пригласили с одной только целью — посмотреть, что за дурочка его написала. В результате я получила Гран-при… Но мои ожидания не оправдались: после победы я не стала звездой эстрады, а вернулась на свое место в лечебницу. А петь-то понравилось так, что уже не остановиться… И после работы я каждый день стояла у звукозаписывающей фирмы «Мелодия» — в надежде, что меня позовут куда-нибудь на подпевки. И мое упорство сработало. Сначала приглашали на запись бэк-вокала. А потом и вовсе поступило предложение стать участницей группы «Девчата», которую организовали при Московской областной филармонии. Одна из самых известных песен этой группы — «Чтоб не пил, не курил…»

«В советское время, когда хорошую тушь было сложно достать, я по совету артистов Большого театра красила глаза немецким гуталином на силиконе. Однажды перед выходом на сцену я давала интервью и одновременно второпях накладывала тон. Вдруг вижу – у журнали
«В советское время, когда хорошую тушь было сложно достать, я по совету артистов Большого театра красила глаза немецким гуталином на силиконе. Однажды перед выходом на сцену я давала интервью и одновременно второпях накладывала тон. Вдруг вижу – у журнали

Ваш первый супруг тоже связан с шоу-бизнесом. Вы тогда и встретили его?
Катя:
«Нет. Это произошло спустя несколько лет. В тот момент я уже работала с коллективом Юрия Антонова. Причем я не помню, где мы познакомились. Знаю точно, что не за кулисами, поскольку я тогда была не накрашена. Потом созвонились пару раз. Я должна была отправиться на гастроли, Андрей спросил, когда я возвращаюсь, и предложил встретить на вокзале. И получилось очень смешно. Ехала-то я после концерта, поэтому вся такая раскрасавица, разодетая, с прической, в боевой раскраске. Выхожу на перрон, вижу Андрея, который, глядя в упор на меня, никак не реагирует, не узнает и кого-то другого ищет глазами. Я подошла к нему, потрепала по плечу: „Привет! Неужто не признал?“ Бедолага, он даже растерялся… Мы стали общаться. Он тоже творческая личность — музыкант, композитор. Нам было интересно и легко вдвоем. И однажды я ему говорю: „Не хочешь на мне жениться?“ А он в ответ: „Хочу“. Дальше меня ожидала первая встреча с его мамой. Это было нечто! Незадолго до столь знаменательного события мы с Юрием Антоновым выступали в Московском театре эстрады, и я, ожидая выхода на сцену, курила в закуточке рядом с кулисами. Ко мне подошла женщина, сделала замечание, я ее послала, причем используя нецензурную лексику. А через пару дней приводит жених меня к себе домой, и нам открывает дверь та самая дама. Как выяснилось, моя будущая свекровь работала главным инженером театра. Захожу я в комнату, а она меня спрашивает: „Что ж ты матом не ругаешься?“ А я в ответ: „Так сейчас и повода пока нет“. Наши отношения были нелегкими, но постепенно переросли в нормальные. Поспособствовало этому и рождение сына Вани через полтора года после свадьбы. А когда мы с мужем решили развестись, она приняла сторону сына и меня просто возненавидела».
Почему вы разошлись?
Катя:
«Все было непросто. Андрей — талантливый композитор, но… крупных форм. У него получалась замечательная музыка для кино, а вот песни, которые он написал для меня, были неудачными. Но я их продолжала исполнять — как я могу отказать мужу? Мы восемь лет прожили в браке, почти двадцать четыре часа в сутки находились вместе — и на сцене, и дома. Ощущалось полное отсутствие личного пространства. А оно необходимо. Правда, несмотря на это, вполне возможно, мы бы продолжали жить вместе, если б я не узнала, что у него появилась другая женщина. Я решила, что мне надо уйти на какое-то время, обдумать, что делать и как вести себя дальше. Но свекровь отрезала мне все пути к возвращению. На меня навалилась жуткая депрессия. Было настолько плохо, что я не могла находиться одна в своем родном доме. Поэтому пришлось переехать к подруге. Сына я была вынуждена оставить свекрови — не только из-за своего состояния, но и потому, что прекрасно понимала: мне надо работать, а это означает постоянные поездки. Не будешь же таскать ребенка с собой. Была бы жива моя мама, я, конечно же, поступила бы иначе. Все это было мучительно. Ведь первое время меня даже на порог не пускали, чтобы я могла повидать Ваню. Хотя позже та сторона смилостивилась, меня стали допускать до ребенка и относились терпимо. А уже когда сын вырос, женился и у него появился первенец — Матвей, мы и вовсе объединились для того, чтобы помочь молодой семье. И сдружились на этой почве настолько, что смерть свекрови стала для меня ударом: я потеряла близкого, родного человека. Что касается бывшего супруга, то он женился на той самой женщине, с которой у него был роман. У них дочь».

Судьба у артистки была непростой, но всегда ее выручало неиссякаемое чувство юмора, благодаря которому ей удалось многое пережить. Фото: личный архив.
Судьба у артистки была непростой, но всегда ее выручало неиссякаемое чувство юмора, благодаря которому ей удалось многое пережить. Фото: личный архив.

Долгое время ходили слухи, что у вас романтические отношения с Вячеславом Малежиком и именно он привел вас в качестве ведущей в программу «Шире круг».
Катя:
«Со Славой мы действительно познакомились еще до того, как я приняла участие в этом телешоу. Произошла наша встреча благодаря моей дружбе с Сашей Юдиным из группы „Рецитал“. Он мне рассказал, что есть такой Вячеслав Малежик, который пишет хорошие песни, а я как раз искала репертуар. И вот, будучи на гастролях, мы оказались в одной гостинице. Вечером столкнулись в холле, и музыкант группы „Пламя“ указал Славе на меня: „Эта девушка тебя искала“, что соответствовало действительности. А Малежик принял меня за поклонницу, спрашивает: „И чего тебе надо?“ Видно, решил, что мне нужен автограф или даже что-то большее. Выглядело все это не очень красиво… Поэтому я с вызовом ответила: „Ничего. Мне Юдин говорил о вашем творчестве, вот я и хотела послушать. Теперь такого желания нет“. Разобравшись, кто я такая, он пригласил меня к себе в номер и начал петь. Кстати, мы были не вдвоем — к нам присоединилась Ирина Шачнева, которая также работала тогда в „Пламени“. Она тоже пела. Так что ничего такого не было, кроме песен. А следующая наша встреча состоялась уже на программе „Шире круг“. Это был первый выпуск, и если Вячеслав был изначально приглашен в качестве ведущего, то меня позвали как певицу — исполнить свой номер, и все. Но в последний момент что-то произошло с партнершей Малежика. И мне прямо на съемочной площадке сказали: „Будешь вести ты!“ Так и сложился наш дуэт, просуществовавший восемь лет. Естественно, зрители нас со Славой „поженили“, хотя на самом деле никаких романтических отношений не было. Мы приятельствовали, но не более. Встречались в основном только на съемочной площадке или за кулисами сборных концертов. Ни о каком романе не могло быть и речи, поскольку я состояла в браке с Андреем и никогда не изменяла ему».
Катя, в отличие от большинства артистов советской эстрады вы очень часто ездили за рубеж. Почему? Вроде бы и песен патриотических не пели…
Катя:
«Здесь остается только гадать, хотя у меня есть одно предположение… Я догадываюсь, кто та фея, которая сделала возможным выезд Золушки за границу. Началось все с того, что меня пригласили на фестиваль эстрады в Польшу. Мне предстояло пройти собеседование с партийными чиновниками, среди которых, естественно, присутствовали и сотрудники всесильной по тем временам организации под названием КГБ. Я долго готовилась к этой встрече — прямо как к экзамену. Мне казалось, что я выучила всю историю не только нашей компартии, но и партии польских коммунистов заодно. Подкована была так, что не собьешь. Пришла на „допрос“, ответила вроде бы на все вопросы, и вдруг один особо вредный дядечка спрашивает: „А какой политический деятель должен приехать из Польши в СССР в следующем месяце?“ Ха, думал, что поймал, но не зря я из библиотек не вылезала и все газеты читала. Отвечаю: „Нанесет визит первый секретарь Польской объединенной рабочей партии Войцех Ярузельский“. И тут я решила выпендриться и добавила: „И он приедет не один, а со своей супругой“. Зачем я это ляпнула?! Язык мой — враг мой. Поскольку этот же чинуша тут же спросил: „Как зовут его жену?“ А вот на этот вопрос в периодических изданиях, которые я штудировала, ответа не было. И меня „запороли“. Я поняла, что на фестиваль не попадаю. Сижу в Москве. И вдруг звонок: „Катя, завтра летим в Польшу“. Я удивилась, а мне рассказывают, что за меня заступилась Алла Борисовна Пугачева — буквально настояла на моем участии в международном конкурсе. Говорят, на вопрос Примадонны, а чем девочка-то неблагодежная, ей сказали, что я не знаю имени первой леди ПНР. На что Пугачева со свойственной ей прямотой ответила: „Так это, наоборот, говорит о благонадежности: она же не в полюбовницы к нему едет, когда надо быть в курсе всех подробностей семейной жизни, а петь. И не только для него“. Одним словом, Алле Борисовне удалось убедить чиновников, что меня можно выпускать за границу. Но… Сколько раз я слышала, что Пугачева, чуть что, требует благодарности и поклонения! Не верю, потому что в моем случае ничего подобного не было. Мало того, со мной она вела себя так, будто бы ничем мне не помогала. А это ведь очень многое говорит о характере человека. Она сделала доброе дело, но никогда это в укор не ставила».

Одним из первых приобретений Екатерины стала «Волга» «пожарного» цвета. Фото: личный архив.
Одним из первых приобретений Екатерины стала «Волга» «пожарного» цвета. Фото: личный архив.

Также вы одна из тех немногих советских исполнителей, кто ездил на Олимпиаду в Канаду…
Катя:
«Да. Мы, артисты, приехавшие поддерживать дух наших спортсменов, провели там месяц. И это было что-то! Нам на каждое соревнование было положено по билету на два лица, передать его кому-то мы могли только по очень уважительной причине. А поскольку деньги были нужны, мы с Андреем Макаревичем не раз придумывали себе оправдания, почему мы не в состоянии присутствовать на том или ином мероприятии. И сами толкали эти билеты. Проще говоря, занимались спекуляцией, запрещенной в СССР, хотя во всем мире это был просто бизнес, ничем никого не оскорблявший. Самым сложным было придумать объяснение, почему же мы сами не можем там присутствовать, но мы такое сочиняли, что Лев Толстой позавидует… Вообще Андрею Макаревичу я очень благодарна: он помог мне выбраться из ситуации, в которую меня втравил Лев Лещенко. А получилось вот что… Собираясь на Олимпиаду, я думала, что бы такое взять с собой, чтобы там продать и заработать. Кто-то брал водку, кто-то икру, кто-то матрешки. Лев Валерьянович, с которым я сдуру решила посоветоваться, сказал: „Катюха, если едешь в Канаду, бери с собой пластинки — мои и Вальки Толкуновой. Они там так идут!.. Посоперничать с ними может только книга „Малая земля“ Леонида Ильича Брежнева“. Мне этот набор сразу показался странным, но если мэтр говорит, он-то знает… Ездит много, поэтому на его мнение можно положиться. И я, идиотка, накупила того, что он рекомендовал. И уж не помню зачем, зашел ко мне в номер в один из наших первых канадских вечеров Макаревич, я при нем открыла чемодан. А там… Консервы, чтобы за границей не тратить деньги на еду, пара выходных костюмов, нижнее белье, а остальное — пластинки Лещенко и Толкуновой в огромном количестве и несколько экземпляров книги Брежнева (просто книги тяжелее пластинок, поэтому я не стала их много брать, решила на грамзаписях заработать). Андрей когда это мое „богатство“ увидел, на пару минут лишился дара речи. Потом с трудом выдавил: „Это что?“ Я поясняю, что привезла на продажу. Тут он точно засомневался в моих умственных способностях, хорошо хоть, я рассказала, что это Лев Валерьяныч посоветовал. Макар, тяжело вздохнув и с грустью глядя на меня, поспешил успокоить: „Ты только не расстраивайся! Придумаем что-нибудь“. И ведь правда, он ходил со мной по канадским магазинам для русскоязычных и предлагал прихваченный мной „товар“. Еле-еле пристроили, причем больше благодаря Андрюшиному энтузиазму. Так что меня спас мой „соучастник“ по спекулятивной статье».
Если вернуться к разговору о личной жизни и о тяжелых временах, говорят, что лучшее обезболивающее при разводе — это новый роман…
Катя:
«Мне помог пережить этот сложный период мой нынешний супруг. Мы познакомились еще в то время, когда я состояла в браке. Шел 1991 год, я играла главную роль в фильме „Оплачено заранее“, который снимался в Киеве. В этой же картине был занят и украинский актер Михаил Церишенко. Как-то раз нас, артистов, везли на площадку на автобусе. А что делать в дороге, как не болтать? Зашел разговор о ветеринарии. Я, будучи человеком с опытом работы в этой области, вспоминала какие-то забавные случаи. И вот я рассказываю историю о том, как однажды старушка принесла в клинику абсолютно плешивую канарейку. Тут мой взгляд падает на Мишу, который лыс. Показываю на него: „Она была точь-в-точь как он“. Все смеялись, а Церишенко прозвали в группе „лысой канарейкой“. Он при первом же случае отплатил мне за это. Снимался эротический эпизод: я и мой партнер Арнис Лицитис лежим в постели, причем он на мне. Объявили небольшой перерыв, чтобы переставить свет, а нашей парочке режиссер запретил двигаться. Я в этот момент закурила протянутую кем-то сигарету, Арнис шепотом ругается — дым-то ему в лицо попадает, а он не курильщик. И вдруг в этот момент слышу голос Михаила: „Вот подстилка московская!“ Счет сравнялся: один — один. Больше мы друг друга не подкалывали и не обижали. Наоборот, начали общаться и подружились. Поскольку съемки были продолжительные, со мной в эту командировку приехала свекровь с сыном. И Миша часто приглашал нас прогуляться по его родному Киеву. Мы ходили в кино, проводили свободные вечера вместе. Надо отдать ему должное — с моим ребенком он быстро нашел общий язык. А когда закончилась работа над картиной, я вернулась в Москву».
Когда вы поняли, что он испытывает к вам определенные чувства?
Катя:
«Когда мы расстались с Андреем и я переехала жить к подруге, Миша стал часто приезжать из Киева буквально на пару дней. Дескать, когда две женщины живут без мужской помощи — это плохо. И действительно: он то кран починит, то еще что-то отремонтирует. Мишка проявлял заботу во всем. И уже будучи свободной, я взглянула на него другими глазами и… влюбилась. Правда, когда мы решили пожениться, многие знакомые приняли мое решение в штыки. Внушали: „Ты сумасшедшая! Ему нужна только московская прописка“. Я никого не послушала — и оказалась права. Мы двадцать один год в браке и очень счастливы».

Поставить друзьям рожки перед фотокамерой легко. А вот любимый муж даже в качестве шутки такого сюрприза не дождется. Фото: личный архив.
Поставить друзьям рожки перед фотокамерой легко. А вот любимый муж даже в качестве шутки такого сюрприза не дождется. Фото: личный архив.

За эти годы супруг не стал менее заботливым?
Катя:
«Нет. Он не изменился. Могу похвастаться тем, что у меня очень хозяйственный муж. Миша даже готовит великолепно. Особенно борщ, вареники с вишней, жаркое. И он этим не хвалится. Если я встаю к плите, то подхожу к данному вопросу глобально: сварю восьмилитровую кастрюлю супа и кормлю мужа, пока все не съест. Что, зря готовила?! Как-то раз сделала огромный казан плова. Супруг день ест, второй… День на десятый (!) он смотрит на меня несчастными глазами: «Катюша, надеюсь, плов когда-нибудь кончится?»
Вы живете в однокомнатной квартире, хотя можете позволить себе улучшить жилищные условия…
Катя:
«Это дом моих родителей, сюда меня принесли из роддома, здесь я росла. И мне в голову не приходила идея сменить жилье. Лишние квадратные метры не заменят той особой атмосферы, которая здесь есть. Миша тоже полюбил это место. Мы стали обустраивать наше гнездышко. Поставили стеклопакеты — это была редкая штука в девяностые годы и дорогая, около трех тысяч долларов. Потом муж настоял, чтобы мы установили железную дверь. С этой затеей была связана смешная история. Только дверь установили, Миша уехал в Киев. В тот вечер я была в Доме кино, и после концерта меня предложил подвезти друг нашей семьи, известный артист (речь идет о Дмитрии Певцове. — Прим. авт.). Возле дома я вдруг обнаружила, что у меня нет ключей. Сначала мы их искали, но безрезультатно. Моя квартира на последнем этаже, и приятель предложил: он залезет на крышу, попытается спуститься к нам на балкон, разобьет стекло и откроет мне дверь изнутри. Я не согласилась: «Ты что?! Не дай бог упадешь! Да и не дам я стекло разбивать, мы же только что выложили сумасшедшую сумму за стеклопакеты». Мы вызвали спасателей. На старых «жигулях» приехали два пьяных мужика, один из которых, кстати, сидел за рулем. Если б вы видели, как они квартиру вскрывали! Один, шатаясь, над замком пыхтит, а чтобы он не упал, его коллега подпирает. Мы с другом, в свою очередь, удерживаем на ногах этого напарника. Прямо как в сказке «Репка». Дверь они открыли. Но что меня поразило… Дело было ночью, шума было много, но никто из соседей не высунулся, чтобы узнать, что происходит, и милицию не вызвал. А ведь могли в это время грабить или убивать».
Муж не ругал за испорченную дверь?
Катя:
«Нет. Во-первых, к его приезду я уже сменила замок, и муж оказался перед свершившимся фактом. Чего скандалить, если неприятность уже случилась, а ее последствия ликвидированы… Во-вторых, мы редко ссоримся. Бывает, конечно. Однажды два месяца не разговаривали друг с другом. Но за все годы совместной жизни сильно конфликтовали мы только пару раз. Не более».
Ваш муж известен по шоу «Кривое зеркало», что говорит о его чувстве юмора. У вас с этим тоже полный порядок. Может быть, поэтому и живете мирно, все решаете смеясь?
Катя:
«Перешутить друг друга мы не пытаемся и не хохочем весь день до упаду. Хотя у нас в семье всегда весело и легко. Но это благодаря взаимопониманию, а не от тяги к юмору. Схожи мы не во всем. Например, Миша любит дачу, а я нет. Появляюсь там раз в год по обещанию, и то только чтобы соседи знали, что у этого садовода есть жена и никуда она не делась. (Смеется.) Зная его страсть к загородному отдыху, я не возражаю: пусть отдыхает. Меня не прельщают сельские радости, и супруг не настаивает, чтобы я как штык сопровождала его каждый раз. Надо понимать и принимать интересы друг друга».
А с невесткой нашли взаимопонимание?
Катя:
«Да. У нас установились прекрасные отношения с нашей первой встречи, когда сын пригласил Свету к нам домой. Я готовилась к этому событию. Устроила генеральную уборку, даже общий коридор (на несколько квартир) помыла. Открываю им двери, говорю: «Здрасте, вытирайте ноги, а то я коридор намыла». Девушка меня спрашивает: «А что ж не всю лестницу?» Я тут же в ответ: «Сейчас по башке получишь». Она рассмеялась, причем одновременно со мной. На этом официальная часть знакомства была завершена, и мы замечательно ладим до сих пор. Тем более мы с мужем не лезем в их семейную жизнь. Они взрослые люди — сами разберутся. В свое время, когда Ваня решил бросить университет, где он год проучился на философском факультете, мне со всех сторон советовали: «Ты — мать! Потребуй, чтобы он восстановился». Я всегда парировала, что он умный, взрослый парень, который знает, что ему нужно. И действительно, он выбрал профессию, которая ему по душе. Окончил Российскую академию театрального искусства. Работает звукорежиссером в кино. И ему нравится дело, которым он занимается. А что было бы хорошего, если б под родительским давлением его заставили получить диплом, который ему совершенно ни к чему? Вообще любовь не может зажимать и ограничивать, она сохраняет свободу. Загнанная в рамки — это не любовь, а заблуждение».